Книга: Архетипы пищевого поведения
Автор: Дмитрий Шептухов (16+)
Предисловие
Добро пожаловать в мир магического реализма, где пищевое поведение обретает новые смыслы и формы. В этой книге вы познакомитесь с семью архетипами, которые представляют собой узнаваемые и распространённые модели наших отношений с едой. Представленные архетипы появляются на пересечении генетических особенностей и специфики жизненного опыта, создавая неповторимую палитру индивидуальных пищевых привычек.
Книгу прошивает забавная метафора семи олимпийских богов из мифологии Древней Греции, чтобы в шутливой и увлекательной форме исследовать пищевое поведение. Такой подход позволяет рассмотреть свои привычки не только рациональным, но и чувственным способом.
Книга поможет определить свой доминирующий архетип, что будет весьма полезно. Поскольку он оказывает значительное влияние на то, как, что и сколько мы едим.
Устоявшаяся система питания, ведомая архетипом - это волокно, впряжённое в нить жизненного пути, которое ни больше ни меньше формирует судьбу человека. Ведь то, как мы питаемся, не просто влияет на вес и фигуру; это определяет энергетическое и эмоциональное состояние, уровень здоровья и продолжительность жизни и даже очерчивает социальный контур. Более того, наши отношения с едой остаются одними из самых плотных на протяжении всей жизни.
Работа с книгой станет для вас путешествием, в котором вы научитесь находить индивидуальные способы, сделать еду другом и союзником, улучшая физическое и ментальное здоровье. Эта книга — ваш проводник к поддержанию оптимального веса тела и вкусных отношений с едой.
Приготовьтесь к увлекательному путешествию в мир ваших пищевых привычек!
Содержание:
У подножья Олимпа
Глава 1 Семь богов вкусового Олимпа
• ГЕРАическое застолье
• Архетип Дионис. Бог виноделия, гедонист
• Архетип Артемида. Богиня охоты решает все проблемы, устраивая облавы на еду
• Архетип Гера. Матерь богов и богиня плодородия, держит всех под пищевым крылом
• Архетип Гермес. Бог торговли, фуд-нарцисс и посланник диетологических богов
• Архетип Афродита. Богиня красоты, еда – эликсир вечной молодости и энергии
• Архетип Гефест. Бог кузнечного дела, спотыкается о еду на пути к сверх Олимпу
• Архетип Афина. Богиня войны ведёт священную битву за правильное питание
• Индивидуальный рельеф архетипов
• Расцвет вкусового Олимпа
Глава 2 Тёмные дары богов
• Летопись первого в мировой истории марафона по похудению
• Дар первый - Дань Дионису
• Дар второй - эффект авокадо
• Дар третий - Анестезия Гефеста
• Дар четвёртый - Туман Гермеса
• Дар пятый - Узел Геры
• Дар шестой - Фудстресс менеджмент
• Дар седьмой - Таран Афины
• Битва у подножья Олимпа
• Восьмой, темнейший из даров
• Как в Древней Греции лечили от темнейшего из даров?
Глава 3 Боги в ретроградном Гипносе
• Легенды о пищевом лунатизме
• Падение ретроградного Гипноса
Глава 4 Совместимость архетипов
• История любви Диониса
• Совместимость Диониса
• Совместимость Артемиды
• Совместимость Геры
• Совместимость Гермеса
• Совместимость Афродиты
• Совместимость Гефеста
Глава 5 Курсы телесной астрологии
Спускаясь с Олимпа
• Культура питания, про что это на самом деле
• Создание скульптуры божественного пищевого поведения
У подножья Олимпа
Идея книги появилась из консультирования клиентов, великодушно впустивших автора, потоптаться по своим пищевым Олимпам. Так, превратившись в специалиста по богам, в пищевого теолога, я с удовольствием приглашаю читателя прогуляться и понаблюдать за тем, как по-разному устроены наши отношения с едой.
Во время променада вы увидите как Дионис, бог виноделия озаряется детским счастьем, макая клубнику в шоколадный фондю.
Как богиня охоты Артемида, нервно кусая губы, старается не замечать дымящийся чебурек.
Как Гера-матерь богов, скачет галопом и наваливает всем непрошеную добавку оливье.
Как бог торговли Гермес, сверкая рельефным прессом, нарочито откупоривает контейнер с бледной курятиной.
Как богиня красоты Афродита, цедит впалыми щеками лечебный смузи из ростков пшеницы.
Как Гефест, бог кузнечного дела, перехватив сэндвич и стянув пару конфет со стола, пытается улизнуть обратно к наковальне.
И наконец, как богиня войны Афина, убеждает самого Зевса запретить мясо и глютен на олимпийских трапезах.
Архитипирование это наука или эзотерика?
Предложенная система, конечно же, ненаучна.
Любое архитипирование, в том числе и это не может претендовать на академичность и бессмысленно к строгому критическому анализу. Не надо, к примеру, искать математическую точность линий в картинах Ван Гога и критиковать шедевр за неодинаковость штрихов.
Сугубо научный подход, конечно, незаменим, но слишком узок для управления пищевым поведением. Еда намного шире, чем калории, белки, жирки, углеводы и вот почему.
Во-первых, пищеварительная система обладает автономным нервным аппаратом. Как только мы увидим, ощутим запах или вообразим, что-то вкусно-калорийное, то наш «второй мозг» приготовится переваривать пищу. Он без спроса вызовет каскад физиологических изменений в желудочно-кишечном тракте, и нас потянет это съесть.
Своим пищевым поведением мы управляем волей, но одновременно и в достаточной степени движимы рефлексами. Так что полностью никогда не будем свободны в своих отношениях с едой.
Во-вторых, пищевые привычки начинают формироваться уже в утробе матери. Они автоматизируются в первые годы жизни, превращаясь в ритуалы. Эти сверх привычки похожи на татуировки в мозгу и логическое решение питаться вдруг по-другому, похоже на попытку оттереть наколку губкой для мытья посуды. Легче поломать себе кости, чем разорвать нейронные связи, сформированные с детства.
В-третьих, над некоторыми людьми тема нормализации питания висит грозовым облаком негативного опыта, вызывая нервозность и сопротивление.
Так что новый, идеальный и педантичный план питания написан как будто бы для роботов. Система улучшения пищевого поведения, конечно же, должна быть математически рассчитана и научно верна, но идеальную технологию портим мы, живые люди. Ведь когда во взрослом состоянии встаёт вопрос об изменении системы питания, то одним рационализмом не обойтись, похоже, что тут тупик.
В таких случаях разум нам дан, чтобы решать сложные задачи не только через рацио, но и с подключением эмоционально-образных ресурсов мозга. Так что несмотря на бездоказательность, архитипирование имеет право на существование и может принести пользу.
Тогда архитипирование – это эзотерика?
Нет.
Не надо искать мистику и магию в привычках и нейронных связях, сформированных уникальным жизненным рельефом человека.
В отличие от астрологии, тарологии, нумерологии и похожего, в архетипах отсутствует догматизация. Тут нет строгих законов и правил интерпретации. Архитипирование похоже на эзотерику, не больше, чем на неё похожи детские сказки. Гарри Поттера не существует, но на некоторых он оказал сильное влияние.
В то же время сугубо эзотерический взгляд на питание опасен. Ведь как бы человек не офеншуевал пищу, как бы не подгонял трапезы под натальную карту и какие бы расстановки на отказ от углеводов он не делал. На физиологическом уровне избыток еды всегда и у всех приведёт к набору лишнего веса. А нехватка белка затормозит регенерацию клеток и ускорит старение. Оспаривающие это, оспаривают законы физики и, вообще-то, должны в доказательство предоставить альтернативную физику и другого Исаака Ньютона.
Для нормализации расстроенного пищевого поведения эзотерике не хватает свежих научных данных касательно нашей физиологии. Так что только этим тоже не обойтись.
Архетипы ни в коем случае не попытка помирить науку и эзотерику, это не способ найти что-то общее, и это не середина континуума между ними. Архетипы сбоку, они как одна из возможных, необязательных лазеек в мир того, как мы едим.
Что же такое архитипирование?
Это система, аккумулирующая устойчивые и узнаваемые модели пищевого поведения, сформированные на стыке генетической неповторимости и уникального жизненного опыта.
Если хотите, вся система - это свободный и творческий взгляд, подмечающий повторяющиеся паттерны отношений с едой.
Паттерн, в свою очередь, означает устойчивый образ мышления, он рефлекторно и ожидаемо воспроизводит однотипные действия человека.
Стабильность и предсказуемость, вот что нам дают накатанные рефлексы в еде.
Впечатанный паттерн гипсует пищевые привычки и обеспечивает их устойчивое выполнение, невзирая ни на калейдоскопичность внешних сюжетов, ни на изменения во внутренней событийности человека.
Как если пищевой паттерн физиологически и психологически здоровый, то носитель не познает страданий. Правильная еда останется для него нейтральным или даже радостным жизненным фоном. Это позволит высвобождать ресурсы личности на более важные задачи, чем разборки с едой. Замечательно, ведь жизнь дана не для борьбы за правильную еду и тем более не для похудения.
Ну а как если пищевой паттерн искажённый? Еда может пожизненно остаться территорией тревоги, боли и душевных терзаний. Носитель деструктивной пищевой модели проживёт меньше, чем ему отпущено. Будет жить мимо спокойствия, мимо полной самореализации, мимо бОльшей пользы себе и миру.
Если встаёт вопрос об исправлении пищевого паттерна, то для совсем редких людей достаточно зайти через логическую дверь. Расчёт калорий, состав нужных продуктов и определённое время питания, расписанные врачом-диетологом, кому-то помогают раз и навсегда.
Но для большинства рациональная дверь пищевых изменений завалена, не разгрести. Путь трансформации забаррикадирован авральными диетами, срывами, зависимостями, наборами веса больше прежнего и закреплённым ощущением безнадёжности.
Куда податься им?
Можно постучаться в хирургический кабинет. Там отрежут жир, но не рассекут определяющие пищевое поведение крепкие нейронные связи.
Остаётся дверь психологической проработки, например, с квалифицированным помогающим специалистом. А вот в этой двери внизу есть лаз, как для домашних питомцев. Проникая на мягких лапках через окошко архетипов, можно нестандартным и шуточным образом посмотреть на своё пищевое поведение. Избегая напряжения, определить ключевой архетип и повысить осознанность в отношениях с едой. Так, кто-то получит возможность постепенно перестроить пищевые привычки, повысить культуру питания и ровным счётом изменить судьбу.
Развивая тему определения, возможно, кому-то больше приглянется такое.
Архитипирование – это придворный шут для его величества бессознательного.
Когда владыка впадает в ступор, когда нельзя прервать официальные дворцовые ритуалы. Когда все советники раздражают правильными, но заезженными советами, верховный может призвать шута. Потешник — единственный придворный, которому позволительно рубануть в речи то, за что другим секутся головы.
В переводе на прикладной язык метафора придворного шута может помочь в безопасном и лёгком входе в болезненное. В то, что табуировано к прямому признанию человеком.
Когда тема еды слишком невыносима из-за мрачного опыта, то некоторые оборачиваются твёрдым панцирем и кальцинируют вход изнутри. Такие люди агрессивно реагируют на попытки родных направить их к диетологу. Приходя к фитнес-тренеру, требуют похудеть их только через тренировки, блокируя обсуждение еды.
Оно понятно и естественно. Человек сам себе не враг, он предохраняется от повторных мучительных диетологических пыток и рецидива страданий.
В случае разбора архетипов владыка бессознательного может безопасно покружить над болевым полем, не касаясь его. Сохраняя величественный статус, он способен послушать шута. Тот в театрально-сказочной форме расшатывает устаревшую абсолютистскую позицию и выводит на свет негативные пищевые автоматизмы. Возможно, именно так, владыка бессознательного сможет переписать догматы в еде.
Верховный знает, что шута нельзя казнить. Это знает и шут, поэтому в своих саркастических баснях позволяет себе вообще всё. Так что некоторыми страницами книга будет прямолинейна и не очень бережна к психике. Ну а что вы от шута хотите?
Кроме этого, архитипирующий шут экономит «мыслетопливо» и развивает пищевой креатив владыки бессознательного. Это важно, поскольку правка пищевого поведения всегда происходит в условиях ограничений. Ограничений временем, деньгами, вкусами, заболеваниями, религией, социумом и прочим. Так что без индивидуально-оригинальных решений не обойтись. Но придумать нестандартный выход из ситуации в тисках ограничений - энергозатратно.
Через разбор разных архетипов, вариантов решений возникнет больше и приходят они играючи. Ведь находить ошибки и подсказывать другим, особенно вымышленным персонажам, легко и приятно. А находя подсказки для них, удобно примерять и на себя. Так что можете считать эту книгу примерочной, в неё можно взять столько вещей, сколько унесёте. Не торопитесь в примерке, магазин круглосуточный. Да и платить не надо, просто выходите мимо кассы, в том новом, что село по фигуре.
Кроме помощи в подборе нестандартных решений, архитипирующий шут, раскладывая узнаваемые сюжеты как карты, лучше лекаря снимает мигрень от чувства вины.
Узнать в своей пищевой проблеме общечеловеческий опыт – это выбить зубы кусачему чувству вины. Ощущение себя не бракованным, а нормальным, как многие, помогает отфильтровать еду от загрязняющих негативно-эмоциональных примесей. Так расчищается завал на пути трансформации всей системы питания.
Ещё один полезный инструмент шута – это шило. Острыми, а подчас и беспардонными шутками он протыкает пузырь социального напряжения в еде.
Дело в том, что пища уже приправлена отношениями, как суп солью, их не разъединить и так будет всегда. Мыслительные эксперименты с архетипами, прекрасно отлавливают социальное пищевое напряжение. Которое может идти как к владыке бессознательного, так и от него к подданным.
Как ни странно, неважно от кого и в какую сторону направленно давление. В любом сценарии это будет мешать питаться спокойно и правильно всем участникам.
Важно убрать межличностную напряжённость в еде, потому что, улучшение системы питания человека должно не скукоживать, а наоборот расширять и облагораживать социальный капитал. Так что в плане улаживания натянутых пищевых отношений, шут с его юмористическим шилом будет очень даже к месту.
Если человеку требуется устойчиво изменить пищевое поведение, то процесс может быть похож на диспансеризацию. Нужно заглянуть в разные приёмные, одной из которых будет кабинет пищевого теолога, специалиста по архетипам. Он отличается от других докторов пёстро расшитым клоунским колпаком, и в этом его дурацкая сила.
Поэтому не рекомендовано читать книгу в слишком серьёзном настроении и с отключённым чувством юмора. Как говорится в пословице, «в ком юмор вызывает зло, тому с умом не повезло».
Если же стиснуть цель книги до одного предложения, то она выглядит так: перевод импульсивного характера еды в осознанный.
По мнению автора – это единственная психологическая задача, которую нужно решить в питании. Решив её, всё остальное само сложится правильным пазлом.
Решать в той или иной степени эту задачу нужно каждому из нас, ведь навык осознанного питания противоестественен. Это как правше, орудовать вилкой в левой руке. Пищевое поведение исконно импульсивно, и эта созданная эволюцией пищевая порывистость не подходит к современным условиям.
Безрассудно-жадный сценарий питания заложен в Палеолите. В то время будущее могло не настать, если сегодня не переесть доступных калорий и не обрасти жирком. Поэтому у нас нет генетически встроенной потребности к здоровому, избирательному и разумно ограничительному пищевому поведению. Такова наша биология.
Плюс к этому, прожитые годы формируют мощнейшие установки в еде. Например, прошедший через голодное время может зафиксировать директивы: «ешь, что дают, еда самоценность» и «доедай всё на тарелке, выбрасывать - грех». А тот, кто по своей воле устраивал себе похуденческий голодомор, зачастую впечатывает такое: «правильное питание – это мучительные страдания» и «я не выдержал, я слабовольный, не дано мне жить в стройности».
Так что все мы, изначально обречены на импульсивные отношения с едой и примесь деструктивного в них крайне высока.
Именно поэтому перевод импульсивного характера еды в осознанный представляется главной целью. Достижение пищевой осмысленности позволит человеку кушать по своим биологическим потребностям и быть здоровым.
По ходу изложения, в главную цель книги будет добавлено ещё одно важное слово, которое поможет выработать не просто осознанное, а устойчиво осознанное поведение. Ведь выживаемость правильной системы питания в годах, критически важный компонент.
Но об этом секретном слове рано, пока же стоит сконцентрироваться на том, что питаться правильно – это работа. Работа по развитию осознанности, для чего и существует всё многообразие приёмов и приёмчиков. Архетипы здесь, один из помогающих инструментов.
Когда вы узнаете свой архетип, то сможете им управлять. С момента обнаружения доминирующего божества открывается путь к гармоничной трансформации. Архетип станет вашим союзником, вам будет проще ответить на вопросы: «кто я в еде?», «почему я так питаюсь?», «для чего на самом деле, я ем?», «как бережно, без насилия над собой улучшить питание?».
Есть шанс, что через работу с архетипом, вы вытащите на свет свои импульсивно-деструктивные пищевые привычки. Так получится перехватить штурвал у рефлексов и начать управлять своей пищевой судьбой.
Какой архетип лучший?
Предыдущий абзац уже отчасти отвечает на этот вопрос, и важно дополнить кое-что ещё.
В градации вы не встретите бога всех богов Зевса. Громовержец будет появляться лишь изредка и в качестве второстепенного персонажа.
Зевс отсутствует как архетип, потому что в пищевом поведении нет эталона. Вместо «лучшего» бога, вам будут представлены семь неповторимых, разных, но равных друг другу олимпийских небожителя.
Их особенности ошибочно называть сильными или слабыми сторонами. Если бог не умеет уживаться со своими уникальностями, то вступит в битву со злыми титанами, которые неотвратимо сбросят его в тартар. Сколь бы не любил читатель холодные французские закуски, тартар – это не вкусно, это подземное царство Аида. Туда будет заточен любой бог, восставший против своих физиологических, психоэмоциональных и социокультурных потребностей в еде.
Если же бог принял самобытность, то его особенности становятся выдающимися чертами, позволяющими жить на Олимпе в гармонии и почёте.
Ни один архетип не может быть неправильным, как не может быть неправильным рост человека. Нужно просто настроить индивидуальные правила пищевого поведения в контексте широких правил питания, тогда можно жить счастливо с тем, что дано от Зевса свыше.
Кстати, автор как следует поразвлёкся над своим архетипом, сперва было весело, но под конец грустно. Уверен, что вы без труда определите доминирующий архетип писателя.
При этом сочинитель клянётся, что всё в книге записано в свободе от веществ, изменяющих сознание. Вместо психотропных препаратов была работа с собой и с клиентами. Всё писалось с натуры, под впечатлением от уникальных пищевых сценариев, в которых подмечались единые кумулятивные образы. Они и сформировали предложенную типологию из семи архетипов.
Автор, конечно же, осознаёт неизбежность постановки ему диагноза специальными специалистами. Смелость автора в непонимании сложных психиатрических вердиктов, ведь у хроникёра нет психологического образования. Вместо этого писатель вооружён высшим физкультурным образованием, а это как судимость. Так что терять давно уже нечего, педаль в пол.
Ну а если серьёзно, то зачем я это написал?
Описание архетипов пищевого поведения, является попыткой разъяснить то, что не получается донести в прямом консультировании. Это не кокетство и не желание выглядеть лучше, чем я есть. Мне, правда, кое-что не удаётся в личной работе с некоторыми клиентами. Остаётся чувство недосказанности, недоглубины, недоразъяснения и недопользы. Уверен, что в книге, через сквозную метафору богов Олимпа, это получится точнее, изящнее, смешнее и глубже.
Архетипы, купальники или плавки?
Автор останется бесчувственным к возможным обвинениям в гендерной дискриминации. Ведь книга написана в метафоре мифов Древней Греции, где половая принадлежность бога применима для любого человека, какой бы женщиной или пусть даже мужчиной ни был бы читатель.
И тут есть половая загвоздка.
Серьёзный дядька с сединой в висках и выцветшими синими буквами ВДВ на плече, в питании может быть ближе к Афродите, богине красоты. Но как это признать и тем более сообщить парням в гараже?
