История вторая. Новое знакомство

Часть первая. Альпинист поневоле

Ранним утром Сергей Римович вышел на крыльцо. Всласть потянулся. Посмотрел на небо. На голубом поле серебристый карандаш самолетика прочертил белую полосу. О чем-то подумав, моряк послюнявил палец во рту и поднял его над головой. Большой рыжий кот с интересом наблюдал за хозяином.
«Ветер зюйд-вест, погода отличная. А не пойти ли нам с тобой, Матрос, на рыбалку? – боцман погладил по голове пушистого друга и ответил сам себе: — Отчего бы не сходить».
Сборы были недолгими, так как всё необходимое лежало на своих местах: у Римовича в хозяйстве был заведен флотский порядок.

Боцман запер дверь, привычно положил ключ под надежный коврик и направился со снастями к калитке. Пушистый любитель свежей рыбешки выскочил вперед.
Не успел Самолетов дойти до середины двора, как за забором послышались злобный лай и кошачье шипение. «Ох, не случилась ли беда с моим Матросом,» — подумал боцман, выбегая на улицу. Он увидел двух больших дворняг, которые прыгали вокруг сосны, надеясь ухватить зубами кота. А тот забирался все выше и выше, пока не оказался на самой макушке огромного дерева.
«Ураган вам в корму! А ну марш отсюда, горластые бакланы!» — Сергей Римович бросился на собак, размахивая ведром. Черная оглянулась и поспешила убраться, а серый пес, похожий на волка, не унимался, продолжая азартно лаять и скакать. За что получил вдоль хребта удочкой и вдогонку парочку крепких слов.
«Матрос, Матрос, слезай с мачты! — боцман дружески помахал рукой, — они убежали».
Перепуганный кот потрогал лапой последнюю тоненькую веточку, понял, что на ней только муха усидит, и остался на месте.
Боцман походил вокруг, покричал питомцу. Все без толку. Настроение Самолетова испортилось. Да еще и шея заболела от того, что долго стоял, задрав башку. Римович с досады плюнул на ботинок и ушел домой «навести резкость».
Старик и кофе заварил, и выпил его неспеша, а кот так и не появился. Хозяин не очень беспокоился: рано или поздно, Матросу надоест сидеть на дереве. Тогда сам слезет, не маленький.
Прошел час. Сергей Римович вышел во двор посмотреть, не вернулся ли усатый, и услышал жалобное мяуканье. Боцман огляделся: звук шел с высоты. Рыжий продолжал сидеть на сосне, не решаясь даже начать спуск.
«Матрос, ко мне!» – Римыч махнул рукой, показывая коту направление, но тот не шелохнулся.
«На сосиску, Матрос!» – боцман изобразил, будто у него есть угощение.
«Ну всё, слезай, говорю, трусливая селедка!»
На все уговоры кот отчаянно мяукал и не двигался с места.
«Что мне с тобой делать, глупая каракатица? Никакой лестницы не хватит, чтобы достать на этой высоте, — расстроенно думал хозяин. – Надо звать подмогу».
Звать было некого. Самолётов поселился тут недавно, и ни с кем из соседей еще не познакомился. «Думай, Серега, думай. Разобьется ведь скотинка, не простишь себе».
Однако шевелить мозгами не получалось. Бедный кот вопил так одурело, словно вызывал МЧС из города Котовска на другом конце России.
И боцман побрёл к реке.

