Письмо из прошлого. Главы 17-18

Начало произведения: http://proza.ru/2026/01/13/977

Главы 15-16: http://proza.ru/2026/01/13/1049

Глава 17.

Дорога до дома Арины прошла в молчании. Как и в первый визит, хозяева были не рады молодым людям, но деваться было некуда.

– Мне нужно задать несколько вопросов вашей дочери. Я могу это сделать? С вашего позволения, – Быков сверху вниз смотрел на хозяйку очень невысокого роста, от чего казался просто исполином.

Антонина взглянула на него и на Зою из под очков:

– А ты зачем опять пришла? Если я извинилась перед тобой тогда, это не значит, что я шибко рада тебя видеть, – беззлобно, но все же уколола она Зою, – Ключи нашли что ли?

– Разбираемся с этим и прочими вопросами. Гражданка Громкова так же проходит свидетелем по делу. Так вы позволите? – уточнил полицейский.

– Да идите, назольники. Не отмашешься от вас. Только не скажет она ничего. Молчит со вчерашнего вечера. С ночи. Как баб Нюру увидела мертвую, так и молчит. Напугалась, что ли так. Но пробуйте, вы ж немого разговорите.

Арина сидела на диване, обняв колени, и смотрела в окно. Ее волосы были завязаны в высокий неаккуратный хвост. На смуглых щеках были заметны красноватые пятна, под глазами такие же красные круги. Было видно, что девушка долго плакала. Шмыгнув носом, она посмотрела на вошедших, и снова повернулась к окну. Зоя смотрела на нее и не могла узнать в ней ту самоуверенную и наглую девушку, посетившую ее на днях. Но отметила, что Арина была очень красивой: карие, почти черные глаза, смоляные черные волосы, смуглая кожа. Казалось, что в крови девушки были восточные гены. Наверное, Арина унаследовала свою внешность от отца, потому что Антонина была совершенно непохожа со своей дочерью.

– Арина, здравствуйте. Меня зовут Андрей Быков, я капитан полиции. Можно я вам задам пару вопросов?

Арина посмотрела на полицейского и, снова ничего не ответив, продолжила смотреть в окно.

Зоя молча наблюдала за попытками Быкова разговорить Арину.

– Арина, хорошо, я понял, что вы не хотите говорить. Но я все же попробую еще один раз и обещаю, что больше мы вас не потревожим.

Получив в ответ уже привычную тишину, он продолжил:

– Кого вы видели вчера вечером у бабы Нюры?

Его вопрос остался без ответа. Арина закрыла глаза, после чего послышалось:

– Все. Теперь точно ничего не скажет, чудная. Нечего вам здеся больше ловить, – на пороге стояла мать девушки, – Идите отседа.

Уже провожая своих незваных гостей, Антонина вдруг сказала:

– Дениску она видала у бабки вчера. Пришла, говорит, наверное, заболела бабуся, врач был у нее. Потом гулять пошла по улице. А потом замолчала. Чего уж в ее дурную голову стукнуло, не знаю.

Быков метнул нервный взгляд на Зою, после чего поблагодарил хозяйку и попрощался с ней.

На обратном пути Зоя заметила, что местный магазин открыт, и незамедлительно направилась в его сторону.

– Я сейчас, – бросила она Быкову.

Почти бегом она преодолела расстояние до магазина и с облегчением вздохнула, увидев там Светлану Юрьевну.

– Добрый день! А я вас потеряла.

– Ааа, Зоюшка, привет. Когда потеряла? – удивилась женщина, – Почему?

– Вы не работали вчера, я заволновалась, – объяснила Зоя.

– Выходной неожиданно себе решила сделать. Надо здоровье поберечь. Уж не девочка давно, а всех денег не заработаешь.

Зоя была мысленно согласна с ней.

– Вы знаете про бабу Нюру?

– Ой, – схватилась Светлана за сердце, – Слыхала. Она, конечно, не самая приятная была бабка-то, но по-человечьи жалко мне ее. Я ее ведь помню еще молодой. Проныра былааа… – растянула Светлана, – Все знала про всех. Но надо отдать должное, никогда попусту не болтала и не разносила пустых слухов. И вот так ушла. Пожила, конечно, долго, но смерть страшная. А что говорят? Слышно, нет? Проводка?

