Зачем страдать?

Виктор Матюк

Зачем страдать

Зачем страдать и врать самому себе, что ты в душе – интеллигент,
Если правда всплывёт в момент, ты – не конкурент для местной братвы,
Твой инструмент для женитьбы изношен и стёрт до дыр, выглядит, будто сыр
В чужой мышеловке, так что на судьбе-плутовке пришло время ставить жирный крест!
Оглянись окрест, твой интерес идёт логике наперерез,
Он мчится, как транссибирский экспресс
Сквозь бескрайний лес, там нет ни женихов, ни невест,
Ты же умный человек, тебе нельзя без
Воли небес вступать в процесс тайного общения только для телесного развлечения!
Бес ждёт отмщения и без его одобрения душевные треволнения
Мгновенно иссякнут, задушевные чувства погаснут,
Ты не успеешь даже тихо вякнуть,
Так как кромешная жуть,
Преградит твой путь
На тихом бездорожье! Чуть позже задумаешься больше
Над проведением божьем, негоже, прикрывшись рваной рогожей
Претендовать на огромное свадебное ложе из пуховых подушек и перин!
На твоём лице не сосчитать глубоких морщин, мир страстей не постижим,
Только сказочный джин сможет пройти через любовный лабиринт
И остаться живым, простившись с ранением ножевым!
На месте сердечных ран огромные рубцы,
Только гордецы и храбрецы
Готовы пойти на разрыв
Семейных уз
Во имя всплеска благословенных чувств!
Чужая невеста – ещё не жена, зачем она нужна,
Если её честь омрачена связями на стороне?
Надкушенное яблоко не по мне!
Нет сил посмотреть на себя со стороны,
Не все житейские проблемы решены,
Надо в ином свете перед дамой сердца предстать,
Чтобы её любить и радовать, а когда и как: ей самой решать?
Тебе грех женщины не простят, их надо постоянно удивлять,
Никогда не спрашивать: «Кто тот идиот, кто раньше с нею был, 
Неужто у него не хватило ни мощи, ни сил, чтобы в их семье мир царил?»
Мир не встал на дыбы от возникшей вражды, бразды правления тащил всезнающий люд,
Он особо не вникал ни в истину, ни в суть,
Продолжал свою линию гнуть, не видя стези,
Пришлым людям сойти бы с чужой тропы, замести веником следы от былых утех,
Презрев всех, никого, не оставляя на ночлег,
Хочу прилечь на бок, отрешившись от склок!
Пройдено вместе немало дорог,
Невзирая на слякоть и давку, пришлось показать справку
От шустрого врача молодым работницам прилавка, пусть не требуют добавку
И спокойно курят травку, из-за снежной крупы им не видно узкой тропы!
Не верю в искусство перевоплощений, нет никаких сомнений,
Что нежная улыбка, несущая повседневный покой не исчезнет само собой,
Будто набегающая волна за кормой тонущего корабля, ни толики лжи, ни вранья,
Едва губами шевеля статная женщина тихо произнесла: «Оля-ля, так как я жила,
Жить нельзя! Примешь на коня после проливного дождя три капли коньяку,
Сразу появляется тяга к греху! Блуд на слуху, даже в аду прислонюсь к жениху,
И не прекращу любовную игру!»  В оконном проёме замерзающего дома
Ни тоски, ни истомы, рядом никого, только одно моё грешное естество, 
Оно убегает от себя самого! Возникшая дрожь пробежится от головы до ног,
Что-то произнесёт себе под нос то ли вправду, то ли сто-то скажет всерьёз,
Когда вдалеке увидит старый заброшенный людьми деревенский погост,
На нём пролито немало слёз, их тотчас смывал проливной дождь!
От благословенных чувств осталась тоска и грусть, исчез искус
Память в прошлое стремлюсь вернуть, груз былых утех
Не вызывает зычный смех у женщин тех,
Чей ореол красоты совсем поблёк!
Тело пронзил поток
Новых строк,
Рок тут же на уста набросил женский цветастый платок!
Порог инеем покрыт, ты давно один и всеми забыт,
Тебя от холода знобит, карта бита – нечем крыть!
Мужик росточком – не велик, прикусил себе язык,
Трещит берёзовый сучок, мужчина сделал глоток воды,
Отошёл на несколько шагов от сосны, не стал орать до хрипоты,
Что все его мечты уже собраны в узлы! Пустошь в душе, тепло в шалаше,
Я этот мир возненавидел с тех пор, как увидел в женских глазах укор,
Не клеился разговор, женщина шла наперекор, несла сущий вздор,
То есть плыла по воле волн, шторм в душе затмил небосклон,
Грозно выглядел горизонт, приближается грозовой фронт!
Болезненное естество требует только одного:
Беречься надо, только и всего!
Только бы зло спешно не вошло в стареющее естество!
Оно многое видело, но предвидеть не смогло, что всё,
Что выпало, выглядело немыслимо из-за того,
Что ему всё равно, что в лоб, что по лбу?
