Жаждущий славы

Глава 1: Серебряные волны

Серебристый туман висел над водой плотной пеленой, скрывая горизонт и сливаясь с низким свинцовым небом. Шхуна «Сирена» едва продвигалась вперёд, её паруса бессильно обвисли в безветрии. Капитан Маррик стоял на носу, впиваясь взглядом в непроглядную мглу. Его пальцы судорожно сжимали потрёпанные поручни. Карта, ради которой он заложил всё, что имел, лежала в его каюте, спрятанная в медную трубку. На ней был изображён остров, которого не должно было существовать — Остров Серебряного Сердца, миф, сказка для старых моряков. Но координаты, перепроверенные десятки раз, совпадали. Они были здесь. «Земля!» — пронзительный крик юнги с мачты разрезал тягостную тишину. Туман внезапно дрогнул, будто живой, и отступил, гонимый внезапно налетевшим холодным ветром. Перед изумлённой командой открылся вид: чёрные базальтовые скалы, вздымающиеся из воды, увенчанные копной невиданной изумрудной растительности. Но самое странное было море у его подножия. Оно не было синим или зелёным. Оно переливалось, как жидкое олово, мерцая тусклым металлическим блеском под скупым светом. Серебряное море. Легенда оказалась правдой. Маррик обернулся к своей небольшой команде: Элиас, учёный-антрополог с горящими глазами за стёклами очков; Лира, молчаливая охотница и следопыт с вечным луком за спиной; и Бренд, бородатый механик, чьи руки знали язык любой машины. «Готовьте шлюпки, — голос капитана прозвучал твёрдо. — Мы высаживаемся». Волны с мягким шелестом, больше похожим на пересыпание ртути, чем на всплеск воды, лизали грубый чёрный песок пляжа. Воздух был густым, сладковатым и совершенно беззвучным. Ни криков птиц, ни стрекотания насекомых. Лишь шёпот странных деревьев с серебристой корой. Элиас тут же упал на колени, зачерпнув пригоршню странной воды. «Это не вода в чистом виде, — прошептал он. — Взвесь. Микроскопические металлические частицы. Или что-то органическое…» Лира, тем временем, уже изучала грунт. Её острый взгляд выхватил отпечаток на влажном песке у кромки леса. Отпечаток был огромным, явно принадлежал тяжёлому зверю, но форма его была неясной, расплывчатой, будто существо шагнуло прямо из мира снов. А между пальцами, чуть в стороне, лежал клочок шерсти. Не белой, не серой. Ярко-алой, как свежая кровь. Маррик подошёл и поднял её. Шерстинка была неестественно тёплой и, казалось, пульсировала в его ладони едва уловимым ритмом. «Мы не одни на этом острове», — констатировал он, и в его словах не было страха, лишь холодная решимость. Их целью был артефакт, упоминаемый в обрывках древних манускриптов — Сердце Великого Старца, источник невероятной энергии, способный исцелять или разрушать целые цивилизации. Они вошли в лес. Серебристый свет, пробивавшийся сквозь невиданные листья, окрашивал всё вокруг в сюрреалистичные, призрачные тона. Воздух вибрировал от скрытого напряжения. Именно тогда они услышали первый вой. Долгий, протяжный, полный тоски и невыразимой мощи. Он шёл не с земли, а словно с самих небес, наполняя пространство вибрацией, от которой дрожали листья. Бренд инстинктивно схватился за монтировку. «Это не волк, — пробормотал он. — Ни один волк так не воет». Лира лишь кивнула, натягивая тетиву. Дальше путь преградила река. Но река эта текла не к морю, а из него, вглубь острова, и вода в ней была густой и тёмной, как расплавленное стекло. Перейти её вброд было невозможно. Пока они совещались, Элиас заметил на другом берегу руины. Не груду камней, а полукруг идеально отполированных базальтовых плит, стоящих вертикально, как исполинские зубы. На них были высечены петроглифы: фигуры людей в странных одеждах, склонившихся перед огромным, стилизованным сердцем, из которого исходили лучи. И рядом с сердцем — силуэт зверя с острыми ушами и пышным хвостом. «Цивилизация… они поклонялись Сердцу. И своему Стражу», — заключил учёный. Перебраться помогли лианы, свисавшие с деревьев-исполинов, прочнейшие, как