– Не знаю, – решила приврать Зоя, не выдавая своего участия в расследовании.

– Поди проводка, она говорила, мол, искрит что-то у нее да пробки выбивает. Спрашивала, какие электрики есть знакомые или нет. Я сынку своего просила поглядеть, сходить к ней. Он у меня много чего умеет да соображает. Не успел вот дойти… – Светлана неотрывно смотрела перед собой, так и держась за сердце.

Зоя потихоньку покивала, соглашаясь:

– Да, страшно. Ладно, вы берегите себя, а мне нужно идти. До свидания, Светлана Юрьевна.

– Бывай, забегай.

Быков стоял на улице неподалеку от магазина и говорил по телефону. Зоя тихо подошла, не мешая его разговору.

– Наверное, так и есть проводка, – сказала она, когда Быков сбросил звонок, – Бабушка жаловалась на неисправность продавщице, и та даже просила своего сына починить.

– Починил? – уточнил полицейский.

– Не успел, видимо, – обреченно вздохнула Зоя.

Быков, сощурив глаза и словно о чем-то раздумывая, вдруг сказал:

– Хочешь со мной в город? Проветришься, отвлечешься немного.

Зоя уже собиралась согласиться, но тут же вспомнила, что хотела кое-что проверить дома.

— Нет, – немного виновато улыбнулась она, – Я, наверное, лучше пойду посплю, если получится. Как-нибудь в другой раз, если предложение останется в силе, и ты не передумаешь.

Быков согласился и ответил:

— Не передумаю. Отдохни. Ты ведь и не спала сегодня, наверное.

— Нет, так и не смогла заснуть.

Как только машина Быкова скрылась из виду, Зоя быстрым шагом направилась в дом. Она точно помнила, что Денис вытряхнул содержимое заварочной сеточки в урну в шкафчике. Дверца издавала противный скрип при открытии, и, как человек чувствительный к резким звукам, это Зоя тоже отчетливо помнила.

Почти влетев в кухню, она достала ведро и вывалила все немногочисленное содержимое на пол.

— Кто бы видел. Леди Бомж. Дожилась, в мусорках ковыряюсь, — усмехнулась она над собой, но тут же ее боевой настрой начал пропадать, — Нет, нет, нет. Быть не может, — раскидывала она все по сторонам, пытаясь найти вымокший пучок травы.

Выкинуть она точно не могла. Несколько дней Зоя толком ничего не ела, поэтому и мусора было совсем мало. Обреченно опустившись на пол, она уставилась на раскиданные яичные скорлупки, пакетики, фантики…

— Можно?

Зоя подняла голову и испуганно уставилась на стоящего на пороге Дениса. Тот, в свою очередь, с удивлением рассматривал девушку.

— У тебя дверь просто открыта… А ты что делаешь? – попытался выяснить он.

— Я… Я не знаю…

Зоя не знала, что сказать. Она сдула упавшую на лицо прядку и поднялась:

— Я не знаю, Денис. В чем дело? Неужели ты правда не приходил ко мне вчера?

Зоя подошла и с надеждой посмотрела своему другу в глаза.

Денис молчал. Казалось, он подбирает слова.

— Ну скажи что-нибудь уже, – требовательно проговорила Зоя, – Что я ку-ку, и мне все показалось, или что ты так несмешно пошутил.

— Зой… — тихо проговорил мужчина, — Прости, но это правда. Мы вчера виделись на речке утром. И все. Потом я уехал в город.

— Когда?

Зоя насторожилась. Ведь Арина видела его.

«Хотя тоже такой источник информации сомнительный. И я, похоже, скоро такой стану».

— Вечером, времени точного не помню. Но светло еще было. Я к баб Нюре еще зашел, — он резко нахмурился, — Не думал, что в последний раз ее вижу. Ужас какой-то, — Денис провел по лицу ладонью, — Так а ты что делаешь-то? Выкинула что-нибудь нужное и теперь ищешь?

Зоя попыталась соврать, но поняла, что совершенно ничего не может придумать. Поэтому решила говорить начистоту.

— Я искала траву. Заваренную.

— В ведре? — усомнился сосед.

— Да. Ты когда приходил ко мне, — она запнулась, — В общем… Мы разговаривали, и ты мне чай заварил с чабрецом. Потом выкинул его туда, — она указала на мусор, — Я тебе не поверила, когда ты мне сказал, что не приходил. Да и сейчас все еще не хочу верить, – она опустилась на стул, – И я решила удостовериться и найти этот несчастный пучок зелени.

