7. Елена Мадден 12 конкурс великое кольцо

7.Елена Мадден (Берлин, Федеративная Республика Германия)

Номинация «Фантастический рассказ».

Бал в лесу

Письмо

Мамина подруга пригласила на дачу, а дача необычная: дом в деревне, рядом с лесом, недалеко река.
Всё было бы хорошо, вот только… Леший-внук и Водяной-внук исчезли!
Аня и Алек очень расстроились. Целый день ходили как потерянные. Гадали, куда оба внука могли запропаститься.
Наутро в почтовом ящике нашлась записка: «Принесите мой колоколчик ночю в лес позвоните. Лучче штоп никто не видел».
В письме говорилось, понятно, о глиняном колокольчике. Аня на Рождество подарила его Лешему-внуку. Тому очень понравился подарок: из глины вылеплен не то гриб, не то леший под шляпой, у него жёсткие усы и борода из пакли.

Вылазка

Всё сложилось как нельзя лучше. Папа вечером сел работать. Мама заснула, пока укладывала детей спать. Умаялась, бедная.
Аня и Алек поднялись, оделись потеплее. Колокольчик положили в корзинку, в которой внуков, Лешего и Водяного, на дачу везли.
И побрели в лес по пыльной дорожке. Пыль была мягкая, как мука, только серая. Лопухи, как слоны, огромные уши развесили.
Стояло позднее лето. Вот-вот кончится, осень придёт на смену... На сером репейнике багровые раны открылись. Полынь вздыхала так горько, что в воздухе горечью пахло. 
А в воздухе всё темнее и темнее… Только луна светит, дорожку указывает.
Когда в лес вошли, совсем стемнело. И луну туча закрыла. Стало мрачно и страшно.
Сучок треснул, что-то упало, зашелестело. Аня толкнула Алека:
— Кто-то шепчется, слышишь?
Алек прислушался. И не согласился.
— Да нет, — бросил небрежно. — Это просто ветер в листьях запутался, вот и шуршит.
— У меня мурашки по коже бегут, — пожаловалась Аня.
Алеку захотело переплюнуть её, сказал:
— А у меня волосы дыбом!
Ане это почему-то показалось смешным, захихикала. Но тут снова луна выглянула, страх и пропал.
Вдруг кто-то кашлянул.
Алек и Аня глянули — за кустом молодой человек в очках. Ветки раздвинул, чтобы лучше видеть.
Аня прошептала:
— Бежим! Леший-внук хотел, чтоб нас не видели!
Алеку бежать не хотелось, и он возразил:
— Он просто хотел, чтоб папа с мамой не узнали ничего!
Очкарик начал строго:
— Эт-то что вы тут…
У Алека рука с корзинкой дрогнула, колокольчик звякнул. Очкарик дёрнулся от неожиданности. И будто передумал ругаться. Пробормотал:
— Мне-то что… пусть отвечают, кто пустил… — и отвернулся.
Аня и Алек пошли дальше.
Очкарик сзади свистнул тихонько.
И тут из-за дерева выступила девушка. Странная какая-то. Лицо бледное, волосы распущенные, в одеяло завернулась, а из-под одеяла видно платье длинное, почти прозрачное.
— Ты кто? — спросил Алек.
Девушка улыбнулась — лицо будто осветилось:
— Русалка я! Мы тут к балу готовимся. Баба Яга обещала быть, Кащей Бессмертный, ведьмы соберутся, колдуны, девицы Премудрые и Прекрасные.
Алек и Аня молчали, ошеломлённые. К двум внукам они привыкли, но что кроме тех в лесах другие сказочные люди есть, как-то не думали.
Девица усмехнулась:
— Не верится, а? Давайте покажу залы, где бал будет. Вот сюда, под арочку…
Приподняла еловые ветви, пропустила Алека и Аню:
— Вот, смотрите. Здесь мы пригорок мхом выложили, это будут кресла для волшебной знати…

Дворцы и колдовство

Аня озадаченно оглядывалась.
— А где же дворец? — протянула разочарованно.
— Какой дворец? — не поняла девушка.
— Ну, дворец, где бал будет, — пояснила Аня.
— А зачем дворец? — удивилась русалка. — Дворец, конечно, можно снять. Если приспичит. Насчёт съёма с домовым договориться можно. В столице подороже обойдётся, в усадьбах подешевле. И не хуже! иногда даже и шикарнее. Усадьбы ведь музеями сделали, там всё сохранилось, как раньше было… Только зачем нам дворец? Они для другой публики. Павлину — золотая клетка, а мудрой сове… — девица сходу срифмовала: — ...дубовая ветка!
— А как же стены в зеркалах, свечи? Музыка? — не сдавалась Аня. Ей хотелось красоты.
— Ну, это пустяки, — усмехнулась русалка. — Мы тут парчу повесим, вытканную изумрудами и яхонтами.
И указала рукой. Там, куда показывала, паутина осветилась, капельки росы заблестели-засверкали. (Спрятала в рукаве фонарик, наверное! догадался Алек.)
— Луна вместо люстры. Пусть света меньше, зато у деревьев тени. Отлично для атмосферы, настроения! Мы ещё светлячков посадим на жирандоли, будет лучше свеч!
Глаза у русалки горели. Она будто играла в игру «Я вижу то, чего ты не видишь!»
— А музыка…— тут русалка глянула на Аню. — Видишь под деревом осколок бутылки? Ветер подует — горлышко запоёт.
— Эолова арфа? — догадалась Аня.
— Эолова флейта, — поправила девушка. Глаза у неё смеялись.
Аня живо представила: мягкие зелёные моховые кресла, полутени колышутся. Свечи мерцают матовым тёплым жёлтым светом, дрожат и колеблются. На стенах драгоценные каменья сверкают и переливаются. Огоньки будто распадаются и соединяются в новые замысловатые фигуры. И печальная флейта звучит одиноко.

