Ароматная женщина. Глава 16

Глава 16

ЗАДАНИЕ.

Она ещё никогда в жизни не испытывала такого волнения. Назвавший себя «Мехти Балаевым",  высокий и грузный мужчина с рыжими усами торчком в действительности был всемогущим Президентом Азербайджана Имраном Алыевым. Его нельзя было спутать с кем либо другим.

Его портреты висели на улицах и площадях, во всех учреждениях его страны. И не только. В офисах всех азербайджанских чиновников, олигархов, чувствующих себя, как дома в   соседней Грузии. Даже продавцы овощей и фруктов встречали покупателей с портретами вождя на своей груди.

Памятная фотография в обнимку с Президентом стояла на рабочем столе Муртуза Алекперовича Гаджибекова. Но когда Габриэла увидела Алыева в конференцзале живого, она не могла поверить своим глазам. И только потом уже,в процессе карточной игры, сидя бок о бок с ним, она осознала, какой  высокой чести она удостоилась.

Сейчас, поднимаясь в лифте, она буквально дрожала от предвкушения интимного общения с ним. Взглянула на себя в зеркале. Увидела своё взволнованное лицо и вздрогнула от мысли: «Неужели он заставит меня делать то же самое, что и та проститутка под карточным столом?» Её буквально передёрнуло от такой перпективы: «Нет-нет! Только не это. Пусть что хочет делает, но только в постели, и по-человечески!» 

В голове закружились различные версии того, как избежать унизительного орального секса. Но так ничего и не придумав, она переступила порог лифта и оказалась в просторном помещении с одной единственной дверью. И эта дверь вела её к телу диктатора.

Двое крепко сложенных офицеров охраны были, видимо, предупреждены: встретили с высокомерной улыбкой. Так обычно улыбаются те, кому приходится быть в притоне, но не вкусить «сладенького».Один из них по рации сообщил кому-то  на азербайджанском: «Она здесь.»  Второй вежливо открыл ей двери.

В узком коридоре Габриэла неожиданно столкнулась с женщиной приятной внешности  средних лет. Не говоря ни слова, она провела руками по всему телу Габриэлы. И даже влезла в чашки бюстгальтера и трусики. Оставшись довольной, пригласила идти за собой.

Они вошли в ярко освещённую просторную гостиную. На широком диване сидел «Балаев», скинув ногу на ногу. Выглядел несколько иначе. Видимо уже после душа, успел переодеться в лёгкую рубашку и шорты. Улыбаясь, пригласил Габриэлу в кресло напротив: «Думаю, здесь нам будет удобнее, чем в постели! Как вы думаете?»– начал с довольно фривольной  шутки.

Предложил выпить: «Не предлагаю ничего крепкого в такое время ночи. Газировку, или лимонад?» Габриэла поблагодарила и услышала, как дрожит её голос: «Ни того, ни другого. Мне достаточно будет услышать Вас.... господин Президент». Назвав его реальным титулом,  дала понять, что знает куда попала и с кем имеет дело.

Ему понравилась её смелость: «Знаю, что когда Гаджибеков попросил Вас в столь поздний час подняться в мои апартаменты, у Вас могли возникнуть различного рода подозрения.» Он сделал паузу, пристально смотря ей в глаза, а потом добавил: «Но хочу сразу Вас успокоить: моя мать с детства научила меня не пить из чужого бокала.» Это был чёткий ответ на вопрос, который мучил Габриэлу: «Секса не будет, ибо он знает, с кем она спит!»

Что-то опустилось в груди Габриэлы: «Слава Богу! Хотя, кто знает?» Она заставила себя улыбнуться: «Пусть покоится с миром Ваша мудрая мать. Но в таком случае....что я тут делаю в полночь?» Он отпил лимонада и вытер салфеткой рыжие усы: «Прежде всего, я  рад тому, что Вы с сегодняшнего дня входите в Координационный совет. Это большая честь для Вас, совсем ещё недавно – рядового экономиста кампании.»

Габриэла смутилась: её поставили на место. Она хотела было поблагодарить, но Президент поднял руку: «Но это и высокая ответственность. Мы навели справки, и Вы вполне нам подходите.» После этих слов, он обратился к женщине, которая стояла за его спиной и что-то писала в блокнот: «Гюльнара, уже нет необходимости стенографировать.» Она тут же отложила блокнот на спинку дивана и начала медленно поглаживать шею и плечи Президента.

Глаза Президента на секунду показались Габриэле удовлетворёнными и возбуждёнными. Но он тут же сменил гримасу и продолжил: «Прежде чем формально допустить Вас к исполнению новых обязанностей, я хотел лично... напутствовать.» Габриэла поняла, что начинается главная часть этой встерчи. Она сложила руки перед собой, как послушная студенка.

Голос Алыева стал металлическим: «С самого начала запомните: никто из членов Совета, в том числе и Гаджибеков – не вечен.» Габриэла примерно знала весь состав Совета, и поэтому ей стало ясно, кого он имеет ввиду.

Президент вонзил свои серые оловяные глаза в неё, словно пучок рентгеновского света. Она выдержала взгляд и спросила: «Означает ли это, что нужен контроль за всеми? Или за кем-то конкретно?»

Его губы слегка ухмыльнулись: «Не контроль. Вам придётся в недельный срок провести тщательный аудит и доложить результаты лично мне.» Он протянул ей телефонный аппарат необычной формы и добавил: «Здесь всего лишь одна опция звонков. Отвечает мой помощник и он докладывает лично мне.»

Габриэла спрятала телефон в сумку: «Могу я спросить?» Он кивнул. «У Вас есть подозрения на наличие двойной бухгалтерии?» Он погладил руку женщины, которую звали Гюльнара, на своём плече: «Речь может идти о левых финансовых потоках. Мне сообщили, что Гаджибеков погряз в масштабных афёрах. Источник самый надёжный: его супруга.» Габриэла поняла, что жена Гаджибекова изменяет ему не только с водителем.

Она сочувственно вздохнула: «Я прекрасно понимаю, какую Вы ставите задачу передо мной. И уверена в том, что справлюсь. Причём, за пару дней. Но согласитесь: это... очень рискованно для меня. Гаджибеков способен заживо похоронить своего врага. Мне нужен «парашют» на самый крайний случай.»

Президент Алыев задумался, а затем согласился: «Мне нравится, что Вы трезво оцениваете ситуацию. Муртуз действительно очень опасен. И не только для Вас. Вот что мы сделаем: в ближайший понедельник по моей просьбе он назначит Вас вице-президентом холдинга, которым он непосредственно руководит. Причём, с правом подписи.»

Наступила пауза. Они смотрели друг другу в глаза. И Президент подвёл черту:  «На тот случай, если вдруг с ним произойдёт нечто непредвиденное. Мы все ходим под Богом!»

Габриэла поняла, что разговор подошёл к концу. Она встала: «Позвольте мне поблагодарить Вас за....» Он поднял руку: «У Вас ещё будет возможность поблагодарить меня позже. Но вот что главное:  постарайтесь, чтобы Гаджибеков продолжал считать, что Вы были у меня этой ночью для сексуальных услуг. Это нужно для Вашей же безопасности.»

Когда Габриэла уже выходила за дверь, она обернулась: Гюльнара теперь стояла перед ним на коленях и растёгивала шорты.