Старик походил по бережку Уломки. Сунул руки в карманы в поисках трубки и нащупал какой-то предмет. Достал. Это оказалась раковина, подарок русальчика. Сергей Римович улыбнулся, вспоминая веселого дружка, и дунул в нее. Над волнами разнеслось: «Ту-у-ня!»
Самолётов похлопал по карманам жилетки, вот и трубка нашлась. Внимание боцмана привлек голубоватый блеск, мелькнувший среди солнечных зайчиков на воде. А через мгновение на пирсе сидела мамаша Нептуна.
— Здр-равствуйте, уважаэмый Сэргэй Рымович!
— Опа. Здравствуйте…э-э.. мадам. Давайте знакомиться, а то я до сих пор не знаю, как вас называть.
— Озерина.
— А по-батюшке?
— Озерина Искоровна.
— Очень приятно. А где ваш сынок?
— Туня у бабушки, в озере Искорском. Свежая вода, дер- рэвенское питание. Родные места, зна-эте ли…А что это у вас глаза грустные, дор-рогой Сэргэй Рымович?
— Беда у меня. Кот забрался на сосну и слезать боится. Сам я так высоко не смогу подняться. Жалко Матроса, а как помочь — ума не приложу.
— Да, ситуация. Я, конечно, тоже с деревьями не дружу. Хотя…есть идея. Минуточку.
Озерина соскользнула в воду и вскоре вернулась с раковиной морского гребешка в руках. Удобно устроившись на краю пирса, русалка раскрыла ракушку на два блюдечка и приложила одно из них к уху: «Буль, буль-буль, бу-булька. Алло! Лёшик, привет! Это Озя. Как какая Озя? Одноклассницу не узнал? – выражение голубоватого личика менялось с каждой фразой. — Ну да, это я! Леш, я тоже тебе рада. Слушай, я по делу. Надо одного кота с дерева снять. Ага, высоко. С ума сошел «сама достань»? Ну может, у тебя птички знакомые есть?»
Русалка закрыла ладошкой нижнее блюдечко телефона и шепотом сообщила боцману:
— У него птички знакомые есть! Ворона подойдет?
— Ворона не удержит, Матрос у меня крупный.
— Леш, ворону не надо, – и снова Римовичу шепотом: — сова сгодится?
— Да ведь она его сцапает и съест.
— Лешик, птички нам не подходят. Кто там у тебя еще летает? – Озерина надула губки.
В это время ветер принес завывание кота.
— Ну Леш, ну миленький, ты же умница, придумай что-нибудь! А помнишь, ты дружил с девочкой из класса «Б»? У неё не то кастрюлька была летающая, не то пылесос. Я тебе тогда сучок на спине сломала портфелем, чтобы ты с ней не гулял. Леш, у тебя ведь есть ее телефон. Позвони, а?
Пока русалка уламывала своего одноклассника, Римович шагал туда-сюда по песку, то прислушиваясь к разговору, то мыслями убегая к сосне с застрявшим на ней рыжим Матросом.
Раздался звонкий щелчок. Это Озерина захлопнула свой ракушечный аппарат.
«Сэргэй Рымович, дор-рогой. Мой друг Леший позвонил своей бывшей, Йагусе, и договорился. Она сейчас прилетит и все устроит! Ах, как же я рада! Простите, мне пора».
Русалка послала боцману воздушный поцелуй и скрылась в реке.
А Самолетов поспешил к дому.
Как вы думаете, кто такая эта Йагуся? И кто - одноклассник Озерины Искровны? И будет ли спасен рыжий?
Продолжение следует.
Часть вторая. Переменчивая особа
Сергею Римовичу очень хотелось, чтобы по возвращении он увидел своего кота сидящим на крыльце. Однако уже издалека услышал все то же мяуканье несчастного Матроса.
Самолетов снял висевшую на стене сарая лестницу и торопливо двинулся на улицу. «Ждите Йагусю! Здрасьте, – ворчал под нос Римович. — Кто такая? Да что вообще могут эти девчонки?! Только стрекотать, как дельфины, по телефону! Надо самому справляться».
Старый моряк прислонил лестницу к дереву, утвердив ножки поустойчивее. И тут кто-то недовольно проскрипел: «Ну, что тут у вас?»
Боцман, уже поставивший ногу на ступеньку, обернулся. Сзади стояла пожилая женщина в белом платке, который Римыч принял сначала за докторскую шапочку.
— У нас тут кот.
— Вижу, что не слон. Как зовут?
— Сергей Римович.
— Не вас, а потерпевшего.
— Матрос Котов. А…
Самолетову показалось, что докторская шапочка стала больше похожа на полицейскую фуражку. Дама коротко втянула носом воздух и непонятно кому сообщила: «Собаки. Две, — опять шмыгнула носом раз, дугой. – Черная и серая. Поня-ятно. Матрос, говорите. Отойдите в сторонку, гражданин».
Боцман засомневался, но на пару шагов отступил.
Громко ухнула сова. От неожиданности Сергей Римович зажмурился, втянув голову в плечи. А когда открыл глаза, никакой дамы не обнаружил. Самолетов покрутил головой, ничего не понимая, и тут перед ним плавно опустилась большая деревянная ваза, на краю которой ногами внутрь сидела особа в мотоциклетном шлеме и кожаной куртке-косухе. На руках у женщины спокойно сидел рыжий кот.
— Не ваза, а ступа, — сказала дама и протянула Матроса хозяину.
— Э-э-э… А-а… Хм. – боцман крякнул от неловкости. Настрадавшийся Матрос перебрался к Римовичу и обнял его лапами за шею. — То есть, спасибо вам! Э-э-э.. мадам. Быть может, выпьете со мной кофе?
— С пряниками?
— И со сливками.
 