Хватит нести пургу, грешник в плену
Чувств былых, что толку от них?
От них спирает дыхание в зобу,
Могут пригвоздить к столбу
Ржавыми гвоздями,
Ты будешь до утра умываться горькими слезами,
Размахивать руками, топать ногами, хлопать дверями,
Призывать совесть к истокам морали, тебя обокрали,
Древние скрижали взывать к разуму перестали,
Смутные думы на больную мозоль нажали!
Нервы - не из стали, они из ржавого металла,
И потому тяга к греху превращает в труху
Массу чувств, тебя пьянит запах женских губ,
Промедлишь чуть-чуть и ты ходячий труп!
Бешусь – молодость не вернуть,
Мечусь в холодной постели,
В душе не поют свирели!
Цели в состоянии прострации,
Странные интонации в речах,
Путы на руках и ногах,
Недалеко от высоких речных берегов
Премного невысоких и старинных холмов,
Невдалеке, ближе к полноводной реке,
Сусальным золотом горят церковные купола,
На их глазах жизнь моя прошла, боль и нужда на связи была,
На лбу осталась глубокая морщина одна с печатью безвозвратного зла!
От его присутствия обескровлена божья истина, остался лишь смиренный взгляд,
Поникшие глаза до сих пор хранят невольно только то,
Что добровольно всплыло наверх
Из сумрачных утех, грешен человек,
Страсть – дочь небес готова улететь в страну чудес,
Хотя сил и мощи давно уже нет! Люди хотят перемен,
Ничего не отдав судьбе взамен!
Там, где поцелуи и объятья, рядом – людское проклятье, неблаговидное занятие
Спрятано глубоко в состарившейся душе, сладостный удел, отделившись от тел,
Тихо сбежать не сумел от разухабистых дев, зачем? Затмить белый свет, но чем?
Последний вздох за женских поцелуй отдать, чтоб рано утром куда-то сбежать?
Миг лобзания приятен и страшен, он опасен для влюблённых душ,
Едва колышется женская грудь, вместо супружеских уз,
На тонкой женской шее висит огромный хомут,
Страшит не он, печалит вердикт,
Он – не для одного, он – для двоих!
Не нас предстоит ему судить, а тех, кто за нами стоит?
Кто же их благословит и пожелает в мёртвом сердце возбудить
Множество житейских интриг и в ответ услышать женский крик,
Когда оргазм начинает охлаждаться,
И тогда к мужскому телу женщины не хотят прикасаться!
Почти без чувств, теснилась женская грудь,
Застряв среди супружеских уз, безумное страдание
Рождало неподвластное разуму желание – по иным законам жить,
Пока же мужчина страстями, будто ветвями берёзы обвит,
Он вслух в кругу бывших подруг не говорит о боли своей,
У него нет ни честных подруг, ни преданных друзей!
Многие ушли в мир теней, лишь он остановился на миг у таинственных дверей,
Куда никто не вхож без разрешения небес, его голос не усыпил творческий посыл
Стражников молодых отойти на шаг иль два от изъянов земных, в словах пустых
Много воды, там нет ни толики истины! Есть принципы, есть домыслы толпы,
Они на диво просты, чаще всего вымышлены, в них нет особой нужды!
Тот, кто потерял совесть, не остановит уходящий поезд,
Странная помесь желаний и чувств
Ввергнет разум в тоску и грусть,
Волна ночных безумств
Издаст визг и хруст,
Велик искус своим умением блеснуть,
И вновь утонуть в любовном экстазе,
Сидя на ржавом унитазе, не сразу, а опосля,
Когда всенародная хула вынырнет из-за соседнего угла!
Скрывать непросто горькие слёзы на заброшенном погосте,
Во взгляде каждой ****и, якобы признавшей свою ошибку,
Не больше реального раскаяния, как у кота пометившего тапки!
Дама сплела любовнику лапти неспроста, жизнь такова, как полынь-трава,
Горька и трудна, семья – это извечная борьба за верховенство власти,
Полыхают страсти, потоки лжи и фальши уносят любовь все дальше
 От заповедной межи, глубоко дыши, а то запретят, любовная страсть
Похожа на змеиный яд, ты должен страдать, не зная за что,
Ты готов продать своё изношенное до дыр демисезонное пальто
За грош, чтоб баба сделала себе аборт! Она твой разум подчинила,
Свои грехи забыла, матерными словами крыла свой слабый стон,
Прилетевший сюда из давнишних времён, рыдает небосклон,
У женщины болезнь простая, ей не грозит кончина роковая!
Свою природу простые люди, пребывающие в блуде, осквернят
И даже не пожелают знать, по что же им грозит кромешный Ад?
За пафосом громких фраз подчас может из пепла восстать таинственный алмаз,
Немедля женская блажь туманит мужской взгляд,
Да так, что мужчина найдёт вескую причину,
Что соврать про штамп в паспорте своём,
Он же работает в храме звонарём,
Пусть ложь зарастёт быльём,
Зато любовь вернётся в образе ином!
