В Панхае всегда солнечно... 1

- Ричард Клейтон? – равнодушно спросил таможенник, глянув в документ, а затем переведя взгляд на пассажира.
Мужчина, лет двадцати пяти, молча кивнул.
Взгляд таможенника скользнул по темной одежде, сшитой из слишком плотной ткани, на мгновенье замер на бледном лице и уперся в неприятно-прозрачные голубые глаза.
Тонкая рука, непривычная к физическому труду, зависла над паспортом и опустила печать.
«Въезд разрешен».
- Добро пожаловать в Панхай, - безо всякого гостеприимства сообщил таможенник гостю. – Наши курорты…
- Я тут по работе, - сухо оборвал его Дик, оглядываясь и пытаясь выцепить на указателях направление к выходу. – За мной обещали выслать машину.
Таможенник кивнул.
- Машина скоро будет. Вы пока можете отдохнуть в комнате для гостей, - он указал рукой на дверь справа.
Дик смерил самоуверенного, расслабленного чиновника оценивающим взглядом: пижон в белоснежной униформе, даже рюкзак не проверил. За такую работу внизу его бы через пять минут с должности поперли. А этот, стоит, улыбается. И стакан с лимонадом на стойке. Это уже ни в какие ворота.
Инспектор нахмурился:
- Я тут обожду.
- Как угодно, - равнодушно пожал плечами таможенник.
Дик отступил от ресепшна и привалился к стене. Медленно потянулись минуты в почти пустом помещении. За шесть минут всего один человек прошел вальяжным шагом мимо стойки и, не взглянув на дежурного таможенника, скрылся за служебной дверью.
Через десять минут терпение Дика кончилось.
- Мне долго еще ждать? – поинтересовался он, нависая над стойкой.
Таможенник вздохнул, всем своим видом показывая, что его оторвали от важнейшего дела – разгадывания кроссворда недели, поднял свои коричневые глаза и с плохо скрытым небрежением ответил:
- Часа… три. Может четыре. В общем ближе к вечеру. Сейчас слишком жарко, чтобы ехать.
Дик молча развернулся, подхватил рюкзак, закинул его за плечо и пошел к выходу.
- Куда? – вслед ему крикнул таможенник. – Сейчас самое пекло! Зонтик хотя бы возьмите.
Но Дик уже рванул на себя ручку двери и оказался снаружи.
В лицо ударил влажный, густой, лишенный кислорода жар, моментально высушивший носовые пазухи и горло. Лицо покраснело. Рот невольно приоткрылся. Тело его, еще хранившее остатки холода нижнего яруса, напряглось. Путаясь в складках одежды, Дик надвинул плотный капюшон и выудил из кармана солнечные очки.
Оказавшись на улице, почти в самом центре Панхая, он огляделся.
Тишина. Не гудели двигатели машин, не свистели полицейские. Под ногами не стелился дым от заводов. Только цветущие деревья с непривычно красной листвой, стрекот каких-то насекомых и яростное ядро над головой. Улочки с одноэтажными домиками. Скамейки вдоль тротуара… Зачем? Чтобы было удобнее бомжам?
Жара.
Он вытащил карту, сверился с названием улицы и медленно двинулся вперед, в сторону полицейского участка. Минут через десять инспектор чувствовал себя куском мяса в кипящей кастрюле. Одежда его нагрелась. По лицу и всему телу текли струи пота. Дышать было совершенно нечем. В какую-то секунду перед глазами потемнело.
И тут до его слуха донесся шум воды. Глаза нашарили в небольшом скверике фонтанчик с водой. Он шагнул в тень.
- Не пойму, - прошептал он, оглядываясь. – Забыли закрыть? А где терминал?
Краткий осмотр показал наличие отсутствия платежного терминала.
- Где кассир? – удивился инспектор и зачерпнул горсть воды. – Или он тоже днем не работает?
Она оказалась ледяной, невероятно прозрачной, вкусной и… бесплатной. Никто так и не потребовал с него плату.
Спустя минут сорок путешествия в раскаленном аду, Дик остановился перед домом в пять окошек. Табличка с золотыми буквами гласила: «Центральное отделение полицейского управления уровень 1 – Панхай».
