Новогоднее чудо. Глава 10

Я уже давно не верю в чудеса. Все чудеса в этом мире создаются руками людей. Но то, что накануне Нового года некоторые люди становятся способны на поступки, на которые раньше вряд ли осмелились бы, является настоящим чудом.

Гостиная нашего дома, украшенная еловыми ветками и мигающими гирляндами, наполнилась дорогими сердцу людьми. Приехал дядя Вова, папин брат, со своей семьёй. Прибыла мамина подруга юности, тётя Света, со вторым мужем, которого мы радушно приняли в компанию. Здесь были Ивановы, Петровы и Сидоровы. А на самом деле только чета Ивановых носила из этого списка такую фамилию. Остальных мы как-то в шутку переименовали, подогнав под привычное уху сочетание. Петровы по документам были Петраковскими, а Сидоровы вообще являлись Симуковыми. Никто из них, зная о подпольных прозвищах, не обижался, наоборот, все находили это забавным.

Соседи, как правило, присоединялись к нам после полуночи, поэтому я очень удивилась, услышав звонок в дверь. Время на часах подбиралось к одиннадцати, мы сидели за празднично накрытым столом и по традиции провожали уходящий год. Папа пошёл открывать и вернулся через пару минут озадаченным.
- Лера, это к тебе. Я приглашал гостя в дом, но он наотрез отказался.
Сердце бешено заколотилось в груди, словно предчувствуя, что вот-вот должно случиться чудо. С загадочной улыбкой на лице я выскочила из-за стола. По пути сунула ноги в угги, а на плечи накинула мамин пуховик.

На крыльце меня ждал Распопин. Заметно смущаясь, он протянул мне подарочную коробку с пышным бантом:
- Это тебе!
Без лишних слов, сразу к делу – вот это по-мужски.
- Спасибо! – я потянулась чмокнуть Артёма в щёку, но он увернулся, будто пока не заслужил такой благодарности.
Поставив коробку на перила, чтобы освободить руки, посмотрела на собеседника, как бы говоря, что продолжаю внимательно слушать.
- Ты сказала, что до Нового года нужно обязательно закончить все дела, - начал он осторожно.

Мы стояли на хорошо освещённом крыльце, под козырьком, спрятанные от снега, и смотрели друг другу в глаза. Шум веселья, доносящийся из дома, нам нисколько не мешал. Идеальные условия для серьёзного разговора.
- Что-то хотел рассказать мне? – слегка поторопила я.
- Ту поездку на двоих по организации мероприятия в «The wonders» выпросил у Козырева я. Мне очень хотелось побыть с тобой вдвоём. И машину свою для этого предложил, чтобы быть к тебе ближе. А когда вдруг рассказал тебе о своём детстве…
- Вдруг решил добавить, чтобы я в тебя не влюблялась! – закончила я за него мысль.
- Я испугался. Испугался своих чувств к тебе, испугался твоей власти надо мной.
- Моей? – искренне изумилась.
- Да, я до этого никому не рассказывал про себя и своё детство. А во время праздника места себе не находил. Видел, что ты общаешься с другими мужчинами, понимал, что обиделась и делаешь мне назло.
Я вспомнила его глаза, полные боли, и чуть сама не заплакала.

- Но почему ты игнорировал меня после проведённой вместе ночи? Я ждала, что ты приедешь или хотя бы позвонишь, но ты даже не написал.
Артём отвернулся в сторону, чтобы не смотреть на меня.
- Я решил, что недостоин тебя.
- Издеваешься?
- Нет. И как видишь, оказался прав: есть более достойный кандидат.
Я ладонью дотронулась до его лица, заставляя вновь встретиться со мной взглядом.
- Кто?
- Твой жених!

Ожидала в ответ услышать имя финансового директора или на крайний случай начальника коммерческого отдела, но то, что у меня якобы имеется жених, вовсе вылетело из моей головы. Мягко улыбнувшись, я произнесла:
- Позволь и мне до полуночи кое-что тебе успеть сказать: нет никакого жениха и не было!
В доказательство своих слов я обняла Артёма и нежно поцеловала.
- Люблю тебя, Валерия! – растаяв, проговорил он.
- А я тебя, Распопин!

Мы продолжали стоять на улице и обниматься. Метель, бушевавшая после обеда, к вечеру успокоилась. Только пролетали лёгкие, почти невесомые снежинки. Они кружились в свете уличного фонаря и плавно опускались поверх недавно выросших сугробов.

- Кстати, ты в курсе, что фамилия Распопин по одной из версий происходит от принадлежности к попу или священнику? - спросил обладатель этой самой фамилии.
Я отрицательно помотала головой.
- Вторая версия мудрёнее и сложнее, но суть её сводится к умению громко говорить или произносить сильные речи. А третий вариант…
- Есть ещё и третий? – перебила я.
- Да, третий уходит корнями во Францию и гласит, что Распопин – это русский аналог французской фамилии Raspoutine.
- Распутин?
- Ага.
- Забавно! К чему ты мне это рассказал?

Артём широко улыбнулся:
- Может, ты как-нибудь на досуге подумаешь о том, чтобы сменить свою фамилию на мою?
Я не верила своим ушам:
- Ты делаешь мне предложение?
- Ну, пока я набрался храбрости, можно попробовать?
- А как же быть с нюансом, что ты не умеешь радоваться тому, чего добился?
- Именно поэтому я и делаю тебе предложение. Не хочу останавливаться на достигнутом, не хочу просто проводить ночи в одной постели. Хочу, чтобы ты стала моей женой, родила мне детей и…
- А давай будем идти медленнее, чем ты продвигался по карьерной лестнице? – попробовала притормозить его разбег я.
- Согласен.

Я начала замерзать, поэтому тут же нашла повод войти в дом:
- Значит, пришло время знакомиться с родителями!
Поворачиваясь к двери, заметила на перилах коробку с подарком.
- Что там? – спросила у Артёма.
- Новые фоторамки! Хочу, чтобы твои фотографии заполнили всё свободное пространство.
Я засмеялась в голос:
- С учётом того, что после свадьбы я перееду к тебе, получается, подарок ты сделал себе!
- С меня кольцо! – быстро нашёлся Распопин.
- Вот это мне нравится!

Влюблённые и счастливые мы вошли в дом и заразили своим настроением всех остальных.
Не это ли настоящее новогоднее чудо?!