***

1.

О том, что происходит нечто страшное, дракончик догадался ещё когда был в яйце. Вместо привычных темноты, тепла, нежных звуков и покоя ощущались свет, холод и внушающие страх крики. Отчаяние и ярость, звучавшие в них, заставляли его ещё больше сворачиваться клубком и надеяться, что скоро всё это прекратится, что всё станет как прежде.
Яйцо уже давно становилось тесным. Он догадывался, когда-нибудь придётся покинуть этот уютный мирок. Но не знал, что произойдёт это при столь ужасных обстоятельствах.
Пытаясь занять более удобное положение он, напуганный, дёрнулся резко и сильно.
Мир раскололся. Свет ударил по глазам, новорожденный дракон инстинктивно зажмурился, но через миг, когда он решился их открыть, увидел вокруг себя новый, гораздо больше прежнего мир. Дракончик стал с интересом рассматривать этот мир. Вот нечто округлое, белое. И оно не одно такое. Много позже, будучи уже взрослым, он вспоминал этот момент с тоской и грустью. Ещё пять яиц было там. Пять так и не родившихся братьев и сестёр.
Снова этот, вселяющий страх крик. Новорожденный пугается, припадает к земле, замирает, вглядываясь вперёд, в большое яркое пятно света. Туда, откуда доносились звуки.
Наступило затишье. Не было ни криков, ни ударов, заставлявших вздрагивать в своём маленьком мирке. Страхи быстро забылись. Осмелев, он рванул вперёд, беспорядочно маша пока ещё слабыми крыльями. Дракончику казалось, вот выбежит туда, где светло, найдёт того, кто давал тепло, пел ласковые песни, и расскажет, как покинул яйцо, как было страшно, и как он всё же рад этому миру.
Свет! Набрав приличную для себя скорость, радостно повизгивая, он кубарем вылетел наружу и замер. Передо ним возвышалась зелёная, выше головы, колышущаяся стена. Осторожно тронул носом - мягкая, ароматная, она защекотала по мордочке. Попробовал на зуб, но тут же выплюнул: оно оказалось горьким и противным до не могу. А пахло приятно.
Снова, с визгом, дракончик пускается в бег. Вокруг настолько интересно, так…
- Эгей! - заревело над его головой с такой силой, что, казалось, едва не отказал слух. - У неё были гадёныши! Лови его!
Испугавшись этого рёва, драконыш замер, плотно прижавшись к земле. Но это не помогло: нечто схватило его, больно прижав крылья к спине. Пойманный, он кричит от боли и страха. Мир вокруг мельтешит так, что начинает кружиться голова.
- Тар! Мешок сюда! Я поймал его!
Подбегает странное существо, тянет пыльный, дурно пахнущий мех. Извернувшись, по наитию дракончик пускает в ход единственно доступное сейчас ему оружие - свои зубы. И это возымело эффект: его уронили в траву, где, не теряя ни мгновения, драконыш быстро рванул прочь, стараясь убежать как можно дальше.
- Ааа! - закричало от боли существо. – лови же его, а то уйдёт зараза!
Бежал без оглядки. Топот и вопли этих ужасных существ, заставляли молодые лапы работать на пределе своих возможностей. Они постепенно стихали, но дракончик не останавливался. Он мчался к замеченной им тёмной стене, где, как ему чувствовалось, можно было бы избавиться от преследования, затеряться в тени.
Дракончик пришёл в себя под корнями упавшего дерева. Чувствовал себя при этом невероятно плохо: всё тело ныло, била мелкая дрожь, хотелось есть. Урок последних событий был усвоен более чем хорошо, и, поэтому, несмотря ни на что, он сидел в своём убежище тихо, не высовываясь. А вскоре, когда организм затребовал отдых, незаметно для самого себя уснул.
Когда же он наконец проснулся, вокруг была тьма – глубокая ночь царила вокруг. Малыш встрепенулся. Не нашли ли его?
Некоторое время он внимательно вслушивается, всматривается, внюхивается - нет ли чего подозрительного? Увы, вокруг оказалось слишком много новых запахов, цветов, звуков. Единственное, о чём он смог сделать вывод, так это о том, что ничего из недавно угрожавшего ему здесь не присутствует. Правда, это не значило отсутствия других опасностей.