стальные канаты. На другом берегу тишина сменилась гулом — низким, едва слышным, будто сам остров дышал. Они двигались к центру, к источнику этого гула. К вечеру они вышли на опушку, за которой открывалась обширная долина. В её центре возвышалась гора странной, почти правильной конической формы. А у её подножия, в последних лучах солнца, они увидели Её. Она сидела на скальном выступе, огромная и грациозная. Её шерсть была цвета заката, меди и огня, переливающаяся в косых лучах. Это была Волчица. Но таких волков не существовало в природе. Её размеры были сопоставимы с размером лошади, глаза светились холодным интеллектом и древней, нечеловеческой печалью. Она смотрела прямо на них, не двигаясь, лишь шевеля ушами, улавливая каждый звук, каждый вздох. Красная Волчица. Страж. Маррик замер, чувствуя, как ледяная волна пробежала по спине. Он понял, что это не просто зверь. Это дух места, его воплощённая воля. И она оценивала их. Решала, достойны ли они сделать следующий шаг. Затем, не издав ни звука, она спрыгнула с уступа и растворилась в сгущающихся сумерках, оставив после себя лишь лёгкий, пряный запах дыма и диких трав. «Она нас видела, — тихо сказала Лира, опуская лук. — И позволила уйти». «Пока что», — добавил капитан, разжимая побелевшие пальцы. Они разбили лагерь у подножия горы, не решаясь разводить костёр. Гул стал громче. Казалось, он исходил из самой скалы, из-под земли. Ночь на острове была не чёрной, а тёмно-фиолетовой, и серебряное море светилось изнутри тусклым фосфоресцирующим сиянием. Маррик не спал. Он смотрел на звёзды, которых здесь было втрое больше, чем в привычном небе, и думал о шерстинке, спрятанной в его кармане. Она по-прежнему была тёплой. Она была ключом. Первая часть пути закончилась. Они нашли остров. Они видели Стражу. Теперь им предстояло войти в самое сердце тайны, и цена за неосторожный шаг могла быть слишком высока. Он не знал тогда, что испытание уже началось. Что гора перед ними — не просто гора, а древняя, спящая артерия мира, и что Красная Волчица — лишь первый из его стражей. Но он чувствовал это кожей, каждым нервом. Приключение, о котором он мечтал, обернулось реальностью, безжалостной и величественной. И отступать было некуда.

Глава 2: Красный след

Утро встретило их ледяной росой, покрывшей серебристую траву инейком, похожим на алмазную пыль. Гул из-под земли не стихал, превратившись в постоянный фон, к которому постепенно привыкал слух. След Волчицы вёл вверх по крутому горному склону, петляя между острых скальных выступов. Это был не простой звериный след. Отпечатки лап были глубокими, словно существо, оставившее их, весило не одну сотню килограммов, а между когтями на земле оставались тонкие прожилки оплавленного камня, слабо дымящиеся в холодном воздухе. «Она не просто ходит, она жжёт землю, по которой ступает», — констатировал Бренд, проведя рукой по ещё тёплому следу. Элиас снял образцы. «Температура плавления базальта невероятно высока. Это… биологически невозможно. Если это биология». Подъём был тяжёл. Воздух стал разреженным и густым одновременно, им было трудно дышать. Лира шла первой, её звериная интуиция и навыки чтения следов были незаменимы. Она заметила первую ловушку — почти невидимую нить из того же красного волокна, что и шерстинка, натянутую между двумя камнями на уровне голени. За ней, в расщелине, лежали кости. Не человеческие. Кости какого-то крупного парнокопытного, обглоданные дочиста и аккуратно сложенные в ритуальную пирамидку. «Она умна. И церемонна», — прошептала Лира. Маррик лишь кивнул. Чем выше они поднимались, тем больше становилось странностей. Растения меняли окраску с изумрудной на багровую и лиловую. Некоторые цветы поворачивали свои чашечки вслед за движущейся группой. Однажды Бренд, опершись на невзрачный куст, вскрикнул и отдернул руку — его ладонь была иссечена десятками мелких, почти невидимых шипов, и из порезов сочилась густая, чёрная, как