Рождественская притча. Праздничное фэнтези

Рождественская святочная история.
Задумана несколько лет назад.
Написана в 2020, с паузами.
Автор - иерей Петр Боев http://proza.ru/avtor/priestpetrboev
Источник: https://vk.ru/pritcha2020

***
***
***

8 января [или Предисловие]

С Рождеством Спасителя вас!
Стоп. По привычке сразу в бой ринулся.
Итак, желаю мира! Позвольте представиться!

Меня зовут Михаил. Архангел.
По-вашему - генерал. Мне доверена армия. Только не людей, а ангелов.
Да-да, не удивляйтесь. Существует такая. И это не сказки.

Понимаю, что в это трудно поверить. Кажется, у вас теперь не принято верить в то, чего не видно и что нельзя доказать. За последние сто лет люди стали совсем не аккуратными в суждениях. Но не об этом речь. Ближе к теме!

Жила одна женщина. Таких, как она, много. Но в этот раз почему-то на ней все сошлось. Вела себя отвратительно, а мой Господин… Как всегда! Внешне - строгий, а сам - истинная любовь. Послал не кого помягче, а именно меня.

Сейчас затишье. Все празднуют. Войн пока нет. Вот я и решил, пока есть время, сложить эту небольшую историю, что случилась с той женщиной, в небольшую книгу. А заодно попробовать, что это такое - быть писателем. А то все воюю да воюю.

Кратко о себе. Я не первый. Есть у меня старший брат. Он был выше меня, но стал ниже. В какой-то момент он решил, что вся сила, что была у него, на самом деле, не врученный ему дар, а его собственность. И он восстал. И многих убедил. Я сначала растерялся, но потом все же вмешался.

Об этом нигде не сказано. Слишком много личного. Отец не захотел об этом распространяться. Поэтому в ваших Писаниях о том ни слова. Брат сильно обиделся. Он говорил, что и так все понял. Требовал к себе любви.

Брат - хороший стратег. В какой-то момент очень логично обо всем рассказал людям. И многие тоже поверили, но не все. Нам, ангелам, очень трудно, но людям еще труднее. Вы - младше нас, но вам доверено больше. Поэтому вам и сложнее.

Отец и брата по-прежнему любит. Он всех любит - это невероятно! Не могу поверить, что после всего того, что тот сделал, он до сих пор так к нему относится! Но война есть война. На кону - не только люди, но и судьбы всего мира.

Отец в людей верит тоже бесконечно. Об этом и будет эта притча. Об одном человеке и сразу обо всех. И обо всем. На этом достаточно.


***


9 января, [или Глава 1. Часть I]

Да как они могли так поступить со мной? Сколько я им всего сделала! Подруги называется! Хотя бы на показ подумали бы немного! Сделали бы хоть вид, что думают обо мне! На мгновение задумались бы! Хоть чуть-чуть! Как мне-то теперь?

И этот тоже выдал! Выбирайте, кто останется, а кто уйдет! Хороший подарок под Новый год!Спасибо! Вот и работай с душой! Все вечера - там! Выходные - там! Кто возьмется? - Мария Андреевна! Кому поручить? - Марии Андреевне! Кто не подведет? - Конечно, Мария Андреевна!

Что делать-то? Кредитов набрала. Мать-отец старые. Кто поможет теперь? Мужик, ты чего так медленно идешь? Дай пройти! Что вылупился? Пялится на меня идет! Тащится - ничего не видит! Пальто натянул! Больной что ли? Из прошлого века поди?

Чего это я на девок взъелась? У Аньки сын, у Аленки трое! Да ну и что! Мне-то какое дело? Сами ввязались! Мужья же есть! Я-то совсем одна! Вот, Маш! Перевелись нынче бабы нормальные! Эх! Может, ты одна и есть такая на весь белый свет?

Папа-мама, у меня для вас подарок новогодний! Что доченька? Меня уволили! Теперь жить будем, поживать, да добра наживать! Ты, маманя, хотела меня почаще дома видеть? Ты, папаня, переживал, что я допоздна так задерживаюсь? Получайте! На-те вам!

Что ты просишь? Ты в зеркало себя видел? Довольный! Отработал свое? Вышел - выпросил - выпил - выпал? Что ты следишь за мной? Отойди, слышь! Мне самой, может, помощь нужна! Лучше ты мне помоги! Ты поди тут деньги лопатой гребешь! Пошел вон, пьянь!

Ой, собачка! Привет! Как тебя зовут? Хвостом виляет! Хоть кто-то мне рад! Может, тебя к себе забрать? Ах, родители не дадут! Извини! Они у меня не любят животных! Я теперь, как ты! Только еще хуже! Ты-то на улице, а я дома чужая! Ну, ладно, пока!

Маша, Маша! Ладно ты! Но родители-то как? Переживать же будут больше тебя! А так им и надо! Говорила я им, что не хочу на экономиста! Затолкали меня - вот получайте! Ха! Просила. Упрашивала. Умоляла. Нет, иди и лоб расшибай! Вот вам и гарантии!

Пойдешь, доча, туда - переживать не будем за тебя! Папа твой на одном месте всю жизнь проработал! Мать - ветеран труда! Чего прыгать по работам? Вот и получайте теперь! Хоть какая-то радость в этом увольнении! Ой, а если помрут? Да не помрут!

О, этот опять! В пальто! Обогнать решил. Разбежался. Куда летишь, ястреб? Хорошо, что не слышит! А то б точно накинулся. Сумасшедший, ага! Шляпа странная. Пальто с помойки. Эй, дядя! Ты откуда упал? Глухой! Ну, и хорошо! Ну, и ладно! Целее буду!