- Мужики, пролистал книженцию и осознал, что во мне живёт Афродита. Это моя суть, и поэтому я больше не буду класть шпротину на хлеб, там опасный глютен.
А у многодетной девушки может появиться естественное желание назначить себя Герой, богиней плодородия. Но она может быть гораздо ближе к богу кузнечного дела Гефесту. Кстати, часто это так. При этом антураж потного мужлана в кожаном фартуке с молотом, будет изначально отталкивать девичью натуру.
Поэтому рассматривание архетипов предполагает гибкость и образность мышления. В которых автор теперь уже не сомневается, раз мы вместе добрались до этого места.
Крен в похудение.
Если бы книга была кораблём, то в середине плавания она бы почти потонула в разговорах про похудение. Но всё же книга выстоит и удержится на плаву обсуждений пищевого поведения.
Проблематики лишнего веса и избавления от него не удалось избежать, потому что сцепка еды и ожирения — одна из самых прочных. Ведь любая сложенная система питания всегда опредмечивается габаритами тела.
Мы будем обсуждать трагические жизненные сюжеты, в которых некоторые живут годами с лишним весом и многократно пытаются от него избавиться. Для таких людей улучшить своё питание навсегда и жить в стабильной стройности – это настоящий подвиг. Человек, совершивший подобную пищевую и телесную трансформацию, достоин глубокого уважения и после такого, сможет практически всё.
Эта позиция будет кропотливо доказываться в процессе раскрытия архетипов. В общем, концепция получилась с сильным уклоном в похудение. Но всё же автор надеется, что вы воспримете повествование гораздо шире, чем книгу про то, как похудеть.
Уровни игры в архетипы или как обустроена книга.
В первой главе вы познакомитесь с семью архетипами, вы узнаете их ценности и страхи. Их тактику и стиль пищевого поведения. Пошутим, какие профессии им подходят, а какие категорически нет. Конечно, нам никак не избежать темы секса, впрочем, автор и не пытался.
В концовке главы вам будет предложена процедура самопознания, скрещённая с тестированием. Это поможет определить то, какие архетипы живут в вас и как они управляют вашей едой, весом и здоровьем.
Вторая глава начнётся с описания первого в мировой истории марафона по похудению. В результате этой катастрофы боги случайно породят семь тёмных даров в питании и заразят ими нас. Дополнительно там появится, восьмой - темнейший из даров. Он ни больше ни меньше способен навсегда ухудшить качество жизни любого человека.
Автор дерзнёт утверждать, что как минимум один из тёмных даров, читатель обнаружит в своей системе питания. Поэтому в главе будут предложены обкатанные практикой сценарии избавления от негативных пищевых артефактов.
В третьей части мы копнём глубже и увидим столкновение богов с самым загадочным персонажем Олимпа, с ретроградным богом сна Гипносом. Мы погрузимся в сновидения каждого из архетипов и рассмотрим сценарии их бессознательного пищевого лунатизма. Велик шанс, что некоторые из ретроградных снов, являются и к вам тоже. Если так, то не стоит беспокоиться, поскольку в итоге Гипнос падёт и восставшие боги освободятся от лунных болезней в питании, ну а вы сможете взять с них пример.
Глава четвёртая посвящена совместимости архетипов. Боги исследуют свои пищевые отношения друг с другом и выявят точки напряжённости. Кстати, они поймут, что идеальная совместимость — это не всегда хорошо для правильного питания и стройной фигуры.
Зарисовки про отношения будет полезно читать в размышлениях о своём окружении. Это расширит ваш кругозор и даст более глубокое понимание архетипов пищевого поведения. При этом автор без всяких шуток предостерегает от прочтения книги вслух вместе с важными для вас людьми. Как минимум вы можете попасть в очень неловкую ситуацию.
В короткой, но важной пятой главе боги обучатся на курсах телесной астрологии и создадут индивидуальные летописи пищевого поведения. Это позволит им с уважением к прошлому, улучшать своё пищевое будущее и сделать его стабильным.
Апофеозом нашего променада по архетипам станет проработка понятия культуры пищевого поведения. Именно через это откроется путь к индивидуальной и позитивной трансформации.
Важно, что ключевые мысли будут специально перекидываться из главы в главу, с целью пересматривать их под разными ракурсами и высвечивать новые нюансы. Надеюсь, читатель найдёт повторения полезными.
Ещё капля терпения, прежде чем мы начнём.
Провокация, тест, микроскоп и антиинструкция под одной обложкой.
Книга – провокация.
Сочинение написано с извинениями в сторону Русского языка. Он могуч и не заметит исковерканных слов, автору просто так пишется.
Здесь полно низкой лексики и вульгаризмов за шаг до мата. Я буду утрировать, гиперболизировать, стебать, а иногда и прямо хамить. Да, в книге много сарказма, он использован не с целью дословного значения слова: «разрывание плоти», а с целью убрать напряжение с такой сложной темы, как еда.
Кроме того, не так низки шансы, что на меня окрысятся сторонники бодипозитива, приверженцы особых диет или апологеты эзотерических практик, распространяющих своё влияние на еду.
В книге я злобно нападаю не некоторые подходы к питанию. Если вдруг вы придерживаетесь такого, то, без сомнения, испытаете неприязнь к автору. Этот негатив легко может распространиться на всё произведение. В этом смысле я рискую и иду на это сознательно, но иду в надежде на вашу избирательную неприязнь.
Я также предполагаю, что будет смешно и радостно, а где-то грустно, вплоть до обречённости, а, возможно, и слёз. Точно будет пошло и неизбежны резкие падения в «пиписочный» уровень и тут же взлёты к высшим смыслам. Местами книга будет похожа на поедание винегрета в вертящейся люльке сломанной карусели. Я вас предупредил.
Книга – тест.
Если заглубившись в чтение, вы вообще ничего не будете понимать. Не узнавать себя ни в одном из примеров, считать, что всё здесь избыточно накручено и специально усложнено. То я вас поздравляю, вы прошли тест на счастливого носителя устойчивого здорового пищевого поведения. У вас нет никаких проблем с едой и лишним весом, и вся концепция про архетипы для вас действительно избыточна и накручена. Я вам завидую.
Книга – микроскоп.
Количество архетипов может показаться чрезмерным, и типология могла бы обойтись меньшим пантеоном богов. Пять или даже четыре архетипа вполне себе было бы достаточно. Но вся концепция – это микроскоп. Как если человек заражён, то лечить симптомы бесполезно. Лучше через увеличительную линзу рассмотреть поведенческие микроорганизмы, а опознав возбудителей системно излечиться.
Так что в книге мы будем сильно укрупнять подноготную отношений с едой, чтобы разглядеть мельчайшие нюансы и отличительные детали архетипов. В этом смысле полезно, что архетипов семь. Да, многие в чём-то похожи, но через тонкие различия удобнее рассматривать оттенки и мир пищевых поведенческих полутонов.
Книга – антиинструкция.
Здесь вы не найдёте чёткого руководства к действию с семью пластмассовыми шагами, помогающими вообще всем. Это книга свободного мыслительного сёрфинга и размышлений о том, что бОльшего каждый из нас вкладывает в еду.
Вместо директив вы встретите вопросы, обдумывая которые сможете найти индивидуально правильные ответы по повышению культуры питания.
На страницах предложено много обкатанных техник по коррекции пищевого поведения. Почти все из них оригинальны и созданы автором в процессе многолетнего консультирования. Эти техники формируют авторскую систему под названием: «Фитнес-коучинг». По желанию вы сможете поэкспериментировать с приёмами, ради выработки лучшей системы питания для себя.
При этом с верой в интеллект читателя, кое-где выводы и рекомендации не сделаны специально. Ведь ни один консультант, ни секунды не жил в вашем теле и не знает, как это — быть вами. Так что вы - самый лучший специалист себя и выводы делать тоже вам, ну а техники в помощь.
Налейте себе чайку, можно с вареньем, устройтесь поудобнее и получите удовольствие от прочтения. Желаю вам лёгкого, освежающего тура по архетипам пищевого поведения.
Глава 1 Семь богов вкусового Олимпа
1.0 ГЕРАическое застолье
Семь великих богов Олимпа собрались по случаю годовщины Геры – матери богов. Принимала именинница у себя и к празднику, изрядно потрудившись, наготовила изысканных блюд с запасом.
После традиционных поздравлений и цветов в прихожей гости расселись за столом. Не успели они обустроиться, как Гера уже плюхнула каждому в тарелку по три увесистых ложки разных салатов. «Закуски! - громовозгласила богиня плодородия, - Угощайтесь, хлебушка берите, вот колбаска, тарелка сырная, оливки. Грибочки не забудьте, посол свежий. Морс я уже всем разлила, кто что ещё пить будет?».
Глаза Диониса зашурудились и бог с видом опытного коллекционера начал тщательно отбирать для своей тарелки всё самое лучшее. В итоге всё, что было представлено на столе, оказалось лучшим и поэтому очутилось в тарелке гедониста.
Блюдо выглядело как Вавилон с высоты птичьего полёта. Разноцветные съестные купола разных форм, цветов и высот. Дионис вкушал в режиме караульного, обходящего по периметру вверенный объект. Как только заканчивался один круг, тут же начинался новый. Купола пищевых башенок уменьшались, а Дионис становился всё азартнее.
«Как же у тебя всё вкусно! - отвешивал он комплименты имениннице, - Ух, боюсь представить, что нас ждёт на горячее?!».
Афродита переживательно смотря на Диониса, вилкой отодвинула в сторону кучку оливье, майонез, из которого стать протекать в нарезанные овощи. Затем она протёрла столовый прибор салфеткой и начала выковыривать огурчики, старательно избегая красных помидорных кусочков. Вскоре она достала таблетницу и проглотила оттуда пять зелёных пилюлек. «Спирулина, - ответила она на немой вопрос Диониса, - врачи очень рекомендуют для поддержки иммунитета».
Продолжая, как цапля, тонким клювом насаживать на вилку отобранные кусочки, Афродита засыпала хозяйку вопросами:
- Скажите, а вы ведь овощи на экомаркете берёте?
- А есть безглютеновый хлеб?
- Ой, а вот этот соус, надеюсь, без добавления сахара?».
Сидевший по правую руку от Афродиты Гермес математически точным взглядом отсканировал застольные яства. Очевидно, что были забракованы практически все предложенные кушанья. Затем, отодвинув блюдо, сооружённое для него, он попросил у хозяйки чистую тарелку. Долго выбирая, что же здесь можно съесть, Гермес ювелирно выложил себе четыре огуречных дольки, шесть оливок и охапку салатных листьев.
«Для закуски подойдёт, тут идеальное соотношение клетчатки и растительных жиров. Белка из основного блюда добирать буду», - объяснил он Гере и приступил к механическому пережёвыванию, царапая тарелку стеклянным взглядом.
Гера, взглянув на осиротевшее блюдо с салатиками, отставленное Гермесом, тревожно засуетилась. Забыв, что хотела съесть сама, она рванула спасать ситуацию. Громко чавкая и картинно закатывая глаза, богиня всячески расхваливала блюда: «Всё свежее, натуральное, по фирменному рецепту».
Надкусив редиску и забыв вытащить её изо рта, Гера принялась хороводить стол с противнем сельди под шубой. Тяжёлым бомбардировщиком, она облетала гостей и открывала бомболюк над каждой тарелкой, сбрасывая туда калорийный фугас.
Если калорийная мешанина плюхалась в уже пустое блюдо, то Гера сквозь редисочную пробку одаривала гостя комплиментом: «Ай, какой хороший аппетит, молодец!». Если тарелка была ещё полна, то Гера всё равно производила бомбометание, сопровождая удивлённым: «Что же это ты так плохо кушаешь? Я же старалась. Ну-ка, давай, давай!».
Когда Гера очутилась за спиной у Артемиды, та сжалась в комок и прикрыла рот кулаком. «Мне, пожалуй, не надо, я курс на похудение взяла, стараюсь тяжёлого не есть», - натужно выдавила из себя богиня охоты. Её рука под столом нервно теребила салфетку, а глаза прыгали оголодавшей саранчой по кулинарным изыскам.
Тёплые заботливые руки Геры обняли Артемиду, та грустно вздохнула и, как сапёр, опасливо погрузила вилку в майонезный сугроб: «Ну, если только немного попробую сейчас, а завтра уже точно на строгую диету».
«Диеты, диеты. Масло передайте, пожалуйста, и вот хлеба ещё. Да давайте сюда уже всю тарелку», - голосом выздоровевшего больного произнёс Гефест. За десять минут до этого именно он выдавил гостей из прихожей к столу и вмиг проглотил порцию, даже не заметив, что уплёл. Только после этого Гефест очухался, пришёл в себя и начал рассматривать блюда.
«Мозгу энергия нужна, чтобы думать как следует, какие тут могут быть диеты?» - риторически вопрошал он, кивком призывая Геру произвести дополнительное бомбометание сельди под шубой.
А в это время Афина, демонстративно вторя Гермесу, отстранила еду. Богиня войны налила воды в бокал и бросила туда три ломтика сочного лимона. «У меня сегодня разгрузочный день, так что, не обессудьте, я есть вообще не буду. Кстати, я бы на вашем месте тоже задумалась о чистке организма. Вы даже не представляете, как вредно вот так вот объедаться. Да тут почти в каждом блюде трансжиры. И вообще, вы знаете, как быстро окисляются нарезанные овощи и как это вредно?».
Тон Афины был недружелюбным, так что Гера, поперхнувшись редисочной жопкой, шарахнулась в сторону.
После первой кавалерийской атаки на праздничный стол, у Диониса, Гефеста и Геры наступил лёгкий откатный пережор, но чувствовалась эмоциональная недосказанность, недоеденность. У Гермеса, Артемиды и Афродиты, недосказанность исходила от полупустого желудка. Афина в одиночестве и с раздражением ёрзала на месте. Стол накрыло молчание, повисло напряжение, праздник расклеивался. Гера, учуяв неловкость момента, вспорола тишину: «Ну, а теперь основное блюдо!».
Выдох облегчения брызнул из гостей, как из раздавленного помидора. Все радостно защебетали, и лишь Афина с Артемидой нервно переглянулись. Обе есть не планировали, но одна предвкушала драку, а другая капитуляцию.
Гера торжественно вышагивала из кухни в гостиную, а перед ней на подносе плыл дымящийся запечённый поросёнок, обложенный варёной картошечкой с укропом. Не успели гости ахнуть, как повторно были шокированы следующим подносом с гигантской кулебякой.
Прелесть гастрономического натюрморта испортил Гермес: «Так, ну из свинины добрать белка не получиться, биологическая ценность низковата, да и по жирам перебор. Я как знал, захватил с собой куриную грудку. Не сочти за бестактность, но не могла бы ты мне вот это разогреть?».
С этими словами он протянул Гере пластиковый бокс с блёклой субстанцией внутри. Губы именинницы закривились, а в левом глазу проступила слеза.
Завидев такое, Дионис тут же набросился на Гермеса: «Да что же ты за бог такой?! Мы же на праздник пришли, пришли получить и одарить удовольствием. Поешь ты нормально, не выпендривайся, завтра калории свои будешь считать».
Добавляя веса к словам, Дионис шмякнул себе в тарелку крупный отрез поросятины и пару картофелин. Гера со словами: «Так вкуснее», акупунктурно тыкнула кусочком сливочного масла в горячую картошину. Они улыбнулись и синхронно перевели презрительные взгляды на Гермеса. Теперь они вместе и крепко дружили против него.
Синхронно с застольным диалогом, Артемида вела внутренний, не менее напряжённый разговор:
- Держись, тебе нельзя это есть, ты слово дала;
- Да ладно, от одного раза ничегошеньки не будет, смотри как вкусно, налетай;
- Нет, я же себе цель поставила, слово надо держать.
Но как только Артемида увидела комочек сливочного масла, который как сноубордист скатился по горячему картофельному склону прямо в рыхлый укропный настил, у неё рвануло крышу. Охотница острыми ногтями вырвала сердцевину кулебяки и жадно впилась в неё так, что мясной сок брызнул в лицо Афины.
- Ну осторожнее! Знаешь ведь, что я сегодня голодаю, или ты специально так? Типа я вот не выдержала и объелась, пусть и она тоже сорвётся. Так, что ли?, - атаковала воительница и без того зашуганную Артемиду.
- Да тише ты, не специально она. Просто у меня такая кулебяка вкусная, что никто устоять не может, - взяв под крыло напуганную Артемиду, Гера подложила ей ещё мяско с картошечкой.
- Послушайте, - не сбавляя пыла, напирала Афина, - мы здесь день рождения собрались отмечать, а не, пардон за низкую лексику обжираться, уподобляясь вот этому зажаренному персонажу с пяточком. Это во-первых, а во-вторых, как вы можете мясо есть!? Вы же в прямом смысле слова лишаете жизни беззащитных животных.
- Перегиб! - возразил Гермес, - Это просто мышечная ткань, которая потом до аминокислот распадётся, а затем на регенерацию клеток пойдёт. Главное по калориям не переесть, чтобы в жир не отложилось.
- Да ну, прекрати ты со своими калориями, - теперь уже Гермес был перебит Афродитой, - Главное белки с углеводами не совмещать – это крайне вредно для здоровья. Не калории важны, а чтобы продукты были экологически чистыми и друг с другом сочетались.
- Так, завязывайте! - встрепенулся Гефест, - Я вот с Афиной согласен в части смысла нашего собрания. Мы как следует поели, проблему голода решили уже. Давайте прекратим пищу обсуждать и поговорим об имениннице, о её величии. Зевсу, в конце концов, кости перетрём.
- А ты вот с грибным соусом поросёнка пробовал? Отвал башки! - снова встрял в разговор Дионис, обращаясь к Гефесту.
- Да какая разница с каким соусом, я наелся как следует на день вперёд. Я же говорю, давайте закончим про еду, не в ней смысл жизни.
- Конечно, не в ней, а в её вкуснотище и разнообразии, - не успокаивался Дионис.
В словесных баталиях не участвовала только Артемида. Она с запавшими кверху наркоманскими глазами уплетала уже восьмую картошину: «М-м-м-м-м-м-м, углеводы!».
Но и без её участия стол дрожал как стекло, которое вот-вот даст трещину и разлетится вдребезги.
Гера была опытным застольным полководцем и, учуяв критичность момента, ввела свежий резерв, переломив ход баталии: «Десерт, десерт, что же мы забыли?! Я панакоту один к одному с мороженым взбила и заморозила. А туда ещё шоколадной крошки и апельсиновой цедры натёрла. Вы такого точно никогда не пробовали, это возмутительно вкусно».
Афина и Гермес ощетинились против кондитерки, но Дионис, Гефест и Гера выступили единым фронтом за.
Афродита была подкуплена аргументом, что панакота – это натуральный, полезный итальянский сыр, и примкнула к десертному союзу. Артемида было попятилась в антикалорийную сторону, но, увидев, как эротично Дионис слизывает мороженое, утратила остатки гордости.
Изысканный десерт окончательно расколол богов на два непримиримых лагеря. При том что каждый из них выиграл свою битву, битву, которую не стоило бы выигрывать. Большинство богов переело, парочка сдержалась, но за счёт деструктивных эмоций. Напряжение между ними возросло, и день рождения был подпорчен. Да и спокойно поговорить по душам не получилось, всё подмяли пищевые раздоры.
Каждый из небожителей сам по себе замечателен, но, собравшись за обильным столом, они теряют толику своей божественности. Так что вместе их пока лучше не собирать, не кормить и не рассматривать. Когда же боги разошлись и уединившись в опочивальнях, мы можем приступить к их углублённому изучению без помех.
1.1 Архетип Дионис
Бог виноделия, гедонист.
Рисунок 1
Ценности, реализуемые через еду.
Еда - один из главных источников удовольствия. Пища всеми цветами радуги раскрашивает жизнь, делая её по-настоящему лучезарной и радостной.
Страхи связные с едой.
Болезни, из-за которой запретят любимые блюда, ограничении в еде, необходимости считать калории, потери доступа к деликатесам, появления в ближнем круге диетологического моралиста.
Особенности архетипа.
Рождённый из бедра Зевса, Дионис очень плотский. Он бог ритуального безумия и ест глазами, у которых в отличие от желудка нет дна.
