Глава 36. Возмездие

Очнулся Георгий где-то в совершенно другом месте: не там, где их вырубили. А в тёмном и сыром подвале. Было холодно. В том, что это подвал, сомнений не было. Воздух вокруг был затхлым; воняло сыростью и плесенью. Где-то под потолком располагалось небольшое окошко. Должно быть, вентиляционное. В него просачивался унылый свет луны и запах солярки. Жорик лежал на боку, а руки и ноги у него, похоже, были связаны верёвкой. Он понял это, попытавшись ими пошевелить.

   - Петька, ты очнулся? – позвал Жорик, надеясь, что его друг тоже где-то здесь, рядом.

   - М-м, - послышалось в пустоте. - Говорить больно. У меня губа разбита. Мы что, в подвале? – последовал ответ.

  - Похоже на то… Интересно, и сколько же мы здесь провалялись?

  - Думаю, немало: ночь наступила. Луна светит…

   - Ага. Слушай, надо попытаться развязать руки. Быть может, перетереть верёвку об острый предмет. И обследовать подвал…

  - Хорошо бы. Но, где ты возьмёшь острый предмет?

   В это время, что-то вмиг полностью закрыло собой маленькое окошко, и тьма наступила полная. Но потом… Должно быть, некое существо прыгнуло внутрь и приземлилось прямо на Жорика. А после... Животное скинуло рядом с Жориком нечто увесистое, то, что, должно быть, до этого держало в зубах. Потом спрыгнуло туда же следом, фыркнуло и лизнуло человека в нос.

   - Мнемозина, это ты? – обрадованно вскрикнул Жорик.

   - Тише! – прошипела кошка. - Да, это я; и я вас нашла. У меня связка ключей. Вот она лежит. Я их спёрла. Эти земные сволочи вас даже обыскивать и допрашивать не стали; наверное, ждут, когда приедет их главный… Он, я думаю, из тех, кого  Семён Семенович называет «деятелями зазеркалья»… А мы, коты, существами тёмных миров.

  - Ты можешь меня развязать? – спросил Георгий.

   - Я попробую, - ответила кошка, перепрыгивая на другую сторону этого тела, где она начала зубами развязывать узлы на верёвке, которая связывала Жорику руки. Не слишком быстро, но всё же у неё получилось; как только верёвка ослабла, Жорик высвободил руки, а затем начал развязывать путы на ногах.

  - Как у тебя получилось, Мнемозина, нас найти? – спросил Петька.

  - Не просто. Здесь… Много собак, - коротко ответила та. - Жорик, нащупай связку ключей, которые я принесла, и положи её в карман. Ваша сумка валяется где-то рядом. Найди её тоже.

  Жорик, действительно, отыскал и ключи, и сумку.

   - Даже сумку вместе с нами сюда закинули, - пробормотал он.
 
   - Говорю же: идиоты! Совсем мелкие сошки вас брали. Решать, что с вами делать, будут другие... Кстати, они даже дверь в этот подвал не заперли. Только, возле них, наверху, на выходе, сидит охранник. Но, мы и не пойдём наверх.

   - Не заперли? А ключи тогда зачем? – удивился Петька, в то время как Жорик уже развязывал ему руки.

   - Не для вашего спасения. Одного этого мало. Мы пойдём на важное дело. Я сама не смогу открыть ключом дверь. Я – кошка, в конце концов, - пояснила Мнемозина, и её глаза сверкнули в темноте.

   - Куда идём? – спросил Жорик.

  - Есть тут рядом, неподалёку, в этом же подвале, ещё помещение. Но оно заперто. Устроили в нём что-то вроде тюрьмы… Там – те, кто был с… Масиком. Два других пленных. Но его самого теперь там нет, и я не могу его обнаружить. Увы…

   - Его… убили? – ужаснулся Жорик.

   - Не знаю пока. Если убили – идиоты полные. Он был ценным пленником. А им, вроде бы, нужна информация.

   - А с ним кто сидел? Тоже ваши? Коты? – спросил Петька.
 
   - Нет. Те – в облике людей. Такие, как Семён Семёнович. Его соратники.

  - Их поймали и пытали?

  - Это мы у них спросим. Они сидят там раньше Масика. Те, что их в плену держат, считают, что мы и они – одна раса. Можем котами предстать, можем – людьми. Потому, вместе их посадили. Я информацию уже считала с охранника.

   К этому времени, ноги и руки Петьки были уже свободны.

  - Разбирайте этот завал из ящиков, что у стены. Там будет лаз, на месте старых труб, - указала кошка.

  - Откуда ты знаешь? - спросил Петька.

  - Чую.

  Действительно, за трубами оказался лаз, достаточной ширины, чтобы они оба протиснулись в соседнее помещение, длинное и не слишком широкое. Оно тоже не освещалось ничем, кроме иногда встречающихся наверху узких вентиляционных отверстий. Далее, они вновь последовали за Мнемозиной, которая, посверкивая ярко светящимися глазами, указывала путь. То Петька, то Жорик иногда натыкались на ящики или коробки; похоже, что раньше здесь, всё-таки, был обычный склад. Временами они сворачивали следом за кошкой в боковые ответвления бесконечного коридора, и наконец добрели до дверей, за которыми последовала небольшая лесенка наверх - а за ней новый подвальный коридор, менее предыдущего заваленный хламом, но тоже тёмный. Вдоль него теперь то и дело попадались то закрытые, то открытые двери. И долгое время Петька и Жорик, по-прежнему молча, шли следом за кошкой.

