Дурацкое

       Подыскивал забытые слова
и исписал, наверно, полтетради,
но так тех нужных слов и не сыскал.
       Всю ночь не спал. Наутро голова
болела так, хоть вой; хоть бога ради
проси поставить точку у виска.

       Но дырокол, точнее "точкостав"
так заржавел, что барабан вращаться
устал уже давно и навсегда.
       И я как он; физически устав,
прилёг в углу за печкой и общаться
желанья нет ни с кем и никогда...

       А за окном метель, и ветра вой.
Но воет не в печной трубе, а дальше —
у кромки леса... Может, это волк?
       Мне мыслить вредно; что-то с головой,
знать, приключилось; вероятно, даже
всё так и сталось... Врать какой мне толк?

       Записываться не хочу в глупцы:
не то чтоб рано, но не по ранжиру.
Когда у бабы к ночи голова
       болит частенько — то и праотцы
сказали бы, что бесится, мол, с жиру...
А мужику-то участь какова?

       Да что о том... Наплюй и разотри;
давно пора забыть, а ты всё помнишь,
да из порожнего в пустое... А зачем?
       Знать, надломилось что-то там внутри.
Но если ты старьём себя наполнишь
и будешь ворошить — не спать ночей!

       Вот и не сплю; и, по всему, с того...
Снаружи ветер вальс с метелью кружит;
и мне мозги, похоже, заодно.
       Начать сначала если, одного
желал бы: быть построже мужем,
а не таким, как был всегда с женой.

       Ты знаешь сколько будет шесть по шесть?
А я "не знал - не знал" , да и забылось:
дырявой память стала, как дуршлаг.
       Нет, помню: будет тридцать шесть и шесть.
Что говоришь? Температура? С жара с пыла
я б согласился... но теперь я — не дурак!