- Всё? – не поверив своим глазам, Дик оглядел ближайшие дома. – Эта халупа – Центральное управление? Мне интересно, где у них следственный отдел, допросные, лаборатория, морг, в конце концов, располагаются?
Он толкнул тяжелую дверь из цельного массива дерева и замер, получив приятно-ностальгический удар холодного ветра в лицо.
- Добрый день? – сержант за стойкой привстал, озарив приемную лучезарной отработанной улыбкой. – Чем могу помочь? Потеряли ключи от дома? Сломалась машина? Управление готово предоставить вам сопровождение в любой неприятной ситуации.
Дик втянул воздух, задержал в легких на секунду, разглядывая улыбчивого парня и, наконец выдохнул ему прямо в лицо весь застоявшийся в легких дым среднего уровня.
- Следователь по особо важным – Ричард Клейтон. Следственный отдел. Третий столичный округ.
Лицо сержанта дрогнуло. Дик с удовольствием пронаблюдал, как треснула и сломалась глянцевая корочка благополучия и расслабленности. Руки парня поползли вниз, нервно одернули куртку, потом потянулись вверх – проверить прическу.
- Мы… - просипел он. – начальник отделения, господин Коул ожидал вашего прибытия только к вечеру. Мы обычно начинаем работу после семи, - он глянул в непроницаемо-прозрачные глаза Дика и поправился: - После восьми вечера. Ближе к девяти. Днем – только дежурные. Все же спят – жара. Сами видите.
Дик ничего не отвечая молча продолжал смотреть на сержанта до тех пор, пока тот не съежился до размеров почтовой открытки.
- Вызовите следователя, курирующего дело о гибели туристов, - разлепив наконец ссохшиеся губы, проговорил Клейтон. – Сейчас!
- Так точно! – пискнул сержант и вылетел из-за дурацкой стойки, больше напоминающей барную раздачу.
Дежурный засуетился с такой толковой расторопностью, что через десять минут следователь был вызван. Дик сопровожден вниз (оказываются здания тут строились вниз, чтобы защититься от солнца) на минус третий этаж и размещен в просторном кабинете с тремя кондиционерами и всеми материалами по делу.
Сержант раскрыл шкаф в углу. Как оказалось там располагался бар с внушительным набором горячительных напитков, лимонадов и льда. Ловко орудуя шейкером, сержант приготовил коктейль.
- Прошу, - он протянул высокий запотевший стакан с голубоватой жидкостью Дику и кратко пояснил: - Голубой лед. Немного рома и виски для вкуса.
- В полиции преподают миксологию? – ухмыльнулся Дик, приняв напиток и прокручивая его на свету перед глазами.
Колотый голубой лед так и манил сделать хотя бы один глоток. Но Дик сдержался.
- Нет, конечно. Во всяком случае у нас, - расслабленно улыбнулся сержант, выжимая во второй бокал сок лайма. - Я работал барменом на Белых озерах. Потом женился, захотелось спокойной жизни. Вот и пошел в полицию.
Дик хмыкнул:
- Ну да, - кивнул он, иронично улыбаясь. – А куда еще за спокойной жизнью идти, как не в полицию? Коктейли потягивать и отыскивать ключи рассеянным горожанам. Да?
Не разобрав сарказма в его словах, сержант добродушно кивнул и тут же чуть не подпрыгнул от страха, когда Дик грохнул стакан о стол.
- Я тут уже двадцать три минуты! – рявкнул Клейтон и, снизив голос до шепота, констатировал: – За это время мною было зафиксировано как минимум три тяжелейших нарушений устава. Отсутствие личного состава на местах – раз. Распитие спиртных напитков в рабочее время - два. Третье – вы впустили незнакомого человека в кабинет следователя и предоставили ему доступ к материалам дела об убийстве, не спросив никаких сопроводительных документов и удостоверения личности. Знаете, чем это пахнет для вашего отделения? Минимум расформированием.
- Шико, - услышал он вдруг за спиной беззаботный голос. – Что случилось? Ты зачем меня вытащил из кровати? Я только лег. Что, посетитель недоволен твоими коктейлями? Опять налил мало рома?