непригодная

 
.







           Стряхнув песок с обшарпанной стойки администратора, я расписалась на бланке с фотографией такого же затертого красного монолита, словно дзот торчащего среди терракотовых песчаных холмов. Запихнула мелочь в щель керамической альпаки, пылившейся между ключницей и стопкой рекламных буклетов — монетки глухо звякнули в пустом чреве копилки. Я улыбнулась девице за стойкой и выбралась на свет из этого жалкого подобия туземной хижины, состряпанной, похоже, из пальмовых листьев да старой банановой тары. На улице бланк тотчас вырвало ветром, гид едва успел протянуть к нему свою руку. Июль здесь — худшее время сезона.
           Я оказалась единственной, клюнувшей сегодня на брошюру с экскурсией. Гид учтивым жестом пригласил пройти к машине и открыл пассажирскую дверь ржавого «Гольфа» — значит, больше трех отродясь не клевало.
           Отельный чичероне не смолкал и частил языком всю дорогу. Взялся за треп он еще на парковке возле палап, приткнувшихся на самом берегу и сдуру названных глэмпингом, а заткнулся лишь в холле некрополя, когда в ответ на его неугомонный щебет я пробормотала тихо, беспомощно: no entiendo espanol... no entiendo...

           Неделю назад все закончилось нелепыми дрязгами, прикончившими двухлетнего голема, которого мы упрямо выдавали за любовь то ли следуя перевернутому чувству такта, то ли из-за бздошного малодушия, хотя нам все было ясно еще в первую ночь.
           В его мире готовых решений... В его разбитом на слоты мозге не нашлось ячейки для моей перфокарты — непригодна к использованию, как подытожил он давеча. Я была слишком нестабильной в глазах мужчины, философски довольствующегося своей монопозовой ролью. Мы притирались семь сотен дней, утопая в бесконечных немых компромиссах, что можно объяснить только мороком или экспериментальной инъекцией от одиночества. Имитация сердечных ритмов всегда приводит к убогой развилке — смирение или бунт. Мы выбрали второе и не стали ждать для схватки особого повода: наводя порядок в спальне, он выбросил мою маску для сна с мордахами Китти и бантами на кромке, заметив между делом «да не нужна, думал» — я уточнила, что это довольно странное объяснение от человека, чей гараж идеально подошел бы для иллюстрации главы про Плюшкина. Не бунт, конечно, но нам хватило и бунтика — мы подвели черту, битый час истошно, мелочно сволочась в прихожей на потеху милому соседу-бородачу, каждый раз напоминавшему при встрече у лифта, что он профессиональный психолог.
           Оставила ключи.

           И вот я стою супротив говорливого гида на другом конце света, тиская кечуанский палатин и чульо с умопомрачительным пестрым помпоном, которые мне всучили походя в ледяных коридорах музея. Наверное, два года возни над мертворожденной любовью сказались на моей ауре или на каких-нибудь джуновских подсветках — вглядываясь в мои радужки, гид залопотал снова, но теперь его испанский не был похож на бойкое клацанье кастаньет, а, скорее, смахивал на суетный переполох в сгоревшем таборе. Он снова и снова прикладывал ладонь к своей груди, другой рукой указывая куда-то за скалистые дали.
           Я плюнула на все. Молча пошла за ним и села в машину.
           Больше часа шелестели шинами по бурому песчанику, внезапно сменившемуся ирреальным марсианским этюдом — я вдруг увидела, как темно-красная пляжная полоса отсекает серпом океан от пустынного берега залива.
           Гид направился к небольшому утесу, высовывающемуся из воды метрах в десяти, не больше. Оторванная от реальности, я плелась следом, помахивая помпоном и пушистыми кисточками чульо. Он взял меня за руку — мы добрались до утеса, прыгая по валунам не хуже местных лам; вскарабкались по высеченным в скале ступеням и очутились на круглом пятачке, часть которого была прикрыта высоким каменным воротником. Гид, этот творец чудес, вытащил из какой-то расщелины свернутый рифленый коврик и пяток коротких поленьев. Мне оставалось лишь усесться рядом, замотавшись в палатин и зерцая, как под брусками просыпается пламя.
           — Borra tu pasado, — крикнул он чуть позже, спускаясь с утеса.
           — No entiendo espanol...

           Нет там никаких закатов... Стемнело мгновенно, будто опустили рубильник на дневной вахте и солнце просто свалилось за горизонт — спустя четверть часа я левитировала в мерцающей черной сфере, теряя чувство гравитации и паря со своим костерком между океаном и замершим звездным куполом. Совершенная иллюзия полета. В этом извиве миров я вдруг рассыпалась на координаты, номера телефонов, контакты, чужие настройки, чьи-то правила — из моего прошлого исчезали, испепеляясь, обиды, надежды, вера; отламывались все чертовы крючки, поручни и резьбы, приспосабливавшие меня быть пригодной.
           Ублюдская насмешка бывшего вывернулась в сакральный панегирик: непригодна к использованию — это лучшее, что может услышать женщина. Вдохновение, а не подпорка — формула чистого искусства, примененная богом после резекции ребра вечером шестого дня.
           Я не Иаков, чтобы бодаться с богом. Тем более, что меня устраивает моя непригодность. Так что — аминь.













     *Гольф — Volkswagen Golf относится к C-классу, т.е. к сегменту небольших, компактных автомобилей.
     *Чичероне — (Cicerone) проводники иностранцев при осмотре местных достопримечательностей, памятников и т. п.; названы по имени Цицерона (намек на их говорливость).
     *Палапа — традиционная легкая хижина или навес, характерные для тропиков.
     *Глэмпинг — формат отдыха, сочетающий близость к природе с комфортом отеля.
     *Некрополь — массивное погребальное место древней культуры на полуострове Паракас, где были обнаружены тысячи мумий, завернутых в яркие, сложные ткани.
     *No entiendo espanol — «Не понимаю по-испански»
     *Монопоза — (от англ. monopose) в контексте миниатюр и коллекционных фигурок для игровых наборов Warhammer означает, что модель имеет фиксированную, единственную позу.
     *Китти — Hello Kitty — персонаж японской поп-культуры, изображается в виде антропоморфной белой кошки породы японский бобтейл с красным бантом на голове.
     *джуновы— Джуна Давиташвили, прославившаяся как целительница и экстрасенс.
     *Кечуанский палатин / чульо – головной убор традиционного костюма индейского народа кечуа.
     *Borra tu pasado — «Сотри свое прошлое» (исп.)
     *Иаков — согласно Библии, Иаков всю ночь боролся с Богом (или с ангелом, посланником Божьим) до рассвета в Пенуэл (Бытие 32:24-30)