Часть третья. Беспокойный день

Сергей Римович усадил даму в свое плетеное кресло. Она с любопытством наблюдала, как хозяин достал из холодильника сосиску, нарезал ее мелкими колечками и высыпал розовую горку в миску кота. Матрос, благодарно муркнув, стал жадно есть. Боцман погладил дружка по голове и вернулся к гостье.
— А вы тут один живете? У вас уютно, — совсем нескрипучим голосом произнесла она.
Боцман смутился, кивнул, вымыл руки и стал накрывать на стол. Достал две «парадные» чашечки, протер их полотенцем и поставил около плиты.
Из кухонного шкафчика перекочевали на клетчатую клеенку незатейливая стеклянная вазочка, две чайные ложечки и сахарница в нелепый горошек. Следом пакет пряников и банка с абрикосовым вареньем.
Римович повернулся к плите, чтобы варить кофе. «О чем с ней говорить? — мучительно гадал старый моряк. – Кашалота мне в печенку! Проще крокодилу вырвать зуб, чем разводить антимонии с мадамами!»
А "мадам", нарисовав пальцами в воздухе круг, загадочно улыбнулась. Пряники сами собой выскочили из пакета и устроились в вазочке. Потом, будто переиграв, переселились в возникшую из ниоткуда тарелку. Тем временем банка приподнялась и налила в освободившуюся креманку золотисто-оранжевое варенье. Одна капля хотела шлепнуться мимо, но дама строго показала на нее пальцем. Та послушно убралась внутрь. Сахарница самостоятельно встала точно посередине круглого стола, а ложечки плавно опустились рядышком.
Вскоре по кухне поплыл аромат кофе, и боцман, наконец, поставил на стол чашки с напитком.
— Вам со сливками?
— Да, пожалуйста, если есть.
Римович ломанулся к холодильнику так стремительно, что уронил стул. Дама, приподняв бровь, едва заметно покачала головой.
— Вас Сергей Римович зовут. А меня – Ягуста Внимательна.
— Как-как?
— Внимательна,— отчетливо произнесла свое необычное отчество. — Я в лесу работаю. А вы моряк, да? Капитан?
— Боцман. Ягуста…
— Внимательна, — спокойно повторила дама.
— Да, точно. Ягуста Внимательна, спасибо вам за моего Матроса. Я уже сам хотел лезть за ним.
— А вы умеете забираться на деревья?
— Нет.
— Смело. Вы добрый человек.
— А чем …
Внезапно под столом зазвучала тревожная мелодия из знаменитого фильма про Шерлока Холмса. Гостья нагнулась, и в руках у нее оказалась золотистая тарелочка. Чашка с кофе была отодвинута. «Простите, пожалуйста», — Ягуста установила свой гаджет, оперев на сахарницу.
Боцман понимающе кивнул.
Ягуста наманикюренным пальчиком провела по ободку блюдечка, и из него послышался отдаленный кашель и сиплый голос: «Ягуся, помоги, пожар! Не справляюсь!»
«Покажи, где», — велела гостья, присмотрелась и охнула.
— Сергей Римович, мне пора, — Внимательна встала из-за стола. — Спасибо за кофе.
— Я с вами.
— К сожалению, у меня одноместная…
— Где горит?
Ягуста пару секунд сосредоточенно глядела в глаза боцману, и тот воскликнул: «Так я знаю, где это! Минуту, я соберусь».
Римович выбежал из дома. А Ягуста щелкнула пальцами, и посуда послушно разлетелась по своим местам. Золотое айфоблюдце растаяло в воздухе, будто его и не бывало. Гостья с озабоченным лицом поспешила во двор.
Тем временем Сергей Римович в брезентовой куртке, с лопатой и огнетушителем уже ждал новую знакомую у калитки. Мужчина и женщина быстро спустились к реке. Ягуста постояла на берегу, пока боцман приведет лодку к пирсу и уложит в нее свои вещи.
Когда Римович забрался на судно, он услышал за спиной возглас: «Эй, на палубе, кидай конец!» Обернувшись, боцман увидел висящую над рекой ступу. Ягуста Внимательна сидела в ней, одетая в кожанку и мотоциклетный шлем. Боцман подал ей веревку, а сам взялся за весла. Лодка, поднимая буруны, разрезала носом волны Уломки со скоростью катера.