Что делать? Проблема состояла в том, что не было чувства безопасности ни в теперешнем состоянии, ни в перспективе выбраться наружу.
Пока он пребывал в нерешительности и бездействии, судьба сама решила этот выбор: лунный свет перед убежищем начал течь, принимать форму живого существа. Прекрасного, величественного.
Успокойся малыш. Прозвучало в его голове. Даже не слова, а мысль-ощущение, в которой смешались нежность, забота, ласка.
Кто ты? Загадочное существо заняло всё драконье внимание. Ты хороший? Не обидишь меня?
Да. Капли весёлого огонька послышались в мыслях существа. Будь спокоен, ты в безопасности. Теперь всё будет хорошо.
Тепло и нега разлились по телу. Сами собой закрылись глаза, и дракончик снова уснул.

Старый золотой дракон наслаждался восходом солонца. С тех пор, как он поселился в этих горах, он никогда не отказывал себе в удовольствии наблюдать рассвет. Вот и сегодня, любуясь этой бесподобной картиной
Он вдруг увидел прямо перед собой Спутницу Ночи. Волчицу, посланницу богини смерти Ярры. Не оставив никаких следов магии, буквально из ниоткуда появилась она перед самой мордой дракона.
- Моя госпожа требует долг. – Сразу перешла к делу волчица. – Ты должен сослужить ей службу, Аллиенен.
У золотого дракона всё похолодело внутри. Когда-то, когда он был ещё совсем молодым, ему не посчастливилось попасть в одну скверную ситуацию. Скверную настолько, что он был вынужден молить о помощи всех богов. И из всех них ему ответила Ярра. Она согласилась ему помочь, но с одним условием – взамен золотой дракон должен будет выполнить одну её просьбу. Он тогда согласился, Ярра помогла ему, и оставила в покое на целое тысячелетие.
И вот теперь её посланница требует возвращения старого долга.
- Какой будет моя служба? - Дракон постарался придать подобающий себе величавый вид, он не хотел, чтобы посланница увидела, как один из старейших драконов этого мира дрожит от страха перед её госпожой.
Волчица усмехнулась. Дракон понял по её виду: уловка не удалась, его видят насквозь. Но, несмотря на это продолжил в прежнем духе.
Рядом с ними в воздухе возник кокон света, внутри которого беззаботно спал крохотный чёрный как смоль драконыш.
- Ты должен воспитать этого дракона как своего собственного сына. Научить всему что знаешь и умеешь. Всему.- Подчеркнула волчица. – Так ты отплатишь моей госпоже.
- Я принимаю эту службу.
Волчица кивнула и исчезла. Кокон опустился на землю и тоже исчез, оставив посапывающего малыша спать дальше на земле.
Впервые за многие века золотой дракон был растерян и напуган. Он смотрел на маленькое беззащитное существо у его лап и гадал, для чего оно понадобится в будущем богине смерти, какие планы она вынашивает в его отношении? Может, мелькнула в голове дракона мыслишка, убить его пока он не представляет никакой опасности? Мысль мелькнула и тут же исчезла. Ярра – не Ализель, богиня прощения и любви. Перед ней всё его могущество – ничто. Если он сейчас нарушит своё слово то уже ничто в этом мире не спасёт его от возмездия тёмной богини.
Ну нет, решил он. Я выполню своё обещание. И если этот малыш окажется в будущем настоящей угрозой для этого мира, то пусть боги света думают, как его остановить.
- Угроза миру, - Уже вслух заговорил он. – что-то нехорошего мнения я о тебе малыш. Давай, сначала познакомимся.
Аллиенен опустил морду поближе к драконышу и еле слышно позвал. Реакция малыша оказалась мгновенной: подскочив на лапках, проснувшийся дракончик влепил кислотой прямо в его левый глаз и, пока золотой дракон приходил в себя, ринулся прочь с неожиданной прытью.
- Стой. - сказал золотой дракон применив магию.
