Декадник на теплоходе или телепортация День второй

       

               
                2

                День второй


          На следующее утро, когда за окном каюты по несколько раз промелькнули фигуры престарелых и не очень энтузиастов, бегающих трусцой, все отправились на завтрак. Лишь только закончился завтрак, руководителей делегаций всех институтов пригласили на совещание. Почти весь оставшийся состав художественного института собрался в каюте номер семь. Не было только старейшего графика Гладунова. Ждали возвращения с совещания декана Елены Николаевны.
        - Из наших кто-нибудь записался в группу здоровья? – с улыбкой спросил Бычинский.
        - Наших там точно нет, - отвечали ему молодые педагоги, - если только Михал Фёдорович, - подмигнул с улыбкой, Андрей.
        - Что-то он задерживается. А вы сами-то не хотите подключиться, Владимир Николаевич? Дело весьма полезное. Бычинский в ответ улыбнулся.
        - Надо бегать. Бег трусцой в моде. Сейчас все бегут. Может завтра, и я запишусь. Уж больно медики агитировали и нахваливали это дело. Они знают, о чём говорят. Известные профессора как - никак,  - подключилась к разговору Смирнова.
        - Вы серьёзно, Елена Александровна? Нет, я бегать по теплоходу не собираюсь! - категорически заявил Заварзов.
        - Кто-нибудь знает, а северное сияние будет, когда придём в Усть-порт? – продолжал свои вопросы Бычинский.
        - Нет, сияния не будет, - с видом бывалых путешественников отвечали Мигас с Заварзовым и фотограф Бобров, - и почти хором объясняли,
        - В это время северных сияний ещё не бывает. Начало сентября для этого слишком рано. Оно обычно случается зимой в полярную ночь. Изредка случается в октябре. Но сейчас его точно не ждите.


        Каких только людей не встретишь на своём пути. Бывает, подарит судьба знакомство с человеком прекрасно воспитанным, высокообразованным и культурным. И буквально тут же столкнёшься с типом, мало приобщённым к русской и мировой культуре. Зато свободно владеющим весьма изощрённым жаргоном и матом. Про таких сказать, что он матерится как сапожник, только сапожников обидеть, а подобных типов охарактеризовать незаслуженно мягко. В любом месте открыв рот, они шокируют приличную публику такими руладами и слоганами, что уши точно сворачиваются в трубочку. Описать же подобные звуки, произведённые вперемежку с междометиями нормальному человеку, никак не представляется возможным.
        К счастью народ на теплоходе сконцентрировался сплошь образованный и хорошо воспитанный. Так, что когда Елена Николаевна присоединилась к художникам после межвузовского совещания, от неё ждали каких угодно интересных новостей, но только не мата. Оказавшись в каюте, возбуждённая выпускница Строгановки разразилась весьма эмоциональной тирадой, щедро насыщенной матерными спичами и оборотами. Справедливости ради, надо сказать, что матерность эта несла на себе заметный отпечаток творческой, интеллигентской тусовки. Не было в ней беспробудной зоновской жесткости и брутальности, припечатывающей своего оппонента, словно нож к горлу. В своей яркой и продолжительной речи декан, до того не позволяющая себе и слова сомнительного или что-нибудь хотя бы отдалённо напоминающее матерную речь, вдруг отбросив все условности донесла до присутствующих о прошедшем совещании. Исключая нецензурные обороты, говорила она примерно следующее,
       - Слушайте, коллеги, я просто киплю от возмущения. Меня переполняют эмоции, и я не знаю, что могу, сделать от ярости. Они все жалуются на зарплату в своих институтах. Почти всё совещание было посвящено этому вопросу. Все, буквально все институты подняли эту тему. Но когда они озвучили зарплаты профессорско-преподавательского состава в своих вузах, я чуть не грохнулась со стула. Знали бы они, какие зарплаты в нашем институте! Знали бы они, как вообще финансируется культура! Это позор! Эти подачки! У них зарплаты в два-три раза выше наших. Я рассказала про наши зарплаты. Все только сочувственно покивали. При этом многим учёным и молодым и авторитетным помимо зарплаты, ещё платят предприятия за всякие технологические и конструктивные разработки и проекты. И они жалуются! И справедливо жалуются! А как мы выживаем без всяких доплат на одну мизерную зарплату. На зарплату, с которой ещё нужно красок купить и других художественных материалов и картины написать и выставки организовать. Чтобы потом довольное начальство у себя поставило галочки о проведённых мероприятиях. Внутри меня буквально всё клокочет от несправедливости! А ведь мы учим их детей! Даём им знания и профессиональные навыки. И вот она их благодарность!
          Речь Павлюченковой произвела эффект разорвавшейся бомбы. Но не от того, что были озвучены размеры зарплат. И так все знали свои ставки и выплаты. Наибольший эффект произвела сама речь декана.  Педагоги были в шоке и в восторге. Смирнова, Бычинский, Мигас все смеялись. Андрей, как и все возбудившийся от этой речи, протягивая руки, говорил,
          - Елена Николаевна, что это было? Как вы сейчас говорили! Это же шедевр! Я такого никогда не слышал. Это даже грехом язык не повернётся назвать, несмотря на мат. Это просто произведение искусства, эта ваша речь!
          - Какой мат? Какой грех?- вмешалась Елена Александровна, - это речь праведницы! Она же о наших проблемах говорила. Это речь «святой Елены», Андрюша,- добавила она, смеясь сквозь слёзы.