Чего, бабуля? Мне ничего не надо! Разве что деньжат! Ха! Не расслышала? Да, тебе лучше не слышать! Деньги, говорю, есть? Да, побольше! Мне теперь очень кстати! Сколько дать? А что ты смеешься? Весело тебе? Да иди ты, старая! Себе помоги!

Смотри-ка! Малыш! Мальчик, тебе сколько лет? Мама твоя где? Бросила поди и ушла в магазин!Сейчас придет? Ты не замерз? Ручки погреть тебе? Не надо? А чего дрожишь тогда? С дороги! Мать дура, что оставила, и этот такой же!

А все же хорошо, что уволили! Я и сама бы ушла! Выбрала бы момент поудобнее! Знала бы, что хотят уволить, так бы и сделала! Чтобы вспоминали потом еще лет десять! Чтоб Марию Андреевну запомнили по гроб жизни! Эх, и пронесло вас! Судьбу благодарите!

О, пьянчужка тот! С дружками что ль? Ты чего, мужик? Эй, руки убрал! Да, не хотела я тебя оскорблять. Ребят, вы чего? Я ему ничего не сделала. Фу, рожи синие! Не дышите на меня! Люди! Спасите! Грабят! Убивают! Не слышат! Думают, что пьяная?

Дела нет… Все, Маша, приехали! Одни подарки кругом. Много ты добра людям делала! Получай!


***


10 января [или Глава 2. Часть I]

Слава Тебе, Господи, что Ты меня отправил! Если бы на моем месте был Серафим, как бы он крылья свои прятал? Спасибо, ребят, положите ее пока вот сюда. Место тихое, хорошее, удобное. Никто сюда не должен заглянуть. Вы пока можете пойти и привести себя в порядок.

Вы, люди, забавные! Идете, шумите своими мыслями на всю улицу, а думаете, что никому дела нет. Мы, ангелы, все видим и слышим. Как только вы начинаете что-то светлое думать, мы - тут как тут! Но как только вы начинаете думать темное, нас сразу от вас взрывной волной отбрасывает.
 
Вот и пришлось мне, чтобы доставить на этот праздник данную особу, сделать несколько маленьких превращений. Раз уж от злости она цеплялась за всех подряд, то и выбрал я пьяниц как лучшую наживку для нее. Первый муж ее пил, а она и ушла от него. Злая память - хороший крючок.

К слову о мыслях. Например, сейчас ей кажется, что она видит сон. Трое пьяниц, что скрутили ее и уволокли в темный двор, превращаются в животных. Ей становится хорошо, потому что она думает, что страшное миновало ее. Единственное, что смущает ее, это перья моих крыльев из-под пальто.

Как ты вошел в мой сон? Ты же был на улице? Кто ты такой? Скажи, где это я? Только не подходи ко мне! Так, надо делать вид, что я не боюсь! Маша, тебе, конечно, страшно, но ты не имеешь права показывать это! У меня в телефоне навигатор! Меня найдут! С минуты на минуту!

Мария, не бойся! Я не знаю, как, но ты обрела у моего Господина милость! Чего? У какого Господина? Ты с дуба что ли рухнул? Точно идиот! Как я вчера и думала! Так, стоп! Вчера или сегодня? Молодой человек, сегодня вчера или сегодня, вы можете ответить?

Во-первых, искать тебя никто не будет, и ты лучше меня это знаешь. Родители привыкли к твоим внезапным отлучкам. Василием, кажется, зовут того гостеприимного молодого человека? А во-вторых, находимся мы сейчас не совсем в городе. То есть в городе, но не совсем в твоем.

Так, давайте все расставим по местам. Я сейчас встаю и ухожу. А вы тут можете оставаться столько, сколько захотите, и продолжать свой маскарад. Она встала, отряхнулась от пыли, и чуть было не ушла, но увидела тех троих, что превратились и подошли к старинным детским яслям.

Ей сейчас страшно и светло одновременно. Она всеми силами хочет убежать из этого заброшенного места. Сердце ее хочет тепла и уюта, шампанского и бутербродов с икрой. Но чем-то светлым внутри она понимает, что уходить ей отсюда ни в коем случае нельзя.

Я вижу, что она близка к решению остаться, и незамедлительно подхожу к яслям. Своей правой рукой медленно отодвигаю пальто. Я похож на ковбоя из ее вестернов, а она - ребенок в ногах у своего отца, и они смотрят вместе кино, а она под тем самым пальто, что сейчас на мне.

Почему я плачу? Почему не могу уйти? Кто же ты и кто твой Господин? Где ты взял это пальто? Кто там лежит? Кого ты защищаешь? Ты пришел наказать меня? За него? Я не могла оставить его, слышишь! Я не могла положиться на него! Мне пришлось это сделать! Скажи, там он?

С наступающим Рождеством тебя, Мария! Поздравляю тебя! Кажется, ты пришла! Меня зовут Михаил. Пока я в этом пальто, ты можешь подходить ко мне. Но если я сниму его, ты не сможешь даже смотреть на меня. В общем, отдай мне твое пальто. Ты не против, если я побуду в нем?

Носи на здоровье! Только интересно, как ты его добыл? Можно я посмотрю, что у тебя за спиной? Почему ты встал у меня на пути? Ты угрожаешь мне? Неужели ты выкрал меня, чтобы не пускать туда? Странный ты какой-то! Выполняй давай повеление своего Господина, раз уж пришел! Пусти!