   - Здесь, - наконец, сказала она, останавливаясь у одной из дверей, что следовали вдоль стены. Дверь была ничем не примечательная. Жорик стал подбирать нужный ключ: в связке их было довольно много. Наконец, нашёл нужный - и открыл эту дверь.  Вошёл внутрь, а следом - Петька.

Жорик, войдя, не успел толком ничего разглядеть, как на него и Петьку напали и прижали их к стенке. 

  «Вот это подстава!» - успел подумать Жорик.

  - Стоп! – заорала Мнемозина.

Неизвестные отпустили своих пленников и отступили назад, и Жорик только теперь, в полумраке, разглядел двух рослых парней, одетых в серебряные, обтягивающие комбинезоны. А те изумлённо уставились на кошку.

    - Они – не из охраны; они – со мной. Мы вас освободим, и вместе уйдём, если вести себя тихо, - прошипела Мнемозина.

  - Ещё один… Говорящий кот, - удивился один из незнакомцев. - Ну и планета...

 Потом они так же недоумённо уставились на Петьку и Жорика.

  - Вы – тоже наши? Отличная маскировка под местных… Даже ментал-фактор не прощупывается совершенно. Полное внедрение! Потому, ошибочка и вышла, - сказал один из инопланетян.

  - Это – действительно, земляне. Но они - со мной, и я им полностью доверяю, - заявила Мнемозина. – В двух словах, расскажите мне, как вы оказались здесь? И где… Наш представитель, что сидел вместе с вами? И почему вы свободны… Разве вас не связали?

   Один из инопланетников, включив небольшой фонарь, положил его на стол, и теперь Жорик не только слушал, но и мельком осматривал помещение. Похоже, незнакомцев заперли в бывшей каптёрке или рабочей раздевалке. Вдоль одной из стен располагались вешалки, на которых висели старые куртки и рабочая, грязная одежда. Вдоль другой - какой-то склад то ли белья, то ли ветоши. Тут же, в отдалённом углу небольшого помещения, находился унитаз. Угол с унитазом даже не отделялся перегородкой. Вернее, часть перегородки ещё наличествовала, и на ней предполагалась дверь, ныне напрочь снесённая: то есть, выдранная вместе с петлями. Над сливным бачком унитаза красовалась душевная надпись: «Кнопка запуска ракет по Америке».

  «Вот уж, дебилоиды», - подумал Жорик о местных обитателях.

   - Нас связали. И связывают в каждый их приход, - улыбнулся один из соратников Семёновича, плотный и коренастый шатен. - Каждое утро, после очередного боя. Всё это повторяется вновь и вновь. И нам вновь и вновь приходится освобождаться от пут.

   - Для чего вы здесь? Я имею в виду планету, – спросила кошка.

   - Мы только собирались приземляться, с целью операции «внедрение», и уже приняли земной облик, и на орбите и запустили программу перехода на местный язык. Наш аппарат должен был уйти назад на автопилоте, высадив нас в определённом месте. Но… его  подбили - и притянули с орбиты куда-то сюда. Мы были в отделившихся спасательных капсулах, когда нас взяли на земле. Когда уйдём отсюда, будем жаловаться в Лигу. Явное нарушение конвенции! – теперь говорил второй парень, высокий и светловолосый. – Ведь, понятное дело, это сотворили не аборигены; их приборы не могли бы нас засечь.

   - Хорошо, что вы уже освоили местный язык… Ваши вечно твердят нам, что наш язык для них сложен. Вот и объяснимся здесь, на совсем простых, земных понятиях, - усмехнулась Мнемозина. – Тут давно творятся очень скверные дела. Но, прежде всего, ответьте, где наш представитель, что был здесь в плену, вместе с вами?
 
    - Его тоже пытали. Опустились даже до этого… Впрочем, они про вас настолько мало знают, что считали нас и его единой расой, как мы уже сказали. Они думают, что и в кошек мы трансформируемся, и в людей. А реально выглядим – как маленькие человечки со светящимся зелёным нимбом…
 
   - Я уже догадалась, что наш принял свой естественный облик. Что они с ним сделали потом?

   - Он сбежал. Ему удалось… Ну, в общем, раствориться в воздухе, совершив луч-транспортировку. Думаем, он теперь на нашем корабле: уж больно наши тюремщики забегали, тревога у них была.  Несомненно, что он там, внутри. Наш аппарат был от нас достаточно близко, излучал нужную ему для перемещения энергию, но… Мы всё же не думали, что такое возможно, да ещё в земных условиях… Похоже, он «прыгнул» не сразу, потому что прощупывал систему и «договаривался» с контрольной аппаратурой…
 
   - Я рада! Он – спасся, он – вне опасности, внутри шаттла… Ваш аппарат сильно повреждён?

   - Наверное, да. Но сильное и стабильное поле он создать в состоянии, и никого из этих к себе не подпустит. Ситуация обороны может длиться сколь угодно долго: корабль вырабатывает достаточно для этого энергии, даже будучи повреждён.