Драконыш замер на месте. Переборов желание раздавить малыша на месте, золотой обдумал ситуацию.
- И поделом мне. - Вынес он свой вердикт. – Не надо быть беспечным. Тем более с подарком смерти. Ну, посмотрим, каких ещё сюрпризов от тебя можно ждать.
Послушные его воле потоки свободной магии вплетались в хитрое заклинание, направленное на драконыша. Когда же заклинание заработало, старый дракон смог увидеть весь калейдоскоп событий короткой жизни детёныша. Мда, - отметил он мысленно. – от такого не только плеваться будешь.
Не спеша, переваливаясь с боку на бок, он подошёл к застывшему дракончику.
- Тебе имя дать нужно. – Старый дракон ненадолго задумался, прикидывая варианты. – Наэтар. Тебе нравится?
Малыш ничего не ответил. Он не умел разговаривать, и не мог понять, что ему говорили.
- Вижу, что не понимаешь. – продолжал между тем золотой дракон. –Ну ничего. Это мы исправим быстро.
Дальше он перешел на мысленную речь. Говорил не словами, а ощущениями и образами. Он хотел внушить драконышу, что его не надо бояться, что он его отец и что его больше никто не обидит.
Драконыш поверил ему. Безоговорочно и сразу. Обездвиживающее заклинание золотой снял ещё когда только обратился к малышу. И тот теперь радостно прыгал вокруг него, посылая беспорядочные мыслеобразы.
Едва успевая следить за юркой тенью, он ловил эти яркие мысли, подбадривал малыша.
- Пройдём к пещере, ты же хочешь увидеть дом?
Новый взрыв ярких образов и радостный визг были ему ответом.
А всё-таки день будет хороший. – Неожиданно для самого себя подумал золотой дракон. В конце концов, теперь ему, по крайней мере, не будет скучно.
В то же самое время, из своего царства за ними пристально следила богиня смерти. Она была довольна.

2.

Видения приходили волнами, принося каждый раз всё более зловещие и ужасающие картины. Тупой удар боли в висок и приходит первая волна: безликие тени возникают повсюду, подчиняют людей, заставляют их страдать и совершать безумные вещи.
Ещё удар. Тонкая струйка крови тянется из носа оглушённого провидца, а одержимые уже разрывают мир в кровавом безумии, убивая всех, сжигая города, вознося хвалу своему господину. Их хриплые, безумные голоса шипят, кричат, провозглашают, молят диким хором: Приди! Приди! Приди! Приди!
Третий удар. Провидец падает на колени. Дикий призыв достигает апогея- и вот открываются запечатанные богами врата внешнего мира. Орды демонов проходят мимо провидца, ужасая одним своим нечестивым видом. И и в этом невообразимом потоке, не торопясь, прямо к нему идёт человек. Лицо его скрыто тьмой, но тело светится от огромной силы наполняющей его. А в лучах этой силы пять теней, извиваясь в муках, извегая проклятия, вопя и плача, неотступно следуют за своим господином.
Он подходит к провидцу и останавливается. Тени замыкают вокруг них круг и начинают пляску, затягивая разум в безумие. Его сила обжигает- даже демоны не рискуют подходить слишком близко. Воля этого порождения проникает вглубь разума, рассказывает свои желания, показывает мир преображённый демонами…
Реальность возвращается. Сквозь пелену перед глазами проступает чьё-то лицо. Но напуганный прорицатель не сразу узнаёт храмового лекаря.
- Откуда это? - доносится его голос. - Откуда ваши раны?
Раны?
Он понимает. И с пониманием приходит боль. Его лицо, руки, грудь горят огнём.
Его куда-то несут.
Они пытаются меня спасти?
- Конец… всему ко… нец - говорить тяжело, каждое слово даётся провидцу с неимоверным трудом. - сын тьмы… будут от… открыты врата. Сын тьмы…
Тело провидца обмякает.
- Он… он мёртв. - лекарь, казалось, не мог поверить в свои слова. - он, действительно мёртв.
Тихие слова пожилого врачевателя заставили остановиться всех, кто оказался рядом в этот момент.
- Найдите Орину, - продолжил он.- она должна немедленно это узнать.