Денис присел на корточки возле Зои:

— Не переживай. Такое бывает от нервного перенапряжения. Сколько всего на тебя свалилось? А ты такая восприимчивая, все принимаешь чересчур близко к сердцу. Тебе надо успокоиться. Ты не одна, у тебя Лена вон какая, в обиду не даст. Я тоже рядом, только свистни. Опер, как бы мне ни хотелось, но он представитель правопорядка, с ним ты тоже под защитой.

Он так успокаивающе говорил, что Зое стало стыдно за все нехорошие мысли в его сторону. Судя по всему, она действительно слишком устала.

— Когда ты в последний раз нормально спала? Ночью. Днем не считается. Не зря для сна дана именно ночь. Не буду тебя грузить научными данными и терминами, просто сегодняшней ночью тебе обязательно нужно поспать. Вот, что хочешь делай, но выспись.

Зоя хмыкнула:

— Легко сказать.

— Слушай, если хочешь, давай я сегодня возле дома в машине переночую. Чтобы и не смущать тебя, и ты смогла бы спокойно поспать.

Зоя поспешила отказаться:

— Нет, спасибо, не нужно. Обещаю принять очень горячий душ перед сном, выпить очень горячего чая с медом и лечь. Ну не должно же каждый день и ночь что-то происходить.

— Хотелось бы верить, – согласился сосед, невесело улыбнувшись.

Остаток дня Зоя решила провести на свежем воздухе. Она увлеклась уборкой во дворе, заглянула в сарай, где оказался целый склад старых, но, наверное, очень нужных бабе Ниде вещей. Выкидывать все это Зоя не собиралась. Рука не смогла бы подняться. Тем более, вещи совсем не мешали. Сарай был таким огромным, что если все оттуда вынести, размерами походил на настоящий дом. В конце помещения Зоя обнаружила лесенку на чердак.

— Вот оно тебе надо? — говорила сама себе она, поднимаясь по лестнице, — Сейчас опять найдешь какую-нибудь фигню, будешь гадать, думать…

Отговаривая себя, тем не менее Зоя залезла на чердак. Сквозь щели в скошенной крыше туда проникали полоски солнечного света, подсвечивая кружащиеся в танце пылинки. На чердаке был порядок, даже с учетом приличного слоя пыли и висящей гирляндами паутины. Несколько коробок стояли в углу друг на друге, и Зоя, пригнувшись, подошла к ним. Старые магнитофонные кассеты, книги, журналы и газеты были аккуратно сложены по коробкам. Зоя присела на краешек балки и взяла одну из книг. «Угрюм-река» Шишкова была одной из любимых Леониды. Зоя раскрыла пожелтевшие пыльные страницы:

«…Обманщик-живописец сорвал с неба свои линючие краски чародея, посадил их снова на палитру, надел, чтоб не схватить насморка, галоши номер двадцать пять и, плотно закутавшись в серый плащ сумерек, с гремящим хохотом исчез в преднощных сизых далях…»

Эту семейную сагу Нида перечитывала много раз. Всегда говорила, что это великий и сильный роман про сильных людей. Зоя и сама читала его в детстве, но толком не могла понять, что такого особенного в этой книге. Только повзрослев, она не раз возвращалась к отдельным сценам и потихоньку стала понимать истинный посыл и силу этой саги.

Зоя аккуратно переворачивала старые листы, словно боясь, что они могут рассыпаться от ее прикосновений. Периодически ей попадались засушенные листья и цветы, заложенные между страниц. Леонида Евгеньевна любила так делать, как она говорила, «останавливать время, чтобы потом в любой момент любоваться им. Цветы дарят вечную жизнь книге».

Перевернув очередную страницу, Зоя замерла, а сердце отчего-то застучало слишком быстро. С черно-белой фотокарточки на нее грустно смотрел красивый молодой мужчина в строгом костюме.

Глава 18.

То, что это был Юрий, тот самый возлюбленный ее бабушки, Зоя ни капельки не сомневалась. Не стала бы Леонида хранить фото безразличного человека столько лет. Да и забыть в такой любимой ею книге… Нет, это точно он.