Чудеса

— Дрожишь? Хочешь накидку из парчи? — русалка аккуратно сняла паутину, окутала плечи Ани. — Хорошо теперь?
— Здорово! — отозвалась Аня. — И тепло! Чудо какое-то.
— А ты чудеса умеешь делать? — встрепенулся Алек.
— Только не проси, нам запрещено их показывать. Не фокусники, чай, — девица усмехнулась.
— А где твоя волшебная палочка? — не отставал Алек.
— Русалка и палочка? Не смешите меня, — расхохоталась русалка. — Да и вообще — зачем? Не смешно ли всюду ходить с палочкой, как с пистолетом в кобуре? Ты сказки слушаешь русские? Хоть одну палочку помнишь?
— Ну… — Алек замялся. — Зеркальце такое: кто, скажи мне, всех милее...
— Это всё заморские диковинки, — отмахнулась русалка. — Тут у нас всегда без этого добра обходились. Ничего волшебного не покупали. Метла — другое дело, ступа там — это всё вещи в хозяйстве нужные…
Русалка задумалась. Потом щёлкнула пальцами и объяснила:
— Понимаешь, не хочется ни от чего зависеть. Ты вот на палочку надеешься, а забудешь её взять — тебя и застанут врасплох! Нет, ты попробуй ходить безоружным. Обходиться подручными средствами. Или и вовсе без них колдовать.
— Как это? — заинтересовался Алек.
Но тут совсем рядом послышались громкие голоса. Из-за кустов появились двое.
Один всё тот же, из-за куста.
А другой...

Чужой

Другой — странный. Неприятный! Прошёл мимо — и оглянулся, Алека и Аню осмотрел пристально, будто запоминал. Заметил колокольчик — прищурился. Правда, не задержался, дальше пошёл вслед за первым.
— Кто это? — голос у Ани перехватило, видно было, что она испугалась.
— Не знаю, — пожала плечами девушка-русалка. — Гостей много понаехало. Может, Мизгирь.
— Заморский гость? — попыталась догадаться Аня.
Девушка покачала головой.
— Нет, тех я знаю наперечёт, сама приглашала. Он не иностранец, он просто иной. — Заметила, что Аня не понимает, пояснила: — Другой то есть. Не ведун, не кудесник, не лесная сила. Не из наших, короче. Чужак.
Те двое приостановились в десяти шагах, «чужак» знаком поманил девушку.
— Ну, мне пора. Счастливо оставаться! — русалка сделала два шага и повернулась к Алеку. — Ты спрашивал, как чудеса делать без палочки волшебной. А чего ты хотел бы?
— Молодильные яблоки! — вспомнил Алек сказку, которую недавно читали.
— Ты хочешь сказать: молодильные ягоды? Чернику то есть? — улыбнулась русалка. — Поставь корзинку на землю и позвони в свой колокольчик. Муравьи соберут.
Алек поставил корзинку под кустик. Русалка улыбнулась ещё раз, помахала рукой и убежала.

Прощание

— Ой, нас Леший-внук, наверное, заждался! — спохватилась Аня. — И поздно уже…
Позвонили в колокольчик. Никто не появился. Перешли к старому дубу с огромным дуплом, опять позвонили.
Из дупла выглянул растрёпанный Леший-внук. Он выглядел озабоченным. Огляделся.
— Попало мне за вас от дедушки… Я же писал: чтоб никто не видел! Зачем болтали с посторонними?
— Это ж не посторонние были — русалка и её друг! — защищался Алек.
— Русалка… — фыркнул Леший-внук. — Студенты это, на практику приехали.
— А Чужой — тоже студент? — спросила Аня с надеждой. Если студент, бояться нечего…
— Какой ещё чужой? — Леший-внук как будто испугался. — Час от часу не легче… Вот что — давайте-ка дуйте домой. Ноги в руки — и живо, поняли?
— А ты? — Ане совсем не хотелось снова расставаться с друзьями.
— Мы здесь остаёмся. Пока… Ты где это измазюкалась? — Леший-внук показал пальцем на мокрую паутину у Ани на плечах.
У Анечки уголки губ опустились, задрожали.
Леший-внук почувствовал, что говорил грубо. Сказал помягче:
— Я вам напишу. Может, и здесь ещё увидимся. А сейчас — пока-пока!
Он быстро нырнул в дупло. Не хотел долгого прощания, это Алек и Аня поняли.
— Ну вот, и кто теперь в нашей корзинке вместо Лешего-внука ездить будет?.. — Аня старалась держаться мужественно. — ...Ой, а где она?
Вспомнили, что оставили корзинку на соседней полянке, побежали искать.
Нашли! И ведь не пустую — до краёв полную черники.
Муравьи насобирали?..