Политбомбардировка

      Командир полка, полковник Левченко, сидел за столом перед личным составом полка, и его лицо было красно, но не от загара. В руке он сжимал несколько мятых листовок с призывами к «социалистическому соревнованию».
— Товарищ «Двадцатый»! — голос полковника разрезал тишину, как сирена тревоги. — Доложите, где согласно наставления положено сбрасывать агитационные авиабомбы? Над безлюдной местностью? Или, как вы решили, над собственным аэродромом, чтобы условным противником сделать весь личный состав?
      Временно исполняющий обязанности начальника политотдела полка, прикомандированный подполковник, он же «Двадцатый», стоял, стараясь сохранить свое «замполитное» достоинство. Его идея — отметить День воздушного флота эффектным «агитационным ударом» — казалась ему блестящей. Разве не прекрасно: с неба сыплются слова о мире, труде и готовности к защите Родины? Прекрасно. Но если бы они сыпались над учебным полигоном в тайге, а не над стоянками эскадрилий с самолетами-разведчиками.
— Товарищ полковник, я…
— Отставить! — Левченко показал на окно, за которым белели клочки бумаги, цеплявшиеся за антенны и колючку. — Ваше воздушное лихачество и гусарство, товарищ начальник политотдела, теперь — головная боль и боевая задача для всего гарнизона под кодовым названием «Бумажный снегопад». Пока вы тут о высоком думали, ваш агитАБ с листовками чуть не угробил старшего техника по вооружению! Представляю заголовок: «Советский офицер геройски пал в борьбе с мирной пропагандой».
      В зале кто-то фыркнул, но сразу же превратил это в приступ кашля.
— Капитан Шапошников!
— Я!
— Капитан Кулаков!
— Я!
— Капитан Лисин!
— Я!
     Три командира рот: автороты, роты охраны и аэродромной, застыли с каменными лицами. Взгляд Шапошникова был настолько жёстким, что, казалось, он мог собрать листовки одной лишь силой мысли. В их глазах читалась одно: «Опять из-за этого политотдела…»
— Поднять всех, кто не прикован к койке и не дежурит в наряде. Бойцов, сержантов, прапорщиков, — всех! Инвентарь — руки и мешки. Задача — очистить территорию аэродрома от следов идеологической диверсии. Чтобы к вечеру ни одного лозунга о мире во всем мире на аэродроме не было! Всё. Выполняйте!
      Три капитана взяли под козырёк с такой энергией, будто им приказали штурмовать высоту. «Двадцатый» стоял, глядя в пол, уже мысленно составляя объяснительную о «нестандартном методе распространения агитационных материалов».
      А за окном началась охота. Солдаты срочной службы аэродромной роты — рядовые Юлдашев, Юсупов и Абдурахманов — с «энтузиазмом» архивных работников не спеша бродили по стоянке эскадрильи, снимая с антенн, топливозаправщиков и с собственных голов хлопья советской пропаганды.
— Маркарян, ты куда смотришь? Вон, на ангаре прилипло что-то! — командовал капитан Лисин. — Представляешь, если её ветром на остекление кабины? Летчик взлетит, а ему в лоб «Да здравствует 1 Мая!»? Сбить же с курса может!
Капитан Шапошников, руководивший поиском в автопарке и вокруг него, бросал своим солдатам без эмоций:
— Орунов, Денисов, Миллер! Зачистить полосу вдоль забора. Метр за метром. Чтобы блестело.
      Тем временем, капитан Кулаков и вверенная ему рота охраны патрулировала периметр аэродрома. Раздавались команды:
— Кемелов, отправь Гильфанова бегом в подразделение, пусть доложит дежурному по части: северный сектор чист, западный сектор чист.
    Когда возле КПП из-под ворот выметали листовки, какая-то гражданская женщина у проходной спросила, можно ли ей пару штук на память для внука. Кулаков не разрешил. Мало ли. Начнут еще тираж считать.
      К вечеру аэродром был чист. Мешки с мятыми листовками, пропитанные то ли горюче-смазочными материалами, то ли солдатским потом, складировали в политотделе полка. Ирония судьбы — обратно к создателю.
        На следующий день на летном разборе полковник Левченко, уже спокойный, заключил:
— Урок на будущее. Враг бы нам такого шанса не дал — засыпать наши головы бумажками и вывести из строя на полдня. А наш политотдел — дал. Так что, товарищ «Двадцатый», вашу инициативу засчитываю как тактическую вводную на отработку действий по ликвидации последствий… нестандартного подхода. Всем спасибо. Летчикам — готовиться к полетам. Командирам подразделений — по местам. А политотделу… — он сделал многозначительную паузу, — написать отчет о высокой эффективности агитационных материалов, собранных силами личного состава с плотностью одна штука на квадратный метр аэродрома.