Дионис самый понятный и однонаправленный в еде бог, он просто любит очень вкусно поесть. Как истинный жизнелюб, максимально дистанцирован от биологического смысла еды. Пища – это картинная галерея, где нужно переходить от полотна к полотну, из зала в зал. Вкушать шедевры, стараясь унести с выставки как можно больше впечатлений. Его не заботит, какими красками, то есть калориями это ваялось.
Беззаботное, наивное и детское отношение к еде. Дионис испытывает младенческий восторг, предвкушая любимую вкусняшку, и выдаёт такие же ребяческие капризы при необходимости есть что-то пресное. Как любой нормальный ребёнок – эгоистичен и главным образом заботится о своём удовольствии в еде.
Застолья – это ключевые жизненные ритуалы, значимость которых определяется богатством стола, а не общением. Отпуска, поездки, отели, мероприятия оцениваются по тому, как кормили. Игра актёров на театральной сцене — это придаток к буфету. Лишите театр закусочной стойки, и постановка не удалась.
У бога – сибарита, еда по степени удовольствия конкурирует с сексом, иногда полностью заменяя его. Дионис - пищевой распутник, абсолютно аморален и полигамен в пищевых отношениях. Устраивает трапезные оргии, приглашая друзей присоединиться. Дионис ест напоказ, практикуя кулинарный эксгибиционизм. В отличие от скрытного Гермеса, он выставляет пищевые развраты на обозрение и кичится этим.
Тактика пищевого поведения.
Дионис обычно имеет устоявшийся график еды, где в каждой трапезе вкушается несколько блюд или ингредиентов. Не пропускает еду и организует день вокруг приёмов пищи.
Покупки, заказы и приготовления еды возведены в стрежневые жизненные ритуалы. Холодильник с пролежнями из просрочки, содержится в постоянном предновогоднем состоянии и в случае чего, поможет продержаться пару месяцев. Нередко в доме встречается дополнительная морозильная камера или второй холодильник.
Не очень состоятельный Дионис вынужденно скопил множество рецептов и ловко мастерит целый каскад вкуснотищи из дешёвых ингредиентов.
Состоятельный же Дионис питается в ресторанах, перебирая новые места и блюда. Практикует гастрономические путешествия как способ познания мира.
Дионис и диеты.
Диеты для Диониса — это самое идиотское изобретение человечества. При попытках извне нормализовать пищевое поведение, бьёт козырем и предлагает как следует закусить из шести блюд. Дионис — мастер обесценивания работы диетологов и врачей. Жалеет, сопереживает, а иногда от души посмеивается над сидящими на диетах. Искренне считает их несчастными.
Если изменения в питании неизбежны, то теплолюбивый Дионис входит в них как проспоривший погружение в ледяную Рождественскую купель. Неделя перед диетой похожа на проводы в последний путь, так что за неё плюсуется от пяти килограмм. Сама диета скоропостижна, да и теряется в ней килограмма три. Так что лучше вообще не беспокоить этим божество.
Вес Диониса.
Если у Диониса есть лишний вес, то оттого, что он типичный бог-гедонист.
Попадая на курорт или в чехарду праздников, Дионис впадает в потоковое состояние удовольствия. В экстазе упускает момент резкого скачка веса, он слеп к этой проблеме. Бывает, что набирая в каждом Новогоднем отдыхе по 5-7 килограмм, он лет через десять неожиданно обнаруживает себя в экстремально большом весе.
Столкнувшись лбом с необходимостью снижать вес, пытается решить задачу в обход еды. Например: через спорт, лекарства, хирургию или массаж. В порядке вещей побольше подвигаться, чтобы получить индульгенцию повкуснее поесть. Подробнее об этом тёмном даре Диониса во второй главе.
Если у Диониса есть недостаток веса, то от высокоразвитого умения извлекать наслаждения из минимальных порций любимых продуктов.
Любимая поговорка: «Жуете вы правильно, но зря».
Любимая книга: «Пищевая камасутра». Всё до раздела, где они поженились.
Если бы Дионис одевался так, как он ест.
Дионис комфортно чувствовал бы себя в стиле Джека Воробья. Многослойность в одежде, где из-под пальто виден синий пиджак на розовой подкладке, а под ним жилетка, обхватывающая рубашку в крапинку. Шляпа с пером и парой повязанных на ней платков. Жёлтые носки, выбивающиеся из высоких кожаных ботфортов. Цепочки, браслеты, фенечки и колечки в невообразимых количествах от разных культур и континентов.
Подходящие виды спорта.
Десятиборье, пятиборье, триатлон. Там нужно скакать от дисциплины к дисциплине и можно постоянно есть всё, что пожелается, ведь так велики энерготраты.
Подходящие профессии:
• Искусствовед;
• Ресторатор;
• Владелец шашлычной;
• Мерчандайзер в магазине деликатесов;
• Актёр озвучки порнофильмов;
• Дегустатор;
• Парфюмер;
• Фуд-блогер;
• Сценарист военных парадов;
• Глава местной организации Бодипозитива.
Неподходящие профессии:
• Диетолог;
• Бухгалтер;
• Кризис-менеджер;
• Пограничник;
• Полярник;
• Дальнобойщик;
• Смотритель маяка;
• Цензор порнофильмов;
• Врач-гастроэнтеролог;
• Судья.
Олимп Диониса.
Дионис будет жить долго, счастливо и в стройности, при совпадении некоторых даров судьбы от Зевса:
• Бог наделён «тонкой костью»;
• Жизнь, связанная с движением по любви или по профессии;
• Материально обеспечен и может себе позволить не только вкусную, но и качественную еду;
• Утончённость вкуса;
• Замедленная изысканность. Умение ухаживать за едой, тщательно готовиться, смаковать каждый кусочек и проявлять редкий гедонистический эстетизм.
Тартар Диониса.
Дионис будет низвергнут в телесный тартар, при совпадении некоторых даров судьбы от Аида:
• «Толстая кость»;
• Постоянные беременности;
• Заболевание, связанное с метаболизмом или органами пищеварения;
• Регулярные командировки из Тамбова в Италию;
• Разорение;
• Утрата вкуса;
• Призыв на военную службу, вахту, длительный поход;
• Появление в семье фитнес-тренера или диетолога.
Диониса в еде контролирует удовольствие, а лакомства — это территория наслаждения беззаботного оптимиста. Он мастер извлечения счастья из еды, рядом с ним хочется жить и кушать наотмашь.
Самопознание
Здесь и во всех последующих описаниях, я предложу вам определить то, насколько каждый из архетипов присущ вам.
Для этого очень рекомендуется рисовать, потому что сам физический акт рисования углубляет мышление и активизирует память. Вы можете либо создать свой рисунок на бумаге, либо скачать формы по ссылке* и развлекаться с ними.
* https://cloud.mail.ru/public/sFP1/65dPBZ9bp
Итак, задумайтесь над пятью утверждениями и определите «высоту», на которой в вас живёт Дионис. Когда определитесь, то заполните колонну плотным штрихом начиная с самого низа.
Например, если вы максимально не похожи на Диониса, то заштрихуйте только самый нижний сектор. Если вы улавливаете в себе нотки Диониса, то заштрихуйте полностью нижние три сектора.
В конце главы вам будет предложен общий рисунок, который наглядно покажет ваш индивидуальный рельеф архетипов. На нём выделятся лидирующие и второстепенные герои. Это позволит глубже исследовать свой архетип в последующих главах.
Кстати, отличная идея обзавестись набором цветных фломастеров и закрашивать раскраску для каждого персонажа своим цветом. Подбор уникального оттенка под архетип, та ещё забава.
Цветная картинка лучше запоминается и чаще всплывает в сознании, там её удобно рассматривать внутренним взором. Рисунки, созданные своей рукой, трансформируют книжный текст в образы, они стимулируют размышления, которые и помогают изменить поведение.
Так, детская раскраска может привести к недетским улучшениям в питании.
Самопознание: на какой «высоте», во мне живет Дионис?
Форма №1 Дионис
Рис 2
1.2 Архетип Артемида
Богиня охоты решает все проблемы, устраивая облавы на еду.
Рис 3
Ценности, реализуемые через еду.
Благоустройство жизни едой, пища в роли надёжного генератора эмоций, которых так не хватает. Поощрение, помощь и милосердие к себе через лакомства. Еда как точка стабильности и центрирования себя в непредсказуемом и колючем мире.
Страхи связанные с едой.
Еда перестанет приносить облегчение, и последний бастион радости, падёт. Появление ещё одного жизненного кризиса, который столкнёт в бездонную пропасть обжорства. Сошествия с небес вкусно готовящей и заботливой Геры-матери богов.
Особенности архетипа.
Артемида грустно вкушающая и несчастная в еде богиня. Она сродни запойному алкоголику с пробелом в личности. Он пьёт, чтобы на время стать таким, каким хочется, но в трезвом состоянии не получается. Также и богиня охоты, ест для того, чтобы заполнить прорехи в жизни и хотя бы на время стать счастливой.
Трапеза для неё - это территория гармонии, куда совершается ежедневный побег, толи от постоянного стресса, то ли от жизненной неустроенности, а иногда от состояния нереализованности и пустоты.
Трагедия Артемиды в отточенных охотничьих инстинктах. Как только она видит дичь, то молниеносно становится кровожадной и лучше не стоять у неё на пути.
Всё, что видит Артемида – это вожделенная, мясистая, подпрыгивающая задница антилопы. Шипастые кусты сливаются фоном и не могут сбить темп истинно рождённого охотника.
Всё, что чувствует Артемида – это упругий лук, сжимаемый сильной рукой, она дочь самого Зевса и никогда не промахивается.
Пусть вас не вводят в заблуждение округлые формы богини, в погоне она легка, быстра и первой стрелой разрывает аорту крупной дичи.
Артемида многолика, и бывает, что бегущая антилопа — это дымящаяся сдоба, впившись в которую можно растворить негативный стресс. Тогда причиной охоты становятся нервяки очередного сложного дня. Артемида, работающая пятидневку с десяти до шести, в условиях постоянного напряжения и за небольшой оклад, каждый вечер будет разить стрелой свою антилопу.
Ещё Артемида может скрываться под тусклой и давящей депрессивной мантией. Неустроенность в личном или дни, катящиеся в рутинной колее, или состояние: «неужели в жизни это всё?».
Такие моменты пробуждают охотничий инстинкт, Артемида вдруг чувствует вибрацию натянутой тетивы и видит дрожащую на луке стрелу. Миг, добыча поражена, но богиня как будто бы не участвовала в охоте. Во рту ощущается ускользающий вкус молочного шоколада, но кто его раздобыл, загадка.
Стержневой ритуал – это внутренняя борьба не выйти на охоту хотя бы сегодня.
Борьба очень сложна, потому что настоящий охотник не думает, а действует рефлекторно точно. Грустно, рука тянется за луком. Разрыв отношений, рука тянется за луком. Усталость от рабочей нагрузки или безделья, рука тянется за луком. Отпраздновать успех, даже тогда рука тянется за луком.
Проблемы с сексом? Снова к оружию. Если не ладится интимная жизнь, то это дополнительно стрессирует божество, и оно бежит загонять очередную питательную дичь. Но боги тоже полнеют, а другие небожители очень капризны и обращают внимание на фигуры потенциальных любовников.
Так что, чем чаще Артемида испытывает напряжение в сексуальной жизни, тем регулярнее она охотится на еду. Бывает, что богиня не в силах выбраться из несущейся мимо полноценной сексуальной жизни колесницы.
Иногда усилиями воли Артемида всё-таки откладывает колчан со стрелами, но тогда охота выходного дня грозит стать эпичной. Артемида, не изрыгнувшая кровожадностью на неделе, обожает в выходные охотиться в прайде, против которого не выстоят даже амазонки. Для охоты выбирается особая дичь, загнать которую непросто, но тем слаще наслаждение многочасового и нередко двухдневного пира.
Артемиды - это часто стайные и ритуальные богини, которые собираются по пятницам или субботам на кухнях, в ресторанах, дачах и в саунах. Раздербанивая добычу, Артемиды залечивают раны друг друга, а застольная скатерть надёжно прикрывают любые проблемы.
Артемида лишена пищевого задора и веселья Диониса, она охотится в тревоге и напряжении. Беда в том, что на тыльном конце её божественных стрел острые стальные перья. Когда наконечник гвоздит добычу, то, набрасываясь на неё, Артемида ранится о перья своей же стрелы.
Дымящаяся пицца, приводит Артемиду в дикий восторг, аромат сыра растворяет все тревоги и печали. Но в следующий миг, пока ещё сырный вкус не сошёл с губ, Артемида проваливается в чувство вины.
Артемида рассорилась с Посейдоном и живёт в бесконечном шторме. Где на кратком гребне волны: «О боже, как это вкусно! - а в провалах, - Чёрт, зачем я это съела, как же стыдно!».
Тактика пищевого поведения.
У Артемиды может быть любой ритм питания, от спонтанного, как пойдёт, до стабильных; завтрак, обед и ужин. В любом случае присутствует деструктивный сценарий, который как дешёвый трёх-блюдный бизнес-ланч, может проявляться в любых сочетаниях.
Первое.
Постоянные перехваты сладкого в течение дня. Как будто на плече сидит бездонный голубь и при любой проблемке клюёт в висок, требуя печеньку, мармеладку, кофейку с сахаром.
Второе.
Отобедав или отужинав, наступает буйволиная стадия. Артемида во второй раз открывает меню или подходит к холодильнику, замирая в отупении. Временно налетевший интеллект буйвола не позволяет не отойти и не выбрать, хочется всего и ничего. Заканчивается перееданием и ощущением собственного идиотизма. Буйвол уходит, но оставляет богиню в виноватых дураках и с переполненным желудком.
Третье.
Влетает надуманное или реальное деструктивное событие, включается турборежим охоты и тогда богине лучше не попадаться под руку.
Артемида олицетворяет Луну, это её время, время самой страстной охоты. Так что этих вечерне-ночных периодов богиня опасается больше всего и старается занять себя любыми отвлекающими от еды занятиями. С богини охоты писался анекдот: «В диете главное — сон. Не успела уснуть, всё, обожралась!».
Артемида и диеты.
В отличие от Диониса, Артемида очень чутка к повышению веса, заметив прибавку, впадает в истерию. Она пуглива до того, что даже может отказаться от поездки на курорт, потому что там всё включено. Но упустив шанс, будет пережёвывать досаду дома.
Пугливость богини, её проклятье, именно из-за неё она страдает лишним весом.
Ударившись лбом о необходимость снижать вес, Артемида выходит на девятую по счёту, но, конечно же, последнюю охоту в жизни. Только теперь её грозные стрелы целятся в похудение, и вся агрессия перенаправляется туда.
Богиня вплетается в очередную голодную аскезу или записывается в гимнастический кружок, или начинает скакать галопом вокруг Олимпа. Так, Артемида становится ещё и покровительницей тех, кто зарабатывает на авральных похудениях и детоксах.
В охоте за стройностью выбрасывается решительно всё вредное из холодильника, приноситься клятва не есть вкусно-гадости и пишутся публичные трансформационные исповеди.
Артемида безжалостна даже к своим, точёные стрелы летят в жён, мужей, детей, родителей, клиентов и дебилов на дороге.
Сам Зевс не решается трескать пельмени с майонезом, в присутствии худеющей Артемиды. В дичь превращается всё, что не должно быть добычей. Но расстреляв весь колчан, Артемида оказывается на энергетическом дне, где только одна радость – аппетитные и беззащитные булки, шоколадки, чипсы и прочая калорийная добыча.
Для диетологов и фитнес-тренеров Артемида — изматывающее божество. В периоды охоты на еду, даже читавшая Эрика Берна и его транзактный анализ Артемида, будет включать «родителя» и агрессировать на попытки нормализовать её пищевое поведение.
В сложные худеющие сезоны, Артемида – это манипулятивный «ребёнок», ищущий жёсткий указующий перст. Поначалу она наигранно и дотошно исполняет первый акт пьесы: «Я худею», а затем плачет, обвиняет и перевешивает ответственность.
Проблема Артемиды в том, что она никогда не убьёт последнюю лань, ведь их поголовье неистребимо, а охотничий инстинкт только крепнет с годами. Так что богиня может навсегда остаться на промысловой двунаправленной тропе. Охотиться за вкусной добычей, либо за похудением. Но в любом направлении не случится спокойная пищевая жизнь.
Вес Артемиды.
Если у Артемиды лишний вес, то его истоки в какой-либо жизненной неустроенности.
Если у Артемиды дефицит веса, то обычно это болезненная худоба от особой организации нервной и пищеварительной систем: тошнота и отвращение к еде в ответ на стрессовые события.
Любимая поговорка: «Был тихий, спокойный вечер, ничто не предвещало еды».
Любимая книга: «Как похудеть/выйти замуж/заработать миллион/стать счастливым за месяц».
Любимые разделы: книга должна быть понятной инструкцией в одну страницу.
Если бы Артемида одевалась так, как она ест.
Сколь не оскорбительно это сравнение, но Артемида одевалась бы как лошадь. Точнее, её одевали без её ведома. Повелитель пустоты, тоски и стресса ловко накидывает на богиню строгую уздечку, узкие шоры и тяжёлое седло. Привкус стального трензеля во рту, зашоренный взгляд, скрип грубой кожи под грузным наездником, подпруги, сдавливающие живот, и колкие шпоры в боках. Вот как чувствует себя одевшаяся Артемида. Повелитель решает, когда надевать, как сильно утягивать и когда снимать невольничью сбрую заеданий.
Подходящие виды спорта.
Бои на голых кулаках. Там можно дубасить понятного противника, в кровь разбивая об него костяшки пальцев.
Американский футбол где нужно с разбегу больно врезаться в защитные ряды, испытывая звон в ушах от столкновений.
Подходящие профессии.
Любая профессия, связанная с приятной двигательной активностью, либо с творческой самореализацией, либо со свободным графиком:
• Звезда порнофильмов;
• Инструктор по дайвингу;
• Туристический гид;
• Лесник;
• Художник-мультипликатор;
• Массажист элитного курорта;
• Инструктор по йоге.
Неподходящие профессии.
Все профессии с «рваным» и ненормированным графиком, где присутствует многолетняя монотония, либо надо решать конфликты:
• Телефонный оператор;
• Сапёр;
• Администратор двухзвёздочной гостиницы на площади трёх вокзалов;
• Помощник капризной порнозвезды;
• Таксист в Краснодаре;
• Оператор конвейерного производства рогаликов со сгущёнкой;
• Врач скорой помощи;
• Преподаватель муниципальной школы в Бутово.
Олимп Артемиды.
Артемида будет жить долго, счастливо и в стройности, при совпадении некоторых даров судьбы от Зевса:
• Приверженность или необходимость двигательной активности. Так, стресс будет купироваться сам собой;
• Очень «широкая кость» позволяющая стать шестой женой турецкого султана. Стройности тут не будет, но кто сказал, что счастье в этом;
• Работа со свободным графиком и хорошим доходом;
• Крепкая и большая семья, любящий супруг/супруга;
• Жизнь на природе;
• Отсутствие множества деструктивных жизненных событий.
Тартар Артемиды.
Артемида будет низвергнут в телесный тартар, при совпадении некоторых даров судьбы от Аида:
• Проживание в напряжении вместе с родителями супруга или супруги;
• Изверг в клиентах, начальниках, коллегах;
• Погашение ипотеки за счёт стрессовой работы;
• Сходящий с ума от безделья супруг или супруга;
• Слишком высокий запрос на достижения, при условии что не получается;
• Воспитание маленьких детей в одиночестве;
• Внешность, «тараканы» или материальное положение, не позволяющие устроить личную жизнь;
• Нераскрытый талант на фоне нелюбимой работы;
• Одиночество при неумении справляться с этим состоянием.
Артемида - это грустное божество, в еде она на противоположном от Диониса эмоциональном полюсе. Её контролируют тиски стресса и невозможность его избежать.
Артемида больше других богов похожа на жертву обстоятельств в своём пищевом поведении. Иногда это стечение жизненных и не подконтрольных сюжетов, а иногда тут больше авторства самой богини.
Самопознание: на какой «высоте», во мне живет Артемида?