Один из служек тут же кинулся выполнять поручение. Все остальные, кто оказался свидетелем кончины провидца, нервно переговаривались между собой.
- Его последние слова, - говорили они друг другу. - что они значат? Что обожгло его? Что делать?
- Храни нас светлые боги! - в коридоре показалась Орина. При виде ужасных ран жрица побледнела. Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы не сорваться истеричным голосом. - как это произошло?
Все заговорили разом.
- Тихо! - осадила она взволнованных людей. - давайте по порядку. Как всё случилось?
Так дело пошло лучше. Оказалось, что старый Фасим (а именно так звали прорицателя) как обычно с утра отправился в Залы видения, чтобы предаться молитвам.А перед самым полднем из Залов раздался его крик. Сбежавшиеся послушники пробовали открыть двери, но те неожиданно оказались заперты изнутри. А поскольку крики продолжались, то один из них, Биргз, вышиб двери ( при упоминании этого эпизода, один из послушников, здоровенный детина, возвышавшийся над всеми на добрую голову, пробормотал невнятные извинения, которые Орина пропустила мимо ушей) и послушники всей гурьбой ввалились внутрь. Tам, стоя на коленях, уставившись полными ужаса глазами куда-то перед собой, зажав уши руками, Фасим заходился в крике. При этом, на его коже один за другим появлялись волдыри ожогов. Наиболее расторопный из всех, Алех, тут же бросился за лекарем. Остальные пытались привести старика в чувство, но безрезультатно. А когда появился лекарь, Фасим начал говорить о загадочном сыне ночи.
- Ну а дальше пришли вы. - закончил Алех общий рассказ.
Орина кивнула. Ох, Фасим, Фасим. Что такое ты встретил в своём видении? Какая сила сделала с тобой это?
Надо что-то делать.
-Талим, - обратилась она к лекарю. – позаботьтесь о Фасиме. Биргз! Помоги ему. А вы, что столпились? Ваши обязанности никто не отменял. А с Фасимом простится ещё успеете. Талим позаботится о том, чтобы церемония прощания была достойной Фасима. И, кстати, пока об этом никому не говорить. Надеюсь, вы меня поняли?
Послушники нестройными голосами подтвердили.
- Отлично, а теперь марш отсюда!
Все разошлись.
- Па-ап, - умоляюще протянул Наэтар, глядя прямо в глаза отца-дракона. – может не стоит?
- Что значит не стоит?! – отец возмутился настолько, что чуть не взвился в воздух. – Что значит не стоит?! Ты будешь учиться боевой магии, или собираешься царапаться как бездомная кошка?!
- Да буду, буду учиться, - согласился юный дракон. – но почему нельзя сначала потренироваться на тех же кошках?
- Магический бой, - наставническим тоном продолжил Аллиенен. – это сражение умов – в первую очередь, соревнование в быстроте реакции и ловкости – во вторую, и лишь в третью в силе. Запомни, всегда может найтись тварь, которая быстрее, сильнее, крупнее тебя и жаждет отведать драконьего мяса. Поэтому ты должен быть умён и искусен настолько, чтобы как минимум выиграть бой. И тут тебе не помогут ни тренировки на кошках, ни умение швырять фаерболлы покрупнее и чтоб подальше. Тебе нужно умение строить стратегию боя задолго до самого боя. Менять тактику на ходу, быстро и правильно реагировать на действия противника, который может оказаться не менее непредсказуемым и опытным чем ты. Понимаешь теперь, почему учиться тебе придётся на мне, а не на кошках?!
- Тем более, - добавил он поостыв.- что я не собираюсь тебя ни калечить, не убивать.
Чёрный дракон молча кивнул, соглашаясь с доводами отца.
- Ты говорил, - неожиданно спросил он Наэтар. - выиграть бой это минимум. Что же тогда максимум?
- Избежать боя. Заставить врага действовать в своих интересах. Причём желательно против какого-нибудь другого твоего противника. Так ты и избежишь сражения, и уменьшишь число своих врагов.
Чёрный дракон снова кивнул.
