Слово не воробей, но поймать его проще

Пока Трамп бьётся за Гренландию, мы изо всех сил сражаемся с мошенниками. И, надо быть честными, с переменным успехом.

Вот опять звонок. Теперь на стационарный телефон. Странно. Суббота. Может, мама? Но вроде недавно общнулись.
— Алло, — стараюсь говорить нейтрально.
— Здравствуйте, это Алтайтелеком. Меня зовут Александр. У вас закончился срок договора…

Кладу трубку на самом интересном месте. «Александр» с женским (почему-то) голосом. Ох, милая моя. Вы, девушка, очень банальны. Ваша схема «откатана» до дыр. Сейчас вы попросите паспортные данные, потом постарайтесь забраться в мой аккаунт госуслуг и закончите заветным четырёхзначным кодом по смс — ключиком в мой сбербанк-онлайн.

Сто раз об этом говорили, писали, предупреждали, знакомые рассказывали. Но ведь «клюют». Когда «про кого-то» — кажется смешно, глупо, наивно. Когда сами хватаем трубку, то ли ступор какой-то наваливается, то ли память отшибает. Знакомая рассказывает про пожилую соседку. Такой крючок заглотила с наживкой, хотя сама убеждала горячо-прегорячо: и вот так не вздумай, и этак нельзя говорить, и не вздумай в разговор вступать вообще. Но когда ей позвонили, тут же начала рапортовать как солдат на плацу: всё чётко, строго по команде. Спохватилась, когда назвала те самые четыре цифры. Слава богу, мигом сообразила, что «ляпнула» запрещённое. Тут же сына на уши поставила. Тот прилетел, мигом переблокировал всё, и матери «втык» сделал. Как в том советском плакате «Не болтай!» Она теперь вторую неделю дома сидит, трясётся, к телефону боится подойти.
 
Ну эта ладно, всё-таки пожилой человек. Другая — моя соседка — молодая женщина. Вроде как тоже осведомлённая. Пока муж спал после второй смены, «повелась» на звонок о каких-то своих «грешках»: мол, где-то её в чём-то  уличили, теперь вот  могут «отмазать», но перечислить срочно надо 150 тысяч. Готовы помочь с кредитом. «Помогли». Всё оформили, она слётала в банкомат, сняла «нал», отправила «куда надо». Муж проснулся, а тут слёзы-сопли. В полицию – а там: «Девушка, о чём вы думали?» Результат — долг банку на 150 тысяч. Выплачивает. А куда деваться?

И опять отовсюду одно да потому: официальные органы звонить не будут, писать, особенно в мессенджерах, никогда не станут. Из поликлиники вам не позвонят, если не ждёте. Банки, налоговая и пр. тоже не звонят.  В случае особой надобности — письмо через почту с кучей разноцветных печатей.

Ваши голоса записываются, генерируются нейросетью, рассылаются знакомым и родственникам. Поэтому не отвечайте, не рассуждайте, не пытайтесь блистать остроумием, не отправляете голосовые сообщения (и это теперь опасно).
Вроде все знают и про Долину, и прочие хитромудрые мошеннические проделки. Но…

Ещё мудрый Михаил Афанасьевич предупреждал в своём бессмертном «Мастере и Маргарите»: «Никогда не разговаривайте с неизвестными». Теперь уж точно знаем. Или нет?
Пока Трамп бьётся за Гренландию, мы изо всех сил сражаемся с мошенниками. И, надо быть честными, с переменным успехом.

Вот опять звонок. Теперь на стационарный телефон. Странно. Суббота. Может, мама? Но вроде недавно общнулись.
— Алло, — стараюсь говорить нейтрально.
— Здравствуйте, это Алтайтелеком. Меня зовут Александр. У вас закончился срок договора…

Кладу трубку на самом интересном месте. «Александр» с женским (почему-то) голосом. Ох, милая моя. Вы, девушка, очень банальны. Ваша схема «откатана» до дыр. Сейчас вы попросите паспортные данные, потом постарайтесь забраться в мой аккаунт госуслуг и закончите заветным четырёхзначным кодом по смс — ключиком в мой сбербанк-онлайн.

Сто раз об этом говорили, писали, предупреждали, знакомые рассказывали. Но ведь «клюют». Когда «про кого-то» — кажется смешно, глупо, наивно. Когда сами хватаем трубку, то ли ступор какой-то наваливается, то ли память отшибает. Знакомая рассказывает про пожилую соседку. Такой крючок заглотила с наживкой, хотя сама убеждала горячо-прегорячо: и вот так не вздумай, и этак нельзя говорить, и не вздумай в разговор вступать вообще. Но когда ей позвонили, тут же начала рапортовать как солдат на плацу: всё чётко, строго по команде. Спохватилась, когда назвала те самые четыре цифры. Слава богу, мигом сообразила, что «ляпнула» запрещённое. Тут же сына на уши поставила. Тот прилетел, мигом переблокировал всё, и матери «втык» сделал. Как в том советском плакате «Не болтай!» Она теперь вторую неделю дома сидит, трясётся, к телефону боится подойти.
 
Ну эта ладно, всё-таки пожилой человек. Другая — моя соседка — молодая женщина. Вроде как тоже осведомлённая. Пока муж спал после второй смены, «повелась» на звонок о каких-то своих «грешках»: мол, где-то её в чём-то  уличили, теперь вот  могут «отмазать», но перечислить срочно надо 150 тысяч. Готовы помочь с кредитом. «Помогли». Всё оформили, она слётала в банкомат, сняла «нал», отправила «куда надо». Муж проснулся, а тут слёзы-сопли. В полицию – а там: «Девушка, о чём вы думали?» Результат — долг банку на 150 тысяч. Выплачивает. А куда деваться?

И опять отовсюду одно да потому: официальные органы звонить не будут, писать, особенно в мессенджерах, никогда не станут. Из поликлиники вам не позвонят, если не ждёте. Банки, налоговая и пр. тоже не звонят.  В случае особой надобности — письмо через почту с кучей разноцветных печатей.

Ваши голоса записываются, генерируются нейросетью, рассылаются знакомым и родственникам. Поэтому не отвечайте, не рассуждайте, не пытайтесь блистать остроумием, не отправляете голосовые сообщения (и это теперь опасно).
Вроде все знают и про Долину, и прочие хитромудрые мошеннические проделки. Но…

Ещё мудрый Михаил Афанасьевич предупреждал в своём бессмертном «Мастере и Маргарите»: «Никогда не разговаривайте с неизвестными». Теперь уж точно знаем. Или нет?