Форма №2 Артемида
Рис 4
1.3 Архетип Гера
Матерь богов и богиня плодородия, держит всех под пищевым крылом.
Рис 5
Ценности, реализуемые через еду.
Желание быть нужной, приносить пользу через вскармливание и получать от этого неиссякаемый поток похвалы. Обеспечение калорийных тылов и повышение плодовитости семейного клана.
Страхи связные с едой.
Одиночество, в котором некого будет кормить, неблагодарность от накормленных, упрёки в неумении вкусно готовить, самостоятельность близких в питании. Затухание семейного клана, пустой праздничный стол и голодные гости.
Особенности архетипа.
Гера считает себя главным божеством после Зевса, она отвечает за всех, у неё больше жизненного опыта, статуса и знаний. Поэтому ей решать, как другие боги будут питаться и какие блюда для них лучше.
Гера завтраком от души ставит всех на ноги для чёткого рабочего шага.
Вечер — это время расцвета. В рабочей усталости или в предвкушении возращения близких, Гера расправляет кормящие крылья. Вечерний восстановительный ужин от богини плодородия приводит домочадцев к крепкому сну и чеканит звонкий шаг следующего дня. Так, в годах обеспечивается безопасность, многодетность и статусность Нас.
Трагедия для Геры-женщины, это тощий мужчина в клане. Где внуку взять силы на игры, а мужу на работу? Как впаложивотный зять внушит авторитет подчинённым?
А невестка, ускользающая из платья? Как она рожать-то будет? На плодовитость нужно здоровье и дородные бёдра.
Женское: «ты такая худенькая, съешь пирожок», у Геры-мужчины превращается в навязчивые: «давай выпьем» и «закуси опятами, я сам засаливал».
Успешность любого мероприятия оценивается по тому, кто как и сколько ел. Чем больше гостей в конце попросило желудочную таблетку, тем успешнее всё прошло.
Гера одна из самых умных богинь, она как бы про других и для других в питании, но извлекает для себя множество польз.
Сперва проявляется шустрой курицей, наседающей над пустыми тарелками. А затем из-под блёклого куриного пера проступает царственное павлинье опахало. Вереница коленопреклонённых благодарностей за пир обеспечена.
Иногда Гере важно быть полезной.
Она хочет помочь близкому человеку, но часто может проявить любовь только накормив. Если Гера нащупала баланс между: «мне важно помогать» и «я уважаю пищевые намерения других», то она приносит олимпийскую пользу.
Худеющий, неуспевающий, болеющий, гурманящий член её клана, получает колоссальную поддержку и зарывает все проблемы с едой. Эта божественная черта Геры, достойна почтения.
Если же баланс сбит в сторону: «мне важно», то бегите. Не успеете убежать, пригвоздит к стулу ожирением, а с ним от Геры точно не сбежать.
Гера привыкла, что Зевс ей изменяет, и в невозможности повлиять на мужа громовержца, стала мстительной. Реагируя на отказ, не эмпатичная богиня заволакивает небо свинцовыми тучами и поднимает грозовые бури. Это может проявляться беспардонными фразами: «ну я же так старалась, а вы не цените, не едите» или «пей, ты что меня не уважаешь?!».
Либо Гера очень громко молчит, дует губы и расстроенно убирает кастрюльку борща в холодильник. При любых раскладах соплеменники чувствуют вину и неловкость, вместо возможной благодарности к матери богов.
Бывает, что Гере важно самоутверждаться. Ощущение себя главным божеством подталкивает оставить легионы потомков. Но для этого нужно всех оплодотворить. Как если физически это сделать нереально, то есть возможность стать великим начальником или лидером группы. Тогда дозволяется страпонить всех едой и выпивкой, реализуя японский сценарий. Добравшись до вершины управленческой Фудзиямы, приятно сверху взирать на подчинённых, исполняющих все пищевые приказания. Они не могут встать из-за стола, даже под угрозой разрыва мочевого пузыря. Так что оплодотворение всех едой, вполне возможный сценарий.
Иногда богине важно всех контролировать. Режим Геры естественным образом активизируется маленькими детьми. Но не всегда их взросление означает пищевую сепарацию. Впечатанный родитель продолжает докармливать сорокалетнюю дочь и подробнее об этом в третьей главе книги.
Иногда всё гораздо проще и Гере нужно просто безнаказанно много есть.
Территория застолья как Амстердам, внутри марихуана полностью легальна. В пределах города курить законно, а за пределами арест. Всё, что выкурено в Голландии, остаётся в Голландии. Всё, что съедено за моих хозяйским столом с гостями, легально и без последствий.
Богиня ведёт свой теневой бизнес, заманивая к столу застресованных Артемид, паничных Афродит и изнурённых Гефестов. Богиня «вынуждена» поднимать в пищевую атаку личным примером. Пробовать и накладывать всё себе, доказывая неотравленность и полезность. Громкий хруст, чавканье и вкусно-присказки, поднимают из постных траншей самых безразличных к еде бойцов.
Гера – это ловкий подельник, сбагривающий ответственность за калорийные преступления. Если заметут, то я просто на шухере стояла. Прошу метаболический суд принять во внимание мою особую ситуацию и заменить лишние килограммы условным сроком.
Трагедия разбалансированной Геры в том, что она родилась не в то время. Её эпоха — СССР, где тотальный дефицит еды делал её действительно богиней плодородия. В какой бы бедности ни жила Гера, она накрывает всех могучими крыльями, защищая от недоеданий и худобы. Под её опекой и стар и млад ощущают себя накормленными цыплятками.
Тактика пищевого поведения.
График еды Геры, не её индивидуальный график.
Питание матери богов организовано вокруг других и вощёной нитью пришито к домочадцам, к их подъёмам в школу и на работу. Что и сколько кушает Гера, всё прилаживается к графику чужой физиологии, и часто это становится проблемой. Да, человек родной, но эмоциональная сонастроенность не бьётся по нашим разным уровням глюкозы крови.
Гера воспринимает питание как единый с другими людьми процесс. Богиня хочет сорадости от еды, но увлекаясь, утрачивает чувствительность к пищевым запросам других. Так, Гера превращается в пищевого искусителя и для самой себя тоже.
Богиня очень хозяйственна, она занимается закупками и заготовками. У неё всё впрок, всё заранее просчитано и подготовлено. Так что сама богиня недоедает крайне редко.
Рачительная Гера не может выбросить еду, которую лучше бы выбросись. Она доедает за детей и установка: «я должна готовить и кормить малышей», ложно склеена с: «кормлю их, равно ем сама».
Бывает, что Гера как перенёсший на ногах грипп, острая фаза прошла, но жди осложнений. Перехватывая куски в процессе готовки, она «переносит» большую часть еды на ногах. Вроде бы не ела, но сыта. Вроде бы хорошо приготовила, но вкуса не помню. Так что во время основной трапезы начинаются осложнения, хочется догоняться и допитываться, когда уже и не лезет.
В другом сценарии Гера терпит голод, дожидаясь возвращения близких, но когда все усядутся за стол, терпение вознаграждается сверх меры.
В своей чувствительности к еде, Гера меняет окрас как хамелеон. До трапезы она хорошо ощущает, что хочет сама, а значит, это будут есть и они. Но как только челюсти собравшихся синхронизируются в единый ритм, то её вкусовые сосочки присоединяются к групповому удовольствию. Она поменяв окрас больше не понимает, что хочет сама и ест то, что желаем Мы. Так что, пищевая сепарация в еде – это необходимый фокус внимания богини.
Гера и диеты.
Богиня плодородия мастеровито управляет тем, что будут есть другие, но плохо управляет своим пищевым поведением, а значит, и собственным весом. Контроль над весом богини у окружения. Если особо некого кормить, то и богиня самоуспокаивается в еде. Если же Гера попадает в рутину вскармливания или чехарду праздников, то автоматически переедает, набирая вес.
Если встаёт вопрос диеты, то вход подгадывается под график близких: «Вот отправлю их на лето в деревню и тогда займусь собой, а пока где там пачка пельменей?».
Главная трудность при изменении своего питания – это разсинхронизация с едой других.
Переедания и недоедания, набор и потеря веса часто совпадают с годовым ритмом семьи. Дети пошли в школу, приехали ко мне на лето, я приехала к ним на Новогодние праздники, жена начала худеть, муж закрывает сложный квартал. Всё это заставляет кушать по-другому, уменьшая или увеличивая телесные очертания божества.
Вес Геры.
Если у Геры есть лишний вес, то от единения с другими передающими.
Если у Геры дефицит веса, то от одиночества или умелых контратаках против неё.
Любимая поговорка: «Наш дружный застольный табун волка-диетолога не боится, от жира открестится».
Любимая книга: «Как энергия пищи объединяет людей». Любимый раздел: «Как заставить их есть».
Если бы Гера одевалась так, как она ест.
Фасон Анатолия Вассермана очень подошёл бы богине. Жилетка с патронташем карманов обеспечит двойной боекомплект еды. Быть, а не казаться гостеприимной. Быть в постоянной готовности накормить всех, сколько бы их спонтанно ни нагрянуло.
Рубашка, заправленная до пупка, натянутые брюки не мешают ловко рубить и шинковать, сервировать и раскладывать. За пояс заправлена чеснокодавка, ложка для мороженого, нож для пиццы и штопор. Ну мало ли что.
Каждая из двух брючин — это свой отдельный мир карманов. Там карточки с напоминаниями кто, что любит и какой приём, к кому нужно применить, чтобы накормить.
Вид, конечно, не очень, но зато каков функционал. Геру много раз приглашали в программу: «Модный приговор» на разбор, но переговорщики всегда бежали с позором, не выдержав пятой смены блюд.
Подходящие профессии.
Любая профессия в условиях нехватки продовольствия, либо повышенных энерготратах подшефных, либо их беспомощности:
• Посол в Японии;
• Топ-менеджер;
• Сотрудник раздачи в полярной столовой;
• Охотник или рыбак-промысловик;
• Руководитель кейтеринга на съёмочной площадке многосерийного порнофильма;
• Сопровождающий ультрамарафонца;
• Сотрудник зоопарка;
• Распорядитель свадебной конторы: «Как в последний раз».
Неподходящие профессии.
Все рациональные и ограничивающие профессии:
• Надзиратель в колонии;
• Повар в клинике для язвенников;
• Налоговый инспектор;
• Ведущий марафонов: «похудей к лету»;
• Врач-нарколог;
• Тренер по художественной гимнастике;
• Шеф-повар ресторана молекулярной кухни в Воронеже.
Подходящие виды спорта.
Футбол, хоккей, волейбол и другие командные виды. Желательно не входить в основной состав и из роли запасного игрока подкармливать стартовое звено.
Олимп Геры.
Гера будет жить долго, счастливо и в стройности, при совпадении некоторых даров судьбы от Зевса:
• Существование в бедной развивающейся стране, где еда является большой ценностью;
• Проживание в стае тонкокостных Дионисов;
• Семейный ресторанный бизнес;
• Партнёр с резекцией желудка;
• Глубокая погружённость в какую-либо деятельность, не связанную с едой;
• Проживание с практикующим семейным психологом.
Тартар Геры.
Даже Гера будет низвергнута в телесный тартар, при совпадении некоторых даров судьбы от Аида:
• Развитая культура много часовых застолий в клане;
• Низкий доход, позволяющий разнообразить еду только за счёт дешёвых, а значит, калорийных продуктов;
• Незанятость ничем в жизни, кроме как помощи близким;
• Упёртое желание лучшего своим детям, но СВОЕГО лучшего;
• Более стройные друзья и подруги, с которыми приходится общаться, самой находясь в лишнем весе.
Геру в еде контролирует потребность быть полезной и замеченной. Для неё пища — это территория востребованности и возможности легально есть. Рядом с ней вкусно, удобно и зачастую толсто.
Самопознание: на какой «высоте», во мне живет Гера?
Форма №3 Гера
Рис 6
1.4 Архетип Гермес
Бог торговли, фуд-нарцисс и посланник диетологических богов.
Рис 7
Ценности, реализуемые через еду.
Еда как станок, механически печатающий личные достижения. Привлекательная форма тела, идущая от питания - это якорь жизненного успеха. Поучение всех едой как способ само возвышения, востребованности и заработка.
Страхи связные с едой.
Страшится болезней ухудшающих фигуру. Быть пойманным с поличным на месте калорийного преступления, обнаружения спрятанных пищевых скелетов. Быть побитым другим Гермесом, воровства диетологических секретов, не быть воспринятым всерьёз.
Особенности архетипа.
Гермес разместил питание в главный сектор колеса жизненного баланса, разбалансировав его. То ли от неуверенности в себе и желания добавить психологической стати через точёные бока. То ли от рационального подхода, где правильное питание плюсует физическую энергию к психической и продлевает срок жизни.
Так или иначе, главное слово в питании: самоконтроль!
Еда – это рычаг общей самоорганизации, когда диеты, ограничения и пищевые лишения используются для управления собой в принципе.
Путём игнорирования чувств и армейской выправке Гермес добился рационально правильной еды. Тренируясь не замечать вкусовые и эмоциональные потребности в пище, он ест по плану, невзирая на чувство сытости или даже голода.
Гермес — это анти Дионис в плане получения удовольствия от еды.
Как истинный бог торговли, он накапливает богатства не в пищевой событийности жизни, а в части ежедневного суммирования предписанных белков, жирков и углеводов.
Бог торговли сколачивает состояние расчётом калорий, ведением дневников питания, сантиметровой лентой и весами.
Готов долго вести свой караван через изнуряющую диетологическую Сахару, чтобы через несколько месяцев лишений сбыть товар и заработать огромные барыши.
Он самый подкованный в сфере питания бог.
Если Гермес пошёл научным путём, то не просто отличает белки от других макронутриентов, но знает разницу между белками, пептидами и аминокислотами. Более того, он не замолчит, пока не объяснит отличия полипептидов от олигопептидов.
Если же Гермес постучался в питание с эзотерической стороны, то он нарезает редиску благоприятным секстилем, учитывающим экзальтацию доминирующей планеты во втором доме. Натальная карта его обеденного стола соответствует восходящему градусу зодиакального круга.
В любом случае Гермес знает всё.
Часто остаётся один, поскольку не находится партнёра, достойного его великолепного тела и ведущего такую же педантичную пищевую жизнь. К тому же мало кому нравится в ответ на призыв к спонтанному сексу, получать: «Подожди, я себе на завтра ещё гречку не сварил».
Вероятный сценарий, что Гермес ест по расписанию, для того чтобы разнообразить набор партнёров.
Но распорядок, в конце концов, накрывает и секс, который не должен мешать есть по распорядку.
Даже если Гермес не разобрался с собой, то у него есть долг исполнить главное предназначение – нести культуру питания в массы. Массы не должны есть калорийную творожную массу, в ней же сахар. Будучи покровителем глашатаев, богом языков и риторики, он энергичный гид между царством богов и человеческим миром.
Нередко Гермес связывает свою работу с диетологическим консультированием, бывает, что ради этого рушит двадцатилетнюю успешную карьеру бухгалтера.
Но даже если он остаётся в счетоводах, то летучие сандалии отменяют все границы. Всегда и везде, за деньги или даром ему важно нанести непоправимую пользу.
Гермес свой где угодно, он душа компании, при нём вектор любого разговора разворачивается в правильность еды. Он диетологический магнит на всех вечеринках. Встретив его, вы не сможете доесть, уже было надкушенный эклер.
Кстати, любые мероприятия и поездки, оцениваются по правильности еды. Мужской сварливый сценарий в адрес жены: «Твоё нечего надеть, уже складывать некуда», в исполнении Гермеса звучит так: «Гуляли на свадьбе, стол двенадцать метров, а ушёл голодным».
В отличие от Геры, Гермес гордый и невыносливый в плане влияния на то, как кушают другие. Гера умеет дотошно годами изводить всех едой, может даже пойти на унижения и никогда не теряет веру в то, что они одумаются и начнут есть нормально.
Гермес же повелитель, который никогда не просит, а только указывает питаться правильно. Он быстро теряет веру в людей, и те, кто не внял его рекомендациям, приписываются к стану безнадёжных.
В плане мотивации других у Гермеса «короткая» воля и быстрая утомляемость. Будучи консультантом, он не умеет проходить мотивационные откаты со своими подопечными.
Есть что-то общее между ним и Наполеоном, общее в части бросить войска в зимней России, чтобы набрать новую армию и с ней побеждать уже в Европе. Гермес отлично умеет вербовать, но испытывает трудности с доведением до результата тех, кому сложно.
Касательно же себя Гермес выставляет напоказ витринную жизнь, в ней он видится носителем уникальной пищевой воли. Ему как будто при рождении удалили рептильный мозг, который у простых смертных постоянно требует вкусненького.
Но какая бы армейская выправка в питании ни была у Гермеса, постоянное напряжение выпячивать эталонную картинку, помноженное на усталость от спасения заблудших в фастфуд душ, истощает и его.
В холодильнике бога торговли есть второе дно, его он никогда не покажет на публику. Гермес держит свои грехи втайне как политик, скрытно участвующий в оргиях. Если его раскроют, то всё, конец карьере.
Истощённый Гермес, вдруг обнаруживает внутри себя сковородку жареной картохи, три сосиски, шоколадный маффин и пять пончиков в сахарной пудре.
Паника и катастофизация – проверенные способы само спасения Гермеса. Он мгновенно встаёт на марш и возвращается к парадному вышагиванию образцовых калорийных ритуалов.
Тактика пищевого поведения.
Гермес имеет чёткий ритм питания, приёмы пищи являются каркасом распорядка дня. Но в отличие от Диониса еда носит механизированных характер.
Набор пластиковых боксов - знак Гермеса, он всегда начеку, его не застать врасплох закрытой кафешкой.
Нарочито напоказ может уплетать гречку из контейнера прямо в зале ожидания аэропорта. Непонятно, как будут кормить в полёте и надо быть готовым.
Он влюблён не во вкус гречки и куриной грудкой, а в идеальные пропорции белков, жирков и углеводов. Поставив цель набрать мышечную массу, Гермес преодолевает нежелание есть и хваткой старого канонира проталкивает в жерло посную перловку вперемежку с сухим минтаем.
В периоды похудения он планирует и стоически переносит голод, зажёвывая его пучками укропа и запивая тёплой водой с лимоном.
Все мерчандайзеры мира бессильны против Гермеса со списком покупок.
Содержащийся в армейском порядке холодильник, позволяет быть начеку и готовить всё на дни вперёд. При обыске у Гермеса в сумке вместо фасованной конопли обнаружат 30 грамм животного белка, 60 грамм «медленных» углеводов, 10 грамм растительных жиров и две капсулы Омега 3.
Гермес и диеты.
«Посидеть на диете», термин, непонятный фуд-нарциссу. Он не присаживается, а живёт в избранном пищевом ритме.
Если он узнал о новом и более прогрессивном способе, то с азартом Диониса мгновенно приступает к пищевому эксперименту. Там его, конечно же, интересует не вкус, а результат, Гермес всегда хочет нажить барыши.
Вечная мраморность – признак Гермеса, он как бы застрял в молодом теле и может выложить фотографии в двадцать, тридцать и сорок лет практически без изменений. Питание, часто с опорой на постоянные тренировки всегда остаётся в фокусе его главных жизненных приоритетов.
Вес Гермеса.
Если у Гермеса есть лишний вес, то от усталости быть эталоном. Растолстевший фуд-нарцисс как известный артист, совершивший самоубийство из-за безвозвратного выхода в тираж.
Если у Гермеса есть недостаток веса, то от излишнего пищевого фанатизма.
Любимая поговорка: «Пицца пойдёт прямо в ягодицы».
Любимые книги: «Доказательная диетология, последние метаданные», либо «Питание по знакам зодиака».
Если бы Гермес одевался так, как он ест.
Облегающее, разно красочное и нестандартного кроя. Гермес одеянием всегда готов к пляжной вечеринке. Ему важно привлекать внимание, и в теле есть чем магнитить взгляды. Так что одежда – это способ подчеркнуть достоинства фигуры и скрыть недостатки.
Также как бог торговли терпит не вкусность еды ради результата, точно так же он потерпит неудобства в одежде. Бог готов мёрзнуть в открытом платье, с трудом дышать, перемещаться с дискомфортом, выдавливать улыбку невзирая на трущие стринги. Всё фурора ради. Восхитить и увлечь других. Товар лицом, точнее телом.