- Отлично! - Аллиенен окончательно сложил обратно за спиной раскинутые было крылья. - Начинаем… сейчас!
Простая и немудрёная в исполнении волна силы сбила с ног Наэтара. А не менее примитивное заклинание обездвиживания завершило окончательный разгром.
- Вот так. На раз и два, - прокомментировал отец. – какой-нибудь маг-недоучка спеленает тебя так, что и пикнуть не успеешь.
- Это нечестно,- пожаловался ему сын, когда заклинание обездвиживания отпустило его. – Я не ожидал, что ты ударишь. Я был не готов.
- Ты должен быть постоянно готов отразить удар. Но это не значит, что тебе придётся постоянно и напряжённо осматриваться вокруг, вслушиваться, ожидая подвоха. Просто ты должен понимать, когда и чего можно ожидать от твоих врагов. Ну и конечно у тебя должна быть молниеносная реакция, чтобы твой ответный удар был ещё более неожиданным для противника, нежели его атака по отношению к тебе.
- Пап, ты тут говоришь о противниках, врагах… Так, будто уже есть целая толпа злопыхателей, только ждущих шанса прикончить меня.
Аллиенен ответил не сразу. Он так и не рассказал Наэтару историю его «усыновления», ограничившись лишь небольшим повествованием о том, как он подобрал новорожденного дракончика во время своей последней вылазки во внешний мир. Не знал, несмотря на весь свой многовековой опыт, как рассказать молодому дракону самую первую главу его жизни. Но к его тайной радости, за семнадцать лет своей жизни тот даже и не задавался подобным вопросом, просто воспринимал всё как само собой разумеющееся.
- Век дракона долгий. Достаточно долгий, чтобы могло случиться всё что угодно. А я не могу предугадать твоё будущее. Могу лишь научить тебя как не попасть в неприятную ситуацию, как постоять за себя, если ты всё же окажешься в такой ситуации. Тем более, что ты и сам понимаешь, что не будешь вечно вместе со мной. Рано или поздно тебе захочется уйти, и я не смогу удержать тебя. Поэтому мне хочется, чтобы ты был хорошо обучен и подготовлен к тому времени.
Наэтар не нашёлся, что сказать. Ему хотелось сказать, что он не оставит его, но понимал правоту отца. Он уже начинал чувствовать тягу к горизонту. Всё чаще ему хотелось отправится в какой-нибудь край из рассказов своего отца. Пока это происходило не часто, но дракон был уверен: придёт время и этот зов заставит его покинуть отеческое логово.
- Что-то мы отвлеклись, - проворчал Аллиенен. – Защищайся!
В этот раз он атаковал целым каскадом громов и молний, стараясь прежде всего дезориентировать, нежели поразить. Что у него и получилось: Наэтар растерялся, сделал неуклюжую попытку отскочить, но несколько молний укусили-таки его.
-Но это никуда не годится. – Аллиенен остановил атаку. – Скажи, почему ты пугаешься магии? Куда пропадает твой инстинкт охотника? Ты же уже обеспечиваешь нас обоих провизией. У тебя нет страха, когда ты охотишься. Ты же уже не раз применял магию. Причём уже овладел управлением эфирными формами. Так почему ты сейчас боишься магии?! Думаешь, молнии это страшно?! Ладно, не кисни. С тебя на сегодня хватит. Да и перекусить пора бы уже.
- Нет, - Неожиданно возразил ему Наэтар. – Давай продолжим. А перекусить мы успеем и позже.
- Ты уверен? - Аллиенен говорил стараясь явно показать своё сомнение (Пусть хорошо подумает и оценит свои силы!), но тайно гордясь внутри: сам в своё время искал любой повод, чтобы оттянуть начало очередного «урока». А вот Наэтар – нет. Наоборот, от него исходили волны азарта, решимости и упрямства.
Наэтар лишь резко ударил хвостом по земле. Золотой дракон угадал, когда обратился к его инстинкту охотника.
- Начали! – подал сигнал к бою родитель.
И действительно: началось. Два дракона стали с азартом обмениваться боевыми заклинаниями и просто ударами силы. Две размытые тени, окружённые феерией световых всполохов, каскадом рокочущих звуков, они казалось, исполняли некий дикий, завораживающий танец.