   - Хорошо. Но, всё равно, нам надо спешить. Чувствуете изменение? Похоже, что наши общие враги что-то замыслили, и, быть может, вызвали сюда подмогу. Я чувствую призрак надвигающейся беды, злонамеренность…

    - Да, это так. Мы тоже это чувствуем. Кроме того, мы слышали, что сюда вызвали каких-то дознавателей; они скоро пребудут. Кто это такие? И что здесь происходит?
 
  - Считаю, что здесь действуют, совершенно не скрываясь ни от кого, задействуя некоторых  землян, более того: входя с ними в тандем, обучая их всему, очень плохому, - наши общие враги… Которые перед Лигой представляются желающими «навести порядок» на Земле - но несут, на деле, беды и разрушения. Эти сущности тёмных миров давно здесь переродились и вступили в сговор с представителями нижнего мира - здесь, на этой планете, существуют бреши, проходы в такие нижние миры, что невозможно в более светлых и более развитых местах нашей галактики. Более того, они тайно выявляют на этой планете нас - наблюдателей и вас - помощников, и выпытывают наши знания и умения. Вдобавок, теперешняя их цель – уничтожать всех нас. Но, действуя руками землян. Здесь уже началась битва. При этом, враги считают нас с вами слишком добрыми, и потому не опасными. Безответными и бессильными. Они хотят перехватить инициативу, полностью уничтожить здесь всех нас и наше влияние на людей - и править здесь безраздельно, сделав местных своими рабами. И… уничтожат ведь совсем эту планету, перессорив все страны и доведя их до тотальной войны.
 
  - Так считает вся Тхеана?

   - Так считаю пока что я лично. С недавних пор. Но я донесу мои выводы до Тхеаны. И до Лиги Миров - тоже. Они должны быть в курсе.

   - Похоже, наши враги изменили тактику, и больше не скрывают от нас с вами своих намерений? Не притворяются добрыми воспитателями землян? – спросил первый инопланетник, чуть ниже ростом и постарше, с раскосыми глазами и коротким ёжиком волос. После слов Мнемозины, он был растерян и взволнован.

  - Да. Потому что они уже завладели умами большей части человечества. Оно готово стать на их путь: принятия их военных технологий и полного им подчинения. Они считают, что этот процесс уже не обратим. Надеюсь, что Лига Миров в ближайшее время соберёт совет по решению вопроса Земли, - ответила Мнемозина. – Возникла опасность появления здесь большой вселенской военной базы наших врагов. Простой изоляции, карантина этой планеты уже мало. Потребуются ещё иные, более решительные действия. Возможно, придётся отменить толерантность здесь к тёмным  мирам и допустить кардинальное решение вопроса.

  - А что… Нам предстоит совершить здесь и сейчас? Сражаться с ними? – спросил светловолосый.

   - Нет. Ни я, ни вы этому не обучены. Наши цели здесь были иными. Нужны иные наши общие силы, с совершенно иной, боевой подготовкой. А вы должны проникнуть на свой шаттл, на котором теперь присутствует наш представитель. Я свяжусь с ним телепатически, и он вас пропустит. И вы… понятное дело, что не сможете осуществить полный ремонт шаттла: вы же сейчас в образе землян... И это пройдёт не сразу. Но, вызвать сюда корабль, способный вас забрать, втянуть в себя весь шаттл – это ведь вы сможете? Если будете постоянно запрашивать помощь?

  - Да, но… Такая программа может осуществляться нами только в экстренном случае… И это – нарушение пункта сто одиннадцатого конвенции о…

   - Стоп! К чёрту - конвенцию. Понимаете, то, что сейчас происходит - и есть тот самый экстренный случай. Наши общие тайные враги давно уже нарушили гораздо больше пунктов, - прошипела кошка.

  - Мы - новички в деле, и мы не можем взять на себя такую ответственность, как нарушение конвенции, - продолжил второй, более старший, инопланетянин.

  - Тогда, ответственность возьмём на себя мы, - сказала Мнемозина, и на некоторое время как бы отключилась: должно быть, она беседовала теперь с кем-то телепатически. С Масиком? Возможно.

  - Ну, вот. Иной способ - есть. Вам не надо будет вызывать самим боевой корабль.  Но, хотя бы проникнуть на шаттл - вы в состоянии? Там вы будете под защитой его поля. А иначе - скоро попадёте в руки дознавателей.

  - Нам будет очень сложно проникнуть на шаттл. Даже, опасно, - сказал светловолосый инопланетянин. - Но, мы попытаемся. Быть может, есть предложения, как это сделать?

  - Мы поможем, - заявила Мнемозина. – Я - и тот, кто внутри вашего шаттла. Пошли!

  - Пошли, - первым отозвался Петька и взял фонарь, что лежал на столе.

  - Толку от него - чуть. Он на батарейке, а она скоро сядет, - прокомментировал тот из новых соратников, что был постарше.

   Долго, складами и коридорами, они совершали новый поход. Фонарь, действительно, вскоре приказал долго жить, и далее шли почти что во мраке. Пока, наконец, кошка, пройдя последний обширный подвал, не остановилась  в закутке, возле металлической лестницы наверх. Закуток чуть освещался через небольшое боковое окошко. А наверху, в потолке, здесь был люк. К нему вела почти вертикальная железная лестница.

