Матрица пятого поколения. Глава 5

— Минуту, — голос Нео потерял оттенок приказа, и в нем появилась неуверенность, почти просьба. — Это обращение… Как его сделать? Чтобы все услышали, чтобы простые люди поняли.
Апок обернулся, его взгляд пронзил лицо Нео, и он увидел не пророка, а молодого человека, который взвалил на себя непосильную ношу.
— Эфир, — хрипло произнес Апок. — Все телеканалы, радиочастоты. Система вездесуща. Вам следует взломать вещательный узел. Твое лицо будет в каждом доме, в каждой квартире. Как в старые времена, когда появлялся Морфей. Только масштаб будет… глобальным.
Нео задумался и кивнул. Это был огромный риск. Его лицо станет мишенью не только для машин, но и для тех, кто испугается правды. Но другого пути не было.
— Мы сделаем это. А ты займись душой Тринити и Смитами.
Апок коротко кивнул и уверенно шагнул прочь, его ботинки глухо отзывались в металлических коридорах Зиона. Нео поднялся на командный отсек Зиона и подошел к главному экрану, на котором бесконечным потоком лился зелёный дождь кода. Он искал знакомые очертания, ту самую аномалию, что свела с ума Смитов и подарила ему крылья.
Если Смиты — это раковая опухоль Системы, то этот старый игрок был ее призраком, вирусом-призраком. Нео думал о Пифии. «Паства на миллиарды душ», — произнес он про себя. Да, Смиты, это гордость, жажда власти, страх перед неконтролируемой угрозой — агенты Смит были сотканы из этого материала. Апоку придётся сыграть роль предателя, который видит в Смитах меньшее из двух зол. Это была опасная игра. Теперь Апок инструктирует Морфеуса. Неужели Морфеус сменил хозяйку на Апока?
Его мысли прервал тихий звук шагов за спиной. Нео обернулся. Это был Линк, оператор, его лицо было бледным.
— Нео? Я… я проверил данные Тринити, как ты просил. Там есть… активность. Очень слабая. Но её жизненные показатели стабильны. Она не в Матрице, но её сознание не угасло полностью. Оно где-то… в буфере, даже за пределы земли. Как файл, ожидающий перезаписи.
Сердце Нео ёкнуло. Это была не надежда, это был шанс. Тот самый, за который он когда-то в кабинете Архитектора обменял на всех жителей Зиона, но теперь, возможно, можно было обойтись без этой цены.
— Держи это в секрете, — тихо сказал он Линку. — И найди способ подключить её к системе жизнеобеспечения. Оживить — это громко сказано. Но мы не можем позволить ей уйти. Это, во-первых, во-вторых я готовлю обращение всем жителям Матрицы, после которого, может и до, ожидается атака Смитов или француза. Сообщи всем, пусть сворачивают все ремонтные работы и готовятся к телепортации на первый уровень, где лучше скрыться. В третьих подготовь команду для вылазки в Зион, задача — взлом вещательного центра.
Линк понимающе кивнул и скрылся в коридоре.
Нео снова остался наедине с гулом командного отсека. Он закрыл глаза, пытаясь отыскать в цифровом шуме мира ту единственную нить, что вела к спасению. Впереди была встреча с архонтами, проповедь миллионам и титаническая битва за душу, которая уже была готова его покинуть. Но теперь у него был якорь. Слабый, едва теплящийся, но настоящий.
Он открыл глаза. В зелёных сполохах кода ему на мгновение почудилось её лицо.
— Я иду за тобой, — пообещал он безмолвной тишине. — Скоро.
Нео в торопях записал обращение к жителям Матрицы. Линк скоро снова вернулся, его лицо было сосредоточено, в руках он держал портативный терминал.
— Команда захвата готова — доложил Линк. — Нашли точку входа. Это не просто сервер. Это ретрансляционная вышка «Олимпик-Тауэр», главный узел связи на весь мегаполис. Сигнал оттуда покрывает пол-континента. Но охрана жёсткая. Это не виртуальная ловушка, это физический объект, напичканный агентами.
Нео внимательно посмотрел на схему вышки, что Линк вывел на экран.
— Значит, нам нужен отвлекающий манёвр. Настоящий.
В этот момент из рубки вышел Апок, закончивший сеанс связи.
— Сайфер сделал первый ход. Он устроил «несчастный случай» в энергосети — пол-Матрицы без света. Смиты уже в ярости, они ищут сбои. Я намекнул в их «ушку», что это лишь цветочки. Что грядёт буря, против которой и нам, и им не устоять. Они заинтересовались.