Каждый порыв ветра приносил грозный запах гари.
Плыли минут пятнадцать. Привычный к суровому морскому ремеслу, Самолетов даже не устал.
«Сергей Римович, это здесь, — услышал он голос в голове. – Очень дымно, я пока так с вами буду разговаривать. И вы не кричите, хорошо?» — «Понял, на связи. Причаливаем».
Спасатели выбрались на почерневший берег. Полыхал сухостой. Огонь со страшным треском пожирал прибрежный кустарник. Березы с ужасом ожидали такой же участи.
В небе с криками носились птицы.
На поляну выскочило странное существо. Вдруг оно споткнулось и, взмахнув какими-то ветками, рухнуло кучей хвороста. «Лешка!» — воскликнула женская мысль, и Римыч с Ягустой бросились на помощь. Боцман сгреб ручищами пострадавшего и отнес к реке. Наскоро обхлопал дымящиеся края пальто лешего и, велев напарнице оставаться тут, отправился с рюкзаком в лес.

Ягуста зачерпнула руками воды и полила на лицо лешему. У того задрожали веки. Глаза открылись. Подруга принесла в ладонях еще воды и напоила Лексея. Между ними произошел мысленный разговор.
— Лёш, что случилось?
— Да опять кто-то ушёл, оставив костёр. Я увидел, когда уже поляна обгорела. Ветер сильно раздувает огонь, сам не смог потушить. Твой приятель один тоже не справится.
— Звони Озьке. Пусть дождь вызывает. Ей же хуже, если лес сгорит.
— Я телефон потерял.
— Тьфу, ты как всегда. Сама позвоню.
Ягуста щелкнула пальцами, и в ее рука оказалось то самое золотистое блюдечко. Дама обвела пальцем по краю и стала ждать ответа. Из блюдца что-то неразборчиво булькнуло.
— Озерина, ответь, это Ягуста. Нам твоя помощь нужна. Лес горит. Как ну и что? Твоя же река испортится, если на берегу леса не будет. Давай, выходи. Как что ты можешь? Дождь вызывай, я не знаю, струей поливай. Мужа зови. Озька, там Римович сгореть может. Давай, ждем.
Внимательна повернулась к Лексею:
— А ты чего расселся?
— А чего я?
— Помощников зови. Волки умеют рыть? Барсуки? Кто там у тебя? Всех зови. Ишь, бегать мы любим, а тушить пусть другие.
Леший отломил от пальто сучок и тоненько посвистел в него.
Никого не было видно, однако Лексей что-то показал руками и махнул в сторону пожара.

Но как там наш боцман?
Римович многое пережил на своем морском веку. Бывали и возгорания на корабле. Во время плавания с бедой надо справляться самим. Вот и сейчас Сергей Римович сбивал пламя пеной из огнетушителя, ни на кого не рассчитывая. Когда заряд закончился, боцман достал из рюкзака лопату и стал закидывать землей горящие траву и кусты. Римыч понимал, что площадь горения слишком большая, но просто так уйти не мог.

Самолетов задыхался. Глаза слезились от едкого дыма. Какие-то тени стали мерещиться деду. Он решил не отвлекаться и отчаянно махал лопатой. Раздался громкий треск. Огромный лось прошелся по кустарнику, протаптывая в нем просеку. Справа и слева от боцмана появились крупные собаки, которые передними лапами мощно рыли землю, так что комья столбом летели на дымящийся мох. Почва была горячей, собаки убегали, но на их место приходили другие. Римович подумал, что он это видит в бреду. Силы старика оставили, и тот провалился в темноту.

Друзья, я думаю, никто из вас не оставляет горящий костер без присмотра. А перед уходом вы, конечно, тщательно тушите огонь.
Лес с грибами и ягодами не только для нас. Он — дом для птиц, зверей, насекомых. Он охраняет наши реки и болота. Он очищает воздух. Давайте будем беречь наше настоящее богатство!

Как вы думаете, что было дальше? Спасут ли Римовича? Закончится ли пожар?

После пожара, этим же днем произошло вот что.