Он никогда не будет рабом будущей жены,
Лишние вопросы ему не нужны, все мы – грешны,
Все мы – ханжи, спросите у госпожи-судьбы,
По что толпа живёт грешно? Её ответ туманит прах земной,
Истина не останется на стезе столбовой, она прячется за горами,
И там умывается горькими слезами, прикоснувшись к чаше славы,
Выпивает пузатый штоф отравы! Боже правый, обычно все романы
Кончатся после свадьбы, и во мраке темноты не увидишь ты толики правды
В устах жены! Не знаешь, что будет завтра,
В делах – запарка, то ли холод, то ли жара,
Надежда угасла на прекрасное и безоблачное завтра,
Правда едва пробивается впотьмах,
Она должна остаться в умах и сердцах тех, кто духом слаб!
Ничто - угрозы судьбы коварной,
Однако рок бездарный заставит людей пролить крупные слёзы даже на алые розы!
Душа требует покоя и тишины, подходит возраст, когда бабы тебе не нужны,
Исчадие Сатаны в образе молодой жены входит в душу в образе княжны,
Спустившейся с безлюдной скалы в густые заросли одичавшей бузины!
Она вдыхает судьбоносный аромат, здесь все грешат и громко кричат,
Что не хотят чужие проблемы обсуждать, память прахом обагрится,
И заставит бедолагу на шлюхе жениться, страсть туманит взгляд,
Все хотят ласкать молодую кровь, получая взамен страсть и любовь!
Осознание своей правоты – ещё не повод для осуществления мечты,
Уйти, не простившись, на подлый шаг однажды решившись,
Отрешившись от мирских обид, потеряв совесть и стыд,
Чтобы в облаках лучезарного счастья проснуться,
Когда крики: «Виват!» за твоей спиной раздадутся,
Приветствия тебе, будто витязя или короля,
С глаз долу покатится крупная слеза,
Перед тобой раздвинет свои ветви молодая лоза!
Чаша славы полна чудовищной смертельной отравы,
Выбора нет: либо гулять, либо отдыхать и о пустых вещах болтать,
Либо предстать перед женщиной с красивым ликом огромной неприступной глыбой,
Родившейся в созвездии Рыбы, хотелось бы от рока и судьбы большей откровенности,
Будто на исповеди, где ты перечисляешь собственные грехи, укрываясь за словами,
Искусанными чужими языками, будто за огромным щитом той самой истины,
Что нависла над зарешеченным окном приятным погожим днём,
И продолжает взгляд ласкать, пока люди истину не осквернят!
Не стану я супружеские цепи постоянно влачить,
Хочу спокойно жить, мне бы жизненный путь разбить
На отдельные этапы, в которых взрослые бабы на передок слабые,
Осознав величину греха своего, не падали бы ниже обезумевшей лжи!
Отстранившись от духовной пищи, брожу весь день по пепелищу,
Будто бездомный или нищий, обесчещенный бродяга, не скряга,
А бедолага и смиренный работяга на бесплатной ниве,
Там он в творческом порыве готов писать о судьбе строптивой,
Утонув в жгучей крапиве! Ему не суждено быть счастливым,
В поле – вьюга, в голове – тьма, не от избытка ума!
Запоздалая зима в экстаз вошла, и до безумия дошла!
Унылая среда, нет очарования ни от чего, живёшь грешно,
Вертишься, как веретено, спокоен, будто обесчещенный воин,
Ты рад принять смертный яд, только бы божественный взгляд
Женщины роковой не тормошил обесчещенный покой,
Ты никогда бы не стал слугой у женщины той,
Что оказалась у тебя под рукой, если она грешна
И тебе до конца не верна! На всё воля Творца!
В тишине немой холодной и затяжной зимой
Смотришь с немым упрёком на мир глубокой тьмы,
И говоришь Господу: «Прости! Неисповедимы все Твои пути!»
Не сбиться бы с благословенного пути и с ума бы не сойти!
Только у крышки гробовой редкая толпа простится с тобой,
Ты уйдёшь на покой, отыграв свою роль, как паяц, но не король!
Был шанс из пепла заживо восстать, не предав собственный устав,
Он для меня будто священный алтарь, он намного дороже мечты!
Увы, сама себя стыдится вечность, на её задворках покоится бессердечность,
Млеет нижняя конечность, впереди - бесконечность и пустота,
На черта мне иная обыденность нужна? Стареть ежеминутно
Грустно и скучно, но это способ – жить долго!
Я хотел бы я небеса спросить не про быт, а как мне дальше жить
Без совести и чести, и чтобы Ангелы сделали на моём месте?
Жизнь – не отрада из библейского сада, хотя мы - божьи чадо,
С привкусом горького лимонада, равнодушный взгляд
Пытается вернуть назад давнишний звездопад!
Божий раб здоровьем слаб, он ничему уже не рад!
Вот так, иначе никак!

г. Ржищев
12 января 2026 г. 11:11