2. Северная специфика

Фото: Типичная картина для тех мест

Чтобы не ошибиться в деталях, заглянул в трудовую книжку: нет, память меня не подводит. В феврале 1961 года, имея трудовой стаж менее полутора лет, я получаю назначение на должность главного инженера Ямского рыбокомбината. Отказался бы, зная, чем это закончится? Вряд ли. Как можно отказаться от судьбы?

В северных условиях высока текучесть кадров. Люди приезжают, уезжают, ищут более подходящее по условиям труда и жизни места. Главный инженер – это уже не просто ответственность за железо, чтобы всё крутилось: флот, автотракторный транспорт, станочный парк, дизельная электростанция, а главное – технологическое оборудование, эти бесчисленные центробежные насосы от двухдюймовых «малышей» для перекачки тузлука до рыбонасосов с улиткой в 200-250 мм, а также транспортерные ленты в сотни метров длиной, грузоподъемные механизмы, внутренний транспорт в виде всяческих вагонеток, электрокар, тележек.  Теперь это ещё и безопасность людей, за которую спрос всегда был строгий.

Летний период – особое время. С одной стороны – одна за другой путины: весенняя селедочная, летняя лососевая, осенняя селедочная, зимняя – подледный лов наваги. С другой – это время подготовки техники и механизмов к зиме, время приобретения и доставки  новой техники и запчастей. Чего и сколько надо – это одна сторона, а что и в каких комплектациях имеется на складах и базах Магадана – совсем другая, большей частью, не совпадающая. От оформления заявки до ее исполнения срок от 3-х до 5-ти лет, дело связано с сезонным фактором и навигациями.

Так что я получал заказы по заявкам моих предшественников, а мои заявки достались кому-то в наследство. Даже когда появились большие самолёты, на них полагаться было сложно – авиаперевозки сильно дороги, а под «железо» к тому же нужны спецрейсы. Вот и крутись в этих обстоятельствах.