Часть четвертая. Ягодка

Не слишком высоко над водами Уломки летела деревянная ступа. В ней сидела сердитая, перемазанная сажей Ягуста Внимательна все в той же кожаной куртке и синем шлеме.
В руке она держала толстую веревку, второй конец которой был привязан к носу лодки Самолетова. Ступа медленно волокла лодку против течения. Пилотчица не сразу обратила внимание, что натяжение линя (это так по-морскому веревка называется) ослабло. Из задумчивости даму вывела мужская мысль: «Авгу;ста Витальевна, садитесь ко мне, вы устали». Удивленная Ягуста обернулась. Да, Самолетов призывно махал ей рукой. И дама снова приняла приглашение.

По правде сказать, двое в лодке были уставшими оба. Разговаривать даже мысленно не хотелось. Поэтому следующие слова были произнесены уже на пирсе: «Мы с вами сейчас вымоемся и пообедаем. Не спорить, это приказ».

Сергей Римович провел гостью за дом, где в саду обнаружилась кабинка летнего душа. Хозяин показал, как это работает, где мыло, шампунь и мочалка, и ушел. Через пару минут боцман вернулся с чистыми тельняшкой и полотенцем и повесил их на крючок кабинки.

Римович дочистил последнюю картошину, когда в дом вошла румяная женщина в полосатом платье и с тюрбаном из полотенца на голове.
— Как хорошо-то! Вот спасибо!
— Пожалуйста, — пробасил хозяин.
— Давайте теперь вы мойтесь, а я сделаю пюре.
— Молоко и сосиски в холодильнике, если что. И шпроты там же.

Через полчаса мужчина и женщина сидели за одним столом и с аппетитом поглощали картофельную кашу.
— А почему вы меня Августой Витальевной назвали?
— Разве? Может быть. У меня в школе учительницу по русскому так звали. Строгая была, как вы тогда у сосны. Я до сих пор правильно пишу.
Оба весело рассмеялись.
— Вчера очень сложный день был, — поделилась гостья и погладила Матроса, который забрался к ней на колени.
— Вот как? Расскажите, пожалуйста, — попросил Римович и пододвинул открытую баночку шпрот Ягусте.
Гостья отломила вилкой кусочек золотистой рыбки, положила его в рот, и, пока жевала, собралась с мыслями.

— Всю прошлую ночь я как угорелая бегала по лесу, отлавливая бешеную лисицу. Хорошо, что найти больную помогла знакомая сова. Лечить рыжую дурочку пришлось в толстых кожаных перчатках: лиса кусалась и тявкала неприличные слова. Укольчик был болезненным. А зачем лизала бутылки рыбаков? Вот тебе результат!
Боцман улыбнулся, представляя эту картину. А Внимательна продолжила:
"Я тогда вымоталась до последнего, вернулась домой в пятом часу утра. Только глаза сомкнула – Леший звонит. Да ещё по просьбе Озьки. Я разозлилась—не передать, как. Если бы не моя слабость к котикам, ни за что бы не попёрлась на край леса".
Римович даже есть перестал.
— Прилетела. И что увидела? На сосне надрывался от страха рыженький пузанчик. – гостья опять погладила Матроса. — Что мне, трудно, что ли? Взяла котишку, смирный такой, умничка. Спустила. А вы меня в гости пригласили. Опята-лисички, как же я по кофе в хорошей компании соскучилась!
Мы с вами сидели, пили из красивых чашечек. Как хорошо. Так нет же! Леший звонит!
Честное слово, я этого Лёшку прокляну скоро! Да чтоб у него мухоморы в карманах росли, бестолкового! Профукать пожар на своем участке! – Ягуста скорчила дурацкую рожицу и передразнивая Лешего, прохрипела: — И сороки не сообщили, и зайцы не прибежали, поздно увидел.
Я думала, он дурака валяет, а как глянула в телефон – беда. Сергей Римович, вы храбрый человек. Огромное спасибо вам за помощь!
— Да что там, вместе же старались.
— Верно, в-одиночку не справиться. Лёшка организовал зверей тушить огонь.
— Надо же, я думал, мне мерещится, — прокомментировал Самолетов.
— Закрутинские – вы же их знаете? – боцман кивнул — сумели вызвать хороший дождь, так что пожар очень скоро прекратился.
— Но как я оказался в лодке? Ничего не помню.
— Это волки сообщили, что вы упали. Мы с Лешим только вас вытащили, и ливень ударил. Все закончилось хорошо, правда?
— Да, хорошо. Чаю?
— Обязательно.

Даже самый приятный обед не длится вечно. Ягуста Внимательна тепло попрощалась с боцманом, села в ступу и скрылась из виду.
Римович мыл тарелки и мысленно повторял красивое имя новой знакомой: « Ягуста… Я;га… Ягодка…»