Да, я пришел, чтобы кое о чем напомнить тебе. Ты знаешь. Просто забыла. Каждый раз, идя против  и оступаясь, ты отстранялась все дальше и дальше. Да, ты думаешь, что хочешь увидеть это. Но если увидишь, сможешь ли сберечь? Мне кажется, нет. Лично я не верю.

Да, да! Я могу! Я буду! Нет, ты не можешь. Уходи. Пошел вон, слышишь! Прочь с дороги! И я отлетел.


***


11 января, [или Глава 3. Часть I]

Ну, что же, я выполнил свою миссию. Спасибо за веру! Если честно, не думал, что у меня получится. Она не ушла. Я еще не поднялся из угла. Может быть, я повторюсь, но вы, люди, чрезвычайно наивны! Неужели можно было подумать, что меня легко сбить с ног?

Ну, ладно, ей это простительно! Она еще не сильна в Священной истории. Да она и в своей-то не сильна! Впрочем, не буду вас отвлекать своими думами. Когда я ушел с ее пути, перед ней возник седовласый старик в таком же пальто. Она побледнела. Ее тело затряслось. Ее отец.

Так она подумала. Но я вам скажу сразу, что это был точно не он. Можно же просто спросить, но она предпочла сначала подумать! У вас, людей, так часто бывает. Кажется, я снова взялся за свои причитания? Ну, да ладно! Просто запомните это, чтобы я больше не расстраивался, хорошо?

Это был не кто иной, как Иосиф. Тот самый, что воспитывал Иисуса как своего собственного сына. Хоть она и не угадала, кто перед ней стоит, но про своего отца она вспомнила очень даже к месту. Что-то затрепетало у нее внутри, но она снова не стала задавать своего вопроса.

А в этот раз она попала. Все зазвенело от ее крика. Я не успел за всеми ее мыслями, поэтому здесь огромная дыра. Но что-то мне подсказывает, что вы и сами знаете, какой шторм начался в ее голове. Выплюнув последнее слово, она замахнулась на старца, но тут же упала прямо на крыло.

Тебе все равно на людей! Хотя бы раз признай это. Просто встань и послушай его. Я подал ей руку, и она, сжав ее до боли, оттолкнулась. Тут я заметил, что мой огненный меч куда-то исчез. Она попыталась кинуться на него еще раз. Здесь тоже будет небольшая брешь в повествовании.

Минут через двадцать по вашему времени она плакала у него на плече и крепко обнимала. Начала говорить, что, на самом деле, уже давно чувствовала это, но просила кого-то на небе, что если он есть, пусть пока не забирает его, а этот кто-то, и вправду, слушал ее и не забирал.

Тогда Иосиф рассказал, что потому ей и устроили встречу именно с ними, что он, как никто другой, знает, что такое верить, но сопротивляться. Пока его губы что-то произносили, она облокотилась на него, словно маленькая девочка на старый пыльный шкаф, чтобы достать что-то вкусное наверху.

Ну куда же ты вечно торопишься, Мария? Ну, хорошо, хорошо! Только одним глазком! Ты и сама знаешь, что пока не имеешь права обойти меня! Она почему-то и сама от себя не ожидала, что не будет спорить и рваться к яркому свечению за его тонкой, но крепкой спиной.

Один раз он молился и сказал, что уже готов. Я, действительно, прожил достаточную жизнь, воспитал детей, сохранил веру, и сделал много добрых дел. Но сам не заметил, как этой своей молитвой вынес себе приговор, и обрушившись на пол, горько заплакал.

Когда он пришел в себя, то попросил еще немного времени, чтобы успеть хотя бы что-то. После чего мне было доверено взять к себе юную девушку по имени Мария, чтобы пройти испытание еще раз. Только представь, что со мной было, когда я узнал, что она беременна!

Во-первых, я не сдержал своего обещания. Во-вторых, не знал, куда деться от позора. В-третьих, мне было очень плохо, ведь она ничего не пыталась доказать, а просто сказала, что это дитя от Бога! И когда я увидел ее спокойную беззащитность, то снова раскаялся и начал верить.

Иосиф много говорил ей, что может двигать горы, а она кивала и соглашалась с ним. Почему-то ей хотелось быстрее завершить разговор, чтобы оказаться перед той, что была за его спиной. Но он сказал ей, что она сможет это сделать только после неожиданного прощения.

Для этого Рождества тебе более чем достаточно! Не бойся! Мы посетим тебя на следующий год. Только тогда ты сможешь увидеть! Времени мало, а дел так много! Уходи! Слышишь? Год - это совсем немного, чтобы успеть. Имей в виду, что уже завтра ты можешь остыть и забыть обо всем!

Не надо решать за меня! Я ничего не забуду! Но крылья раскрылись, и она упала в ноги своего отца.


***


12 января [или Глава 4. Часть II]

Прошло три года, но никто не приходил. Очередная зима с каждым разом становилась холоднее. Несмотря на то, что Мария делала все, как ей сказали, и даже лучше, ничего не получалось. Она чувствовала себя брошенным маленьким щенком. Стали заглядывать злость и бешенство.

Кстати, о щенках и обидах. Этот рассказ веду я, ее песик. То есть не совсем я. Читает мои мысли вы сами знаете кто. А идеи эти - мои, конечно. В тот роковой вечер по дороге домой Маша нашла меня прямо у своего подъезда. Последствия она предчувствовала. Поэтому и взяла меня с собой.