чернила, жидкость. Рана немела. Лира быстро сделала припарку из разжёванных листьев знакомого ей вида, но тревога в отряде поселилась прочно. Они были чужаками в мире, где всё, от земли до флоры, могло быть враждебным. След привёл их к узкому карнизу, огибавшему скалу. С одной стороны — отвесная стена, с другой — пропасть, уходящая в серебристую дымку. Идти пришлось гуськом, прижимаясь к камню. Именно тогда они снова услышали вой. На этот раз близко. Он раздался прямо над их головами, оглушительный, наполненный не предупреждением, а скорее… призывом? Вызовом? Камень под ногами задрожал. С карниза прямо перед Марриком посыпались мелкие камешки. Он поднял голову. На выступе, метров на двадцать выше, стояла Красная Волчица. Солнце, пробивавшееся сквозь разрывы облаков, играло в её шерсти, зажигая в ней искры настоящего огня. Её глаза, цвета расплавленного золота, смотрели прямо на капитана. В них не было злобы. Была оценка, холодная и безжалостная, как скальпель. Она издала короткий, отрывистый звук, похожий на лай, но глубже, и прыгнула. Не на них. В пропасть. Сердца членов экспедиции замерли. Но существо не упало. Оно, словно невесомое, плавно спланировало на широких, едва заметных в движении перепонках между передними и задними лапами, и скрылось в дымке внизу. «Она летает, — выдавил из себя Элиас, лицо его было белым как полотно. — Или парит. Законы физики…» «Здесь другие законы», — перебил его Маррик, чувствуя, как давняя мечта исследователя сталкивается с первобытным страхом. Они продолжили путь, и вскоре карниз вывел их к входу. Не в пещеру. К Вратам. Две массивные каменные створки, украшенные тем же узором, что и петроглифы на берегу реки, стояли полуоткрытые. Высота их была с трёхэтажный дом. Они были сделаны из чёрного, отполированного до зеркального блеска камня, в котором тускло отражались их собственные измождённые лица. Перед Вратами лежал новый «подарок». Аккуратная кучка из трёх идеально круглых камней молочного кварца. А сверху — свежая ветка с листьями цвета крови. «Это не угроза, — наконец сказала Лира, вглядываясь в подношение. — Это ритуал. Она требует дары. Или проверяет, понимаем ли мы язык её мира». Маррик медленно вынул из кармана тёплую красную шерстинку. Он положил её поверх кварцевых шаров. Шерстинка коснулась камня и на мгновение вспыхнула ярким алым светом, осветив Врата изнутри. Гул из-под земли на секунду стих, затем возобновился с новой силой, превратившись в ритмичный, мощный стук, похожий на биение исполинского сердца. Бум. Бум. Бум. Створки Врат с глухим скрежетом, от которого задрожала земля, подались внутрь ещё на несколько сантиметров, открыв чёрную щель, откуда пахнуло воздухом древним, сухим и пахнущим озоном. Путь был открыт. Но не Волчицей. Их собственным жестом, их попыткой понять. Маррик посмотрел на своих спутников. Элиас жадно вглядывался в темноту, забыв про страх. Бренд сжимал монтировку, его практичный ум искал рычаги и механизмы. Лира была спокойна, как всегда, её рука лежала на рукояти ножа. «Мы идём внутрь, — сказал капитан. — Но помните: мы не завоеватели. Мы гости. А может, и просители». Он переступил порог, и тьма поглотила его. Остальные последовали за ним. Свечение серебряного моря и странных растений осталось снаружи. Здесь светились лишь стены. Тонкие, словно прожилки в листе, линии голубоватого холодного света бежали по каменной кладке, образуя сложные, гипнотические узоры. Они освещали длинный, уходящий вниз коридор. Воздух вибрировал от того самого стука-сердцебиения. Теперь оно было рядом. Красная Волчица больше не показывалась. Но они все чувствовали её присутствие. Она была где-то здесь, в этой каменной утробе мира, наблюдая. Ведущая их к цели или заманивающая в ловушку — они ещё не знали. Следующий поворот вывел их в круглый зал. Посередине зала на низком постаменте лежал скелет. Не зверя. Человека. Кости были неестественно белыми и целыми. Рядом с