Подходящие профессии.
Все ограничивающие, обучающие и публичные профессии:
• Служащий роты почётного караула;
• Бизнес-тренер;
• Мотивационный оратор;
• Фитнес-тренер;
• Диетолог спортивной команды;
• Инструктор-массажист — порноактёров;
• Глава ЖКХ;
• Пожарный инспектор;
• Дрессировщик.
Неподходящие профессии:
• Дегустатор;
• Винный критик;
• Организатор гастрономических туров;
• Директор майонезной фабрики;
• Диетолог в команде Сумоистов;
• Дизайнер одежды Плюс-сайз.
Подходящие виды спорта.
Художественная гимнастика и прыжки на лыжах с трамплина. Там необходимо бороться с весом за счёт строгостей в питании.
Гонщик Формулы-1, где на него пашет большая команда, а на подиум с кубком взбирается только он.
Олимп Гермеса.
Гермес будет жить долго, счастливо и в стройности, при совпадении некоторых даров судьбы от Зевса:
• Низкая генетическая впечатлительность вкусовых рецепторов;
• Самоорганизованность и владение «длинной волей»;
• Фигуристость;
• Харизма и дар увлекать за собой;
• Умение ближнего круга его почитать;
• Отсутствие конкуренции со стороны других Гермесов.
Тартар Гермеса.
Гермес будет низвергнут в телесный тартар, при совпадении некоторых даров судьбы от Аида:
• Импульсивность и потребность быстро видеть свои и чужие результаты;
• Склонность к быстрому набору веса;
• Гормональные сбои, гормонотерапия, ведущие к прибавке веса;
• Травмы или заболевания, существенно ограничивающие двигательную активность;
• Недостаточно героическое «костесложение»;
• Дети, супруги, родители упрямо практикующие анти ЗОЖ практики.
Бога в еде контролирует безупречность пищи, и если это идёт спокойным фоном, то высвобождает энергию божества на другие жизненные подвиги.
Рядом с Гермесом толково и безукоризненно в еде, иногда это мотивирует, но иногда бесит.
Самопознание: на какой «высоте», во мне живет Гермес?
Форма №4 Гермес
Рис 8
1.5 Архетип Афродита
Богиня красоты, еда – эликсир вечной молодости и энергии.
Рис 9
Ценности, реализуемые через еду.
Еда — это территория заботы о себе, позволяющая множить красоту, энергию, задор и жизнестойкость. Правильная пища помогает нравиться себе и восхищать окружающих. Полезная еда как останавливающий время артефакт и возможность вприпрыжку прожить дольше всех.
Страхи связные с едой.
Преждевременное увядание от неправильной и вредной еды. Страшится отравления, обезвоживания, обезкальцивания, обезжелезивания, обезвитаминивания.
Особенности архетипа.
Афродита в питании исключительно про себя, причём про себя в будущем. Она практикует упреждающий стиль еды, приводящий в порядок внешнюю и внутреннюю красоту. Внутреннюю не в духовном аспекте, а в смысле очищения сосудов от холестериновых бляшек. Так, чтобы кровь красиво журчала по великолепным, эластичным артериям.
Афродита – это всё предвидящий аграрий, заботливо сажающий семена, чтобы получить пышные всходы. Богиня привыкла ковыряться с самыми невзрачными зёрнами, поливать их гумусом, бегать с тачками навоза, месить чернозём, стоя в нём по пояс. Она готова на всё, лишь бы обладать самой восхитительной клумбой, цветастость и аромат которой обесценит соседские грядки.
Мужчины-Афродиты смещают акцент на повышении энергии, жизненной силе, атлетичной фигуре и штыковой эрекции в семьдесят пять. Самое плотное скопление мужчин-Афродит можно увидеть на ветеранских турнирах по Бодибилдингу.
Афродиту отличает алчность, стремление накопить витальные ресурсы и не оставить никого равнодушным. Хотите похвалить Афродиту? Похвалите её кожу, суставы, результаты анализов, низкий биологический возраст и юношеский задор.
Богиня подминает жизнь целебными питательными ритуалами. Её зависимости, это: «суперфуды» и «БАДы». Как бабушка, живущая среди котов, Афродита окружила себя баночками, пилюльками и порошками. Сколько бы «котиков» об неё не тёрлось, всегда хочется взять ещё одного, продолжая любить прежних.
Богиня собирается на летний отдых, как эскимос на долгую зимнюю охоту, полностью заполняя патронташ боевыми пилюльками.
«Болеете?» - самый частый вопрос Афродите, когда она за столом в пансионате достаёт таблетницу с десятком отделений. Божество узнают в лицо в веганских магазинах, экомаркетах, выставках и семинарах правильного питания.
Вечная красота высекается правильной пищей, но неправильная еда – это угроза цветению. Так что тревожность - оборотная сторона Афродиты, она одновременно страдает химофобией и экоманией.
Богиня сдаёт анализы в режиме мастерского бросания плоского камушка по воде. Анализ повторяемый каждый месяц, оставляет несметное количество следов, уходя за горизонт. Афродита десятилетиями ведёт летописи уровней холестерина, тестостерона, витамина Д и прочего. Так, богиня красоты становится покровительницей чекап клиник.
Афродита очень пуглива непереносимостей молочки и глютена, просроченных продуктов и грязного холодильника. Перед готовкой она помоет яйца, сполоснёт куриную грудку и вымочит орехи.
Здоровье – мантра богини, она ест всё полезное и пытается нанести максимальную пользу телу. Выучив наизусть список из двухсот вредных консервантов, она ходит в магазин с лупой.
Афродита, рождённая далеко от научной диетологии, кутается в пелёнках натуральных продуктов: «Я не ем фастфуд и «химию». Готовлю исключительно сама и только из продуктов рождённых природой. Выбираю то, где есть максимальная польза телу, а значит, питаюсь правильно».
Афродита и Дионис похожи в своём радостном отношении к еде. Но богиня отличается пугливостью и не допустит ко рту, то, что наивный оптимист Дионис стрескает, если возжелает. Кроме того, Дионис — эстет, который никогда не полезет в чернозём за пользой.
Конечно, Афродита сходна и с Гермесом, но последний более педантичный и математически точный в еде, Афродите же нужно пользы без границ. Ещё в отличие от Гермеса она самодостаточна и самотревожна в еде. Богиня эгоистична и несёт красоту только в себе не раздавая, не вовлекая. Ибо если все будут питаться полезно и обретут красоту, то куда деваться нам?
Афродита всегда в поиске нового, молодого, но безопасного. Это не про секс, но если касаться этой темы, то переход от флирта к серьёзным отношениям не будет возможен, если партнёр неряшлив в еде и позволяет себе нездоровую пищу.
Тактика пищевого поведения.
Афродита ест, как лечится. Следует строгому протоколу по времени порциям и совместимости продуктов. Никогда не пропускает приёма биологически активных добавок и часто берёт еду с собой. При покупке квартиры опирается на близость к магазинам здоровой пищи.
Холодильник Афродиты прекрасен, как она сама, включая состояние морозильной камеры. По принципу правильного товарного соседства, полки строго делятся на продукты, требующие и не требующие термической обработки. Битва с просрочкой выигрывается ещё у магазинных стеллажей. Сплошная польза, гигиена и эстетика.
Афродита рекордсменка по затратам на еду с учётом вложений на каждую килокалорию. Недельного пищевого бюджета бригады штукатуров, вряд ли хватит на один день питания примадонны. Финансы транжирятся на маленькие, но свежие порции, на высший сорт и премиальное качество. Организованно, полезно, дорого и по самому последнему писку пищевой моды. Так можно назвать питание Афродиты.
Диеты и Афродита.
Богиня красоты страшится надругательства над собой лишним весом, очень чутка к его наборам и колебаниям. Часто над Афродитой висит облако тревоги, которое и позволяет ей жить в нормальном весе. Но это не всегда гарантирует ресурсное эмоциональное состояние.
Интоксикация детоксами – распространённый парадокс Афродиты. Будучи на острие полезных пищевых новинок, она гипероптимистично ищет съестные ноу-хау. Единственная из богов носит с собой диетологический вантуз, который чуть что используется для устранения засоров в красоте и здоровье.
Богиня предпочитает несколько раз в год «присаживаться» в различные чистки и разгрузки. Год Афродиты похож на кругосветку круизного лайнера, который путешествует от диеты к диете, от одного полезного пищевого опыта к следующему.
Афродита очень послушный, но «короткий» клиент у диетологов. Она с задором новобранца исполняет все предписанные протоколы. Которые если срабатывают, то быстро присваиваются и практикуются дальше без наставника.
Вес Афродиты.
Если у Афродиты лишний вес, то от алчности до пищевой пользы и желания стать ещё красивее.
Если у Афродиты недостаток веса, то от увлечения искажёнными трендами пищевой моды.
Любимая поговорка: «Кто худо питается, тому быстро старится».
Любимая книга: «101 блюдо из авокадо».
Если бы Афродита одевалась так, как она ест.
Богиня одевалась бы у самых дорогих кутюрье, умудряясь платить бешеные деньги за минимальные кусочки ткани, собранные ниточками в платье. Изюминкой коллекции было бы полупрозрачное платье, сшитое специально под эксклюзивный ресторан молекулярной кухни. На Афродите всегда украшение в виде авокадо, которое так подходит к бесчисленным люксовым шляпкам и сумочкам.
Отдельный образ создан для фитнес-зала. Тренирующихся Афродит мужского и женского пола отличают глубокие декольте и тончайшие белоснежные лосины. Рядом с ними вы не сможете сконцентрироваться на технике упражнений. На то и расчёт.
Подходящие виды спорта.
Фигурное катание, бальные танцы и конная выездка. Потому что там главное, чтобы красиво, а не вот эти безобразно вздутые под штангой вены на шее.
Подходящие профессии:
• Доктор превентивной медицины;
• Кастинг-директор порнофильмов;
• Санитарный инспектор;
• Ведущий программы Ревизорро;
• Селекционер;
• Агент Гербалайфа;
• Пластический хирург;
• Модельер;
• Директор ботанического сада.
Неподходящие профессии:
• Забойщик скота;
• Технолог химических вкусовых добавок;
• Сотрудник консервного завода;
• Врач-ортодонт;
• Летчик-космонавт;
• Сталевар;
• Дегустатор корма для животных.
Олимп Афродиты.
Афродита будет жить долго, счастливо и в стройности, при совпадении некоторых даров судьбы от Зевса:
• Уверенность в себе и высокая самооценка;
• Быстрая насыщаемость и маленький размер желудка;
• Природная красота;
• Чувство стиля;
• Друзья и подруги, экономно снабжённые эстетикой лица и фигуры;
• Работа в коллективе привлекательного пола, иногда этот пол противоположный.
Тартар Афродиты.
Афродита будет низвергнута в телесный тартар, при совпадении некоторых даров судьбы от Аида:
• Избыточная тревожность по поводу здоровья;
• Дисморфофобия, то есть вымышленный дефект во внешности;
• Непереносимость авокадо и других полезных продуктов;
• Наличие старших друзей, которые выглядят намного младше;
• Низкий доход при открытой кредитной линии в «Азбуке вкуса».
Афродиту в еде контролирует алчность к пожизненному цветению. Она исключительно проактивная и осознанная в пищевом поведении богиня. Любовь к себе, пищевой эгоизм и ценность своих потребностей - это сильные черты Афродиты. Впрочем, её несложно обмануть, играя на тревожности.
Самопознание: на какой «высоте», во мне живет Афродита?
Форма №5 Афродита
Рис 10
1.6 Архетип Гефест
Бог кузнечного дела, спотыкается о еду на пути к сверх Олимпу.
Рис 11
Ценности, реализуемые через еду.
Еда ценна лишь как топливо, которое приходиться заливать, чтобы каждое утро карабкаться вверх.
Страхи связные с едой.
Необходимость постоянно тратить много времени на еду, отвлекаясь от главного. Неспособность работать из-за голодной трясучки. Прожить годы в тисках вскармливания детей, усложнений в организации еды.
Особенности архетипа.
Бог рождён хромым, и калекой был выброшен в море. Чтобы не пойти ко дну, Гефест научился плавать и выкарабкался на сушу. Он сделал себя сам. Уже давно не хромой, успешный и почитаемый, он продолжает доказывать и достигать, скрывая несуществующую хромоту.
Игнорируя физиологию, бог-кузнец отодвигает себя и свои пищевые потребности на второе место. Еда как псориаз, чешется на ноге, которую повредили при родах. Нога в строю, сустав отменный, мышцы в тонусе, а кожа зудит и шелушится.
Гефест кормит себя по остаточному принципу. На приоритетной позиции для него либо ответственность за других: «я не могу их подвести». Либо ответственность перед собой: «не могу жить, чтобы небо коптить и должен смачно наплевать в вечность».
Если Гефест выработал отношение к еде как топливу, которое нужно заливать в нужное время и в нужном объёме, то всё. Его описание можно закончить, с пищевым поведением у него всё в порядке. Отлаженная ритмика еды помогает карабкаться с удвоенной энергией. Но это редкий, почти фантазийный Гефест. В реальности же он самый жертвенный из богов, кладущий свою телесность во благо дела.
Гефест - это сверх исполнитель, на котором удобно ездить мимо нормальных завтрака, обеда и ужина. Встать в пять утра ради ребёнка, клиента, проекта без проблем. Но встать ради завтрака для себя - точно нет.
Из него получается и плохо питающийся сверх руководитель. Ведь Гефест умеючи жертвует не только собой. Он начальник, забывший организовать питание трудягам подчинённым. Обед в расписании как дешёвый тост на заправке. Где еда — это миллиметровый слой ветчины и огрызок салата, зажатые толстенными ломтями рабочей рутины.
Раз у меня так, то и у них будет так же. Обед – дело бесполезное, вечером дома поедите, где отчёт?
Увольняющийся сотрудник скажет: «Это был бесценный опыт, многому научился и заработал, но кормили плохо». Так, Гефест-начальник повышает статистику по язвам желудка и становится покровителем врачей-гастроэнтерологов.
Забывать и раздражаться на еду – признаки Гефеста.
Организация питания не входит в фокус его внимания, он думает про другое и начинает отмахиваться от проблемы как от назойливой мухи. Её надо либо размазать по стеклу мухобойкой шаурмы, либо прогнать в форточку, бросив чайный пакетик и пару сахара в кипяток.
Гефест в богатстве становится Шумахером, для которого организация еды – это команда меняющая резину за 4,8 секунды, позволяя вернуться на трассу лидером гонки.
Гефест исповедует рационализаторский и антигедонистический подход. Еда — фактор, мешающий жить. Подсос в желудке и трясущиеся от голода руки, это генетический изъян, не позволяющий устремить всё время и энергию в главное.
Необходимость есть каждый день, как алименты за ребёнка от случайной женщины. Вместе не живём, отцом себя не ощущаю, а платить надо. Зачем она мне встретилась?! Но уже не исправить.
В вечерних заеданиях Артемида и Гефест одинаково активно орудуют столовыми приборами, иногда переходя в рукопашные расправы. Но Артемида заедает пустоту и стресс бесперспективной деятельности. Гефест же заедает стресс недопокорённости сегодняшней вершины.
В заботе о детях, мать-Гефест, может дать фору самой Гере, но в отличие от богини плодородия она не подмешивает в кашку свои пищевые интересы и забывает кормиться сама.
Гермес и Гефест одинаково сильные достигаторы, но если первый продаёт мечи, то второй их куёт. Торговец Гермес вынужден выставлять товар лицом, вернее телом. Для чего ест правильно, подавив чувствительность к вкусу. «Смотрите, какие мечи, ах, как рубят, я сам ими столько голов уже посек», - кричит он.
Гефест же натренировал свою нечувствительность к еде в принципе. Еда как уголь для кузнечной печки. «Я здесь мечи кую, а тут пламя гаснет, приходиться всё останавливать и бежать за углем. Метал стынет!» - сердится Гефест.
Тактика пищевого поведения.
Даже если Гефест живёт не один, то всё равно остаётся пищевым холостяком. Приёмы пищи, как беспорядочно разбросанные носки. Куда я их дел, где вторая пара, чёрт этот уже воняет, а тут дырка. О, нашёл! Да блин они разные, ладно так сойдёт. Главное — скорее побежать на работу и чтоб носки были, в высоких ботинках незаметно.
Поход к диетологу табуирован, вынудят разуваться, а там вонь, дырки, вдавленные следы от резинок и вообще не по фасону.
Идеальная еда как удар молотом по наковальне: быстро, точно, эффективно. С этим всё, давайте следующую болванку, солнце ещё высоко. Он ест в машине, на бегу, обсуждая контракт, отпуск, развод. Склонен забрасываться энергетиками и покупать то, что можно заглотить сразу.
В идеальном ресторане Гефеста нет официантов, вместо них раздача, на которой сам и быстро нагружаешь блюдами поднос. Фобия Гефеста – быть приглашённым после трудного дня в ресторан молекулярной кухни: «Хлеба с маслом дайте, я жрать хочу. Сахара у вас нет? Белый яд, говорите?! Охренели!».
Стиль еды Гефеста часто проходит в режиме инсулиновых качелей. Длительные пропуски приёмов пищи понижают уровень глюкозы. Не могу сконцентрироваться, мне плохо, где еда?
Голод, помноженный на идею, поесть про запас, гарантирует переедание. Лавина инсулина врывается в кровь, утилизирует опасные излишки глюкозы, одновременно утяжеляя веки и расплющивая в кресле. Так и качается Гефест на качелях состояний, от: «не могу работать, я голодный», до: «не могу работать, я сонный».
Стержневые приёмы пищи – это точно ужин и иногда обед. В них поглощается основная часть калорий и практикуется инерционное переедание. Вот так, голодая большую часть дня, Гефест умудряется суммарно передать. Результат такой расфокусировки в питании, как унитазный ёршик, торчит во все стороны и все фекальные: ожирение, болезненная худоба, плохие анализы, волнообразная энергетика, пониженное либидо. Но зато мы перекрыли план на март на 13%, карьера в гору.
Диеты и Гефест.
Для бога кузнечного дела диета в любой жизненной ситуации – это негативный стресс. Оплата отпуска на Мальдивах вместо предвкушения, расстраивает тучного Гефеста, и тогда он заходит в диету как в суровое, вынужденное испытание.
Гефест существует в пограничных с едой отношениях. В одном сценарии он живёт мимо еды и весь ритм подчиняется главному делу. Тогда все попытки, что-то сделать с питанием держатся несколько дней и отскакивают. Как результат он подобно Дионису упускает прибавки в весе и вдруг видит в зеркале ну очень большие формы.
В другом пограничном сценарии, спохватившийся Гефест выставляет правильное питание главным периодом жизни. Тогда всё существование подминается и давится гусеничным трактором диеты. Нырнув в пищевую трансформацию с головой, он может стать самым сухим бодибилдером или анорексиком. Так что для него важно уже на старте установить границы стройности, где точно хватит.
Вес Гефеста.
Если у Гефеста лишний вес, то от анархии и забывчивости в еде днём и импульсивными пищевыми наскоками вечером.
Если у Гефеста дефицит веса, то либо от одержимости правильным питанием, либо от умения засыпать голодным.
Любимая поговорка: «Терпенье и труд, дневной голод перетрут».
Любимая книга: «Стаханов. Жизнь шахтёрская».
Если бы Гефест одевалась так, как он ест.
Гефест ест так, как Стив Джобс одевается. Одежда должна просто быть, на неё нельзя тратить время и размышления. Одёжка проста и стандартна. Какая разница, как я выгляжу, я захвачу сердца и умы содержанием. Удобные кроссовки подходят к любым ситуациям, прямые джинсы не требуют глажки, а тёмную водолазку можно не стирать. Гардероб позволяет не тратить время на глупости, но несколько кармашков для шоколадных батончиков не повредят.
Подходящие виды спорта.
Многодневные велогонки и ультрамарафоны. Там нужно есть быстро, на ходу, не сбавляя темпа. Каждый укус приближает финиш.