Когда же всё прекратилось, два дракона оказались друг напротив друга. Наэтар- измотанный, часто и резко дышащий, державшийся на своих лапах лишь за счёт гонора, и Аллиенен- спокойный, непринуждённый, он излучал силу и энергию.
- А вот теперь точно всё. - Сказал дракон-отец. – Можешь идти отдыхать. За добычей сегодня отправлюсь я.
Юный дракон попытался возмутиться, но отец даже не стал его слушать:
- Ты сейчас и ягнёнка не унесёшь. Да и не всё тебе о старике заботиться. Или по-твоему, я не способен уже охотиться?
Наэтар не стал спорить. Не спеша он побрёл к логову, где тут же и повалился, уставший, отдыхать. Аллиенен же полетел в сторону ближайшего стада горных туров. Пусть он и не подал виду, но малыш здорово-таки измотал его. И если перед боем он планировал просто телепортировать к логову парочку туров, то сейчас он оказался вымотан настолько, что сил его хватило лишь на то, чтобы составить простенькое заклинание поиска.
Золотой дракон сам себе признался: скорость роста силы его приёмного сына была просто пугающей. Ему нет и двух десятков лет, а он уже скоро сможет на равных тягаться с ним – одним из старейших драконов этого мира!
Но самым удивительным Аллиенен находил то, что по своему духу тот мало чем напоминал чёрного дракона. Как, впрочем и какого либо другого. У Аллиенена складывалось стойкое впечатление, что Наэтар взял по чуть-чуть от каждой породы. Как говорят люди: с миру по нитке. При том, что кроме него самого он не видел ещё в живую других драконов. Сам Аллиенен ему, конечно, рассказывал о других драконах: как их много, и как сильно порой они отличаются друг от друга. Даже создавал иллюзии, для более наглядного представления. Эти рассказы будоражили сознание молодого дракона. В такие моменты привычная сосредоточенность Наэтара давала сбой – его мыслеобразы теряли свою обычную чёткость и последовательность. Юный дракон уходил в мир грёз наяву.
Наконец в поле зрения появились горные туры. Мысли золотого дракона тут же переключились на них. В конце концов, он был действительно голоден.
Наложив на себя заклинание невидимости, дракон незамеченным приблизился к стаду, а затем, не мудрствуя, просто рухнул на стоящую рядом парочку туров. От ударов когтистых лап позвонки несчастных животных треснули; остальное стадо, напуганное внезапным и шумным появлением дракона, разбежалось.
Дав волю голоду Аллиенен с урчанием отрывал от туши крупные куски мяса, жадно глотал их.
Когда старый дракон вернулся в логово, Наэтар уже спал. Отец тихо положил тушу недалеко от сына. Тот лишь дернул носом, почуяв запах добычи.
Золотой дракон послал мысленный толчок, выводя сына из сна.
- Ох, - простонал чёрный дракон, просыпаясь. – пап, такой интересный сон перебил.
Он собирался было рассказать, чего же такого лишил его отец, как увидел принесённую ему тушу. Уже в следующий миг он поглощал мясо, забыв обо всём на свете.
- Так, что тебе снилось?
Да ерунда какая-то. ответил Наэтар мысленно. Будто я… Забыл. Но сон точно был интересный. А ты почему спрашиваешь?
- Просто интересно.
На этом их разговор завершился. Отец, золотой дракон, отправился вглубь пещеры, где заняв своё излюбленное место, вскоре уснул. Сын, чёрный дракон, быстро доел свой поздний ужин, сжёг остатки магическим пламенем и тоже собрался было отправиться на боковую, как яркая вспышка света на одной из дальних вершин привлекла его внимание.
Дракон внимательно всмотрелся в том направлении. Острейшее зрение, позволявшее даже на таком огромном расстоянии рассмотреть самые мелкие детали, не смогло найти хоть что-то необычное. Тогда он осторожно потянулся через эфир, собираясь искать следы магии.
Тоже ничего.
Померещилось? Наэтар мотнул головой. Спать, спать, спать, сказал он себе.