Пантелеимонов монастырь. У входа

Сейчас наступило такое время, когда в жизни Афона стали происходит серьезные сдвиги и изменения. Афон слишком открыл себя для мира. Немалую роль в этом сыграла и наша страна, в свою очередь открылась для православия. И отсюда вырос интерес к Афону, и появился поток желающих стать монахом в стране монахов, тем более, что многие из участников этого потока не смогли бы получить постриг в России из-за личных недостатков или из-за отсутствия не только послушания, но и элементарной дисциплины. История 19-20 веков начала повторяться, когда русские люди ехали на Афон и становились монахами, и чаще всего находили здесь себе место. Кроме того, великое монашеское государство вызвало интерес у всех, кто может держать в руках перо, вернее теперь уже стучать по клавишам. И самое тяжелое для Афона оказалось в том, что среди них, оказалось похоже преобладающее количество женщин, которые красочно и многословно пересказывали паломничества своих мужей, находили материалы в архивах и т.д. Те, кто из ребра, перешли Рубикон, надеюсь, что только в освящении афонских историй. Несомненно, все, что пишется об Афоне, требует строго и точного подтверждения с научной точки зрения, а иначе Афон, который молится, будет просто задавлен любителями апокалиптических и прочих историй. Как тут не вспомнить упоминавшегося выше епископа Порфирия! Тем более что к открытости Афона привели коммерческие соображения.
Подплываем к Русскому монастырю. Мне кажется, что мои книги более навредили Афону, чем помогли. К счастью, они не имели широкого распространения. На Афон должны приезжать люди, которым это действительно нужно, которые получат духовную пользу от общения с Афоном. Конечно, ты за один раз и не поймешь Афона, даже на сотую долю, если тут можно применить такие измерения. Постепенно у человека возникает потребность приезжать еще и еще. Но есть люди, которое пересекают Афонскую границу, чтобы увидеть что-то экзотическое и интересно, и они такими посещениями наносят вред Афону. В первую очередь, тем, что субсидируют дельцов от паломничества, которые зарабатывают на туристах. Во-вторых, отсутствие благоговения при соприкосновении со святыней само по себе вредно.
Когда в 1996 году мой друг Валерий предложил мне поехать на Афон, я как-то не особенно обрадовался: вне России может ли быть святыня? Так мне казалось. Я тогда еще никуда не выезжал, и мне представилось это пустым любопытством. К тому же ранее я даже в мыслях не представлял себе возможность выехать за границу. Но, эта поездка перевернула меня, спасибо Валере.
И вот корабль подъезжает к своеобразному городку, раскинувшемуся по холмистому берегу, Это русский Пантелеймонов монастырь. Некоторые ученые люди спорят, как его называть Россикон, Руссик или как-то иначе. Но главное это русский монастырь, существовавший на Афоне с испокон веков. И, что это именно русский монастырь, записано в минимум двух хрисовулах Константинопольских патриархов (сигиллион патриарха Каллиника 1803 года и патриарха Григорий 1820 года). Это русский, афонский монастырь. Что написано пером не вырубишь топором. А именно им и пытались..., Но об этом позже.
Путь к нашему монастырю в те годы был нелегок. До этого были Салоники и Министерство Македонии и Тракии, и знаменитая комната за номером 222, в которой сидела знаменитая мадам Плисса и решала, кому можно разрешить ехать на Афон, а кому нельзя. Священникам в сущем сане получить разрешение на проезд на Афон было практически невозможно, нужно было оформить соответствующую бумагу у церковного начальства в России, что было тогда непросто, но при наличии ее священника все равно бы на Афон не пустили, сославшись на квоты, хотя паломников в те годы были единицы. По крайней мере, не было желающих проверять это и ехать для этого в город Салоники. И священники маскировались под мирян, записывали себе мирские профессии, ложные или действительные. И придавали себе соответствующий вид. Одного знакомого священника с длинными волосами запустили в комнату 222 с подводным ружьем, как рыболова-любителя. Несколько позже я узнал другие способы миновать злосчастную комнату, но об этом потом.
Вот паром сбрасывает свой железный язык на афонскую пристань. Греки начинают подгонять: Ела, ела. Мы торопимся - время стоянки ограниченно.
Сколько раз я поднимался по этим ступенькам. Сколько раз сюда приезжал, но порою кажется, что по-настоящему так ни разу и не приехал. Не на секунду, на скорости минуя промежуточную станцию на пути к другим целям, чтобы отправиться дальше узнавать Афон. А именно сюда. Может, были в этом виноваты и слухи, которые представляли Пантелеймонов, то украинским, то бывшим русским. Слухи собирались, естественно по Афону, может их порождало и какое-то положение внутри самого монастыря, но никогда после первых двух приездов я уже не ехал именно сюда, в Русский Пантелеимонов монастырь, чтобы здесь побыть, помолиться, подышать этим воздухом. Меня спросят: Зачем это тебе? Ты же не монах. Подходим к ответу на вопрос, зачем сюда ездят православные христиане. Если исключим из этого списка просто любопытствующих туристов, то, вернувшись на несколько шагов назад на пристань получим ответ.
Здесь, как только ты ступил на афонскую землю, надо было ей земно поклониться. Потому что эта земля святая. Можно обсуждать как ученый епископ Порфирий, была ли здесь Богородица во время своей земной жизни, но она не только была здесь по своем Успении, но пребывает и покровительствует этому месту доныне. Значит, эта земля - святая, и человек, в котором Афон оставил свое семя, и это семя стало прорастать, хорошо это чувствует. Здесь не человек красит место, а место красит человека. И пусть мне будут тысячу раз говорить о здешних безобразиях, про которые немало читал в архивах и книгах, а что-то и сам видел, но место это святое, и великое горе тому человеку, тому народу, которые об этом забывают, и начинают здесь чего-то добиваться, делать карьеру или толкать свой убогий национализм. Так что благодарю Бога и, конечно, скажу спасибо Валере, что я сюда пришел, что привели меня сюда. Горе тем туристам, которые не ощущают этой святости. Помню, нас покоробили слова, услышанные от богатых русских "гостей": Это что за деревня? Где здесь купить колбасы? и, увы, логика туристического бизнеса обеспечивает их колбасой. Есть еще одна проблема, касающаяся зерна, которое должно прорасти, и горю тому паломнику, который не растит это зерно, не дает ему необходимого для роста, и только наслаждается рассказами о достопримечательностях и чудесах Афона. Как растить это семя? Удобрять почву благочестивой, православной жизнью, молитвенным правилом. Иисусовой молитвой. Сейчас многие говорят об этой молитве. Есть своего рода прорабы, которые несут молитву в массы. Но, дело это не для масс и глубоко индивидуально. И относиться к молитве надо с великой осторожностью. Меня коробит, когда Иисусову молитву распевают на крестных ходах, чтобы занять чем-то благочестивым свой ум. Господь пришел создать Церковь, и создал Ее из небольшого количества людей. Он - Пастырь, но Он не пришел создавать стадо. Такие мысли на ступеньках, на дороге перед вратами монастыря