Нижний уголок потертой фотографии был когда-то загнут, а теперь и вовсе оторван.

— Так вот ты какой, цветочек аленький, — улыбнулась Зоя и нежно провела пальцами по фотографии, — Теперь понятно.

Мужчина был очень красив. Словно актер из прошлого, из фильмов далеких советских времен: аккуратно зачесанные черные волосы, густые брови и будто нарисованные идеальные губы. И при всем этом невероятно грустные карие глаза. Приглядевшись, Зоя заметила на его подбородке то ли шрам, то ли это время внесло в изображение свои коррективы. Но учитывая то, что мужчина был военным, неудивительно, если это остался след от ранения.

На улице стемнело, когда Зоя, закрыв сарай на большой навесной замок, шла по каменистой дорожке к дому. Воздух был прохладным и стеклянно-чистым. Где-то неподалеку в густых зеленых зарослях старательно выводили песни соловьи, а издалека со стороны речки им подпевали лягушки. Зоя остановилась и прикрыла глаза от удовольствия. Среди всего беспорядка, что происходил в ее жизни, ей больше всего сейчас хотелось замедлиться и выдохнуть. И просто насладиться мгновением.

— Остановись, мгновение, ты прекрасно, — прошептала Зоя.

Ее идиллию нарушил настырный комар, звонко запищав у самого уха. Ругаясь и отмахиваясь, Зоя с неохотой направилась в дом.

Ей так сильно хотелось смыть с себя остатки дня и в особенности ночи, что Зоя, практически на ходу раздеваясь, пошла в душ. Где, закрыв глаза, простояла под горячими струями воды пока кожу не стало пощипывать. Румяная и расслабленная будто после бани, Зоя выпила горячий чай с медом, как и обещала Денису, переоделась в теплую пижаму и улеглась в кровать.

«Очень надеюсь, что мне выпадет такая честь, и я как нормальный человеческий детеныш все же посплю», — подумала она уже в полудреме.

Последующие дни Зоя провела в нудных поездках в город для прохождения допросов. Вопросы и сама процедура ее выматывала и морально, и физически. Капитан Быков появлялся у Зои все реже, утонув в бумагах и процессуальных формальностях. Изредка он приезжал в поселок, чтобы задавать появляющиеся вопросы всем свидетелям запутанного дела. Арина так и не заговорила, зато ее мать отдувалась за двоих. Иногда Быкову казалось, что его мозг едят чайной ложечкой. От слишком частого общения с этой женщиной у него начал дергаться глаз.

— Это не женщина, это беда, — делился он своими мыслями с Зоей, выбрав свободное время, чтобы увидеться, — Ее надо в отдел взять, таким общением пытать можно.

— Значит, тебе нужно отвлечься, — предложила Зоя.

Андрей слегка улыбнулся:

— Я понял. Не терпится тебе, да? Хорошо, давай завтра поедем, если хочешь. Я вроде немного разгребся, можно тормознуть пока.

Зоя не смогла скрыть радости:

— Спасибо! А то я уже устала в своей голове репетировать разговор.

Попрощавшись с капитаном, Зоя решила лечь спать пораньше. Хоть со сном у нее дела так и не ладились, но, как говорила баба Нида,«хотя бы ноги вытянуть — и то дело». Завтра важный день, и силы просто необходимы. Зоя договорилась созвониться с Быковым с утра, чтобы вместе решить, когда удобнее ехать на утес. Дорога предстояла неблизкая, встреча и поиски нелегкие, и Зоя прокручивала в голове всевозможные вопросы и ответы. К тому же она привыкла ездить в одиночестве, и ее немного смущал тот факт, что так долго предстоит быть наедине с полицейским. Ей было с ним комфортно, но что-то все же не давало покоя.

Зоя резко открыла глаза и села на кровати. Ей даже показалось, что она проснулась, уже сидя. Скинув с себя одеяло, она подскочила к окну. Дыхание сбивалось, будто она пробежала школьный кросс как минимум. Сердце гулко и бешено стучало и казалось, было готово выпрыгнуть из груди. Во рту пересохло, голова снова раскалывалась от боли. Оперевшись руками о подоконник, Зоя закрыла глаза и попыталась успокоиться и выровнять дыхание. Она не могла понять, что случилось, и с чего вдруг ей стало так плохо. Все было спокойно, ничего не предвещало такого состояния. Вдруг перед глазами стали мелькать обрывки кошмарного сна: вот она идет по тихому ночному берегу спокойной реки, любуется звездным небом, как вдруг песчаная поверхность начинает превращаться в болото и засасывать сначала ноги, а потом и полностью все тело девушки. В воде образуется воронка и затягивает ее в черную пучину грязной воды.