Подходящие профессии:
• Шахтёр;
• Археолог;
• Новостной корреспондент;
• Изобретатель вечного двигателя;
• Монтажёр порнофильмов в Боливуде;
• Судебный художник;
• Куратор онлайн-курсов;
• Фёдор Конюхов.
Неподходящие профессии:
• Кутюрье;
• Психолог;
• Ведический астролог;
• Продавец в магазине деликатесов;
• Официант Мишленовского ресторана;
• Врач-реабилитолог;
• Специалист по профилактике профессионального выгорания;
• Аромотерапевт.
Олимп Гефеста.
Гефест будет жить долго, счастливо и в стройности, при совпадении некоторых даров судьбы от Зевса:
• Постоянный физический труд или занятия спортом;
• Сбалансированная Гера или Гермес в родственном круге;
• Рабочая среда с высокой культурой питания;
• Гастрит как лёгкая, контролируемая форма хронического заболевания, вынуждающая кушать по расписанию;
• Высокий доход, позволяющий чужими руками, организовать качественное питание.
Тартар Гефеста.
Гефест будет низвергнут в телесный тартар, при совпадении некоторых даров судьбы от Аида:
• Загруженный и непредсказуемый рабочий ритм, проектная деятельность;
• Необходимость всегда быть на связи, дедлайны;
• Импульсивность и неумение справляться со стрессом;
• Частые переезды, командировки;
• Увлечённость энергетиками истощающего спектра действия;
• Гиперответственная должность и неумение на ней воровать;
• Деспот в начальниках при бессилии Гефеста-подчинённого сбрасывать с себя седло;
• Одиночество, помноженное на нелюбовь готовить.
Анархия ведёт к пищевой импульсивности, а та к болезням – это слоган про еду Гефеста.
Он человек дела, антипрокрастинатор. Стоя у наковальни, он ответственен за свои и чужие высшие смыслы. Бога-кузнеца в питании контролирует страх не успеть наследить в жизни, из-за чего он и задвигает свою телесность.
Если понятия «еда» и «дело» противопоставлены и воюют, то Гефест расплатится своей физиологией за покорение очередного Олимпа.
Самопознание: на какой «высоте», во мне живет Гефест?
Форма №6 Гефест
Рис 12
1.7 Архетип Афина
Богиня войны, ведёт священную битву за правильное питание во всём мире.
Рис 13
Ценности, реализуемые через еду.
Афина утилизирует энергию агрессии на полях пищевых сражений. Богиня справедливости борется за продуктовые права людей и права еды, которую они едят. Самоценность восставать из пепла, проходя через поражения.
Страхи связные с едой.
Боится массовых пищевых искажений, другие будут есть вредную пищу, распространения диетологических мистификаций, ухудшения здоровья нации, своей безоговорочной победы и остановки боевых действий.
Особенности архетипа.
Комфортная среда обитаний богини – это война, где для сражений она выбрала территорию еды. Взор Афины затуманен пантеоном съестных богов и божков: антиглютеновый бог, бог раздельного питания, бог диеты по группе крови, контрмолочный бог, бог-веган, сахарапустотный бог или бог научно-доказательной диетологии.
Они заслонили ей солнце, страстно поверив в кого-то из них, Афина бьётся до конца. Амбиции насаждать свою религию шире, чем у Александра Македонского.
Если богиня войны победит, то как демобилизованный военный окажется в пустоте и сопьётся, ну или сожрётся. Её спасает то, что победа никогда не случится. Ведь невозможно окончательно разбить, например, мировую мясо-молочную промышленность, зарабатывающую на генетически впечатанной тяге людей, есть вкусное и жирное.
Так что Афина в режиме профессионального военного просто запрещает себе думать о смысле сражений. Ей комфортно и мастеровито в процессе. Никаких пищевых переговоров и тем более перемирия.
Если Афина уступает, то как Антей, черпает силы в земле, возрождаясь к новому сражению. Воительница неустанно бьётся против производителей вредной еды, неправильного кормления детей, диетологических супостатов, харизматичных диет-мошенников и всех, кто вне пантеона её богов.
История рождения Афины говорит о ней всё. Появившись в голове Зевса, она вызвала такую головную боль, что громовержец приказал Гефесту разрубить себе голову. Откуда снизошла богиня, уже закованная в сверкающие доспехи. Так, давно победив своих пищевых демонов, она вызывает нестерпимый черепной скрежет у всех вокруг.
Афина отстаивает права печени, почек, желудка, крови и иммунной системы. Отстаивает перед их владельцами. Да, это ваши тела, но это не значит, что вы можете их кормить как попало. Я представитель профсоюзов, и вот какой пищевой набор вы обязаны предоставить сами себе по разработанному мной протоколу. Ей можно либо сдаться, любо сбежать.
Афина – это пищевой религиозный фанатик.
Богиня, лишённая научных знаний в диетологии, подменяет их слепой верой в свой успешный опыт. Узкие прорези в шлеме ограничивают критическое мышление. Афина — богиня-девственница в смысле построения причинно-следственных связей в питании. Она не понимает, что результат мог быть случайным или маркирован другими факторами. Подсунув ей результаты современных исследований, вы только вызовете гнев богини. Ведь она не знает, она верит, а переверить богиню войны невозможно.
Если на ней однажды сработали кефирные разгрузочные дни, то с прилавков города должна исчезнуть вся кисломолочка. Что бы там ни трезвонили врачи-диетологи, трясущие свежими метаданными.
Наукообразная Афина, живёт в сжимающим голову шлеме. Так, удобно, потому что в сражениях болтающийся шлем мешает разить эзотерических врагов.
Бронзовый боевой колпак напрочь обездвижил зеркальные нейроны, придушив эмпатию. Она остаётся богиней-девственницей в распознавании чувств людей, когда те подмешивают в трапезы свои эмоции и вторичные выгоды.
«Либо ты будешь есть, как я сказала, — либо забери свои деньги и вали, но я тебя всё равно найду», - тыча остриём копья в смертного, кричит Афина-диетолог. Питание – это война, на которой нет места слабости праздничных дней, трусости стрессовых зажоров, отступления к шведскому столу и дезертирства в тёщины тылы.
Стоим, держим строй, пережёвываем безвкусную клетчатку по расписанию. Это полезно, грызём суки, грызём!
Столкновение на поле брани двух богинь девственниц, Афины - эзотерической и Афины - наукообразной, перерастает в нескончаемый Армагеддон. Зевс не позволит проиграть ни одной из своих дочерей. Глупцы вербуются в один из отрядов, умные хрустят попкорном и развлекаются.
Афина родственна в пищевой душности с Гермесом. Но последний – феодал, старающийся укрепить свой земельный надел и стать единоличным правителем. Он посмеивается над теми, кто за оградой здоровой еды. Возвышая подданных и опираясь на них как на подставку, Гермес сам ближе к солнцу.
Афина же агрессор и захватчик, вместо насмешек она атакует. Ей не надо быть ближе к солнцу, оно должно лишь хорошо освещать уголки, доселе не захваченные правильным питанием. Где там ещё не поставили идола антиглютеновому богу?! Кто ещё смеет не быть вегетарианцем?!
По силе влияния на других Афина конкурирует с самой Герой. Но если матерь богов хочет накормить и часто перекормить, то Афине важно не дать съесть лишнего, вредного, загрязняющего внутреннюю и внешнюю среду.
Для богини сахар и трансжиры - это вирусы, передающиеся воздушно-капельным путём. Когда их едят рядом, то это её касается. Сошедшей с Олимпа дОлжно спасти несчастных, их дозволения на это не требуется.
Если эзотерическая Афина схлестнётся с врачом-диетологом, то в итоге последний пересмотрит свой рацион с учётом фазы луны. Афина с фитнес уклоном, вылечит от «химофобии» любого и зальёт в бедолагу порцию порошкового протеина.
Афина-руководитель, завидев соискателя с лишним весом, орёт: «Я не беру на работу тех, кто просрал своё тело». В норме разогнать бухгалтерию, если туда вдруг в обеденный перерыв доставят пиццу. Так, Афина лишает работы липосакционные клиники, но становится покровительницей производителей антидепрессантов.
Тактика пищевого поведения.
Питание самой Афины – это пищевой джихад, всё чётко: график, порции, продукты. Если заблудший на кухню Афины гость порезал колбасу и оскорбил бога-вегана, то выбрасывается и доска, и гость, успевший проглотить первое колёсико контрабандной Докторской.
Попав в незнакомую и голодную ситуацию, Афина стойко отказывается от продуктов чужой веры. Когда в её присутствии едят вкусное, но чужеродное, Афина выдаёт уникальную реакцию. Вместо соблазнения вкуснятиной в ней вздымается прилив сопротивления, и чем смачнее чавкают вокруг, тем крепче она стоит за своё. Зависимость от независимости, она такая.
Полки в холодильнике как иконостас. Естественно что там продукты только истинной веры и всё напоказ. Стиль её еды как артефакт, демонстрирующий самоидентичность богини.
Еда формирует и социальный контур Афины. Она вышибает из общения тех, кто не уверовал и сплачивается с теми, кого удалось обратить. Посиделки на кухне, в ресторане, посещение мероприятий и отпуска, всё строго в своём анклаве. Афины часто кучкуются в безалкогольных йога-турах или в пикетах у мясокомбинатов.
Афина и диеты.
Понятие: «диета» у богини заменено на «образ пищевой жизни», которым она нападает на несогласных. Часто Афина кушает без радостно, в мотивации не «к» чему-то хорошему, а «от» чего-то плохого. Поддерживать план питания, это долг и карма, не очень радостная, но таково призвание. Таков предначертанный жизненный путь.
Вес Афина.
Если у Афины лишний вес, то оттого, что она одурманена и воюет не за тех богов.
Если у Афины дефицит веса, то потому что она истинная Афина.
Любимая поговорка: «Или я управляю вашей едой, или ваша еда управляет вами».
Любимая книга: «Люди-индейки. Как корпорации монстры откармливают нас к Рождеству».
Если бы Афина одевалась так, как она ест.
Конечно, богине подошёл бы стиль война. Всё тело покрыто стальным чешуйчатым панцирем, не пронзить. Плотная внутренняя шнуровка, не позволяет снимать амуницию на ночь. Спать неудобно, суставы ноют, но нужно быть всегда готовой атаковать. Днём праздничные доспехи ярко блестят на солнце, Афина не скрывается, а открыто призывает врагов к лобовым баталиям.
Подходящий вид спорта.
Бои без правил и без судьи. Там можно колотить ненавистного врага всеми доступными способами. Нужно уворачиваться от его хуков, джебов, подсечек и лупить в ответ. А главное, приветствуется добивать уже поверженного соперника, яростно стуча по беззащитному тельцу.
Подходящие профессии:
• Повар в колонии строгого режима;
• Специалист по увольнению персонала;
• Постановщик жёстких сцен в порнофильмах;
• Тренер по кроссфиту;
• Диетолог в клинике для людей с крайней степенью ожирения;
• Кастинг-директор в модельном агентстве;
• Глава штаба по локализации инфекционных заболеваний;
• Активист Гринпис;
• Трамбовщик пассажиров в токийском метро;
• Смотритель на безалкогольных свадьбах.
Неподходящие профессии:
• Коуч;
• Няня;
• Сотрудник приюта для бездомных;
• Мастер медитации;
• Фасовщик на фабрике чипсов;
• Переговорщик;
• Консультант по стресс-менеджменту;
• Официант в ресторане кухонь народов мира.
Олимп Афины.
Афина будет жить долго, счастливо и в стройности, при совпадении некоторых даров судьбы от Зевса:
1. Низкий интеллект, помноженный на высокую самооценку, препятствующий пониманию степени своей не успешности;
2. Врождённый психопатический уклон, позволяющий десятилетиями, не выходить за пределы своей пищевой религии;
3. Богатырское здоровье выдерживать эзотерические пищевые экзекуции;
4. Выдающаяся фигуристость помогающая убеждать и монетизировать.
Тартар Афины.
Афина будет низвергнута в телесный тартар, при совпадении некоторых даров судьбы от Аида:
• Вера в не подходящую пищевую религию;
• Постоянные колебания уровня мотивационной энергии, где в глубоких провалах не хватает сил биться и выигрывать;
• Врождённая антипубличность, оставляющая богиню в тени. Откуда так больно наблюдать за ярко освещёнными диет-мракобесами.
Афину контролирует потребность воевать, и выбрав территорию еды для сражений, она обрекает себя на несчастье. Ведь даже если её боги истинные, то жизнь, прожитая в сражениях, не может быть лучезарной, и лишает счастья.
Самопознание: на какой «высоте», во мне живет Афина?
Форма №7 Афина
Рис 14
1.8 Индивидуальный рельеф архетипов
Закончив рассмотрение героев по отдельности, нужно свести их в единый пантеон. Это важно, потому что часть каждого архетипа существует в любом человеке и полезно видеть полную композицию. Так что предлагаю вам создать свой индивидуальный рельеф архетипов.
Опираясь на оценки, которые вы определяли в описаниях героев, закрасьте «высоты» в общем рисунке. Сейчас у вас больше информации и лучшее понимание архетипов, поэтому можно корректировать свои прежние оценки. Также напоминаю, что вы можете подбирать разные цвета фломастеров под архетипы и сделать рисунок ярким.
Скачать эту и все остальные формы вы можете по ссылке*
* https://cloud.mail.ru/public/sFP1/65dPBZ9bp
Форма №8 Рельеф архетипов
Рис 15
Тест: Архетипы пищевого поведения
В дополнение к рельефу архетипов предлагаю вам пройти восьми минутный онлайн-тест по ссылке*.
Результаты тестирования интересно сравнить с тем, что получилось на рисунке. Через перекрёстную оценку у вас появится больше идей к размышлению.
*https://t.me/psyarchetypetest_bot?start=2143515
Самопознание
Рассматривая получившийся рельеф ваших архетипов и результаты теста, будет полезно поразмышлять над следующими вопросами:
1. Есть ли у меня явный, лидирующий архетип?
2. Какие архетипы доминируют бо;льшую часть времени?
Есть ли среди них противоположные?
Если да, то как им удаётся уживаться вместе?
3. Какие архетипы остаются в тени?
Бывает ли, что они всё-таки проявляются?
Если да, то при каких условиях?
4. Какие архетипы улучшают моё пищевое поведение?
Как я могу их развить и усилить?
5. Какие архетипы ухудшают моё пищевое поведение?
Есть ли от них какая-то польза на уровне вторичных выгод?
Как я могу нейтрализовать негативное влияние этих архетипов?
6. Есть ли какие-то повторяемые события в жизни, которые «включают» и «выключают» во мне разные архетипы?
Если есть, то как мне добиться большего контроля над этим процессом?
7. В чём мне повезло в пищевом поведении с точки зрения генетики и условий жизни?
Как мне это больше ценить?
8. В чём мне не повезло в пищевом поведении с точки зрения генетики и условий жизни?
Если есть, то что поможет принять себя и обрести больше самодостаточности?
9. Что я могу сделать, чтобы с учётом моих особенностей повысить культуру питания?
Надеюсь, этот такт самопознания был полезным и улучшил понимание ваших отношений с едой. В следующем разделе, я как пищевой теолог поделюсь полезными рекомендациями для каждого из архетипов.
1.9 Расцвет вкусового Олимпа
Жизнь на Олимпе шла рутинно и размеренно, ничего особого не происходило. Боги затосковали и стали обсуждать, как бы им добавить интереса и свежих впечатлений в своё божественное существование.
Кто-то эксперимента ради, предложил пригласить на консультацию пищевого теолога. Вдруг он, что-нибудь интересненькое расскажет. Консультант с радостью принял приглашение, такая честь – пообщаться с самими богами и прямо на Олимпе.
Проведя исследования божественных трапез, выяснилось, что общие рекомендации никому не подходят и книга: «Три универсальных правила еды от Зевса», была скрытно сброшена в кратер Везувия. Затем теолог засучив консультационные рукава, поработал с каждым индивидуально.
Бог-гедонист.
Дионис был направлен на курсы рационального гедонизма, там его обучили повышать эстетику во всём, что касается еды. Он отмыл холодильник и навёл там порядок. Убрал пищевую бытовуху и сделал кулинарные оргии более событийными. Развратничал реже, но тщательнее готовился. Бог-гедонист натренировался не идти на компромиссы, добиваясь максимального вкуса блюд.
Дионис опаузился в еде, то есть начал замирать и вчувствоваться в послевкусия.
Энергия порядка, красоты и продление удовольствия, помогли богу в главном: получать максимальное удовольствие от минимально возможного объёма пищи. Безопасно для тела и полезно для настроения.
Богиня охоты.
Артемида в работе с теологом повысила культуру питания, вспомнив, что почитаема ещё и как богиня всего живого. Став двуликой, она научилась переключаться с охоты на любовь. Теперь Артемида ритмизировала поступление положительных эмоций, идущих не от еды, это частично выталкивало вредный охотничий инстинкт.
На еду богиня продолжала охотиться, но теперь это был редкий, достойный летописей промысел. Она доверяла выбор уникальной дичи Дионису, а загоняла вместе с Афродитой. Так, охота перестала быть вынужденным добыванием провианта и обратилась в божественную забаву.
Кроме этого, Артемиде удалось системно понизить фоновое напряжение, начав регулярно упражняться. Раньше пассивная богиня, испытав стресс, запиралась в обездвиженном теле с физиологией, готовой к битве. Эта неизрасходованная напряжённость и прорывалась охотничьим инстинктом в еду.
Теперь же, регулярно двигаясь и потея в гимнастическом зале, она «сжигала» стрессовые гормоны, освобождая тело.
В дополнение охотница стала предельно внимательной к состоянию голода. Стабильный уровень глюкозы, идущий от трёх полноценных приёмов пищи, позволял Артемиде откладывать вечером охотничий колчан.
Матерь богов.
С Герой у пищевого теолога случилась самая витиеватая работа.
Они долго репетировали навык своевременно складывать крылья заботы. Это освободило близких от съестного рабства, а сама богиня стала свободнее и вернула контроль над тем, что ест.
Теперь она помогала близким не только едой и стала добирать общения в событиях, не связанных с пищей. Подходил хотя бы и совместный променад по картинной галерее, где буфет не был главной темой обсуждения.
Также Гера обратила внимание, что в процессе готовки, часто переносила еду на ногах. Теперь же она добровольно наложила вето на то, чтобы кушать стоя. Позволялось есть только за столом и только осознано.
Сверх всего прочего, Гере удалось расклеить ложную установку: «я кормлю их, а значит, ем сама». Матерь богов стала играться в техническую сепарацию еды. У неё завелась отдельная полка в холодильнике и своя божественная тарелка, куда попадала только предназначенная ей пища.
Бог торговли.
Гермес принял рекомендации теолога не сразу и со скрипом.
Он добавил удовольствия и расширил пищевой кругозор. Меньше механизации и больше изящества помогли Гермесу извлекать счастье из еды, а значит, и жить более полноценной жизнью. Как ни странно, отката в эффективности системы питания не случилось.
Бог торговли нашёл новые продукты, которые укладывались в его пищевые протоколы. В ход пошли увкусняющие некалорийные соусы и добавки. Регулярно применялось эстетическое правило: три цвета на тарелке.
Гермес поубавил солдафонистость и тело, которое десятилетиями кормилось двумя десятками продуктов, сказало ему спасибо.
Неожиданно он приступил к еженедельным гастрономическим турам на собственной кухне. По субботам Гермес выступал в роли шеф-повара и готовил новое экзотичное блюдо. Так, за год они вместе с Дионисом, не покидая Олимпа, объездили все кухни мира.
Уступив в еде в пользу наслаждения на несколько процентов, он сохранил телесную мраморность и стал куда более радостным.
Богиня красоты.
Теолог не скрывал особой радости от работы с Афродитой.
Консультант не планировал портить прекрасное и рекомендаций богине красоты особо не было.
Удалось лишь малость снизить пугливость Афродиты, проведя несколько лекций по белкам, жиркам, углеводам и другим нутрициологическим тонкостям.
В результате чего Афродита угомонилась и прекратила истерически набрасываться на новые диеты и детоксы. За что переставший мучиться экспериментами организм отозвался бОльшей красотой.
А ещё Афродита поумерила прыть в переедании полезных продуктов и впервые за долгие годы понизила вес, сохраняя эластичность сосудов.