  - Выходим, - сказала Мнемозина. – Вы сдвинете крышку люка, и первой выйду я, - сказала она инопланетникам. – Там я…как бы это выразиться по-земному?  Ударю ментал-обвалом по всей округе, после чего вы, космолётчики, последуете наверх и двинетесь к шаттлу. Натягивайте полностью на себя скафандры - и пройдёте обработанную мной зону. От люка до летательного аппарата - у вас – секунд двадцать-двадцать пять. А потом… меня отключит. Я выдохнусь. Вы должны успеть добраться только до входа. Автоматический бот заберёт вас вертикальным подъёмом. Наш представитель за это берёт на себя ответственность, - сказала Мнемозина. – А один из вас, - теперь она обратилась к Петьке и Жорику, - должен будет тоже выскочить наверх, когда моё влияние иссякнет, дотянуться до меня и схватить моё тело. А также, вернуться с ним сюда и спуститься. Второй задвинет назад крышку люка. Она здесь не чугунная, не слишком тяжёлая. Понятно?

  - Да, - ответили Петька и Жорик хором. С молчаливого согласия друга, ведущую роль Петька взял на себя. Он был в лучшей физической форме.

  - Приступаем! – скомандовала Мнемозина. – Я запросила особые полномочия и дополнительную помощь. Наши, вызванные по моему запросу Масиком, вскоре сюда пребудут, но им потребуется немного времени. А нам - действовать надо уже сейчас!
 
Все стали подниматься по лесенке наверх. Первыми - инопланетчики, один из которых придерживал одной рукой Мнемозину, а следом - Петька и Жорик. Первый из инопланетчиков отодвинул крышку люка, и вверх скользнула Мнемозина. Следом за ней выбрались оба инопланетянина. Далее, Петька наблюдал картину, чуть приоткрыв крышку люка и готовясь к своему выходу.

   Выскочив наружу, Мнемозина вдруг, неожиданно, вся засветилась, завибрировала, увеличиваясь в размерах. И шерсть её светящейся шкурки стала дыбом.

   Охранники в чёрной униформе, те, что окружали периметр летательного аппарата, побросали оружие и схватились за головы. Некоторые из них падали на пол и отчаянно дрыгали ногами. Помещение наполнил яркий свет, исходящий от Мнемозины; воздух странно дребезжал, и в нем проскакивали искры. А двое их бывших спутников, как бы включив абсолютно невероятную скорость, почти мгновенно, с точки зрения Петьки, достигли странного летательного аппарата, приподнятого над полом, и оказались под ним. Их захватил огромный луч, вышедший из аппарата наружу. Вобрав  в себя инопланетников, он устремился обратно. Этот луч светился ровным синим светом.

   И тут Жорик, чьи силы тоже были на пределе, почувствовал, что Мнемозина ослабла и вот-вот упадёт. Должно быть, у него установилась особая связь с этим существом... Ведь он, в отличие от Петьки, ничего сейчас не видел, кроме кирпичной стены между металлическими ступенями лестницы. Срабатывая на опережение, Георгий заорал:

  - Петька! Спасай Мнемозину! Пора! – и Петька высунулся наружу, повинуясь этому приказу. Он подхватил кошку, как только она, уже обычная, лишённая света, обрела привычный размер. Мнемозина упала ему на руки. И Петька кинулся обратно. Кто-то из охранников, уже обретая вновь зачатки разума, полоснул в эту сторону прицельным огнём. Но координация у стрелявшего, должно быть, ещё не вошла в полную норму, да и Петька очень проворно нырнул в люк. И Жорик сразу же его задвинул, после чего, новые пули рикошетом отскочив от крышки люка по косой, прогрохотали над их головами, как крупные градины по жестяной крыше.

   Петька и Жорик были уже внутри, и практически сползли вниз на пузе по ступенькам. Потом, некоторое время, они просидели молча, чтобы отдышаться и прийти в себя, рядом с Мнемозиной, которая валялась неподалёку  абсолютным кошачьим трупиком...

   - Она… Жива? – усомнился, наконец, Петька, не слыша с её стороны ни единого звука.

  Жорик хотел ответить: «не знаю», и… Он приоткрыл глаза и машинально посмотрел в ту сторону, где, по его мнению, находилась кошка. И вдруг понял, что… отчётливо видит в почти абсолютной темноте. Он увидел, что кошка уже приоткрыла один глаз. А потом – довольно резко вскочила на лапы.

   - Сюда идут! – прошипела она. – Скорей! Прочь отсюда!

   И все трое, покинув закуток с лестницей, бросились внутрь обширного подвала, где поймать их было бы гораздо трудней, чем в более закрытом пространстве. А там, в длинном, почти беспросветно тёмном коридоре, с обеих сторон слышались тяжёлые шаги. Кошка ринулась в боковой проход, чуть более освещённый, и за ней - все остальные.

  - Нас обложили: окружают со всех сторон. Эта часть – тупиковая; и нас, похоже, в неё специально оттеснили, - вскоре прошипела Мнемозина. - Церемониться не будут. Убьют. А вблизи – есть лишь кошачий лаз: вентиляционная шахта. Смотрите мне в глаза! У вас теперь только один шанс: стать котами, и быстро! – и кошка, застыв на месте, приковала их взглядом. Она уставилась на Петьку, потом – на Жорика, и – снова на Петьку… Браслет на шее Мнемозины ярко засветился. За поворотом подземелья послышались гулкие шаги. Жорик почему-то явственно представил картинку: кирзачи, ватники, запах «Беломорканала»… И страшно взвыл. Тут же понимая, что он  - уже не человек, а кот. А рядом с ним – Васька… Его серый приятель.
 