— Ужас, ужас…. Фу, это только сон, — пыталась уговорить себя Зоя, но ощущение было отвратительное.

Чуть успокоившись, она взяла телефон, который словно насмехаясь показывал время: 2:17.

— Да ладно? Жесть какая-то.

Сон как рукой сняло. Зоя сидела на крыльце, закутавшись в халат и теплый плед. Ночи пока были очень холодные, но она была благодарна за это. Слегка морозный воздух хорошо освежал и успокаивал. В ночной тишине, иногда прерываемой вздохами совы и редким лаем собак, Зоя услышала хруст камешков с дороги. Вдоль ее забора тихо продвигалась фигура, но в темноте разглядеть Зоя ничего не могла. Стараясь быть незаметной и не издавать звуков, Зоя тихо наблюдала. «Может, молодежь возвращается с прогулки? — подумала она, — Странно, кстати, ни одного подростка здесь не видела. Хотя, где уж мне, некогда. Все трясусь и прячусь».

Фигура замедлилась и остановилась возле калитки, а затем заговорила знакомым голосом:

— Зоя, ты что ли?

Участковый Иван по долгу службы обходил поселок. А может, его снова попросили присмотреть. В любом случае была его смена, потому что парень стоял при полном служебном параде.

— Ага. Гуляю сижу, — ответила Зоя.

Конечно, эти слова прозвучали очень нелепо, учитывая время и способ гуляния.

Иван тихонько прикрыл деревянную дверцу и подошел к хозяйке.

— Можно? — попросил он разрешения присесть и, получив согласие, плюхнулся рядом с Зоей, — Опять не спишь?

Зоя отрицательно помотала головой.

— Плохо, плохо… А я обхожу, смотрю чтоб все спокойно было. Блин, никак не могу отделаться от чувства, что я мог спасти баб Нюру. Если б чуть раньше прибежал, — вздохнул Иван, — Холодно как, — он поежился и повернулся к Зое, — А ты сколько тут уже сидишь? Нос вон синий.

Зоя машинально потрогала свой нос, который и вправду был холодный и, скорее всего, действительно, синий. Хотя сама она не замерзла.

— Нет, мне тепло, — ответила она и посильнее завернулась в плед, — А про спать… Я уже боюсь глаза закрывать. Так хорошо уснула с вечера. А среди ночи подскочила как ужаленная, опять чушь приснилась. И все, доброе утро, называется. Я лучше вообще спать не буду.

— Эээ, ты что, с ума сошла что ли? — возмутился Иван, — Знаешь, что бывает когда человек не спит?

Зоя помотала головой.

— Сначала ты просто будешь сонная и вялая. Ну это, типа, если сутки не поспишь. А вот потом пойдут отключения сознания. Представляешь, идешь, идешь и бац! — он хлопнул по поверхности крыльца ладонью, и Зоя подпрыгнула.

— Эй, — она легонько толкнула его кулаком в плечо, — Я псих, со мной так нельзя, — засмеялась она.

— А, и вот про психов, кстати. На третьи сутки появятся галлюцинации, и ты ко всему станешь злой, агрессивной и раздражительной.

Зоя внимательно слушала эту внезапную ночную лекцию по сомнологии и находила у себя все эти симптомы.

«Вот они и есть, глюки, нервы и недосып»

— А вот потооом, — подняв указательный палец вверх, продолжил Иван, — Начнется самое интересное. И даже когда потом режим вроде как восстановится, что вообще капец как тяжко для нашей нервной системы, организм будет помнить все, и у человека появится страх ночи, страх не заснуть. И вообще не будешь понимать, где сон, а где реальность.

Иван замолчал. Где-то в гуще леса, хлестнув веткой, ухнула и взлетела сова.

— Жуть. От этого я точно сегодня спать не захочу. Тем более уже светает. А ты сам как в ночные смены? Тоже не особо полезно.

— Ну мне хотя бы за это платят, — улыбнулся участковый.