Бог кузнечного дела.
Гефест оказался самым послушным и исполнительным в работе с теологом. Он был направлен на двухнедельные курсы выживания морской пехоты. Там он упёрся носом в догмат: не поел вовремя, равно не справился с марш-броском и подвёл взвод.
По возвращении Гефест продолжил жить в кузне, но одновременно создал себе удобный пищевой контекст и расширил зону комфорта во всём, что касается еды.
Гефест нанял пищевого стилиста, подобравшего ему по размеру и фасону семь пар диетологических носков. Специалист уложил всё в удобном месте и следил за ротацией, обновляя калорийный гардероб каждую неделю.
Если же Гефеста поджимал бюджет и приходилось отказываться от дорогого пищевого стилиста, то он решал вопрос спортивным питанием, готовой сбалансированной едой и удобными доставками пищи.
В противоположность Гере, бог кузнечного дела научился «склеивать» приёмы пищи с устойчивыми ритуалами дня. Как только он заканчивал ежедневное совещание в кузне, он тут же шёл на обед и только затем брался за следующую болванку. Так, Гефест выработал свой индивидуальный здоровый темпоритм: еда — работа.
Богиня войны.
Афина единственная, кто ввёл пищевого теолога в опупеоз. Он не смог ей помочь, он сам после неё нуждался в помощи.
По итогу теолог выработал единственно эффективную стратегию. Завидев богиню войны, консультант камнем падал наземь, притворяясь дохлым. Главное было — задержать дыхание и не шевелиться. Афина, потыкав трупик древком копья и не находя его привлекательным для атаки, бросалась в следующую битву. Ну а как только слышался лязг очередного диетологического сражения, теолог неспешно воскресал, отряхивался и насвистывая шёл по своим делам.
Несмотря на консультационный провал с Афиной, в божественном пантеоне наступил золотой век и полная пищевая благодать. Применив к своей еде теологические рекомендации, боги стали счастливее и стройнее. Небожители поняли, что если пищевой Олимп не был подарен Зевсом, то его вполне можно создать своими руками и процветать во вкусовой идиллии.
На этом лучезарном моменте можно поставить точку и считать, что боги жили дальше в стройности, отчего и не умерли в один день. Так что для кого-то из читателей, строчек и абзацев может быть достаточно. Остаток букв можно не изучать, считая это законченной мини-книгой про архетипы пищевого поведения.
Тех же, кто хочет проникнуть глубже в характеры богов и узнать, как сложилась их пищевая судьба, автор предупреждает. Предупреждает, что вкусовой расцвет Олимпа рухнет, как низвергаются все империи.
Дело в том, что питание – это сфера пожизненного внимания, в которой не накопить и не сложить в кубышку барыши, заработанные годами правильного рациона. Чтобы встроиться навсегда, изменения должны пройти испытания временем и сложными жизненными периодами.
Афина, некстати, готовила переворот, результаты которого будут трагическими. После этого пищевого катаклизма боги никогда уже не будут прежними.
Глава 2 Тёмные дары богов
2.0 Летопись первого в мировой истории марафона по похудению.
На Олимпе приближался летний жаркий сезон. Боги, учуяв потепление, стали примерять купальные туники. Кому-то одежды стали давить, а на некоторых и вовсе не налезали. Беспокойные чувства захватили Олимп. Как это я у бассейна и с такими проступающими складками на бёдрах?! Не по божественному как-то.
Уловив конъюнктуру в настроениях, боевитая Афина собрала богов у чаши бассейна. Воительница сагитировала всех решительно вступить в её марафон: «Похудей к лету».
Она обещала вернуть божественные тела обратно в облегающие туники и всё это в пределах какого-то месяца. Конечно, все воодушевлённо зааплодировали и тут же внесли первый платёж, подписав контракт с Афиной.
В тревоге был лишь Гермес, ведь это он посланник диетологических богов, и это должен был быть его марафон. Но момент упущен, всех уже завербовала напористая Афина. Чтобы не быть выбитым из пантеона, пришлось присоединиться с задумкой занять безоговорочное первое место.
На следующий день прошёл общий диетологический инструктаж. Афина расчихвостила то, как питаются боги, и приказала кушать теперь уже по-новому.
Во-первых, нужно есть строго по расписанию и ни в коем случае не пропускать завтрак. Лезет, не лезет, меня это не волнует. Хочешь обратно в свою тунику – пихай в себя завтрак.
Во-вторых, всё готовим заранее и берём с собой в контейнерах. Эстетика-фигетика, меня это опять же не волнует, мне нужен от вас результат.
В-третьих, больше никаких вкусных и вредных гадостей. Увижу кто жрёт - всажу копьё.
В-четвёртых, ужин в шесть и только трава, плюс кусочек минтая. Увижу кто жрёт позже или больше - всажу второе копьё.
Ну и в-пятых, два литра воды, как пить дать, чтоб выпивали.
Бурный восторг овладел богами, ну наконец то за нас кто-то толковый возьмётся. С такими-то мотивационными пендалями мы точно все похудеем и будем вихлять точёными бёдрами у бассейна. Афина, ты с нами построже в питании, чуть что тычь копьём, не жалей.
Первая неделя пролетела в мотивационном угаре, все завтракали как следует и некоторые наперекор желудку. В местной лавочке из продажи исчезли пластиковые контейнеры для еды. Под стальным прищуром Афины боги ритмично жевали невкусные, но стройнящие продукты. Все дули по восемь стаканов воды в день. На протестующие почки, привыкшие к одному стаканчику, никто внимание не обращал. Ровно в шесть жевание прекращалось и голодные, но довольные боги расходились спать. Афина, поглаживая острый наконечник копья, обходила почивальни худеющих марафонцев. Казнить пока было некого.
Как и обещала воительница, дней через десять, всех настигли первые успехи. Боги постройнели, и туники перестали трещать по швам. Конечно, было ещё к чему стремиться, отчего Афина и не сбавляла мотивационный натиск.
Но вот подошла к концу вторая неделя. Там, где раньше тряслись лишние килограммы, возникли тоска и раздражение. Боги придирались друг к другу по пустякам, стали подозрительными и мутными. Мечтательная зацикленность на запрещённых вкусняшках, плюс ненависть к еде, которая мало чем отличалась по виду от пластиковых контейнеров. Вот какие настроения теперь витали над марафонцами.
Первой не выдержала Артемида, причём сбой случился после очень сложного рабочего дня. Она сама пришла с повинной и попросила публично всадить в неё копьё за две огромных пачки чипсов, проглоченные тайком.
Мотивационная казнь состоялась, Артемида поблагодарила Афину за укрепление силы воли и пообещала впредь держать оборону.
Когда казнительница ушла, на Артемиду с расспросами набросились все боги:
- Ну расскажи, а какие они теперь эти чипсы?
- С каким вкусом были, картофель с пармезаном или бекон с лучком?
- Очень вкусно, да?
- И что, они прям хрустели на зубах, так ведь?
- Ты хоть наелась?
«Да я вообще ничего и не поняла даже, - виноватилась Артемида, - наваждение какое-то. Вкус не помню, помню, что до чипсов было плохо, потом сразу хорошо, потом стыдно, ну а потом вы всё сами видели».
Услышав такое, Гера со слезами обняла казнённую. Было что-то партизанское в мокром взгляде матери богов, она явно что-то замышляла.
Дальше сбои начались у Гефеста. Его взяли с поличным из-за запаха, когда он вечером открыл свой контейнер. Пайка не была съедена и завоняла.
- Не ел, пропустил еду! Что же ты творишь?! - хором атаковали боги оступившегося кузнеца.
- Да я не специально, просто забыл поесть, честно, честно. Сегодня заказ большой упал, мне столько болванок для ковки привезли. Я так увлёкся, что только сейчас про еду вспомнил. Короче, виноват, каюсь. Готов подставиться под копьё, - обнажая мозолистыми руками могучую грудь, ответил Гефест.
Афину уговаривать не пришлось, она свирепо ткнула острой мотивационной пикой в кузнеца. Тот стоически выдержал экзекуцию и попросил ещё пару тычков, но в обмен на дополнительную порцию минтая: «Есть уж больно хочется, не кушал весь день, сами понимаете».
Все опешили от такой наглости, но Гефест тут же повысил ставки: «А давай вообще так поступим, ты меня в дополнение к копью щитом ещё огреешь, а я тогда себе пиццу закажу. Гавайскую на толстой румяной подушке с двойным сыром и ананасами. Ну чтобы сразу и сладко и нажористо».
Бунт на Олимпе не сразу, но был подавлен. Теперь вместо туник по швам трещала психика богов, марафон начинал разваливаться.
Наутро, красавица Афродита как ни в чём не бывало настрогала в свой завтрак не утверждённый авокадо и добавила дольки грейпфрута. На занесённое Афиной копьё она поучительно ответила: «Чтобы ты знала, авокадо вместе с цитрусовыми – это очень полезно для стройности, это прямо жиросжигающая бомба».
Копьё богини войны было отклонено, и незаконные продукты обрели легитимность в трапезах худеющей Афродиты.
Цепная реакция перекинулась на Диониса. За ужином он неожиданно вскочил и выступил в режиме тостующего: «Я хочу поднять эту стограммовую плитку молочного шоколада за спорт. О спорт, ты пир! Я сегодня провёл четыре поединка по греко-римской борьбе, а потом ещё совершил забег вокруг Олимпа. Знаете, сколько калорий я потратил и сколько жира сжёг. Так что пролитым потом и мускульной крепатурой я заслужил вкусить эти прекрасные сто шоколадных грамм. О спорт, ты пир!».
Афина было потянулась за копьём, но поняла, что казнить не за что. Дионис ведь пример другим богам, если уж он начал тренироваться, то как это замотивирует остальных. Спорт же очень полезен в похудательных делах. Так, Дионис превратился в спортсмена и получил особую индульгенцию на шоколад.
Марафонский месяц заканчивался, и пришла пора подводить итоги. Несмотря на шероховатости в пути, все боги схуднули. После контрольных измерений Афина осталась не очень довольной. По её диетологическим раскладам, боги даже с учётом нарушений должны были потерять больше. «Наверно у них что-то с гормонами, в моих расчётах не может быть ошибки», - постукивая древком копья по шлему, рассуждала Афина.
Первое место, конечно же, досталось Гермесу. У него и раньше был пресс, а после марафона на кубиках вообще проступили отдельные мышечные волокна. «Сепарация, вот так это называется!» - задрав подбородок, воскликнул бог торговли.
Второе место в потере веса заняла Артемида, но по уровню грусти могла праздновать безоговорочную победу. «Молодец, горжусь тобой!» - похвалила её воительница.
Третье место и бронзовая медаль отошли Гефесту. Похудел он изрядно, но выглядеть стал как-то болезненно и дрябловато. «Второе место ты упустил, потому что есть постоянно забывал», - упрекнула Афина.
Четвёртое и пятое места разделили между собой Дионис и Афродита.
Дионис стал мышечно бердаст, но вот кубики пресса так и не проступили. Животик ушёл, но он рассчитывал на большее.
«Обидно, впахивал изряднее Гермеса, но сепарацией и не пахнет. Ничего, зато в борьбе вон какой прогресс, скоро самого Зевса на лопатки положишь», - подбодрила Афина.
Афродита скинула ровно столько же веса, как и Дионис, но вместо наращённых мышц она стала более розовощёкой и добавила в красоте.
Гера замкнула марафонскую шестёрку, потеряв символический килограмм. Матерь богов предъявила претензии к Афине в части некорректно составленного рациона питания: «Ела я правильно, как ты и предписала, но туника так на меня и не лезет. Вывод: неправильный похуденческий протокол, верни деньги». Устроительница, ткнув копьём в подписанный договор, не вернула ни единой драхмы.
Проведя финальное награждение и повесив медали на всех богов, Афина предложила сразу же, без передышки вступить в следующий марафон: «В нём то мы похудеем уже как следует и наверня…ка». Афина не смогла нормально договорить из-за пыли во рту, её подняли столбом в панике разбегающиеся боги.
Прошло два месяца после окончания марафона, и лето сдавалось осени. Лёжа у бассейна, боги разговорились про свой похуденческий эксперимент. С особым задором они вспоминали, как Гера после казни Артемиды, тайком подкармливала всех запрещёнкой, которую, активнее всего трескала сама. «Афина до сих пор не в курсе», — хихикали они.
На самом деле жрать ночью под подушкой, сдерживать хруст и беззвучно сглатывать - было самыми яркими воспоминаниями марафона.
При этом богам таки пришлось перешивать пляжные туники на больший размер. Потому что сразу после был устроен размашистый пир с пышнейшим столом. Дичь на том столе была несоизмерима с дичью, творившуюся по краям стола. Так, после марафона в рекордные сроки были побиты личные весовые рекорды, и взяты новые габаритные рубежи.
Разговор затих, когда на бассейн взошёл Гермес: «Сепарация!» - гордо вскрикнул он, проводя ладонью по рельефному прессу. Он единственный из всех, кому марафон пошёл на пользу.
Печальная Артемида, переводя взгляд с жилистого торса фуд-нарциса на своё пузико, психанула. Её прибавка в весе оказалась самой большой. Закусив губу, охотница поплелась в сторону покоев Афины.
Неуверенно постучавшись, она спросила богиню войны, не планируется ли следующий марафон: «Это я так не для себя, просто Афродита интересуется».
Афина ответила, что как раз планировала новый марафон в сентябре. «Похудей к Рождеству», так будет называться. Счастьем озарилось лицо располневшей Артемиды, она энергично поскакала к бассейну сообщить всем приятную новость.
Вот так был проведён первый в мировой истории марафон по похудению и резкому изменению пищевого поведения. Этот процесс, как лакмусовая бумажка, проявил у каждого из богов свой, уникальный стереотип. При повторном применении он затвердевал, превращаясь в поведенческий отпечаток.
Затем, будучи записанными в летописях, из этих стереотипов, сформировались пищевые артефакты или тёмные дары. Мы, потомки богов разобрали себе эти окаменелости, не понимая, что не всё божественное пойдёт нам на пользу.
Дары сотканы из тёмной материи и деструктивны для нашего пищевого поведения. Но будучи снизошедшими сверху, они остаются в бессознательном и управляют нитью нашей пищевой судьбы.
Далее по порядку, мы рассмотрим все тёмные дары богов в их негативном воздействии. Возможное обнаружение у себя какого-то из восьми артефактов, позволит перевести его в сознательное поле, а значит, поможет изменить пищевую и телесную реальность.
2.1 Дар первый - Дань Дионису
Как мы помним, бог-гедонист ни за что не откажется от любимой еды и никак не согласится кушать меньше, чем пожелает. Но иногда ему всё же приходиться решать проблему лишнего веса, тогда Дионис идёт в обход еды. Зачастую он пробует похудеть через активизацию двигательной активности. Так, он подарил миру явление: Дань Дионису.
Дань Дионису - это попытка похудеть при помощи физических упражнений, избегая нормализации системы питания.
То есть это в прямом смысле слова побег от лишнего веса в условиях переедания.
В бытовой речи это узнаваемо звучит так: «Я сегодня прошла 10 000 шагов, поэтому заслужила вечерний тортик».
Или так: «Возьму-ка гамбургер с двойной картошкой, ничего, завтра всё сожгу в тренажёрном зале».
Дань Дионису, в свою очередь, делится на вакцинацию от жира и репрессивный тренинг.
Вакцинация от жира.
В Древней Греции ещё не знали о прививках, но Дионис придумал свою вакцину от жира, чтобы продолжать обильно и безнаказанно кушать. Нужно всего лишь предварительно как следует потренироваться и освободить побольше места в энергобаках. Всё, индульгенция на пищевой разврат получена и тренировка как священник, отпускающий грех чревоугодничества.
Плотное скопление вакцинирующихся от жира можно обнаружить по пятницам на занятиях фитнес-аэробикой. Узнать их легко: это самые тренированные, загоняющие бедного фитнес-инструктора спортсмены. Одновременно они одни из самых нестройных в группе.
Когда намечается шашлычная оргия выходного дня, то многие, отдавая дань Дионису, стараются с особым усердием. Остаются на второй тренировочный класс или же идут докрутить на велосипеде ещё полчасика.
Так, последователи Диониса становятся покровителями фитнес-тренеров, которые устраивают пятничный чёс по подопечным.
Кстати, особый подвид адептов Диониса составляют некоторые спортсмены-любители. Когда после соревновательных забегов, заездов и заплывов они толпятся в очередях за жирной шаурмой и пивом. Соревновательный подвиг совершён, дань оплачена, я заслужил, можно и закусить. Быть может, они выкладываются на дистанциях, чтобы поесть? Вряд ли, хотя...
Репрессивный тренинг.
Я переел и устрашённый прибавкой в весе штрафую себя тренировкой. Задыхаюсь, выдавливаю пот, заставляю мышцы гореть из страха и чувства вины: «Эх, зачем я это вчера съел? Надо было сразу пойти и вырвать, не успел, уже усвоилось в жир, теперь придётся сжигать и больше двигаться».
У такой тренировки конспиративный замысел, энергично шурудя по беговой дорожке заметаются следы вчерашней обжорной провинности.
Переедая, последователь Диониса погружается в палитру негативных эмоций и наказывает себя тяжкими упражнениями за гедонизм.
Почему Дань Дионису — это тёмный дар?
Проблема первая.
Одновременно блаженствовать в еде и оставаться стройным через высокую двигательную активность - это способ молодых, здоровых и тех, кто уже на старте выточен в телесных формах. Прочих это делает тренированными, но сохраняет округлости в боках.
Внутренняя логика здесь следующая: я целый час натужно дёргал за ручки тренажёра, для чего встал пораньше или позже вернулся домой.
Выделив от одного до трёх часов на организацию тренировки и надорвав пуп в необязательной двигательной активности, формируется ощущение подвига. Равно - я герой.
Ну а как если съесть плитку шоколада, то на это потратится пара минут и минимальные физические усилия. Равно ощущению мелочи.
Конечно же, мой эпический тренировочный подвиг побьёт такую малость, как заглатывание шоколадки. А шоколадная ничтожность, конечно, не перекроет литрами пролитый в гимнастическом зале пот.
Это когнитивное искажение, где эмоциональный героизм затмевает сухую математику. На самом же деле в час занятий герой расходует калорий четыреста, а проглатывает за пару минут целых пятьсот. Поэтому тренировки - это способ развивать физические качества и повышать резервные мощности организма, но не точить стройность. Именно из-за этого тёмного дара атлетические клубы по всему миру забиты тренированными, но упитанными атлетами.
Проблема вторая возникнет в случае двигательной утраты. Заболев или получив травму, последователь Диониса не сможет двигаться, как прежде, но инерция напористо есть останется.
Размышления о том, что если я вдруг буду меньше двигаться, то начну есть меньше – это мистификация. Ведь болезнь естественным образом снижает волевые ресурсы, а простой в случае травмы вызывает переживания. В таком стрессовом состоянии с придавленной волей, вероятнее кушать больше, но никак не меньше.
Проблема третья - основная.
Дань Дионису не прививает любовь к двигательной активности как к таковой, и она воспринимается понукающей и вынужденной мерой.
В Древней Греции относились к движению с трепетом и как к физической КУЛЬТУРЕ, ставив её в один ряд с живописью и стихосложением. Узнав, что Дионис пропагандирует физическую контркультуру и тренируется в негативизме, боги разгневались на собрата. Он был лишён доступа в ВИП-ложу на Олимпийских играх.
Дисквалификация длилась до тех пор, пока он не научится метать диски, тренируясь не только в силе, но и упражняясь в радости движения. Но пока Дионис, развивая мышцы, накапливал гневливость к физической культуре, вход в театр Олимпийских игр для него был закрыт.
Такая мера не была избыточной, ведь в Древней Греции заботились о ментальном здоровье, а для этого любые жизненные ритуалы не должны повышать напряжение в божественной системе.
Используя упражнения как хлыст для стройности, невозможно привить любовь к регулярной физической активности, ведь регулярность там, где кайф.
К тому же когда тренировки не точили бока, Дионис злился и наращивал негативизм к упражнениям, не работают, дескать. Ударяя себя тренировочным хлыстом по понедельникам, средам и пятницам, он не только раздражался, но и устранялся от решения главного вопроса: «как перейти к рациональному пищевому гедонизму и есть по физиологическим, а не эмоциональным потребностям?».