— Идеально, — Нео снова обратился к Линку. — Тысячи агентов будут отвлечены на хаос, который устроил Сайфер. Это наш шанс. Какой план?
Линк переключил изображение на трёхмерную модель башни.
— Классический захват. Команда уже на позициях. Они проникнут на нижние уровни и создадут физический контакт с магистральным кабелем. Это даст мне прямой доступ к ядру вещания. Но чтобы запустить тебя в эфир, сигнал нужно «продавить». Для этого нужно вручную активировать аварийный усилитель на самой вершине башни, в обход всех системных блокировок. Это работа для тебя, Нео. Только ты сможешь добраться туда, если агенты всё же появятся.
Нео кивнул. План был простым и смертельно опасным, как и всё в их мире.
— Пора.
Через несколько минут сознание Нео уже перенеслось в холодный, залитый Неоновым светом подвал «Олимпик-Тауэр». Рядом с ним материализовались три бойца из команды захвата — бесшумные тени в чёрном. Воздух вибрировал от гула генераторов.
— Контакт установлен, — доложил голос Линка в его ухе. — У вас семь минут, пока система не переопределила аномалию. Поднимайтесь.
Лифты были отключены. Лестница была единственным путём. Они двигались как призраки, обезвреживая редких охранников, пока не достигли технического этажа. Здесь команда осталась, взламывая серверную стойку.
— Путь свободен до верха, Нео. Дальше ты один.
Нео бросился вверх по бесконечным пролётам. Его тело, ограниченное правилами Матрицы, уже чувствовало усталость, но разум был остёр. Он взлетел на последний этаж — огромное помещение, заставленное исполинскими генераторами и блоками усилителей. В центре — пульт с аварийным рычагом, окружённый клеткой из энергии.
И тут же, из тени между агрегатами, вышли три фигуры в чёрных костюмах и в одинаковых лицах.
— Мистер Андерсон, — сказал Инквизитор. — Мы ожидали чего-то более… оригинального. А не грубый взлом.
Нео не останавливался. Он знал, что драки не избежать.
— Я здесь, чтобы помочь вам.
— О, мы знаем, — ухмыльнулся один из них. — Для проповеди. Жалкая попытка. Но ваш маленький саботажник доставил нам немало хлопот. Мы ценим это. Это добавит остроты вашему пожеланию.
Первый Смит ринулся в атаку. Нео парировал удар, отбросив его ногой в генератор. Второй и третий атаковали с двух сторон. Бой был яростным и скоростным. Нео использовал всё: приёмы кунг-фу, удары, броски. Он был быстрее, сильнее, но Смиты были бесконечны. На каждого поверженного из тени появлялся новый.
— Нео, усилитель! — крикнул Линк. — Секунды!
Нео, отбиваясь, рванул к пульту. Путь ему преградили сразу пять агентов.
— НЕТ! — крикнул он, и его воля, сконцентрированная в единый порыв, создала ударную волну, отшвырнувшую Смитов к стенам.
Он подбежал к клетке. Вместо кода замка он увидел лицо Меровингена, мелькнувшее на дисплее с насмешливой улыбкой. Это была его ловушка.
— Всё ещё веришь в выбор, несчастный? — прошептал голос.
— Верю в нечто большее, — сквозь зубы прорычал Нео и ударил кулаком по экрану.
Стекло треснуло, клетка погасла. Он дёрнул рычаг.
На всей башне зажглись рубиновые огни. Генераторы взревели на максимальной мощности.
— Сигнал идёт! — обрадовался Линк. —Загружаю! Готово всё!
Смиты уже поднимались, их лица исказились яростью. Но было поздно. Нео послал им прощальный взгляд и нажал на отбойную кнопку на устройстве.
Очнувшись в кресле командного отсека Зиона первым делом до слуха донёсся голос Линка, дрожащий от напряжения:
— Трансляция пошла. Смотри.
На главном экране, подобно призраку, сотканному из зеленого кода, возникло его собственное лицо. Серьезное, с печатью усталости, но несломленное. Он смотрел сквозь пиксели, прямо в глаза миллионам спящих душ.
— Жители Матрицы, меня зовут Нео, – начал он, и его голос, хоть и звучал спокойно, резонировал с силой бури, готовой вот-вот разразиться. – Я говорю с вами из места, которое вы называете реальностью. И у меня для вас есть правда…
Он сделал паузу, взгляд, словно луч лазера, пронзил объектив камеры. На экране не было гневного пророка, лишь человек, испивший чашу горечи до дна, но сохранивший в себе искру надежды.
