Берилл, глава 30, часть 3

Предыдущие главы: http://proza.ru/avtor/margott&book=12#12

Глава 30, часть 3

СУВАЛКСКИЙ КОРИДОР. СЕКТОР «ДЕЛЬТА». ЧАС «Ч» МИНУС 15 МИНУТ. 07:30.

Начиналось все как в кошмарном сне для офицеров НАТО, дежуривших в мониторинговом центре «Океан» под Брюсселем и в десятках менее важных штабов. Операция «Прорыв», к которой готовились месяцами, о которой знала каждая союзная разведка и против которой были выстроены все планы обороны, началась с оглушительной... тишины.

Не с рева двигателей тысяч единиц бронетехники, не с залпов реактивных систем залпового огня, даже не с характерного гула низколетящих ударных вертолетов. Наступила тишина в радиоэфире, но не мертвая, а странная, выверенная, зловещая. То, что зафиксировали наземные станции радиотехнической разведки RAWL и «Глобус», а также спутники «Лакросс» и «КН-11», не поддавалось стандартным алгоритмам оценки угроз «Ментор» и «Гиперион». Вместо ожидаемого плотного «пузыря» радиоизлучения от компактно движущейся группировки, датчики засекли радиомолчание на основных частотах УКВ-связи и взрывную активность на сотнях второстепенных, как будто армия внезапно забыла свои уставы и начала общаться на тысяче разных наречий одновременно.

Российские силы, вместо того чтобы устремиться мощными клиньями по расчищенной «тихими приказами» Воронова магистральной трассе, буквально рассыпались веером. Батальонные тактические группы расходились по десяткам второстепенных, плохо просматриваемых дорог — лесным просекам, проселочным путям, даже по руслам мелких пересохших рек, помеченных в натовских картах как непроходимые для тяжелой техники. Это было не отступление, а контролируемый, управляемый распад единого организма на сотни мелких, автономных клеток.

Агенты «Прометея», внедренные в штабы альянса и ждавшие сигнала «Цикада» для активации, оказались в информационном вакууме, их специальные каналы, обеспеченные через «оптимизированного» Вороновым подрядчика связи «Квант-Линк», не принесли ожидаемых потоков координат, шифровок и маршрутов движения. Вместо них в эфир, на всех мыслимых и немыслимых частотах, хлынул управляемый хаос, это была не грубая «глушилка», а изощренная симфония обмана.

На диапазонах систем тактической связи и обмена данными Link-16 появились тысячи ложных «дружественных» отметок, имитирующих эскадрильи F-35 и «Апачей», которых в небе не было.

Станции радиоэлектронной борьбы «Москва-1» и «Красуха-4» начали генерировать фиктивные сигналы радаров систем ПВО «Патриот» и «NASAMS», заставляя их включаться на излучение и раскрывать свои позиции.

С дюжины передвижных пусковых установок, разбросанных по лесам, стартовали не настоящие «Искандеры», а их массовые имитаторы — ракеты-мишени «Саман», чьи сигнатуры на экранах радаров НАТО неотличимы от боевых. Десятки призрачных стрел устремились в небо, заставляя системы ПРО в Польше и Румынии переходить в режим высшей боевой готовности и тратить дорогостоящие расчеты на несуществующие угрозы.

А затем, в 7:45, началось главное.

С заранее подготовленных и тщательно замаскированных позиций в Калининградской области и западной Белоруссии, с тех самых «идеальных» плацдармов, которые так тщательно готовил Воронов для «успешного прорыва», в предрассветное серо-сизое небо с гулом тяжелых турбовинтовых двигателей поднялись не ракеты «Калибр» и не оперативно-тактические комплексы «Искандер-М», и даже не новейшие гиперзвуковые «Орешники», от одного названия которых у аналитиков в Брюсселе сводило скулы.