черепом лежал странный предмет — металлический диск с отверстием в центре, покрытый вращающимися концентрическими кругами с письменами. Элиас, забыв обо всём, бросился к нему. «Это ключ! Карта! Это…» Он не успел договорить. Из темноты за скелетом вышла Волчица. На этот раз она подошла близко. Так близко, что они чувствовали исходящее от неё тепло, слышали её тихое, ровное дыхание. Она обошла постамент и легла между ними и скелетом, положив огромную голову на лапы. Её золотые глаза смотрели на Элиаса, затем на диск, потом снова на учёного. В её взгляде была не угроза. Было терпение. И ожидание. Она ждала, что он сделает. Поймёт ли он правила игры. Элиас медленно выпрямился, оторвав взгляд от артефакта. Он сделал шаг назад, затем поклонился, как поклонились бы древние, изображённые на петроглифах. Низко и уважительно. Волчица прикрыла глаза на мгновение, будто кивая. Затем она встала, повернулась и ушла в один из тёмных проходов, ведя себя как проводник. Испытание уважением было пройдено. Но Маррик посмотрел на скелет. На целые, неповреждённые кости. Этот человек не погиб в бою. Он умер здесь, ожидая. Или будучи не в состоянии пройти дальше. Они взяли диск. Он был холодным и тяжёлым. На обратной стороне были выгравированы звёзды и странные символы, напоминающие уравнения. Бренд свистнул: «Это чистая механика. Сложнейшая». Красный след вёл их дальше, вглубь горы. След Стражницы, которая теперь была не просто угрозой, а сложной, непостижимой частью головоломки, которую им предстояло разгадать, чтобы выжить и достичь цели. А сердцебиение Великого Старца звучало всё громче, призывая, маня, предупреждая.

Глава 3: Древняя пещера

За скелетом-хранителем коридор сузился и начал сообразно закручиваться вниз, следуя ритмичным ударам подземного сердца. Голубые светящиеся прожилки на стенах сменились на тёплые, янтарные, и воздух стал густым и тёплым, как дыхание спящего дракона. Диск, найденный Элиасом, висел у него на груди и начал тихо вибрировать, откликаясь на близость чего-то могущественного. Красная Волчица шла впереди, её огненная шкура отбрасывала на стены колышущиеся багровые тени. Она больше не скрывалась. Она вела. Но каждый её взгляд, брошенный через плечо, напоминал: одно неверное движение — и договорённость будет нарушена. Коридор вывел их в Пещеру. Это слово с большой буквы само просилось в сознание, ибо то, что открылось их взорам, не было просто полостью в скале. Это был исполинский зал, купол которого терялся в темноте на сотни метров вверх. А в центре зала росло Дерево. Но оно было высечено из цельного кристалла, мерцающего изнутри мягким серебристо-золотым светом. Его ветви, тонкие и изящные, как ледяные узоры на стекле, раскинулись, почти касаясь стен. С них струился вниз не свет, а тихий, мелодичный звон, подобный хрустальным колокольчикам. Это был источник гула, преобразованный здесь, в святилище, в гармонию. «Энергия… — прошептал Элиас, срывая очки и протирая глаза. — Она кристаллизовалась. Это не метафора. Это физическая форма теллурической или космической энергии!» Вокруг кристаллического дерева, по кругу, стояли семь массивных каменных тронов. На шести из них сидели… не скелеты. Мумии. Или нечто среднее между мумией и статуей. Плоть их была темна, как старый пергамент, и казалась каменной, но одежды — сложные многослойные одеяния из металлических нитей и неизвестной ткани — сохранили цвет и форму. Их лица были обращены к Дереву, руки сложены на коленях. На седьмом, центральном троне, прямо напротив входа, сидела другая фигура. Она была выше остальных, и в её пустых глазницах мерцали две крошечные звёздочки того же света, что и в Дереве. На коленях она держала шар из чёрного обсидиана, внутри которого клубился туман. «Совет Старейшин, — сказал Маррик, и его голос, приглушённый акустикой зала, прозвучал как чужой. — Они не умерли. Они… сохранились». Волчица подошла к центральному трону и легла у его подножия, положив