Схоронив отца, она не смогла сжиться с матерью. Ушла жить в другое место, хорошенько хлопнув дверью. Я это очень хорошо помню, потому что в той битве я уцелел, но вот мой хвост героически пострадал, и когда наступают сильные морозы, болит неимоверно страшно, аж выть хочется.

Но я не вою! Не друг я что ли? Зовут меня, кстати, Дворняга. Маша назвала меня так в память о том, что произошло в том самом дворе при участии трех пьяных джентельменов и еще одного крылатого переводчика в пальто, а также при молчаливом согласии увлеченной Рождеством толпы.

Через некоторое время ее взяли на престижную работу. С подругами отношения потихоньку сошли на нет. Но ей было и не до того, ведь после смерти папы она очень сильно ударилась в религию. Она постоянно ходит в храм! Откуда я знаю? Нам, песикам, туда вход заказан!

Вы все верно подумали! Я немного злюсь. Но не из-за того, что меня не берут с собой. А по другим причинам. Я заметил такую странную штуку. Чем чаще Маша бывает в храме, тем чаще рычит. В доме, кроме нас двоих, больше никого нет. Соответственно, несложно догадаться, как мы живем.

А знаете, мне даже интересно стало. Вот читает она там в своих книжках, что надо быть смиренной. А я возьми да переверни чашку с водой! А она возьми да и замахнись на меня! Э, дорогая! Да тебе до Царствия Небесного еще далековато! Пока в песьем царстве жить научись! Ав! Рр! Угу!

А если серьезно, я люблю свою хозяйку! Она заботится обо мне. Ни с кем особо не общается. Я ее жду. Она приходит вовремя. Досуга у нас на двоих хватает. Признаться, я даже иногда от нее устаю. Но она моих намеков пока не понимает. И поэтому на работе не задерживается.

Наверное, вы успели догадаться, что это к ней никто не приходит. А ко мне-то частенько гости наведываются. Я бы и хотел шепнуть ей, но не имею права. На этой дороге она должна сама догадаться, что произошло. А то только и умеет, что обижаться да злиться.

Мария начала ускорять. Это типичная ошибка всех лентяев. Да, это уже я, Михаил. Я почти всегда с ней рядом. Дворняга, конечно, думает, что это приходят по его песью душу. А я просто иногда заглядываю немного раньше, чтобы приготовить все ко встрече и всячески помочь ей рассмотреть.

Когда слишком торопишься, все только хуже. Мы, и правда, должны были заглянуть на следующий год. Здесь я не смогу рассказать вам подробности произошедшего. Если нужно, она сама в свое время обо всем поведает. Знайте только одно: мы, ангелы, всегда бьемся насмерть!

О чем здесь еще следует сказать? О том, почему так все несправедливо? Да, очень несправедливо! И у вас, и у нас всегда все так. Нужно учиться летать не по теории. Как бы грамотно я ни приготовил Марию, она все равно должна была бы упасть со своих небес и хорошенько шмякнуться о землю!

Вы же сами видели, как она торопилась во время нашей встречи. Чем больше ей говорилось, тем меньше она могла услышать. Лучше поэтому раньше улететь и промолчать, чем бесконечно объяснять и, порхая над чьей-то пустой головой, пытаться удерживать от всевозможных ошибок.

Иначе, конечно, можно, но мой Господин - все дело в Нем! - он слишком ценит свободу. Видит, что на краю кто-то из ваших, но не шелохнется. Мы его убеждаем, просим, умоляем, а он непоколебим! Только одно повторяет: почему до сих пор вы не верите в мою задумку? И молча уходит в Свет.

Ой, извините! Заговорился. Мне пора. Наконец-то она догадалась! Кажется, продолжению быть!


***


13 января [или Глава 5. Часть II]

Здесь я должен вам рассказать, как Мария догадалась. И о чем Мария догадалась. И посредством чего Мария догадалась. Я немного тороплюсь, извините. Мысли скачут. Пишу на бегу. То есть на лету. На диктофон. Потом попрошу Дворнягу расшифровать. Пусть почувствует уважение.

Слишком долго пришлось ждать. Дольше самой вечности. Даже я устал. И однажды крепко задумался. Раз уж я пробую участь писателя и составляю рабочие заметки, то почему бы мне не подкинуть как-нибудь кому-нибудь какой-нибудь блокнотик с заметками. Абсолютно случайно.

И чего я там только не написал. И чьих только мыслей не насобирал. Там и мама, брошенная на произвол судьбы. Там и подруги ее, которые так долго клялись в верности, а теперь не хотевшие и знать о ней. Там и Василий. Там и отец, который умер, но никуда не исчез ведь. Словом, дело.

Вот едет Маша, листает блокнотик, но кажется ей, что она спит. Вам ведь так часто кажется, если сразу слишком много чудес! Только ведь никто и никогда не обозначил, а сколько это - нормально? Но не мог же кто-то взять, собрать, да и подкинуть мысли всех этих людей прямо ей под ноги!

Вы, люди, такие удивительные! Вот, например. Видите один предмет. Запоминаете его хорошо. Называете это ученостью. Потом встречаете другой предмет. Прекрасно видите, что он лишь отчасти похож на тот. Но вместо аккуратности, торопитесь протрубить о свой грамотности.

Но ничего, ничего! Именно это мне и поможет в моем нелегком деле! И скоро вы все увидите! Не забыли, что это еще я, Михаил? А то скоро такое начнется! Я свой блокнот выронил. Что там было дальше, я не отвечаю. Она его подобрала, пробежалась взглядом и загребла в карман. Чернуха!