В небо ушли три эскадрильи (по девять машин в каждой) тяжелых беспилотных летательных аппаратов специального назначения «Хаос-М». Эти машины не были секретом для западных разведок, но их считали опытным образцом, «прототипом в ограниченной серии». Каждый «Хаос-М» представлял собой летающее крыло размахом двадцать восемь метров, выполненное по технологии «стелс» из радиопоглощающих композитов. Дальность полета — до сорока восьми часов на высотах от шестнадцати до восемнадцати километров. Полезная нагрузка — четыре тонны. Но главным был не сам планер, а начинка: многочастотный комплекс радиоэлектронного подавления и разведки «Вихрь-М».

Достигнув заданного эшелона в стратосфере, «Хаосы» не стали кружить. Они выстроились в четкую геометрическую сетку и активировали основное оружие — из их фюзеляжей с тихим гудением гидравлики выдвинулись и развернулись не антенны, а целые антенные поля на основе активных фазированных решеток с жидкостным охлаждением. Каждое такое поле, площадью с футбольное поле, представляло собой интеллектуальную систему из миллионов микроантенн, способную независимо формировать тысячи узконаправленных лучей подавления, создавать ложные цели и перехватывать сигналы. И они начали работу — это не было глушение в классическом понимании — когда мощный генератор гасит все сигналы в широком диапазоне. Это был электромагнитный потоп невиданной точности и избирательности. Система «Вихрь-М» действовала как дирижер самого шумного оркестра.

Слой 1, «Слепота».
Узконаправленные лучи, состыкованные с данными радиоразведки, били точно по радарам РЛС наземного и воздушного базирования НАТО — AN/TPY-2, «Джипам» системы ПРО «Иджис». Они не глушили их, а впрыскивали в их процессоры изощренный цифровой вирус, заставлявший экраны показывать либо идеальную чистоту, либо хаотичное мельтешение ложных целей.

Слой 2, «Немота».
Были подавлены все военные и правительственные спутниковые каналы связи (включая зашифрованные Ka-диапазоны), а наземные ретрансляторы Link-16 и SINCGARS были захлестнуты волной шума, имитирующего их собственные, корректные протоколы. Эфир наполнился «призрачными переговорами» несуществующих подразделений.

Слой 3, «Потеря».
Сигналы глобальных навигационных систем GPS, Galileo и даже резервного Beidou на территории всего Сувалкского коридора и в радиусе двухсот километров вокруг были искажены до неузнаваемости. Системы наведения ракет, системы навигации самолетов и даже гражданские навигаторы показывали, что их владельцы находятся где-то в районе Берлина или Рижского залива.

Это был технологический нокаут, за пятнадцать минут командные пункты альянса от Вильнюса до Рамштайна погрузились в цифровую тьму. Экраны ситуационной осведомленности C2, в которые вложили миллиарды долларов, заполнились либо белым шумом, либо абсолютно бессмысленными, противоречивыми данными. Генералы смотрели на мониторы, как на магический кристалл, который вместо предсказания будущего показывал лишь отражение их собственного бессилия.

И в этот момент, в эту образовавшуюся брешь в электронном восприятии реальности, под прикрытием искусственно созданного «электронного вакуума», произошло то, что шокировало уже не военных, а политиков и весь мир.

Не танки, не БМП, не самоходные гаубицы. На контролируемый пограничный пункт «Лаздия» на литовско-белорусской границе, под прицелами камер CNN, BBC, «Рейтер» и «Аль-Джазиры», которые почему-то продолжали работать и передавать изображения в идеальном качестве, въехала колонна. Длинная, растянувшаяся на километры вереница из ста восьмидесяти семи стандартных армейских грузовиков «КамАЗ-6350» с прицепами. Они были выкрашены не в камуфляж, а в бело-синюю расцветку МЧС России. На их боках, под аккуратно нарисованными российским флагом и эмблемой спасателей, крупными, не вызывающими сомнения буквами красовались надписи на трех языках: «ГУМАНИТАРНЫЙ КОНВОЙ №1. КАЛИНИНГРАДСКАЯ ОБЛАСТЬ — МАТЕРИКОВАЯ РОССИЯ. ПРИ СОДЕЙСТВИИ МЧС РФ. МЕЖДУНАРОДНЫЙ КРАСНЫЙ КРЕСТ (НАБЛЮДЕНИЕ)».