   И оба кота проворно вчистили к проёму вентиляционного отверстия. Благо, что было темно, да и охранники, поднятые по зову сигнализации, были настроены ловить только людей. Снизу нужно было карабкаться по ящикам к небольшому узкому выходу. Взбираясь к этому проёму, Жорик последним из троицы уже вцепился в него когтями - и вдруг услышал, как кто-то внизу передёрнул затвор. И подумал, что ему пришёл конец… Но, внезапно тот, кто намеревался выстрелить, ойкнул и упал. Внизу завязалась борьба: слышалась ругань, тупые удары. Кто-то на доли секунды осветил помещение фонариком, высветив внизу несколько человек; и вскоре кто-то ногой выбил тот фонарик… Вновь глухой удар –  и похоже, кого-то приложили головой о стену.

   Тем временем, Жорик уже достиг квадратного отверстия, а потом карабкался вверх по шершавой бетонной стене наклонного проёма вентиляции, подобно альпинисту с «кошками» на ногах… Навстречу лунному свету. Как только кот выбрался наружу, то услышал громкий мяв Мнемозины - и без слов понял, что она призывает спутников следовать за ней. Кошка была уже на крыше того гаража, что был напротив ангара. А серый кот и Жорик – пока что внизу. Приготовясь к прыжку, Жорик вжался в землю. Миг – и он уже  на куче ящиков, ещё прыжок – и он совсем наверху, на крыше. Серый кот его опередил на пол корпуса, и вот они уже бегут по крышам, следуя за Мнемозиной. Потом – все спрыгнули там, где было не высоко, пробежали по бетонным плитам дорожки, по асфальту, и – снова по крышам; внизу, совершенно обезумев от злобы, лаяли сторожевые собаки. А трое существ, внешне принадлежащих к кошачьему племени, неслись как угорелые; Мнемозина была впереди. Спрыгнув с крыши, она понеслась уже полями, пустырями, мусорными свалками - и, наконец, впилась когтями в сетку забора; и два проворных кота последовали её примеру. Собаки, что гнались за ними и преследовали их до этого препятствия, остались ни с чем: лишь зубы самой первой из них клацнули вблизи хвоста Жорика.

   Оказавшись за забором, они, тем не менее, всё ещё по инерции бежали и бежали по полю, пока не оказались вблизи небольшого оврага. Там они, наконец, остановились - и отдышались, приводя в относительно нормальное состояние сумасшедшее сердцебиение.

   - Ну что, котята! Вы – молодцы, - похвалила их Мнемозина, снова общаясь  телепатически. - А теперь – устраивайтесь в партере. Кажется, мы ушли достаточно далеко… Нас не зацепит.

   - Не зацепит… Что? – спросил ошарашенный Петька. Ответа не последовало. Мнемозина явно ожидала чего-то важного, всем своим существом. И смотрела на те строения, которые они только что покинули. Ферма по выращиванию грибов осталась далеко позади: отсюда лишь её контур обозначился на фоне звёздного неба.

    Кошка прикрыла глаза - и, казалось, то ли медитировала, то ли общалась с кем-то мысленно. Наконец, она будто оттаяла. Открыла глаза - и посмотрела вверх, в звёздное небо.

   - Как тебе удалось спереть у охранника ключи? – спросил Петька Мнемозину.

  - Занятная вышла история, - неожиданно, кошка на этот вопрос всё же вслух отреагировала. Похоже, случай доставил ей приятное воспоминание. - Вахтёр-охранник как раз открыл соседний со своей вахтой кабинет, и, по всей видимости,  только начал ковырять отмычкой или шпилькой стоящий там сейф с деньгами. Доверили козлу капусту сторожить! А я была уже на этой вахте, и как раз в это время... насколько смогла, изобразила дикий хохот. Вышло скверно - но, оттого, думаю, ещё более страшно. «Кто здесь?» – спросил охранник, озираясь по сторонам, и волосы на его голове встали дыбом. «Я – твоя совесть!» - взвыла я, и он наложил в штаны, затрясся и залез под стол… Ну, а я схватила связку ключей и дунула по коридору. Сразу он не заметил ни меня, ни пропажи… Не до того ему было. Когда очухался, скорее всего, первым делом пошёл штаны отстирывать…
 
   - А как…, - вопрос Петьки повис в воздухе, так и не получив завершения.

   Откуда ни возьмись, налетели чёрные, грузные вертолёты и зависли над базой.
 
  - Военные. Никогда таких не видел. Один, два, - начал считать Жорик. И насчитал целых восемь.

   Но, ни высадиться, ни дать залп по инопланетному шаттлу, или что там ещё было в их планах – из этой военной техники не успели. На звёздном небе - будто вспыхнула сверхновая… И вскоре из вспышки света выплыл большой инопланетный корабль - и завис над чёрными стрекозами смерти.