И чего это я не избавилась от нее? Надо было давно ее бросить! Не нужна стала подруга! Знала бы она, как доставались все летние поездки! Говорила мне мать, не жена она тебе! Зря я ее от мужа вечно защищала! Да кто ты такая, чтобы так с матерью обращаться! Не хочу больше знать тебя!

Чем больше грязи вливалось в нее из этого маленького блокнота, тем больше понимала она, что это совсем не сон. Вдруг к ней стали возвращаться силы, и она готова была взять в одну руку весь этот автобус и швырнуть его в каждого, кто писал своей поганой рукой эти ядовитые строки!

Мой план начал потихоньку срабатывать. В это время я сидел в ее квартире вместе с Дворнягой. Она пришла в крайнюю степень злости. И в этот момент пришли радостные новости, что все получилось. Она смогла. Она догадалась. О чем это я? Читайте дальше. Не отрывайтесь.

Я прекрасно знаю своего хитрого братца. Он всегда переворачивает все с ног на голову. Настороже ведь не только мы, ангелы, но и кое-кто другой. Вы должны об этом хорошо помнить. Может быть, даже лучше, чем первое. Итак, мой брат - самый хитрый из всех хитрецов на этой земле.

Маша идет по красочному рождественскому проспекту. Я чищу перья на своем, кажется, правом крыле, если вы стоите за мной на крыше. А если бы вы порхали прямо передо мной, то, конечно, крыло было бы левое, но это здесь не очень-то важно. А ведь все равно интересно, правда же?

Я достаю свой блокнот. Все происходит как на замедленной пленке. Некоторое время я перелистываю его и убираю в карман, но не вижу, как он туда не попадает. Он соскальзывает и улетает вниз. Скорость снова обычная. Падает. Мария поднимает его и забирает себе.

Я расстроен. Я улетаю прочь. Ничего не поделать. В квартиру, вы помните. Пока Мария идет до остановки, мой братец аккуратно и незаметно меняет блокноты. И вместо того, который уронил я, в ее кармане оказывается совсем другой блокнот. План идет под откос. Он доволен собой.

Он празднует. Веселится. Отправляет мне на вайбер свои любимые гнусные эмоджи. Я делаю вид, что он победил. Отправляю ему грустные. Но в какой-то момент он чувствует неладное. Я никогда не сдаюсь раньше времени. Он мечется из подвала в подвал, и, наконец, догадывается.

Ты все подстроил! Ты снова меня провел! Тебе нужно было, чтобы она разозлилась! Я не был рад.


***


14 января [или Глава 6. Часть II]

На следующее утро Мария даже не удивилась мне. Она открыла глаза. Быстро начала описывать произошедшее. И внезапно расплакалась из-за того, что в этом году встречи явно не получается. Такой вывод она сделала, потому что сегодня ночью увидела какой-то загадочный странный сон.

Еду я в автобусе. Перелистываю блокнот. И тут понимаю, что сейчас произойдет что-то страшное. Я хочу кричать, но у меня пропадает голос. Я хочу встать и побежать, но меня как будто приклеили. Я пытаюсь придумать что-то еще, но тут, как будто птенец из яйца - эта молитва!

Чего-то в этой истории не хватает, ты не находишь? Да, подожди ты! Слушай, что было дальше. В тот самый момент, когда я вспомнила молитву, вдруг все как будто замерло. Время остановилось. Людей как будто заморозили. Автобус повис прямо над дорогой. И тут вошла та светлая женщина.

Секунду назад я бы все отдала, чтобы оказаться как можно дальше оттуда. Теперь я готова была пробыть там целую вечность. Я не знаю, что это такое, но явно что-то неземное. Она еще не вошла, но тот свет от нее как будто шел впереди нее. Кстати, ребенка с ней не было. А вот старик тот был.

Дедуля почему-то в этот раз шел за ней. Ни слова не сказал за весь разговор. Только как-то странно в пол смотрел. Очень необычно. Я еще подумала, зачем пришел, если только и делает, что глаза прячет. Странный какой-то. Хоть бы поздоровался да слово сказал. Чудак-человек!

Она что-то трудное говорила. Приказала просто слушать. Ты, говорит, ничего не запомнишь. Просто вникай. Она наговаривала, а передо мной только картина одна. А слов я совсем не понимала. О тебе сразу вспомнила. Михаил, думаю, если надо, потом переведет на нашенский, простецкий.

Стою я на холме. Мрак какой-то. Крики. Гул. Шум. Все как-то странно одеты. Как в Эмиратах примерно - точно! Испугалась сильно. Но мне же прислушаться сказали! Вот я глаза-то и закрыла, и еще лучше увидела. Понятнее хоть стало. Но не все. Смекнула, что важное что-то здесь происходит.

Думаю, дай спрошу на всякий случай у местного. Подошла к одному. Спрашиваю, что случилось. Он мне пальцем показывает на людей, и тут голос его в ушах у меня. Все они поддерживали его, а теперь пришли посмотреть, как он умирает, и никто ничего сделать не может. Но так и должно быть.

Мне как будто в сердце кто-то со всей силы кулаком дал. Я аж на колени упала. А голову подняла и увидела кресты. Но взгляд почему-то не там остался, а рядом пошел. Там и стояла эта же самая женщина, что в перевернутый автобус вошла. Странно так стояла. Как мертвая и как самая живая.