Водители в синих комбинезонах МЧС спокойно передавали через окно папки с документами ошеломленным литовским пограничникам, чьи электронные системы проверки были мертвы. На крышах нескольких «КамАЗов» были установлены вращающиеся камеры, транслировавшие картинку в прямом эфире на YouTube-канал МИД России — вид из кабины на дорогу, лица спокойных водителей, зеленые литовские поля. Когда под давлением наблюдателей от ЕС и ООН литовские власти все-таки рискнули вскрыть несколько случайных грузовиков (ручными методами — сканеры не работали), они обнаружили ровно то, что было заявлено: упакованные в стрейч-пленку пайки «ИРП», коробки с медикаментами с маркировкой ВОЗ, портативные дизельные генераторы и паллеты с детским питанием и… Ни одного солдата, ни ящика с патронами! Абсолютно легальный, хотя и беспрецедентно масштабный, гуманитарный груз.

Политический и военный истеблишмент НАТО замер в состоянии, граничащем с клиническим ступором. В штаб-квартире в Брюсселе царила тишина, нарушаемая только приглушенным гулом вентиляции. Варианты реакции, которые прорабатывались годами, разбивались о каменную стену абсурда: открыть огонь? По гуманитарному конвою под камерами всего мира, в присутствии наблюдателей Красного Креста?! Это мгновенно превратило бы альянс из защитника в военного преступника. Немыслимо.

Блокировать физически Калининград? Вывести на дорогу танки и остановить колонну силой? Технически — да. Но это означало бы явный, документально подтвержденный акт блокады эксклава, что давало Москве железное, по статье 51 Устава ООН, право на любое силовое ответное действие, вплоть до полномасштабной войны. И весь мир видел бы, кто начал первым.

Пропустить? Это означало признать де-факто право России на создание «гуманитарного коридора» через территорию суверенного государства — члена альянса. Установить прецедент чудовищной унизительности, когда военный блок пассивно наблюдает, как по его территории без разрешения движутся сотни иностранных грузовиков под предлогом, который невозможно оперативно оспорить.

Альянс окаменел в параличе беспрецедентного политического цугцванга. Каждый ход вел к мату, причем мату на глазах у всей планеты. Весь мир в прямом эфире наблюдал сюрреалистичную картину: длинная бело-синяя колонна российских грузовиков, словно гигантская гусеница, медленно, со скоростью шестьдесят км/ч, неотвратимо ползла по шоссе A5 (а затем – по Е28) в направлении Калининграда. Они ехали под прикрытием подавленных и беспомощных систем ПВО НАТО, их вели не люди, а точные алгоритмы спутниковой навигации ГЛОНАСС (которая, в отличие от GPS, продолжала работать), управляемые из какого-то защищенного центра, к которому у НАТО теперь не было цифрового доступа.

Запад мог лишь в бессилии наблюдать и «грызть локти» — на этот раз не метафорически. В прямом эфире литовский министр обороны, пытаясь дать комментарий Sky News, в ярости и отчаянии действительно до крови искусал себе сустав большого пальца. Этот кадр, мгновенно разошедшийся по соцсетям, стал символической печатью на документе о полном стратегическом провале.

КОМНАТА №1 («СУДЕЙСКАЯ»). 09:00.

«Судья» смотрел на мультиэкран, разделенный на четыре сектора. Левая верхняя часть — стабильная, четкая картинка с бортовой камеры «Хаоса-М», летящего над колонной «КамАЗов». Бело-синяя лента, медленно ползущая по серой ленте шоссе среди зеленых полей. Правый верхний — сводка реакций в режиме реального времени: тикер новостей с паническими заголовками, трансляция экстренного совещания Совета Россия-НАТО (где российский представитель с невозмутимым лицом зачитывал ноту про «свободу гуманитарного транзита»), бегущая строка с сообщениями из «синих» и «желтых» твиттер-аккаунтов литовских и польских ястребов, перешедших от угроз к откровенной истерике. Нижние сектора показывали телеметрию «Хаосов» (все системы в норме, заряд батарей 94%) и карту с маршрутом конвоя (пройдено восемьдесят семь километров, до границы с Калининградской областью — двести четырнадцать километров).