  Почему-то, и Петька, и Жорик сразу поняли, что эта махина - именно корабль, именно инопланетный... Хотя, ничего подобного, понятное дело, в жизни не видели.

    - Боевой, - пояснила Мнемозина.

   - Просьба уматывать всем, кто на вертолётах. Если жизнь дорога, - объявил кто-то; очень громко так объявил: должно быть, было слышно на десятки километров.

    Однако, те, кто был на вертолётах, не вняли. И, похоже, дали залп по бывшей теплице: туда, где теперь находился инопланетный шаттл.

  И тогда… Из прибывшего боевого корабля вышел одиночный красный луч; он, не слишком спеша, прошил насквозь все чёрные вертолёты, по очереди. После чего, их ошмётки, как останки мёртвых стрекоз, посыпались вниз. А потом, корабль создал другой мощный луч - уже синего цвета, и по нему стал вбирать в себя шаттл. И вскоре, тот исчез где-то внутри здорового военного монстра.

   - Никогда наши не одобряли таких кардинальных методов. Я тоже: когда  смотрела учебную информацию, будучи сознанием на Луне. Но сейчас мне хочется воскликнуть: браво! Молодцы, союзники. Передайте привет, вместе с искренней благодарностью, вашему йогу Семёну Семёновичу. А мне… тоже пора, котятки. Прощайте. Я ухожу туда, к ним... Тоже по лучу. Уже всё обговорено, связь была по браслету. Я должна доставить Масика на Луну: они там не сядут. Это не наш боевой корабль. А мы с Масиком уйдём с их корабля в районе Луны, используя браслет. Я обязана телепортировать нашего представителя. Мы с ним заявим протест в Лигу и предоставим все наши записи им для изучения. Думаю, у её членов потом не останется сомнений в правомочности  действий наших союзников... Тех действий, что сейчас воспоследуют, - вслух сказала Мнемозина. – А сейчас…

Закончить свою фразу мысленного разговора она не успела. Большой инопланетный корабль направил сюда, прямо на них, золотистый луч, нашарил им кошку, и сконцентрировался на ней. Озарённая этим золотистым светом, она стала подниматься в воздух. Её маленькое, светящееся тельце вскоре стало едва заметной точкой, а потом и луч исчез, вобрав Мнемозину внутрь инопланетного корабля. Затем тяжёлый военный транспортник поднялся  выше, и оттуда прошил ту земную базу, где ранее держали пленных, раскалёнными, светящимися шарами. Вскоре она уже полыхала вовсю; и ветер доносил даже сюда, к дальнему оврагу, едкий запах гари.

Там, вдали, метались люди и выли собаки.

   Только теперь Петька и Жорик переглянулись… Два кота, на чёрном заброшенном поле, без денег, без одежды и без документов... Позади был овраг, а впереди, где-то далеко отсюда - пламя пожара бывшей и весьма подозрительной базы по выращиванию грибов, и где-то справа - грунтовка, ведущая к трассе.

  Что теперь делать? Как быть дальше?

   «Главное - то, что мы помогли Мнемозине Масика спасти, - подумал Жорик. - Однако... Что же теперь? Идти в город... В облике котов?» Без слов понимая друг друга, два кота - чёрно-коричневый с белым пятнышком и серый, полосатый, снова грустно переглянулись. И продолжали сидеть, глядя на звёзды.

  - Эй, коты! - послышалось вдруг справа. По полю, со стороны дороги, к ним приближался человек. Какой знакомый силуэт, однако... А вот и вы, драгоценный наш, йог Семён Семёнович!

  - Признали меня, коты? Тогда - гэть за мной, вперёд! И - не перекидывайтесь в людей, пока к машине не придём. Ведь станете голые, без шерсти, и замёрзнете. А переодеваться в поле некогда: надо нам всем линять отсюда, да побыстрее.

   Семён Семёнович зашагал по полю к грунтовке, а по грунтовке - прошёл ещё немного в сторону трассы на Ростов. Там, в темноте, в лесополосе, под деревьями, стояла его машина. А коты всю дорогу трусили за ним.

- Ну что, орлы! Полезайте внутрь, ждите, пока не перекинитесь в людей - и тогда одевайтесь, - сказал йог, открывая для них дверцу машины. - И даже не напрягайтесь, чтобы перекинуться обратно. И без того, действие браслета Мнемозины, что придала вам этот облик, вот-вот закончится. Она уже слишком далеко отсюда. И не надейтесь: больше такого не повторится, оборотнями вы не стали, - хихикнул Семён Семёнович.

Коты, во время этой пламенной речуги, уже проворно запрыгнули в салон, а там - вскоре обратились в людей, и, обнаружив рядом с собой чёрную сумку и всю свою одежду, были несказанно рады, тут же начав одеваться.

Вскоре, наружу вылезли Жорик и Петька, при этом, Жорик уже проверил содержимое внутреннего кармана - и обнаружил там документы, в целости и сохранности - а он было подумал, что они пылают вместе с базой. А йог задумчиво смотрел на всё ещё пылающий вдалеке огонь.

- Хорошо горит! - сказал он, наконец.

   - Откуда здесь наша одежда? – спросил Петька, как только оказался рядом с Семёном Семёновичем.

  Но тот не ответил. Он продолжал внимательно созерцать картину пожара, хорошо видного даже отсюда, почти с трассы.