Не смотри, что делают другие, смотри, что должна ты! Она даже и не говорила этого. Просто будто в ушах зазвенело. Мне показалось, что эта фраза как будто бы и есть эта женщина. А эта женщина и есть эта фраза. Будто душа в ней прямо из этих букв вылита. И ничего больше, только эти слова.

Я чуть не умерла там. Но было ощущение, что если я не соглашусь, время никто не отпустит дальше, и все эти люди в автобусе так и повиснут на всю жизнь здесь, где-то посредине города над ледяной дорогой. Как будто жизни всех этих людей были у меня в кулаке зажаты. Крепко так. Натурально.

И я только успела подумать. Надо же, как мне доверяют, раз все на паузе стоит. Если честно, мне даже показалось, что Господин твой тоже немного подождать решил. Они ждали! Все ждали!Правда, ждали! Впервые! И мне так тяжело стало почему-то. Кто я такая, что меня тут все ждут?

И как только я это подумала, сон сразу же исчез. И тут я посмотрела на тебя, и не узнала. Я был какой-то не такой. Что-то во мне сильно изменилось, но она не могла понять, что именно. Ты крылья чего не спрятал? Тебя же узнают! И на этих словах я поняла, что нахожусь в палате.

Говорил же, что вы, люди, - народ забавный! Я на входе сказал, что это костюм ангела. У них тут после вашей катастрофы такая суета, что не до меня совсем! Кстати, другие пострадавшие утверждают, что во время аварии какие-то двое зачем-то заходили в автобус, но им не верят.

Значит, это не сон? Но ведь мы все могли погибнуть? Что делать-то теперь? Ты почти научилась.


***


15 января [или Глава 7. Часть III]

Признаться честно, я подозревал, что ничего не выйдет. Но лучше так, чем совсем никак. Спасение утопающих - дело опасное, прежде всего, для самих спасателей. Если раньше я мог быть рядом, и Мария меня не видела, то теперь я даже приблизиться к ней не могу!

Что случилось? Догадайтесь сами! Теперь хожу и ищу людей, через которых можно хотя бы что-то о ней узнать. Опять же не ко всем подойдешь! Бывает, как обдаст холодом! Я как кока-кола в стакане, а какой-то студент насыпает лед без должного благоговения!

Ну, ладно, полетели уже! Покажу вам одно местечко. Я теперь там приземлился. Семья довольно интересная. Самое то для меня. Все тихо, спокойно, почти свято. Мама - пенсионерка, сын - психически больной. Только вы сразу выводов не делайте, ладно?

Она почти каждый день проводит время в храме. Он - центральный. Наше перышко рано или поздно туда залетит! И я смогу хотя бы что-то о ней узнать. Она - дама броская, а пенсионерка наша - дама разговорчивая. Сыну ее все равно больше нечего делать! 

Ну, вот, кстати, и наклевывается что-то! Видите, идет сегодня быстрее обычного? Я уже успел изучить ее повадки! Если шаг размеренный, значит, сегодня без происшествий. А если по земле не идет, а в воздухе парит, значит, был инцидент в богоугодном месте!

Наверное, про сына надо сказать? А то нехорошо как-то. Да и имя этой дамы тоже бы не помешало озвучить, так ведь? Хотя это потом и не слишком-то вам пригодится. Но если так полагается, то давайте уже сделаем, чего там! И им приятно, и мне честь-по-чести.

Я узнал, как они перебиваются, и снял комнату. Все равно одна лишняя, да и мне уже не болтаться! Иногда тоже ведь хочется отдохнуть по-людски, а то задержался я в этот раз в командировке из-за той настырной особы! Но, кажется, уже начал привыкать!

Каждый раз подслушивать тоже нехорошо. Раз уж я в засаде, то есть надолго остался, вот и решил не торопясь в этот раз все обставить. И пальто то пригодилось, и шляпа. Только они все время подозревают меня в чем-то. Странный вы, говорят! А мне что им ответить?

Михаил, меня можно звать просто - тетя Алсу. А его зовите - Исак. Вы не обращайте внимания. Муж у меня был еврей, вот и назвал так. Я тогда еще в Бога-то не верила, говорила ему, что жизнь пацану испортит. Вот и наболтала - с ума парень сошел!

Я повернулся к Исаку и улыбнулся. Он все время довольно странно качал головой, и меня это немного пугало. А его рот каждый раз бесконтрольно улыбался голливудской улыбкой. Мне почему-то показалось странным, что у него зубы не хуже, чем у лошади пародистой.

У тети Алсу тоже были на удивление здоровые зубы. А еще у них обоих были интересные уши. Они временами напоминали то эльфов, то единорогов. В какой-то момент я даже подумал, что это не люди, а подосланные ко мне существа из каких-то других сказаний.

В тот вечер тетя Алсу пришла какая-то радостная, и пока готовила ужин, стала тараторить про странную девушку, которая впервые пришла в храм и ругалась на иконы. Исак сидел молча, раскачиваясь в своей манере, и просто слушал, изредка беспричинно улыбаясь.

Когда она начала кричать, мне пришлось подбежать к ней, чтобы вывести на улицу. Я ее отпаиваю водой, а она валит и валит на меня! У меня все  пошло наперекосяк из-за какого-то сумасшедшего ангела! Он самым наглым образом влетел в мою жизнь и все испортил!

Я ее трижды перекрестила, но почему-то слова ее мне сильно запали в душу. Она говорила как здравый и образованный человек. Я-то знаю, что такое сумасшедший! Так ведь, Исак? И они вдруг оба улыбнулись, выстроив целую китайскую стену из своих зубов.