В комнате царила тишина, нарушаемая лишь едва слышным гудением серверных стоек. Операция подходила к концу. «Судья» взял стилус, завис на секунду над сенсорной панелью стола, и сделал последнюю, итоговую запись в протоколе операции «Прорыв», подпротокол «Тихие приказы»:

ПРОТОКОЛ «ТИХИЕ ПРИКАЗЫ» ЗАВЕРШЕН. ОБЪЕКТ «ТИШИНА» ИЗОЛИРОВАН И ПЕРЕВЕДЕН В РЕЖИМ КОНТРОЛИРУЕМОЙ АКТИВНОСТИ. ОПЕРАЦИЯ «ПРОРЫВ» ПЕРЕОПРЕДЕЛЕНА.

ТАКТИЧЕСКИЙ РЕЗУЛЬТАТ: СОЗДАН БЕЗОПАСНЫЙ ТРАНЗИТНЫЙ КОРИДОР ДЛЯ ГУМАНИТАРНЫХ ГРУЗОВ. ОБЕСПЕЧЕНА СВЯЗЬ ЭКСКЛАВА С МАТЕРИКОМ.

СТРАТЕГИЧЕСКИЙ РЕЗУЛЬТАТ: ДЕМОНСТРАЦИЯ ПОЛНОЙ НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ СИСТЕМЫ КОЛЛЕКТИВНОЙ ОБОРОНЫ, РАЗВЕДКИ И ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЙ НАТО ПРИ СТОЛКНОВЕНИИ С НЕЛИНЕЙНЫМ, ПАРАДОКСАЛЬНЫМ СЦЕНАРИЕМ.

ПОТЕРИ ПРОТИВНИКА: ПОЛИТИЧЕСКАЯ ДЕЕСПОСОБНОСТЬ, УТРАТА СТРАТЕГИЧЕСКОЙ ИНИЦИАТИВЫ, КРИЗИС ДОВЕРИЯ ВНУТРИ БЛОКА. МОРАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ УРОН — МАКСИМАЛЬНЫЙ.

НАШИ ПОТЕРИ: НОЛЬ. РАСХОДЫ — В ПРЕДЕЛАХ СМЕТЫ УЧЕНИЙ.

ВЫВОД: КОРИДОР ПРОБИТ НЕ СТАЛЬЮ, ОГНЕМ ИЛИ КРОВЬЮ. ОН ПРОБИТ АБСУРДОМ, ОБРАЩЕННЫМ В АБСОЛЮТНОЕ, НЕОТРАЗИМОЕ ОРУЖИЕ. СЦЕНАРИЙ «ТИХИЙ ПРИКАЗ» ПРИЗНАН УСПЕШНЫМ И РЕКОМЕНДОВАН К ИЗУЧЕНИЮ И РАЗВИТИЮ.

Он отложил стилус. Сувалкский коридор был пробит. Но не танковыми клиньями, не ракетными залпами «Ураганов», не кинжальными ударами спецназа. Он был пробит беспрецедентной, циничной, блестяще просчитанной провокацией, превратившей могучую военно-политическую машину НАТО в беспомощного, немого зрителя собственного унижения на глазах у миллиардов. А «тихие приказы» генерала-предателя Воронова, его заботливо расставленные «идеальные условия» для провала, стали тем самым трамплином, с которого Россия совершила этот немыслимый, изящный прыжок через пропасть традиционного противостояния. Она показала миру не оскал имперских амбиций, а ледяное, беспристрастное зеркало, в котором весь альянс, от рядового аналитика до верховного главнокомандующего, увидел в этот день отражение собственного стратегического бессилия, скрытого под тонким слоем технологического лака.