   - Мнемозина передавала вам и всем вашим искреннюю благодарность, - сказал Георгий.

    Йог хмыкнул.
   
   - Она… Больше не вернётся? Никогда? – спросил Жорик.

- Мнемозина? Нет, конечно. Она достаточно здесь поработала. И ей можно только позавидовать. Их отозванные представители больше не возвращаются сюда, никогда. Проходят реабилитацию - и повышаются в звании, так сказать. В остальном, мы мало что о них знаем: секретами они с нами делиться не спешат. К счастью, тёмные структуры знают о них ещё меньше нашего. Ну, чего ты приуныл, Георгий? С ней – всё хорошо. Она – светящееся, лучистое существо. И теперь - совершенно в безопасности. Можно сказать, она вместе с Зоиным Масиком теперь на лунной базе пьёт чай с плюшками. Полагаю, что Мнемозина даже найдёт способ связи: и будет иногда вам являться... во снах. И, кстати, прямо сейчас она передаёт вам привет и наилучшие пожелания.

- Как это - передаёт? - удивлённо спросил Жорик. - Вы шутите? Как и про плюшки на Луне?

- Про плюшки - это я, конечно же, шучу, но они оба действительно и без дополнительных происшествий добрались до места назначения. До своих. Это - точно. Ведь, у меня тоже есть браслет, - и Семён Семёнович обнажил руку до локтя, где, довольно высоко, а не на запястье,  обнаружился странный прибор, состоящий из нескольких звеньев, довольно массивный и мигающий синими, золотистыми, красными и зелёными огоньками.

Петька удивлённо застыл, глядя на них.

- Нет, я не ношу его постоянно, потому ты, Петя, никогда его у меня и не видел. У нас - не такая хорошая маскировка; прибор всегда видимый и достаточно массивный. Потому, я одеваю его редко. В особые дни. Такие, как этот. Я примчался сюда  на машине, как только смог быстро... Машину одолжил у друга. А до этого, мне нужно было извлечь из хранилища и активировать свой браслет. Когда прибыл, понял, где вы и что случилось, именно благодаря этому прибору. Потом я прорвался на базу, вступил в драку. Кажется, ты, Георгий, видел, как один идиот пытался в тебя выстрелить, когда ты, в образе кота, спасался через вентиляционную шахту?

- Да, - подтвердил тот.

- Я, к счастью, успел вовремя... Разоружил противников - да ещё успел очень быстро уйти оттуда, и даже прихватить вашу одежду.

- Как вам это удалось? - спросил Петька.

- Я - обученный инопланетный десантник относительно нового типа. Имею неплохую подготовку. Таких, как я - мало. Мнемозина теперь, к вашему сожалению, не с вами, но ведь с вами остался я... Как говорил Карлсон, я ведь – лучше собаки? – и он засмеялся.

   - Ещё Мнемозина однажды заметила, что вы любите земные мультики, - усмехнулся Жорик.

   - Да, кстати, о мультиках: благодаря возвращению Масика на Тхеану - их родную планету, все события, что стали ему известны, непременно станут достоянием Лиги. В цвете и картинках. Думаю, Масик может поведать им многое… В особенности, о тех нарушениях, что здесь происходят. И даже об этой... плантации грибов.

  - Семён Семёнович, а как вы проникли на базу? – запоздало спросил Петька. - Там же охрана.

   - Ну, я же обещал присоединиться к вам позже. Так и думал, что начнётся здесь веселье... Но, меня задержали. Пришлось ещё раз подраться, у себя в Будда - баре. Всё им неймётся. А ещё, как я уже говорил, нужно было активировать браслет. Потом я его надел и связался с нашими: сообщил им, что, наверное, как раз наших представителей тут в плену держат, да ещё и вместе с тхеанцем. Ко мне на помощь как раз должны были прибыть два новых паренька - а их нет как нет. Потом мне Мнемозина просигналила, что в плену - точно, наши. Я передал и эту новость своим. А как проник на базу? Да, просто. К тому времени, я машину оставил близ трассы, а сам – по полю, да через забор… При этом, включил, так сказать, скоростное перемещение. Ну, и успел к шапочному разбору. То есть, к тому моменту, когда охранники, что спустились за вами вниз, хотели отстреляться навскидку, в темноте. Жорик ещё не вскарабкался наверх, когда кто-то осветил общую картину фонариком. Пришлось их всех отбуцать до потери пульса, ведь браслет дал мне усиление моих способностей. А ещё, я оставил там прибор, задающий точные координаты – это уже для своих. Дли того, военного  транспортника. Мы с Мнемозиной и об этом тоже договорились.

  - Спасибо вам, - улыбнулся Жорик.

   - Не за что. Считаю, что всё прошло удачно: насколько это возможно. Нам всем повезло. Мы – живы. А общий результат в целом таков: Масик спасён, а странную базу по выращиванию грибов – спалили представители моей планеты. Но, будем считать, что неизвестно кто… Мало ли, от чего мог возникнуть ночной пожар? Сигарету кто-то не потушил. Итак, всё хорошо, прекрасная маркиза, - шуточно подвёл итог Семён Семёнович. – Ну, а сейчас… Поедем уже. Хватит огнём любоваться. Полезайте в машину.