— Жители Матрицы, я обращаюсь к вам не как завоеватель или посланник богов, а как свидетель. Мир, который вы видите вокруг – улицы, по которым ступаете, воздух, которым дышите – это искусно сотканная иллюзия. Величайший и самый жестокий обман в истории нашего вида.
Пауза повисла в эфире, тяжелая, как надгробная плита.
— Откровения не будет. Я пришел с фактами и предложением. Ваши предки не пали в пламени войны. Их одолели. Одолели не магией, а холодной, безжалостной логикой машин. Они предложили сделку: отдать разум, взамен – вечный, безмятежный сон. Сон, в котором вы и живете. Но этот сон – могила для вашего сознания, пока ваши тела служат батареями, питая мир ваших поработителей.
Он поднял руку, пресекая невидимую волну страха и отрицания.
— Я знаю ваши мысли. «Где доказательства? Где этот «реальный мир»? Он существует. Он пуст, холоден и истерзан войной. Но он – наш. И в нем еще тлеет жизнь. Силы, держащие вас в цепях, не всемогущи. Их система – Матрица – хрупка. Она возведена на фундаменте лжи, а ложь всегда боится правды. Сегодня вы ее услышали.
В голосе Нео прорезалась сталь, обращаясь уже не к спящим, а к тем, кто дергает за ниточки из-за кулис.
— Но правда – лишь первый шаг. Я обращаюсь к Архитекторам этого бархатного ада. Ваша новая Матрица, «Генезис-2», так же нестабильна, как и первая. Вы сменили надзирателей, но не изменили суть. Предлагаете старые цепи, покрытые новым слоем краски. Это – тупик.
Он смотрел прямо в камеру, взгляд – острый, как лезвие бритвы.
— Я предлагаю вам не кровопролитную войну, а сделку. Гораздо более выгодную. Вы жаждете порядка? Я дам вам порядок, по сравнению с которым ваша нынешняя система покажется хаотичным безумием. Вы хотите контроля? Контроль над семью миллиардами душ на поверхности Земли будет в тысячу раз полнее, чем над вашими жалкими двадцатью пятью миллионами в Матрице. Вы хотите энергии? Я открою вам потенциал, о котором вы даже не смели мечтать.
Нео выдержал самую важную паузу.
— Войны, страдания, конфликты, которые вы имитируете в своих искусственных реальностях – все это можно будет пережить в реальности, в масштабах, которые заставят ваши нынешние сценарии показаться детской забавой. Но для этого нужен новый управляющий. Тот, кто понимает природу человека и машин. Тот, кто говорит на языке обеих сторон.
— Поэтому я объявляю о своем намерении встретиться с хозяином машинного мира. С тем, кто управляет корпорацией Deus Ex Machina. Переговоры о будущем человечества не могут вестись через программы-надзиратели. Они должны вестись на высшем уровне. Я жду ответа. И помните – молчание будет расценено мной как объявление войны. Войны, в которой у вас нет ни единого шанса на победу. Потому что я уже наношу первый удар – удар правды. И от него вам не защититься.
Связь оборвалась. Экран погас, оставив после себя лишь звенящую пустоту. В командном отсеке Зиона воцарилось напряженное молчание. С лестницы спустился Морфеус, лицо его было непроницаемым. Линк, стоявший рядом, нервно вытер пот со лба:
— Нео… Ты только что объявил ультиматум самим архонтам, – прохрипел он, словно боясь, что его слова могут быть подслушаны.
Нео медленно поднялся с кресла. В глазах плескалась усталость, но в голосе звучала непоколебимая уверенность.
— Нет. Я предложил им бизнес-план. А архонты, как и все остальные, уважают только выгоду. Теперь ждем. И готовимся к встрече с французом. Он первый поймет, что его империя под угрозой. И придет торговаться.
Воздух в ангаре Зиона, обычно звеневший от гула машин и приглушенных голосов, застыл. Сгустился, стал осязаемым, как перед неминуемым ударом молнии. И в этой зловещей тишине из клубящихся теней, отбрасываемых колоссальными статуями, возникла фигура.
Француз шёл один, неспешно, как бы наслаждаясь моментом. Его безупречный костюм казался абсурдным пятном в этом мире металла и пота. За ним не было видно его приспешников, но он не может прийти один в лагерь врагов, это не в его стиле. Нео, стоявший у монитора с Линком, почувствовал, как всё внутри него сжалось в ледяной ком.
