Ароматная женщина. Глава 18

Глава 18.

ВЛАСТЬ.

Презентация прошла быстро и несколько скомканно. Главы департаментов сидели с каменным лицом. Прессекретарь, известная в кампании сплетница, Азиза Бейляр то и дело бросала огненные взгляды на Габриэлу, сидевшую теперь по правую руку от Гаджибекова. По выражению лица было легко прочесть: его заставили пойти на такой рискованный шаг.

Ведь с этой самой минуты Габриэла Джанидзе обладала доступом к самым сокровенным файлам и документам, правом нанимать и увольнять, поощрять и наказывать. Без её одобрения не могла осуществиться ни одна мало-мальски важная финансовая и любая другая операция. Иначе говоря, с этого дня Гаджибеков должен принимать важные решения в согласии с ней, вице-президентом.

Габриэла подождала, пока руководители департаментов разойдутся, и протянула руку Гаджибекову: «Спасибо за доверие, Муртуз...Алекперович». Он улыбнулся с явной натяжкой : «Зайди к  мне на чашку чая.» И добавил, похлопав её по спине: «Не обязательно обращаться по отечеству, когда никого нет.»

Перед офисом пропустил её вперёд, легко подтолкнув в ягодицу. Это был намёк на сложившиеся интимные отношения: «Земфира, принеси нам чаю с лимоном.» Он небрежно указал на диван,  приглашая сесть за небольшой кофейный столик. Подмигнул ей: «Не знаю, что ты сотворила с «Балаевым» той ночью, но он просто сошёл с ума от тебя. Поделись своим секретным оружием.»

Габриэла вспомнила рекомендацию «Балаева»: «постарайтесь, чтобы Гаджибеков продолжал считать, что Вы были у меня этой ночью для сексуальных услуг. Это нужно для Вашей же безопасности.»

Она придала своему голосу обиженные тона: «Ты меня извини, Муртуз, но я была в шоке, когда ты велел мне подняться в нему в номер в полночь. То ли был пьян, то ли сделал это преднамеренно. В любом случае, не ожидала от тебя. Ты поставил меня в безвыходное положение!»

Вошла Земфира с чаем и Габриэла замолчала. Отпив горячий чай, Муртуз дождался когда за секретарём закроется дверь: «Он хозяин, как ты не понимаешь? Я не мог отказать ему в такого рода просьбе. Даже не мог бы предположить, что он положит глаз на тебя. Ведь ты моложе него всего на пять лет! Был уверен, что он предпочитает молодых.»

Габриэла удивлённо подняла свои брови: «Не хочу хвастаться, но тебя удивит и другое: на меня засматриваются молодые мужчины и даже юноши.» В ответ он положил руку на её колено: «Верю. Но я не ожидал, что ты с таким рвением ляжешь под него! Надеялся, что в тебе проснётся женская гордость. А ты поступила, как самая рядовая ****ь, как та самая проститутка Серафима, которая сосала под столом!»

Это был удар ниже пояса. Габриэла резко вскочила со своего места: «Ты не сможешь меня оскорбить больше, чем тебя окорбил сам Всевышний. Он лишил тебя мужского достоинства и сделал импотентом, которому жена изменяет в супружеской постели.»

Гаджибеков весь побагровел. Его рука задрожала. Прежде чем Габриэла вышла за дверь, чашка с горячим чаем опрокинулась прямо на брюки Гаджибекова. Раздался его крик. Габриэла открыла дверь в приёмную: «Земфира, помоги Муртузу Алекперовичу переодеться: он кажется помочился. А я буду у себя, если вдруг понадоблюсь.»

Офис вице-президента был расположен этажом выше. Приёмная была пуста: ещё не было возможности подобрать секретаря. Габриэла вошла в кабинет и ахнула! Везде и всюду были букеты цветов с поздравительными карточками. Новости сообщили все средства информации.

Одна из карточек с поздравлением ждала её у входа на полу: «Мои сообщения поступили в прессу ещё вчера. Я всегда к Вашим услугам, Азиза Бейляр.» Прессекретарь спешила польстить: шли упорные слухи о том, что она любит женщин.

Самый огромный букет роз стоял прямо на её столе. Габриэла взяла в руки карточку: «Примите мои искренние поздравления. Жду личной встречи с Вами, Зураб Павлиашвили». Букет был от самого Премьер-министра! На обратной стороне был конфиденциальный номер телефона.

Габриэла села за стол и несколько раз повертела в руке карточку. Затем всё же решилась набрать. Премьер-министр ответил сам: «Спасибо за звонок, Габриэла Вахтанговна. Уверен, что мы будем работать в контакте, ибо теперь наши интересы совпадают.»

Габриэла решила сразу определиться с новыми отношениями: «Я благодарна и Вам, уважаемый Премьер, и Президенту Азербайджана за столь неожиданное доверие. Но очень прошу понять меня правильно: я готова к сотрудничеству. Но не люблю азартные игры. Особенно под столом.»

В ответ Палиашвили расхохотался: «Мы с моим другом из Баку хорошо знаем разницу между Серафимой и Членом Координационного Совета. И Вы скоро в этом убедитесь.»

Положив трубку, Габриэла нашла снимки, сделанные из блокнота, найденного в сейфе у Гаджибекова. Ввела в компьютер нужные координаты, пароли и раскрыла полную картину тайных финансовых потоков, осуществлённых за прошлый год.

Речь шла не о миллионах, и даже не о десятках миллионов, как предполагал Президент Алыев. Гаджибекову удалось скрыть от Координационного совета несколько миллиарадов американских долларов. Все утаённые средства переводились на мало кому известный банк на острове Мадагаскар.

Опытному специалисту понадобилось всего десять минут, чтобы переместить всю сумму до последнего цента на счёт в криптовалюте, срочно открытый в Северном Кипре. Габриэла Джанидзе обогатилась на несколько миллиардов в течение первых пятнадцати минут в своей новой должности.

Специальный телефон лежал на дне сумки. Ответил бодрый голос молодого человека: «Джейхун Гаджи слушает, госпожа Джанидзе.» Габриэла поняла, что Президент Алыев не шутил, когда вручил ей этот канал связи: «Передайте господину «Балаеву», что его подозрения оправдались. Сумма свыше четырёх миллиардов исчезла. Скорее всего находится под юрисдикцией США и недоступна для трансакций.» На том конце повесили трубку.

Раздался звонок на служебный телефон. Это был до боли знакомый голос Ибрагима Вурана: «Поздравляю, джейранчик. Даже в самых смелых планах не предполагал, что ты взлетишь так высоко. Но надеюсь, головокружение от высоты тебе не угрожает. Жду тебя с докладом в том же номере гостиницы Mariot. Соскучился по твоей попочке.»

Габриэла ответила неожиданно смело: «Ты находишься под серьёзной угрозой банкротства, господин Вуран. Я бы на твоём месте вместо моей попочки подумал бы о своей собственной. Я не спасаю тонущих. Ты был моим позавчерашним кошмаром!»