голову на лапы. Её золотые глаза смотрели на шар в руках Старца. Лира осторожно приблизилась к одному из тронов. На каменном подлокотнике были вырезаны символы. «Имена, — перевела она. — Или титулы. Хранитель Вод. Страж Небесных Троп. Зодчий Пещер…» Бренд тем временем изучал сам зал. «Смотрите, — указал он на стены. — Это не природное образование». Стены были покрыты барельефами, изображающими историю острова. Рождение Серебряного Моря из падающей звезды. Появление первых людей, пришедших по ледяному мосту. Их расцвет. Создание Сердца Великого Старца — артефакта, стабилизировавшего энергию звезды и даровавшего им знание и долголетие. И затем — раскол. Часть людей хотела использовать Сердце для власти, для изменения мира вовне. Другая часть, во главе с этими семью, верила в гармонию и охрану. Разрушительная война, едва не погубившая остров. И финальный акт: Великий Старец и его Совет, ценою собственного жизненного цикла, запечатали Сердце. Не уничтожили, а спрятали, оставив ключ — и Стражу. Красную Волчицу, порождение самой энергии Сердца и воли Старца, последнего живого духа острова, призванного судить достойных. «Она не просто зверь, — прошептал Маррик, глядя на могучее существо у трона. — Она — приговор. И возможность искупления». Элиас подошёл к кристаллическому Дереву. Диск на его груди завибрировал сильнее. Он поднял его, и лучи света из Дерева отразились в полированной поверхности, спроецировав на пол движущуюся карту — лабиринт проходов под пещерой. «Ключ активирован, — сказал учёный. — Он ведёт к Сердцу. Оно внизу. В последнем святилище». Но чтобы спуститься, нужно было пройти обряд. Волчица встала. Она подошла к каждому из тронов по очереди и коснулась носом рук сидящих на них Хранителей. При её прикосновении из глазниц мумий вырывались тонкие лучи того же янтарного света и устремлялись к центральной фигуре. Звёзды в глазах Великого Старца вспыхнули. Голова его с тихим скрипом повернулась. Пустые глазницы уставились прямо на пришельцев. Из шара на его коленях хлынул поток тумана, который сформировался в движущиеся изображения. Они увидели себя. Маррика, жаждущего славы открывателя. Элиаса, жаждущего знания любой ценой. Лиру, ищущую место, где её дикие навыки будут иметь значение. Бренда, ищущего дело для своих рук, способное пережить века. Они увидели свои мотивы, обнажённые и ясные. А затем увидели последствия. Если Сердце попадёт в их руки и будет вынесено… Мир, охваченный войнами за энергию. Природа, искажённая безудержной силой. Лаборатории, коверкающие саму жизнь. Или, в лучшем случае, — забвение. Люди не готовы, говорили безмолвные образы. Вы не готовы. Отчаяние охватило Маррика. Они прошли так далеко… чтобы получить отказ? Но образы сменились. Они увидели иной путь. Остров, открытый миру не как источник силы, а как заповедник. Как место, где учатся гармонии. Они увидели себя не уносящими артефакт, а защищающими это место. Становящимися новыми хранителями, мостом между мирами. Волчица наблюдала. Туман рассеялся. Голова Старца вернулась в прежнее положение. Звёзды в глазах погасли. Выбор был предложен. Но не на словах. В глубине души каждого. Диск на груди Элиаса погас. Карта исчезла. Спуск открылся бы только тогда, когда они примут решение не умом, а всей своей сутью. И это решение должно быть единогласным. Пещера молчала. Лишь мелодичный звон кристаллического Дерева напоминал о биении сердца мира. Они стояли перед семью каменными судьями и одним живым, огненным Стражем, и от их следующего слова, от следующей мысли зависело всё. Маррик посмотрел на своих товарищей. Он увидел в их глазах не разочарование, а тяжёлое раздумье. Осознание масштаба. Они пришли как искатели сокровищ. А им предложили стать монахами, отшельниками, стражами величайшей тайны. Красная Волчица тихо вздохнула, и в этом вздохе прозвучала вся печаль тысячелетий ожидания. Она ждала не тех, кто возьмёт. Она ждала тех, кто останется.