          Большую заинтересованность к художникам проявили представители института физики. От них с предложением в каюту номер семь пришла целая делегация из трёх или четырёх профессоров и доцентов. Толпясь в дверях из-за тесноты каюты, они обращались к художникам.
         - Господа художники, нам нужна ваша помощь. Дело в том, что мы взяли с собой на борт два компьютера. Вы же знаете, что такое компьютер? Пользовались им когда-нибудь?
         - Знаем, но пользоваться не доводилось,  - отвечали художники.
         - Вот поэтому мы хотим пригласить вас в конференц-зал. Компьютеры находятся там. Мы научим вас пользоваться этой техникой и хотим, чтобы на протяжении всего декадника вы изучили эти технологии как можно лучше. Поэтому мы пришли к вам раньше всех, чтобы не терять драгоценного времени. Вы сможете заниматься на них и осваивать новые горизонты. Сейчас компьютеров ещё очень мало, но скоро они буквально заполонят всю нашу жизнь, весь мир, все сферы деятельности. В США, в Японии и ещё в некоторых странах это уже произошло. Это очень сильные технологии будущего. Мы ждём от вас, как от представителей культуры рекомендаций о моральных, эстетических и культурных нормах и стандартах. Именно ваши предложения будут закладываться в программы будущих технологий. Надеемся, что к окончанию нашего путешествия вы их выработаете. В противном случае мы все очень рискуем. Ведь эти новые открытия и изобретения, скоро будут доступны всем и не известно в хорошие ли руки они попадут. А это всё будет оказывать очень сильное влияние не только на наших детей. Но и на всё общество. Эти технологии способны воздействовать на личность и менять ментально не только отдельного человека, но и большие сообщества, - так примерно говорили учёные.
              Но художников не надо было уговаривать, заслышав о новых возможностях они с энтузиазмом включились в освоение компьютеров. Особенно Одношивкин с Бычинским увлеклись незнакомым до сего дня делом. Словно малые дети с новой игрушкой, каждую свободную минуту они бежали к компьютеру.
          В конце декадника какие-то рекомендации художники попытались дать. Но это не могли быть исчерпывающие и универсальные советы. Слишком мало времени было у них для знакомства с новой техникой. Общество жило ещё размеренной жизнью, заложенной в Брежневскую эпоху. Ещё не было сотовых телефонов и даже пейджеров, которые начнут массово появляться спустя год или два. Та же японская видео камера, на которую снимал Олег, была далеко не у каждого и воспринималась как недоступное чудо.
              Но разве может кто-нибудь дать подобные рекомендации сейчас, спустя много лет и десятилетий, когда не только компьютеры и интернет, но и другие изобретения человеческого разума всеобъемлющё вошли в нашу жизнь? Разве может кто-то обозначить нормы и границы и обуздать их в пределах этих норм?