Ключ от всех дверей, часть 13

Глава 13
Медальон

Что-то маленькое и очень настойчивое щекотало Лию в нос. Это неприятное, но безобидное ощущение и заставило её наконец проснуться.

Открыв глаза, она увидела перед собой парящую в воздухе фею Лиану.

— Просыпайся, — прозвенел её тонкий голосок. — Уже пора вставать.

— Лиана? Ты вернулась! — прошептала девочка, протирая глаза.

— Ну конечно же! А теперь нам надо и Черноуха разбудить, а то он храпит здесь на всю лесную округу, — с лёгкой шуткой сказала фея, указывая на огромную, поднимающуюся и опускающуюся в такт храпу, грудь медведя.

Лия улыбнулась и поднялась. Она подошла к Черноуху и начала осторожно трясти его за огромную переднюю лапу.

— Ушастик, вставай…

Медведь что-то недовольно пробурчал во сне, повернулся на другой бок, но Лия была настойчива. Наконец он глубоко вздохнул, потянулся так, что хрустнули суставы, и медленно, сонно поднялся на все четыре лапы, оглядываясь вокруг ещё затуманенным взглядом.

И тут они увидели, как к ним направляется Наира в сопровождении Цеены и ещё двух эльфиек в изящных, но практичных одеяниях. Подойдя к Лие, она наклонилась и совсем по-дружески, тепло поприветствовала девочку лёгким прикосновением руки к её плечу.

Но потом выпрямилась, и её взгляд стал сосредоточенным и деловым.

— Черноух, подойди ко мне.

Медведь, уже окончательно проснувшийся, неуверенно, но послушно сделал несколько шагов вперёд.

— Мне нужна будет твоя кровь, — спокойно объяснила Наира, — чтобы определить, как сильно магия этого ошейника срослась с твоей собственной сущностью. Нам нужно рассчитать и узнать, как лучше — и безопаснее — снять его с твоей шеи, не причинив тебе вреда.

Медведь поёжился, мысленно представляя, как его лапу будут протыкать лезвием, но, глядя на спокойное лицо Наиры, всё же медленно протянул огромную лапу.

Однако боли он почти не почувствовал. Лезвие, которое Наира применила, было таким острым и движение таким быстрым и точным, что это напоминало скорее лёгкий укол, чем порез. И, как в прошлый раз, после тихих слов Пророка, крошечная ранка тут же затянулась, не оставив и следа.

Наира поднесла лезвие к губам и кончиком языка попробовала каплю медвежьей крови. Её тело снова на мгновение содрогнулось в тех же странных, почти конвульсивных движениях, глаза закатились. Но спустя мгновение она пришла в себя. Её взгляд прояснился, стал ещё более глубоким и знающим.

Обернувшись к двум сопровождавшим её эльфийкам, она что-то быстро и тихо проговорила на своём певучем языке. Те почтительно склонили головы и бесшумно удалились вглубь города.

— Черноух, Лия, — снова обратилась к ним Наира, и в её голосе звучала привычная теперь мягкость. — Пока мы будем готовиться к обряду, позавтракайте. Набирайтесь сил.

Она кивнула Цеене. Та, стоявшая всё это время чуть поодаль, шагнула вперёд и протянула им небольшую, но туго набитую сумку из прочной ткани, откуда пахло свежей выпечкой, и чем-то мясным.
Через час они вернулись, неся при этом большую, вырезанную из  дерева чашу, на внутренней поверхности которой были выгравированы сложные, переплетающиеся узоры.

— Ты готов? — спокойно спросила Наира.

Медведь, глубоко вздохнув, кивнул и принял из её рук тяжёлую чашу.

— Пей. Всё, до последней капли.

Черноух поднёс чашу ко рту, и в нос ему ударил до жути неприятный, горько-терпкий запах, от которого свело скулы. Он поморщился, но, сжав глаза, начал пить через силу, залпом проглатывая густую, вязкую жидкость.

Как только чаша опустела, Наира забрала её обратно. Вместе с двумя эльфийками она встала вокруг медведя треугольником. Они закрыли глаза и начали петь — тихо, но настойчиво, на своём странном, мелодичном и совершенно непонятном языке. Их голоса переплетались, создавая сложную, вибрирующую в воздухе гармонию.

Черноух вдруг схватился лапами за ошейник, издав хриплый, полный боли звук, и рухнул на землю. Его тело начало биться в странных, неконтролируемых судорогах, он катался по траве. Ошейник на его шее засветился в такт пению, сначала тусклым, зловещим красным цветом.

Но свечение быстро усиливалось, становясь всё ярче и ярче, превращаясь в ослепительное, почти белое сияние. И вдруг, с тихим, звонким звуком, будто лопнуло натянутое стекло, ошейник рассыпался на сотни мелких, тёмных частиц. Они упали на землю, зашипели, и тут же растаяли, не оставив и следа.
Лия и фея наблюдали за происходящим с испуганным, замирающим сердцем. То, что творилось с медведем, выглядело жутко и мучительно. И как только его ошейник исчез, они тут же ринулись к Черноуху.

— Ушастик!.. Ушастик!.. — Лия, чуть ли не плача, принялась трясти его за плечо, пытаясь привести в чувство. — Ты живой? Отзовись!

— Лия! Не беспокойся, — усталым, но спокойным голосом произнесла Наира, подходя ближе. — С ним всё в порядке. Это был лишь сильный шок от разрыва древней магии. Пусть немного отдохнёт и придёт в себя. А мне сейчас нужно помочь тебе.

В её руке появился небольшой, но невероятно изящный амулет на тонкой серебристой цепочке. Он выглядел как живой цветок: камень изумрудного цвета, точно такого же оттенка, что и глаза Наиры, был обрамлён тончайшей металлической оправой, напоминавшей изогнутые лепестки. Вся его поверхность была покрыта мельчайшими, искусными узорами.

Лия, всё ещё взволнованная, с благодарностью приняла подарок.
— Это не простой подарок, — пояснила Наира, её взгляд был серьёзен. — Его сила — в камне. В тот час, когда тебе будет очень плохо или опасность будет близка, поверь в него, и он поможет. Но ему так же нужно время, чтобы потом восстановить силу, так что используй его с умом и лишь в крайней нужде.

— Спасибо, — тихо ответила Лия, всё ещё в изумлении разглядывая этот изящный, прохладный на ощупь амулет. Она аккуратно надела его на шею, и камень упал под шубку, приятно отдавая лёгкой тяжестью.

Тут она почувствовала знакомое сопение за спиной. Обернувшись, она увидела Черноуха, уже полностью пришедшего в себя. Он сидел, радостно и недоверчиво трогая огромной лапой свою шею, где когда-то давил и жёг ненавистный ошейник. В его глазах светилось чистое, детское облегчение и благодарность.

— Ну! — Наира улыбнулась, глядя на эту сцену. — А теперь можете отправляться в путь. Цеена вас проводит до границ наших владений.

Попрощавшись с нашими путниками коротким, но тёплым кивком, Пророк тихо удалилась, растворившись в зелёных сумерках своего города.

Охотница Цеена, уже без прежней угрозы , подошла к ним и молча вручила Лии небольшую, но туго набитую сумку из прочной ткани.

— Это вам в дорогу, — коротко сказала она, и это прозвучало почти по-дружески.

Лия приняла еду, переложила всё в свою сумку, и наши путники, ещё раз кивнув на прощание, последовали за Цееной через лабиринт гигантских деревьев и светящихся цветов. Так они покинули таинственную и гостеприимную, хоть и пугающую, обитель тёмных эльфов.;