Печальный Каин

Я смотрю прямо в вытаращенные, изрезанные красными прожилками глаза Виктора и представляю себе, как он превращается в десятки крошек Викторов, таких же пучеглазых и багровомордых. С каждым словом из его разинутого рта вылетает слюна, и скоро она покроет мое лицо склизким слоем, но я не обращаю внимания, а методично расщепляю одного жирного Виктора на сотни маленьких жирных Викторов. Он размахивает кулаками в опасной близости от моего носа, а я медленно, по-гадючьи, моргаю и разрезаю одного неимоверно огромного Виктора на тысячи мельчайших кусочков, каждый из которых носит уродливое лицо и гордое имя Виктора Стрижова. Я гигантская Алиса. Я рыхлый язык Годзиллы.
Надо все делать так, как учил психоаналитик. Психоаналитик получал две пятьсот за час и наверняка научил меня ерунде, но я все делаю так, как он велел. Шаг первый. Мысленно нарисовать перед собой обидчика. Что рисовать, вот он передо мной, сопля висит из его правой ноздри и с каждым вдохом втягивается, а с каждым выдохом выпрыгивает обратно, как черт из табакерки. У сопли лицо Виктора, и оно ухмыляется. Шаг второй. Когда образ обидчика сформировался перед вашими глазами, представьте себе, как он начинает уменьшаться. От двух метров роста – до пары миллиметров, чтобы его могла раздавить блоха. Шаг третий. Когда уменьшите до предела, сделайте мысленно «пуффф», и образ растает белым облачком. Обида пройдет, покой и чистая энергия наполнят сознание. Я все делаю так, как он меня учил. Растаскиваю Виктора на тончайшие волокна, на молекулы, на элементарные частицы и делаю «пуффф». С таким громилой, как Виктор Стрижов, не справиться одними мыслями, поэтому мне помогает папино охотничье ружье. Я делаю «пуффф», и в нависший складками живот Виктора врезается пуля. Он удивлен, а из дымящейся дыры червями ползут кишки. Я яростная Бригитта. Я мессия.
«Зачем тебе ружье в кабинете?», орал он пять минут назад. «Ты психованная истеричка, думаешь, зомби нападут на рекламное агентство «Молния»? Думаешь, они найдут здесь мозги? Убери ружье нахрен, иди работай, дура, на тебе заказ висит!».
Я еще раз делаю «пуффф», и удивленное лицо Виктора разлетается кровавой слизью по всему кабинету. Я Жанна д’Арк. Я гневный молот Тора.
За окном раздаются звуки трубы. Они здесь.
Если убирать ошметки трупа, обязательно испачкаешься кровью, будь ты хоть трижды чистюля. Когда моя мама разделывала курицу, она говорила: «Даже если смерть курицы не на твоих руках, ее кровь будет». Затолкав развороченную тушку Виктора за стеллаж, я сбрасываю со стола ноутбук, сметаю все бумаги, и залезаю на него, не выпуская ружья. Стекло грязное в алый горошек, но я забываю про брезгливость, прижимаюсь к нему лбом и смотрю на шеренги зомби, вышагивающие по проспекту. Лица у них чистые, глаза ясные. Над ними звенящей струной натянута Идея, и они идут ровно, носочек к носочку, как канатоходцы. Я гадкий утенок. Я отверженный Квазимодо.
Понятия не имею, есть ли у меня мозги, но до входной двери я добираюсь за рекордные одну минуту двадцать секунд. Никогда еще не бегала так быстро. Даже если я не подойду по мозгам, им могут понадобиться курьеры. Когда-то все рождались с мозгами. Когда-то в школах учили думать. Я уже не застала этого времени, но родители помнили. Помнили и боялись. Когда я выбегаю на улицу, за угол заворачивают последние ряды. Если припущу, все еще могу их догнать. Вместо этого я стою, как полная дура, с ружьем и перепачканным лицом, и не могу сдвинуться с места. Знамя исчезает за поворотом, радостная песня трубы затихает, и я, хлюпая носом, бреду в сторону дома. Время идет к полуночи, люди попрятались в норы, только бешеные собаки по двое и по трое патрулируют темные улицы. Собак я не боюсь, у меня есть ружье. От зомби оно тоже защитит, но нападут ли они вообще? Я пластиковая Барби. Я наивный Страшила.
«От зомби спасает не только оружие», - говорил мне психоаналитик. - «Достаточно доказать им отсутствие мозгов, и они тебя не тронут, только доказательства нужны достоверные. Пустым взглядом и неграмотностью не отвертишься, они чуют задатки мозга за версту». Сам он жил в бронированном трейлере и молился на двенадцатый калибр и «Дом 25». Он верил, что его не найдут, но его нашла я. Я Лара Крофт. Я упавший Google.
Дверь не заперта. Сестра снова выпустила пса гулять. Она совсем не боится, даже стрелять не научилась. В квартире темно и пахнет подвалом.
- Таша? – окликаю в сумрачную комнату. – Таша, ты успела сходить в магазин?
Она в квартире, я знаю это, чувствую тем самым нутром, которое связывает рожденных из одной утробы. Она здесь, но молчит.
- Таша? – повторяю неверным голосом.
Она появляется с кухни, держа что-то в руках. Я вижу только квадратные очертания, и за секунду до того, как приходит осознание, думаю: «Наверное, это книга. Сто лет не видела книг». А потом меня стукает.
Как справиться со страхом? Шаг первый. Мысленно нарисуйте свой страх. Таша стоит передо мной в домашнем платье. Я помню, как бабушка отдала ей это платье. В темноте видно плохо, но оно красное в цветочек, с кружевом по воротнику. Шаг второй. Представьте себе, как ваш страх становится смешным. Оденьте паука в чепчик. Свяжите маньяку презерватив. Клоун без косметики. Вампир в трико. Когда мне было пять лет, Таша залезала в мусорный мешок и изображала черную дыру – засасывала в свое черное нутро все игрушки в комнате. Она хохотала, я рыдала. Она никогда не была смешной. Шаг третий. Если вас заинтересовал наш онлайн-курс, поддержите разработчиков и оплатите продолжение мобильным платежом с карты или через электронную платежную систему.
Таша подходит ко мне совсем близко. Я чувствую ее дыхание, вижу ясные глаза - в них светится Мысль. Она чувствует во мне мозг. Она хочет сделать меня частью их ровных шеренг. Я все еще сжимаю ружье, его дуло смотрит вверх. Я Ляля Розовая. Я печальный Каин.
- Пуффф, - шепчу я и отворачиваюсь, чтобы осколки костей не попали в глаза. Тело Таши сшибает обувную полку, пол забрызгивает кровью и бело-розовыми соплями. Так вот что такое этот мозг.
Полуоглохшая, я трясу головой и на ощупь пробираюсь к кухонному окну. Отсюда хорошо видна улица. Я буду сидеть здесь, пока не пристрелю последнего ясноглазого зомби. Когда закончатся патроны, я приступлю к запасу гранат. А когда закончатся гранаты, я выброшусь из этого окна, и пусть мои мозги слижут бешеные собаки.