Мама, а сколько сегодня на небе звезд? Я не знаю, сынок. Кажется, на одну больше.


***


16 января [или Глава 8. Часть III]

Исак дождался, пока мы уснем, тихонько оделся и куда-то побрел. Я по старой привычке вышел в окно. Чтобы не щелкать замком и не скрипеть лишний раз дверью. Я подумал, что он может знать намного больше, чем его мама. Но куда он, интересно, собрался?

На улице было необычно тихо, поэтому я старался лететь примерно на уровне третьего этажа. Бывали у меня моменты, когда я совсем забывал о крыльях, и чего только не приходилось предпринимать! Единственное, о чем я забыл подумать в этот раз, были окна.

Я так боялся потерять из виду свою зацепку, что несколько раз лишь в последний момент видел застывшие в крике взрослые лица. Из-за этих ни во что не верящих людей я пару раз чуть не потерял своего спасителя! Я ведь не знал, где теперь ее искать.

А как думаете, что было с детьми в окнах? Вот многие из вас стараются укладывать своих пораньше. А в ту ночь некоторые непослушные ребята получили свои награды. Ну, разве мог я пролететь мимо ребенка, который улыбнулся мне и поздравил с Рождеством?

Одна девочка попросила принести ей братика. Другая попросила вернуть папу. Третья сказала, что сильно обижена на маму. Один мальчик хотел обменять братика на сестренку. Другой мальчик, наоборот, сестренку на братика. Я сказал, что тоже потерял сестренку.

Я так и подумал, что найду тебя здесь. Покажи левую руку. Все сходится! Мама не догадалась, кого к ней послали в это время. Сильно тяжело? Знаешь, кто я такой? Может быть, тебе не до того. А может, и наоборот, это как-то поможет в твоем горе, как знать?

Ты точно хочешь это знать? Когда-то у меня должна была родиться сестренка. Мне было тогда три года. Родители подумали, что я ничего не запомню. Но получилось наоборот. Они сказали, что моя сестренка умерла. А у меня что-то пошло не так. Меня Исак зовут.

Получается, что я не родная дочь своих родителей? А я думаю, что это у меня с мамой ничего не выходит! И что это я несчастная такая в личной жизни! А Михаил, получается, обманул меня! Почему он не сказал мне об этом? Странное совпадение имен!

Я подумал, что именно в этот момент было бы эффектно спуститься прямо с неба, что незамедлительно и сделал, но ожидаемого эффекта, если честно, не получилось. Кстати, в тот момент я совсем забыл, что не могу подходить к Марии, но что-то пошло не так.

Уже позже я понял, что пальто, видимо, может защищать не только ее от меня, но и меня от нее. Некоторое время мы просто молчали и смотрели друг на друга. Я думал, что она кинется на меня. Исак думал, что я кинусь на него. Что думала она, мы узнали сразу.

Почему ты мне не сказал всей правды? Зачем устроил весь этот цирк? Вместо того, чтобы рассказывать мне свои рождественские байки, поведал бы мне лучше, как так получилось, что мои родители не настоящие. И почему отец ничего не сказал даже перед смертью?

Тут из ниоткуда появилась Дворняга и тетя Алсу. Мама, что ты тут делаешь? Дворняга, ты как тут оказалась? Запахло алкоголем, и показались те самые пьяницы, но почти сразу исчезли. Мне стало жутко. Я испугалась. Кажется, чего-то не хватало.

Я ударил в ладоши, и Дворняга укусила собственную хозяйку. Укус был не слишком серьезным, но этого хватило, чтобы Мария взмолилась на всю улицу. Тогда показался свет. И когда она обернулась, вдруг появились те самые ясли. И животные.

Как хорошо, что ты так долго сопротивлялась! Я как раз успел немного подрасти! Конечно, временами ты вела себя крайне отвратительно, но с другой стороны, что бы я мог тебе сказать, если бы ты умудрилась подойти в первый раз или даже во второй?

А куда все подевались? Ты слишком быстро делаешь выводы. Я же тебе говорил!


***


17 января [или Глава 9. Часть III]

Папа, уходи. Прости меня за все и уходи. Но как ты тут оказалась? Неважно, просто иди. Я должна быть здесь. Я должна остаться здесь. Доченька, что ты говоришь? Пожалей себя! Нет времени объяснять. Вон там человек в твоем пальто, видишь? Иди к нему.

Я стоял по ту сторону пропасти и сквозь пламя мог кое-что увидеть. Времени было немного. Я успел предупредить ее, что чем больше она будет пытаться ему все объяснить, тем сильнее он будет приковываться к этой элитной однодвушке, но она все забыла.

Я смотрел на свои часы. Времени оставалось несколько минут. Так всегда бывает. Нужно довести до предела. Но если делаешь это, то в конце все должно быть очень жарко. Как тут у вас? Девять лучших фильмов на рождественские каникулы. Так, кажется?

Всем привет! Михаил много обо мне писал в этом блокноте. Он по своей глупости и недальновидности выбросил его. У этих святош всегда все вихрем. Вот я как считаю? Если делать, то делать до конца! Что мне все эти ваши бог сказал?

Давайте лучше я вам все расскажу нормально. Пожалуй, оставлю кое-что из его писанины, а вы уж и разберетесь дальше сами, кто и что тут сказал. Я немного подправил, правда. Не стал все, чтобы вы меня совсем за изверга не держали. Я хороший, правда.

