Луна и Облака

В начале времен, когда мир был ещё молод и покрыт туманом догадок, появилась она – Луна, вечная путешественница, странница. Она не была из золота или алмазов, а из самой сути одиночества и отражения света.
С самого рождения, когда она откололась от молодой Земли, или собиралась из обломков небесного столкновения, Луна была обречена на молчание. Она стала спутником, вечным свидетелем катастроф и триумфа. Её величие было слишком ярким, её лик – слишком притягательным.
И тогда, по воле ли самого Неба, или от вздоха Земли, родились Облака. Они стали её завесой, защитой.
Облака были великими мастерами преображения. Они не имели постоянной формы, цвета или характера.
Иногда они были тонкими, как вуаль, слегка приглушая её блеск. Это было время таинственных признаний и тихих свиданий.
В другие часы, Облака сгущались полностью,  скрывая Вечную Путешественницу. Тогда на Земле наступал час испытаний, час страха и ожидания, когда люди верили, что Луна отвернулась от них или попала в плен.
Но самые красивые истории рождались в моменты их игры. Выглядело это как прятки.
Когда Она плыла по небу, Облака стремились к ней, как мотыльки к огню. Они вытягивались, рассекались, танцевали вокруг неё. Тонкими, полупрозрачными пальцами они ласкали её как древнее божество.
Мы, наблюдатели на Земле не видели этой бесконечной игры, а лишь эффект.

Для крестьянина она была знаком: «Вот-вот пойдёт дождь, есть надежда».

Для поэта она была символом красоты, и она становилась такой желанной.

Для влюбленного – предзнаменованием: «Даже если нас разделяют преграды, мы видим один и тот же мир».

Но самым удивительным было то, что Облака не имели к Луне никакого прямого отношения. Они были телохранители, которые никогда не видели лица своего хозяина, но поклялись защищать его. Они, как вечный занавес в пустом театре, который поднимается в начале спектакля, и опускается в конце, чтобы подчеркнуть значимость единственной декорации.

Облака знали, что если Луна будет видна слишком долго и слишком ярко, люди перестанут ценить её. Они примут её за обыденность. Поэтому они, Облака, брали на себя роль драматурга и режиссёра небесного спектакля. Они прятали её на мгновение, чтобы, когда она снова пронзила их серебристым лучом, её появление было праздником, чудом, глотком мистики в этом мире строгости и хаоса одновременно.
И Луна продолжает свой путь. Её поверхность изрыта древними шрамами, её моря – это сухие равнины, и она осталась прежней – символом постоянства в изменчивом мире.
И Облака всё так же продолжают свой танец. Они могут быть пепельными от грозы, золотистыми от заката, или белыми, как снежные горы. Но их главная роль остается неизменной: охранять Луну.

Когда мы смотрим вверх, то видим, как свет борется с тенью. Видим вечную борьбу, историю о том, как в каждом мимолетном движении, в каждой тени и каждом порыве сияния заключена вся поэзия Вселенной.
Луна и Облака — это самый важный свет, который появляется, чтобы напомнить нам о себе, прежде чем снова исчезнуть.