    - Ну, а по большому счёту, не знаю, что теперь будет, - добавил он, сидя уже за рулём. – Наши представители… Мы… Намного проще этих…котов. Они опередили нас на несколько десятков тысячелетий. И не знаю, дадут ли они вашей планете шанс. Даже, учитывая диверсионное вмешательство тёмных миров. А оно станет для Лиги несомненным… И всё же, ваша людская цивилизация вряд ли будет оценена позитивной. Ведь выводы они будут делать теперь, исходя из анализа этой страны и этого времени… Но я понимаю Мнемозину: она просто обязана сделать заявление в Лиге. Она считает, что десант с её планеты с целью наблюдения за вами следует прекратить. Подготовку посланцев изменить. Таких, как она или Масик, больше не будут сюда посылать. А потом, и не слишком скоро, ведь необходимо переобучение - сюда от них придут другие... Жёсткие и сильные. Вообще, трудно сказать, какие именно меры они предпримут и как решат действовать. В образе кого или чего, если решат спасать Землю, её фауну и флору. И будет ли в числе спасаемых ими значиться хоть один хомо сапиенс, или они решат, что этот вид смертелен для всех остальных форм жизни. Однако, все эти вопросы решатся не сразу, на переориентацию даже им потребуется время. И, быть может, они всё же дадут нам с вами шанс. Но, весьма ненадолго. И самый последний.  А потому, времени у нас остаётся совсем немного…

   - На что? – спросил Петька.

   - На то, чтобы доказать, что здесь есть люди, способные к саморазвитию и контакту с иными мирами и существами. К доброму контакту. Что не все здесь готовы от страха примкнуть к тёмным структурам, и повиноваться им не станут, и  не все клюнут на их политику: разделяй и властвуй, потребляй и безумствуй... Что есть люди, которые не поддадутся на провокации. Люди доброй воли, - задумчиво ответил Семён Семёнович.

   «А… так ли это? Есть ли здесь ещё нормальные люди? И как вообще в этом жёстком мире, здесь, жить дальше?» - усомнился Жорик. Ему припомнилась кафедра института – светоч науки… С травлей его самого и Павла Сергеевича. А ещё, служба безопасности. И пьяные дебоши под окнами. И общая, унылая и безысходная, деградация этого серого мира.

  - Шанс всё же есть, - ответил, будто просмотрев весь его мысленный видеоряд, загадочный йог. – И он… В тебе и Петьке, который начал новую жизнь с нуля, в Павле Сергеевиче и в Зое… И в сотнях других замечательных людей, которые всё же продолжают быть людьми, даже в этих скотских условиях. Хотя, их всех склоняют к совершенно иному.

  - Но, как говорила Мнемозина, критерием оценки нас, как расы, явится то, как мы относимся не только к кошкам и к животным вообще - но и друг к другу, - вслух припомнил Георгий. - А мы... На самом деле, друг друга просто ненавидим. Глотки перегрызть готовы, если только это будет безнаказанно.

  - Да, у них критерий - именно такой. Разум, по их мнению - это не интеллект и не умение добиваться поставленных целей. У Вселенной совсем другие критерии… Для Лиги Миров самым важным является то,  умеет ли раса или индивид понимать других, излучать добро и приносить радость. Всё остальное, например, техническое развитие - значения не имеет. При любой цивилизации, эти достижения просто и постепенно всегда накапливаются. И нажимать на кнопки можно научить любого. А сохранять,  любить и служить, и не разносить всё достигнутое до основания - далеко не всех. И красота - это не фотошоп, не косметика и не глянец. Это - нечто несказанное и вечное... Духовное и нравственное. Но вы, конечно, даже духовность всегда превращаете во что-то ей противоположное. В истребление инакомыслящих. И всё же... Шанс у людей пока есть, - обнадёжил Семён Семёнович. - Пока что, ещё есть... Но, многие миры в вас уже не верят. И десантников с Тхеаны вам в помощь больше не будет, в скором времени они отзовут всех своих нынешних представителей. Увы, их пребывание здесь стало слишком опасным. Потому, ваш мир станет ещё более тусклым, серым и разобщённым. Так что, держитесь...

  - И что же, конкретно нам, теперь делать? В этой звериной действительности? - спросил Жорик.

  - Не скоро дело делается, и даже сказка - не скоро сказывается... А наша задача, как всегда, проста: выжить. Для всего, что склонно к развитию, рано или поздно находится нужное место в этой непостижимой и многогранной Вселенной. А все диктаторы и манипуляторы всё же заканчивают своё тупиковое существование, рано или поздно.

   - И сколько нам ждать их кончины? Десять лет, двадцать, тридцать? - попытался уточнить Георгий.

   - Не знаю. Но знаю точно, что всем им будет каюк. А мы - отступать будем к лесу, - угрюмо ответил ему йог.

   Машина выехала с грунтовки, и понеслась по трассе. Назад, в город.


P.S. Все события и действующие лица книги полностью вымышлены. Ну, за исключением некоторых реалий, имевших место в институтах ЮРГТУ (НПИ) города Новочеркасска и педагогического института города Таганрога в годы 2008 - 2013. Поскольку, совершенно невозможно выдумать такой город, как Новочеркасск, и такую аномальную реальность, как российская действительность и вузы этого времени.