Я люблю, чтобы последнее слово было за мной. Просто все время чего-то не хватает. Какая-то недоработка выходит. Давай организую явление Пилату, Иуде, Каиафе? А он мне, знаете, что ответил? Знаете, знаете. Если уж спасаешь, спасай до конца!

В общем, не справилась Мария. Пробрались они ко мне. Думают, что обхитрили меня. Ага, сейчас же! Это я им открыл все возможности. И стоял наблюдал за всем происходящим. Отец ее сказал, что никуда без нее не уйдет. А она и рада была уйти вместе.

Обидел он ее сильно. Тяжело ей было. Всем тяжело. Я и этому вашему еще в начале говорил: зачем ты так усложняешь? Пожалей их, и они от тебя никуда не уйдут! Нет же, пошел ва-банк. Ну, ладно, думаю, смотри, что будет дальше.

А этот, в пальто, наивно верил, что она сможет. Она пришла к нему. У него там апартаменты. Все как он любил при жизни. Плюс сверху бонусов я ему добавил. Не готовит, не убирает. Пятизвездочный отель. А она тоже наивная!

Думала, батя оставит все это. Ну, ну! Мечтай! Думала, что сможет остаться здесь. Пока она шла через обрыв, я ей такое показал, что вы, если бы это увидели, даже за папкой родным не пошли бы дальше, а на середине обрыва развернулись бы.

Она неплохо справлялась, но нельзя же так много думать о себе! Вдвоем ушли они. Отпустил я их. Чтоб не думали, что я сильно строгий. Вы там у себя обо мне столько наговорили. Я даже сам в шоке! Нормальный я! Вот, обоих отпустил, а мог бы оставить.

Пара мыслей. Оп, готово! Попробовать все заново. Нормальная семья. Все с самого начала. Будто ничего не было. Ну, хорошо же, правда! Теперь они там, все у них хорошо. Надоели вы со своим отвергнись. Как попугаи. Немного надо о себе думать же!

Долго она говорила ему, что за ней придут. А кто сюда придет-то? Это место богом забытое. Отец руки умывает всегда. Да еще и требует, чтобы вы все верили в его чистоту! Жестокий обман. Нельзя так с нами. И с вами нельзя. Все должно быть честно.

Если Ты говоришь, что этот мир для них создавался, чтобы радовались они, то отойди же в сторону и тихо наблюдай да радуйся! Если говоришь, что смирен сердцем, то и покажи свою кротость да удались подальше и дай править тем, кто искренен в своих намерениях!

Брат, ты все увидишь! Хватит играть в добро! Дерзай, дщерь, вера твоя спасла тебя!


***


18 января [или Послесловие]

С Рождеством тебя, дорогой читатель!
Эту книгу лучше читать на Святках. Стоп, забыл представиться.
Меня зовут Николай. И я не автор этой истории.

Однажды я гулял по замечательному городу Красноярску. И на пересечении улиц Березина и Чернышевского недалеко от мусорных баков нашел пачку листов. Это было в один из Святочных вечеров 2016 года.

Я с детства люблю сказки. Помню, как мама принесла мне Библейские сказания. Какие там были замечательные рисунки! Они до сих пор в моей памяти. А когда я прочел эти черновики, то в моем воображении снова нарисовались красочные картины. Почти как в детстве.

И тогда я подумал. У детей очень много сказок, а у взрослых почти что нет. Мне всего-то нужно было взять эти листы, немного литературно их обработать, ничего сильно не меняя, и сделать что-то вроде книжки.

Когда-то мне очень хотелось, чтобы радость Рождества длилась все Святочные дни! Я много раз терял эту Радость и не мог найти. И вот однажды вздумал написать какую-нибудь Рождественскую повесть. Знаете, как у Диккенса или Гоголя? Я даже просил своего друга взяться за это.

Такое невозможно написать. Если и должно что-то быть, то оно должно упасть прямо с Неба. Так сказал друг. Он сильно верит, а я вот спорил с ним, пока не наткнулся на эти листы. Что ж, подумал я, будь по-твоему, Петр, будь по-твоему, и взялся за дело.

Лучше было бы все это сжечь. Потому что слишком много двусмыслицы. Но времена нынче такие, что чем сложнее, тем лучше. Читатель сегодня щепетильный. Любит закрученный сюжет. Сильно чтобы умно было. Вот я и подумал, что если оставить все, тогда будет как раз самое то.

Тут даже не придется говорить: хотите верьте, хотите нет. Все очень просто и ясно. Единственное, о чем я теперь думаю, это Пасхальная повесть. Хожу по улицам городов, стараюсь не обходить мусорных баков и невольно глазами ищу толстую кипу листов. А вдруг? Один же раз было!

Там-то сорок дней, не как здесь! Кстати, о днях. Давайте напишу, как я планировал чтение. Всего отделений 11 - предисловие, девять глав и послесловие. По одному отделению на каждый день Святок. С 8 по 18 января.

Седьмое не берем, потому что это и так день праздничный. Восьмого читаем предисловие. Следующие три дня - 9, 10, 11 -  читаем первую часть (1-3 главы). Следующие три дня - 12, 13, 14 - читаем вторую часть (4-6 главы). Еще следующие три дня - 15, 16, 17 - читаем третью часть (7-9 главы). И 18 читаем послесловие. Читать лучше по вечерам, когда зажигаются звезды.

Кажется, все. Мне пора. Я свое дело сделал.
Передайте всем взрослым, ведь им так не хватает радости!
Но если дети тоже захотят, можно, хоть и читать будет непросто, но ради радости… пусть!