— Слушай, — вдруг встрепенулась Зоя, — Ты, может, есть хочешь? Или чай там, кофе.

— Очень заманчиво, но нет. Мне нужно в отдел. Скоро Бык звонить и проверять будет.

Зоя слегка улыбнулась:

— Ты не очень-то его жалуешь.

— Да не, не подумай. Он так-то мужик нормальный. Честный, справедливый. Резкий только как пон… Пуля, — Иван вздохнул и продолжил, — Да оно понятно. На нем большая ответственность, хотя возрастом он еще до начальника и не дорос. Ему тридцать только вот исполнилось. Заслуги повлияли, раскрываемость. Он же пашет, не приходя в сознание. Иногда кажется, что он вообще не человек, а робот.

Зоя понимающе кивнула:

— Тут согласна. Эмоции не его конек.

— Эмоции мешают работе. Здраво мыслить, объективно и неподкупно вести расследования. Он вот как развелся три года назад, так вообще невыносимым стал.

Зою вдруг охватило неприятное чувство. Понятно, что такой мужчина не мог быть один, но мысли, что он любил кого-то, странно обжигали.

— Жена вечно была недовольна, стерва, блин. Ревновала, даже в отдел приходила и сцены устраивала. Я тогда только стажировался. Девчонки, кто там работал, когда ее видели, сразу по кабинетам прятались. А потом сама хвостом вильнула, нашла новую любовь, пока он ночами пропадал на сменах. Она и не местная, королевна, с другого города. Но любовь повела за собой, — Иван замолчал, — А потом обратно увела.

— А дети? — спросила Зоя.

— Не успели наклепать. А то бы совсем тяжко было. Так, надо идти, — он хлопнул себя по коленям и, улыбнувшись, проговорил, — Нам с тобой только семечек не хватает, все и всех обсудили.

— Точно , — улыбнулась Зоя в ответ, — Мне тоже пора собираться. Сегодня трудный день.

Проводив участкового, Зоя потянулась и зашла домой и в кои-то веки решила приготовить завтрак. Сварила себе овсяную молочную кашу и вприкуску с бананом и яблоком с удовольствием порадовала свой желудок.

Телефон зазвонил, когда она уже допивала кофе. Зоя сразу же ответила на звонок:

— Доброе утро, — сказала как можно бодрее, и ей показалось, что она сделала это чересчур громко и бодро.

«Переигрываешь маленько…»

— Доброе. Как самочувствие? И ночь в целом? Спокойно?

Зоя все-таки решила практиковать ложь во благо:

— Хорошо. Я выспалась и готова вершить великие дела.

— Отлично. Я сейчас свои дела свершу и приеду. Будь готова.

— Хорошо. Я как раз… — начала говорить Зоя, но в трубке уже послышались гудки, — …Кое-что еще нашла… М-да. Ладно. Потом расскажу, — договорила она уже сама себе.

Спустя некоторое время, Быков подъехал к дому Зои. Она в свою очередь тщательно подготовилась к поездке: взяла найденную накануне фотографию Юрия, фото бабушки в молодости, которое она всегда хранила. И то самое письмо, перевернувшее жизнь Зои с ног на голову. Она не имела ни малейшего представления, как и с чего начинать разговор, что вообще спрашивать. Ведь по сути, они опираются только на догадки почившей старушки. Но, как говорится, лучше сделать и жалеть, чем жалеть, что не сделал. Возможно, хотя бы с этим Зоя разберется, и можно будет дальше искать того, кто ей житья не дает.

— Смотри, что я нашла, — Зоя протянула Быкову найденную на чердаке в книге фотографию.

— Ты думаешь, это…

— Да, — не дала ему договорить Зоя, — Я уверена на тысячу процентов. А это вот моя бабушка, — она протянула еще одно фото, — Я не знаю зачем, но решила взять его. Кстати, — она запнулась, — Я понятия не имею, что говорить и как заявиться к нему. «Здравствуйте, я внучка Леониды, которую вы не помните, или делаете вид, что не помните или это вообще не вы»?

На что Быков, внимательно рассматривая фото Леониды, спокойно ответил:

— Какая красивая женщина. Чистая аристократка, — и слегка улыбнувшись, произнес, — Не переживай. Что-нибудь придумаем. Импровизация — наше все.

Главы 19-20: http://proza.ru/2026/01/13/1064