Александр Дюма, Роман о Виолетте - 2. Часть 78

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

На выходе из театра мы встретили мсье Шатерена.

– Мсье Дюма, сегодня вечером я надеюсь зайти к вам чтобы забрать корректуру, – сказал он.

– Незачем ждать вечера, – ответил я. – Возьмите, всё готово.

Я достал из своего портфеля папку с бумагами и вручил издателю.

Виолетта с удивлением посмотрела на меня. Я кивнул ей и она придержала свои вопросы до времени.

– Мы с мадемуазель Паризо будем с нетерпением ждать, когда можно будет забрать мои авторские экземпляры, – добавил я.

– Да, мне очень хотелось бы поскорее взглянуть на эту книгу в печатном издании! – присоединилась Виолетта.

– Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ускорить издание этой книги! – ответил Шатерен.

На этом мы расстались с ним, весьма довольные друг другом. Когда мы отошли достаточно далеко от него, Виолетта выразительно посмотрела на меня.

– Понимаю твоё удивление, дорогая, – сказал я. – Видишь ли, твоя пьеса настолько заинтересовала меня, что я вычитывал её по корректуре во всякую минуту, которая мне выпадала, даже когда ты покидала меня всего на несколько минут, я проглатывал несколько страниц. Значительную её часть я прочёл утром, пока ты ещё спала. Я заметил, что моих правок почти не требуется, ведь ты сама почти не допускала ошибок, наборщик был очень внимателен или корректор поработал на славу. Наконец, я взял её с собой в театр, и пока тебя гримировали и пока режиссёр объяснял вам, как исправить произношение той или иной фразы, я дочитал последние несколько страниц. Да ведь и что такое здесь несколько страниц? Ведь это сплошные диалоги! Чтобы прочесть несколько страниц не нужно много времени. Итак, корректура завершена и большая удача, что мы встретили мсье Шатерена. Это ускорит выход книги на одни сутки.

– Но почему ты вдруг так заторопился, Дуду? – спросила Виолетта.

– Я решил устроить тебе сюрприз, – ответил я. – Помнишь я предложил нам побыть какое-то время не вместе, чтобы ко мне вернулся мой творческий пыл? Ты же предложила нам совместно отправиться за город. Это было не логично, но я понял, что логика мужчин и логика женщин – это совсем не одно и то же. Кроме того, я всегда считал, что если женщина чего-то хочет, лучше дать ей сразу, потому что иначе всё равно придётся дать, но потерь будет больше.

– Дуду, ты меня пугаешь! – сказала со смехом Виолетта. – Хочешь сказать, ты стал подкаблучником? Или настолько влюбился в меня?
 
– Я вовсе не отрицаю, что ты мне очень нравишься, но я не стал бы квалифицировать мою покладистость таким термином, – ответил я. – Дело в том, что у меня есть свои планы, взгляды и позиции, которые я ни в коем случае не позволю ломать или пересматривать. Но всё, что не затрагивает моих кардинальных планов и взглядов, я готов безболезненно пересмотреть. Не желаю быть упрямцем в мелочах, но предупреждаю, что не намереваюсь поступаться главным.

– Хорошо! – ответила Виолетта. – Это хорошо. Это мне понятно и близко, такой ты мне ещё больше нравишься.

– Не говори так, ведь это означает, что вплоть до этого момента я тебе нравился не полностью! – сказал я в шутливом тоне. – Итак, ты хотела поехать в Ивелин? Едем! Но возьмём с собой бумагу, перья и мою походную чернильницу. Извини, но мы не повезём с собой эту скульптурную композицию, которую ты мне подарила. Она подождёт нас дома.

– Очень жаль, но если ты так решил, то поступим, как скажешь, милый, – ответила Виолетта.

В благодарность за предстоящую поездку она подарила мне замечательный вечер, описывать который я не имею ни малейшего намерения. 

А теперь, мой дорогой читатель, всплакни! Если ты ожидал здесь, на этих страницах описания нашей совместной поездки и всего, что в ней происходило между нами, то я тебя разочарую.

Возможно, я описал бы это как-нибудь в другое время. Но это было бы слишком личное описание. Я не собираюсь делиться такими подробностями с другими. Я видел несколько книжонок, где описываются действия, слова и чувства, которые каждый уважающий себя взрослый человек должен испытать сам, чтобы познать эту сторону жизни не из чужих пересказов или, не приведи господи, из чужих досужих вымыслов.

Сообщу лишь, что десять дней в Ивелине были волшебными. Если на земле где-то существует рай, то он в Ивелине. Разумеется, при условии, что там же находится в персональный ангел небесный в лице Виолетты. Это всё, что я готов сообщить моим читателям на эту тему.