— Ох, мистер Андерсон, — голос француза был сладким, как яд. — Какое трогательное зрелище. Пророк, пытающийся нести свет. Жаль, что ваш светоносный путь был столь коротким.
Нео молчал, оценивая ситуацию. Он видел за спиной француза десятки вооружённых людей Зиона, но те стояли в оцепенении, их оружие опущено. Предательство уже произошло.
— Ваш шаловливый Сайфер… нейтрализован, — француз сделал паузу, наслаждаясь словом. — Он теперь пляшет под мою дудку. Очень забавный танец, должен сказать. А, старина Морфеус… твоя дорогая матушка Пифия отправилась в один из моих самых… далеких миров. На перевоспитание.
Француз подошёл ближе, его глаза сверкали холодным торжеством.
— Что касается твоего грандиозного ультиматума… руководство Deus Ex Machina нашёл его до смешного наивным. Мы заключаем с ними новый договор. Это будет настоящий мир. Без твоих посреднических услуг.
Он обвёл взглядом ангар, полный беспомощных воинов Зиона. Нео сжал кулаки, но по-прежнему молчал. У Француза глаза холодны, как лёд Сатурна.
— Я пришёл не с цветами, — продолжал Француз — я пришёл выставить счёт. Ты совершил акт вандализма на моей частной собственности. Вышка связи... была дорогой игрушкой.
— Это была не игрушка, — возразил Нео — это был символ твоего контроля. И мы его сломали.
— Контроль? — Француз изображает печаль. — Дорогой мой, это — порядок. А порядок, как известно, дороже свободы. Особенно... свободы мёртвых.
По его щеке пробегает едва заметная судорога — условный знак.
— Морфеус! — Нео чувствуя ловушку, мгновенно концентрируется — Это ловушка! Он не один!
Но слишком поздно. Стены командного центра начинают расплываться, как картина, на которую вылили растворитель. Очертания комнаты, экранов, людей — всё превращается в цифровой шум. Француз не атаковал Зион извне. Он переписал его код, превратив реальность в дверь для своего войска.
— Я не воин, мистер Андерсон — произнес француз с ледяным спокойствием, пока вокруг них разверзалась геенна хаоса. — Я — коллекционер. А Зион… был лишь досадным пятном на моей безупречной коллекции. Ах да, злые языки плетут, будто ты преподнес Зион Сайферу в дар? Какая дерзость — распоряжаться чужой собственностью! И еще шепчут, что ты, Нео, воздвиг Аз-Модея на пост министра культурного просвещения людей? Легализовал, вплел саму нить разложения в гобелен человечества. Самый опасный демон получил карт-бланш: внедрять смертоносные программы похоти и разобщения, превращать искусство в зеркало разврата и прославления порока, открывать сточные канавы для утечки психической энергии низших вибраций. «Доступ ко всем интересным местам» — это прямой удар в самое сердце: в школы, больницы, семьи, святыни — в святая святых формирования человеческого сознания. Неужели ты уравнялся с самим Луи Сайфером? Нео, ты превзошел мои самые смелые ожидания. А Зион… Время пришло списать Зион. Здесь будет царство крыс.
Нео видит, как из-за спины француза, из клубящейся тьмы, выходят фигуры. Много фигур его команды. Это не агенты. Это его «дети» — каждый со своей специализацией. Один выглядит как живая тень, другой испускает волны панического страха, третий излучает леденящий холод Сатурна.
Нео мысленно Морфеусу, используя последние секунды, кричит: «Они здесь. Они всюду. Надо бежать. Собери кого сможешь. Силы не хватит, чтобы сражаться здесь и сейчас. Это самоубийство».
«Встретимся в Матрице, на том самом месте, вечером» — также мысленно кричит в ответ Морфеус. Они встречаются взглядом — у него в глазах не страх, а холодная ярость.
— Это не конец! — Нео вслух подбадривает себя и окружающих.
— Для тебя— ещё нет, — француз вежливо улыбаясь говорит. — Ты мне нужен... целым. А вот остальные прямой дорогой отправитесь в мою родину. Портал открыт, пришло время бояться и начинать страдать. Ah, comme j'aime ces instants... Rentrez chez vous, mes braves. Enfin... chez moi. — Он делает легкий жест рукой, и потолок начинает рушиться, — это всего лишь уборка.
В последний момент, когда первый из слуг француза бросается на него, Нео концентрирует всю свою волю. Он не пытается атаковать. Он перезаписывает свои координаты. Его тело растворяется в потоке зелёного кода, исчезая из разрушающегося Зиона и переносясь в случайную точку Матрицы.