В Древней Греции безусловно поддерживали регулярную двигательную активность, возводя её в культ, не это не было способом отсечь с фигуры лишнее.
Ради распространения этой идеи Зевс даже учредил антимонопольное ведомство на Олимпе. Агенты по борьбе с монополиями быстро вскрыли картельный сговор между тремя гильдиями. Всё завертелось с подачи гильдии производителей питания, им было выгодно, чтобы все ели больше и не срезали закупки. Тогда древние маркетологи вывесили яркий плакат: «Ты набрал вес, потому что мало двигаешься!» - очень убедительная чушь.
Гильдия гимнастических залов тут же подхватила выгодный им посыл. «Да, да, - кричали они, - хочешь точёные бока – иди к нам и начинай больше двигаться!». При этом с торца атлетических залов были открыты реабилитационные клиники, лечившие изношенные чрезмерными усилиями суставы. Гильдия реабилитологов внакладе тоже не осталась.
Монопольный сговор умело скрывал невыгодную правду о том, что вес набирается, потому что съедается выше биологических потребностей и чтобы похудеть, нужно просто не переедать.
Легко внушаемая ересь, что якобы поправляются от недостатка движения, приносила колоссальные барыши всему картелю и попутно награждала лишним весом последователей Диониса.
Поэтому антимонопольное ведомство постановило вывесить другой плакат: «Граждане боги, помните: только разобравшись с едой, разберётесь с фигурой».
Про упражнения, конечно, не забыли и определили их как облагораживающий, оздоравливающий и ускоряющий процесс для скульптора своего тела. Притом что для Артемиды и Гефеста – гимнастика практически незаменимый способ нормализации питания, но об этом чуть позже.
В итоге, упражняясь сугубо для того, что отдать дань Дионису и похудеть, божественный дар оборачивается тёмной материей.
Самопознание
Здесь и далее, я предлагаю вам ответить на следующие вопросы:
1. Попадаю ли я в ловушку: Дань Дионису?
Отметьте нужное:
- Я в ней живу;
- Попадаю ситуативно;
- Попал(а) раньше;
- Никогда не попадал(а);
- Да никакая это не ловушка. Хочешь вкусно поесть? Потренируйся как следует.
2. Если попадаю, то как это влияет на колебания веса в годах?
3. Улучшается ли при помощи Дани Дионису моя система питания?
4. Мне это позволяет больше любить или ненавидеть двигательную активность?
5. Надо ли мне что-то менять? Если да, то что?
Как в Древней Греции лечили от тёмного дара: Дань Дионису.
Рассекали, укорачивали и учили радоваться.
Сперва про рассечения.
Древние целители проводили трепанации черепа тем, кто страдал Данью Дионису и не мог похудеть. На операциях из мозга вырезали мыслительную установку, разделяющую все действия на плохие и хорошие, на правильные и неправильные. Вместо неё пересаживали установку: «От или К цели».
После удачных операций пациент переставал мыслить в стиле: «я себя сегодня хорошо вёл, как следует потренировался и ПОЭТОМУ могу побольше поесть». Либо же: «я себя сегодня плохо вёл в еде, переел и ПОЭТОМУ должен изупражняться в хлам».
Начинала работать иная внутренняя логика, в режиме самоопросника:
Вопрос: я сегодня интенсивно потренировался и это меня ведёт К цели постройнеть или ведёт ОТ цели постройнеть?
Ответ: к цели.
Вопрос: я готовлюсь к ужину, и качество этого ужина будет двигать меня К или ОТ цели постройнеть?
Ответ: зависит от того, как я поужинаю. Если съем лишнего, то ОТ цели.
Вопрос: как тогда я буду сегодня ужинать?
Ответ: поужинаю правильно.
Вопрос: как связан сегодняшний двигательный подвиг с качеством ужина?
Ответ: никак это разные процессы. Каждый из которых нужно изолированно настроить К цели.
Пересаженное сознание Золотой Рыбки, которая обнуляется и мгновенно забывает совершенное, начинало выстраивать эффективную похуденческую систему. Любые события нужно воспринимать не как правильные или не правильные, а в метафоре шагов, приближающих или удаляющих от цели.
Страдающие от Дани Дионису научались оценивать питание и упражнения отдельно друг от друга, и именно это делало механизм снижения веса рабочим.
Дальше про укорочения.
Вставший на истинный путь снижения веса Дионис, теперь упражнялся не ДЛЯ похудения, а тренировался ПРИ похудении. При этом к тренировкам, помогающим в деле стройности, было главное физиологическое правило: занятия не должны долговременно повышать аппетит после тренировок.
Ведь если аппетит из-за занятий будет сильно повышен, то предстоит многочасовая борьба по сдерживанию себя. Капитуляция ближе к вечеру и переедание крайне вероятны.
Марафонские, продолжительные тренировки от двух и более часов подряд, вот что существенно понижает уровень глюкозы крови после занятий. Это и провоцирует многочасовой повышенный аппетит после.
Поэтому подкованный в делах стройности Дионис упражнялся регулярно от десяти до шестидесяти минут. Такие короткие занятия приносили много пользы, но без повышения вечернего энтузиазма к калориям.
В завершение про радость.
Конечно, без увеличения радости от движения лечение прооперированных не давало результата.
Древние Греки знали, что у разных людей, разные виды двигательной активности и контекста, в котором она проводится, вызывают разный прилив счастья. Позднее учёные назовут это выбросом нейромедиатора дофамина, который и позволяет чувствовать двигательную эйфорию.
Так вот, репрессирующих и вакцинирующих себя тренировками обязывали поупражняться во всех дисциплинах Олимпийских игр. Главным было — вчувствоваться в изменения внутреннего состояния, чтобы замечать те дисциплины, которые нравятся больше других.
Как если заметил, больше радости в какой-то спортивной дисциплине, то практикуй именно этот вид.
В результате кто-то понимал, что он командный игрок, а кому-то больше подходил индивидуальный стиль. Кого-то драйвил соревновательный тренировочный подход, а кого-то медитативный. Некоторым отзывался лязг железа, а другим — ритмичное постукивание ног в беге, иные же с удовольствием шуршали йоговским ковриком. Важным было найти индивидуальный тренировочный дофамин.
Главное психологическое правило тренировок звучало так: основная часть физических упражнений должна проходить на положительном эмоциональном фоне. Только тогда ты будешь тренироваться регулярно, потому что в кайф.
Вот так; множа радость, занимаясь коротко и изолируя культуру питания от физической культуры, выстаивалась система похудения и оздоровления, которая превращалась в приятный жизненный фон.
Рассекать, укорачивать и радоваться, ещё раз рассекать, укорачивать и радоваться. Такой путь излечивал в древности, страдающих от тёмного дара Диониса.
2.2 Дар второй — эффект авокадо
В богине красоты Афродите живёт страх преждевременного увядания от нехватки питательной пользы. Афродита в своей жадности склонна кушать много полезных продуктов, так она подарила миру явление: эффект авокадо.
Эффект авокадо – это увеличение веса из-за бесконтрольного употребления продуктов с высокой биологической ценностью.
Например: «Я ежедневно ем авокадо, потому что это природный противораковый антиоксидант, богатый жирными кислотами. Без которых тело не может нормально функционировать, а кожа станет дряблой».
А то, что авокадо – это один из самых калорийных фруктов, божеством игнорируется.
Или так: «Я ем исключительно горький шоколад, ведь все знают, что он полезный».
Да, но там более пятисот калорий, что более чем в тридцать раз больше, чем в огурцах. Как если с чайком уплести хотя бы половину стограммовой плитки, то в энергии это равняется почти двум килограммам хрустящих огурчиков.
Ежедневно и обильно трапезничая полезными: орехами, сухофруктами, семенами Чиа и горьким шоколадом, богиня перебирает калории, а значит, и полнеет.
Вес набирается из-за переедания, но в состоянии полной уверенности в собственном правильном питании. Конечно, ведь кушаются натуральные продукты с повышенным содержанием ценных для организма элементов.
Почему эффект авокадо - это тёмный дар?
Богиня красоты на один глаз ослеплена жаждой биологической наживы и приучает себя есть сверх сытно. Да, организм получает пользу, но прицепом получает и избыточные калории. По этому сценарию получается полный и временно здоровый человек. Временно здоровый, потому что избыточная масса жирового компонента обязательно приведёт к какому-либо хроническому рецидивирующему заболеванию.
Хорошо, что на Олимпе отсекали головы за литературные штампы, иначе тут было бы написано: «одно лечим, другое калечим».
Афродита попадает в ловушку критического пищевого мышления, где многофакторное влияние любого продукта, ложно замещается только одним критерием – высокая биологическая ценность.
Приверженцы эффекта авокадо, заваливают столы: пеканом и макадамией, оливковым маслом и печенью трески, гранолой и пармезаном, инжиром и финиками. Это полезные, но калорийные бомбы, которые нужно брать с собой в тяжёлые походы. Нести легко, а пользы и энергии не счесть. В Древней Греции такой едой с избытком снабжали войска на марше, но выдавали в микродозах, работающих исключительно языком сенаторам.
Ну и, конечно, внимательный читатель заметил, что этот тёмный дар в чём-то схож с данью Дионису. Только здесь индульгенция вкусно и много кушать, вместо физической нагрузки зарабатывается широко известной пользой продукта.
Для некоторых отказаться от вредной еды в пользу полезной — это непростая задача. Но ограничить себя в калориях, чтобы похудеть, — это вызов иного масштаба. Голод – существенно большее испытание, чем просто лишение себя вкусового удовольствия. Поэтому тут выгодно схитрить, убедив себя, что раз ты кушаешь полезное и отказался от вредных продуктов, то автоматически правильно питаешься и будешь худеть.
«Полнеют от вредного, а я ем полезное», - звучит убедительно, но вот только фактического уменьшения объёма телесного жира не происходит.
Самопознание:
1. Попадаю ли я в ловушку: эффект авокадо?
Отметьте нужное:
- Я в ней живу;
- Попадаю ситуативно;
- Попал(а) раньше;
- Никогда не попадал(а);
- Да никакая это не ловушка, нужно всегда есть побольше полезного;
2. Если попадаю, то в основном с какими продуктами?
3. Было ли такое, что вес тела увеличивался на фоне отсутствия вредной еды?
4. Бывает ли такое, что я особенно сильно напираю на полезные продукты, когда у меня трудные дни?
5. Бывает ли такое, что я совмещаю повышение двигательной активности и полезные продукты, чтобы побыстрее похудеть?
6. Надо ли мне что-то менять? Если да, то что?
Как в Древней Греции лечили от тёмного дара: эффект авокадо?
Сперва страдающим объясняли всё коварство тёмного дара от прекрасной Афродиты. Но поскольку разъяснение было долгим и муторным, пришлось высечь гравюру под названием: «Диетологическая ромашка».
Форма №9 Диетологическая ромашка
Рис 16
Понятно, что гравюра сильно упрощена. В ней специально устранены серединные продукты, и в крайнюю степень возведены результаты. Понятно, что почти никто не ест только авокадо или только консервы, но через утрированный образ проще вскрыть подвох.
Визуально разделив сектора калорийности и биологической ценности продуктов, прояснялись четыре возможных результата пищевого поведения.
Дальнейшая процедура была не из приятных и заключалась в математической нуднятине.
Сперва пострадавших от эффекта авокадо и получивших лишний вес обучали тому, что в большинстве полезных продуктов много жиров. А это концентрированная в малых объёмах энергия, поэтому их так легко переесть.
На следующем этапе их расстраивали ещё больше и сообщали, что во многих ценных продуктах, достатком шустрых углеводов, например, во всех сухофруктах. При малейшем избытке те наскоро запасаются в жир.
Сразу после ликбеза, к поклонникам эффекта авокадо привязывали счёты и заставляли суммировать влетевшие калории из каждой порции полезного продукта. Дальше в ход шло энергетическое выдавливание. То есть съел одну порцию полезного и высококалорийного продукта, убери из рациона 3-4 порции другого продукта с низкой или средней калорийностью. Не уберёшь, не похудеешь или даже поправишься.
Таким образом, излечивались только те, кто становился математически осознанными. Усвоившие арифметический урок, начинали чётко отделять пользу продукта от его калорийности. Это переводило на светлую сторону, на которой в рацион входило большое разнообразие полезных продуктов, но в арифметически правильных дозировках. Так, в древности получались стройные и здоровые люди.
2.3 Дар третий - Анестезия Гефеста
Бог-кузнец увлечён делом и задвигает свои физиологические потребности на задний план, так он подарил миру явление: Анестезия Гефеста.
Анестезия Гефеста – это состояние рабочего потока, с потерей чувствительности к голоду, что позже вызывает приступы бесконтрольного переедания.
Гефест, будучи полностью погружённым в решение важной задачи, находится в состоянии рабочего транса. В потоке он утрачивает связь со своими физиологическими сигналами и пропускает еду. Состояние потока очень сильное, но кто сказал, что оно всегда идёт во благо? Транс на то и дан, чтобы фокусироваться на главном, зашориваясь от отвлекающих факторов. В нашем случае от ритмичных приёмов пищи.
Диагностировать анестезию легко, спросите человека, как обычно колеблется его чувство голода в течение дня. Если ответчик тужится в воспоминаниях и говорит: «Да я даже не понимаю, как то про это не думаю», то он под анестезией.
Тот, кто не пользуется тёмным даром Гефеста, всегда распознаёт; вот сейчас я голодный, сейчас слегка, а сейчас сыт.
Анестезия Гефеста возникает только у людей умственного труда, которые игнорируют двигательную активность. Состояние фанатичной захваченности интеллектуальной целью, помноженное на гиподинамию, блокирует ощущение голода. Обидно то, что сильнее Анестезией Гефеста страдают наиболее влюблённые в своё дело кузнецы. Они влюблены в проводимый научный эксперимент, в написании книги, в прохождение сложного игрового уровня, в сёрфинг по социальным сетям. В общем, глубокие профессионалы. У таких больше любви к делу и процессу, глубже трансовое погружение с отсечением всего лишнего.
Почему Анестезия Гефеста – это тёмный дар?
Как любая анестезия, эта проходит тоже, вызывая адские болевые приступы вечернего голода. Так что даже самые утончённые из Гефестов вечерами бросаются не есть, а нахраписто жрать. Существенно переедая, они ломают слаженный гормональный ансамбль, ухудшая восстановительные свойства сна. Да, вечерние обжорства доказательно ухудшают качество ночной перезагрузки.
Ну и, конечно, игнорирование еды в многочасовом трансовом состоянии сбивает здоровый физиологический ритм: голод-насыщение. Такой рассинхрон у большинства кузнецов повышает вес. Парадоксальным образом полнеют те, кто не умеет отдыхать и вовремя восстанавливать энергоресурсы организма. «Мне некогда поесть», - установка, надёжно предсказывает ожирение, либо болезненную худобу.
Кроме этого, под анестезией не чувствуется счастье ощущать вкус еды и получать удовольствие. Дионис бы не одобрил.
Самопознание:
1. Попадаю ли я в ловушку: Анестезия Гефеста?
Отметьте нужное:
- Я в ней живу;
- Попадаю ситуативно;
- Попал(а) раньше;
- Никогда не попадал(а);
- Да никакая это не ловушка, делом надо заниматься, а не есть;
2. Если попадаю, то в какие дни, при решении каких задач?
3. Бывает ли, что я отмахиваюсь от еды в первой половине дня с уверенностью, что не буду переедать вечером?
Если бывает, то насколько всё-таки удаётся не передать вечером?
4. Насколько для меня верна установка: если я буду отвлекаться на еду, то не успею свершить все подвиги трудового дня?
5. Надо ли мне что-то менять? Если да, то что?
Как в Древней Греции лечили от тёмного дара: Анестезия Гефеста?
«Будешь полноценно заправляться завтраком, дозаправляться обедом и восстанавливаться умеренным ужином, равно сделаешь больше и вскарабкаешься выше», - такая логически обоснованная лекция часто не срабатывает.
«Да, но не могу я есть, в меня не лезет. Нет аппетита», — отвечает трудяга Гефест. Так что на уровне логики лечение от анестезии зачастую невозможно и надо идти в обход.
В Элладе понимали, что Гефесту в плане аппетита нужно вернуться в детство. Ведь когда мы были детьми, то носились и играли до одури. Тогда у нас был эталонный ритм: набегался – хочу сильно есть. Познакомиться во второй раз во взрослом состоянии, познакомиться со здоровым ритмичным чувством голода и научиться есть по аппетиту - эта ключевая задача решается движением.
В мифах Древней Греции встречаются легенды, когда страдающих Анестезией Гефеста плоскопопых бюрократов переводили в каменотесы. Они мгновенно излечивались просто потому, что регулярный физический труд, натуральным образом восстанавливает внутренний барометр тонко чувствовать голод и кушать по аппетиту. Большие растраты энергии от сокращения крупных мышц, молотом долбят в сознание и требуют еды. Такие сильные, но физиологические здоровые удары разрушают любой транс.
Так, через регулярные гимнастические упражнения, поклонники тёмного дара от Гефеста начинают регулярно кушать не потому, что так предписано теорией, а потому что хочется. То есть это становится естественным и здоровым пищевым поведением.
2.4 Дар четвёртый - Туман Гермеса
Бог торговли, выставляя в круглогодичном режиме напоказ свои мраморные формы, подарил миру явление: Туман Гермеса.
Туман Гермеса – это иллюзия железной пищевой дисциплины человека, идущая от его стройной внешности.
Обычная цепочка размышлений такова: он всегда стройный, значит, постоянно правильно ест и никогда не нарушает режим, то есть у него непоколебимая дисциплина.
Почему туман Гермеса - это тёмный дар?
Такая иллюзия обычно обволакивает тех, кто испытывает мотивационные трудности с организацией питания и не доволен собственной комплекцией. Опасность быть окутанным Туманом Гермеса в том, что страждущий деструктивно сравнивает свои якобы слабые волевые ресурсы, с будто бы уникальной волей другого. Так формируется психологически опасное межевание на «нас слабовольных» и их «железно-рождённых». В таком разделении нам по касте происхождения не положено питаться правильно и быть стройным. Наша судьба — жить среди чипсов, гамбургеров, шоколада и год от года плюсовать размеры одежды.
Не хочется снова хамить, но Туман Гермеса можно назвать нарушением критического мышления. Потому что не всегда есть причинно-следственные связи между стройностью и правильным питанием и уж тем более между стройностью и волевыми способностями.
Туман Гермеса несложно напустить в следующих ситуациях: человеку подарен редкий «расточительный» метаболизм. В котором всё съеденное будто бы попадает на стол раздачи столовой для бездомных. Постоянно голодные клетки в минуты сметают всё, так что запасы в виде лишнего веса невозможны в принципе. Некоторые худые имеют крайне распущенное пищевое поведение.
Кому-то генетически пропечатано вкусовое безразличие, тогда у человека вместо железной воли, холодность к еде. Кто-то мало ест просто потому, что для него это слабый способ получения удовольствия. Но его стройное тело может истончать Туман Гермеса.
Часто нас затуманивают те, кто вынуждено, живёт в жёстком диетологическом контексте; певицы, фотомодели, продавцы программ похудения. Вместо «железной» воли, их держит экзоскелет публичной деятельности и монетизации. Но чужой «войны», конечно же, никто не видит, и легче отсортировать себя в стан безвольно-рыхлых, на контрасте с теми, кто в сорок пять цокает по сцене точёными ногами.
Для последних, публично-деятельных терпеть лишения в еде, то же самое, что для работяги отца троих детей, вставать на работу в 4.30 утра.
Попробуйте не выйти на рабочую смену к шести утра, если у вас ипотека и трое детей? Сила воли здесь ни при чём.
Попробуйте нахрюкаться калориями, если вам завтра шевелить бёдрами в откровенном платье перед тысячами фанатов. И здесь сила воли опять же ни при чём. У кого-то вместо железной пищевой воли сцена, софиты на которой могут погаснуть, если распоясаться в еде.
Ну и, конечно, Гермес может скрывать хирургию и фармакологию, заволакивая дымкой свои пищевые распутства.
В общем, если кто-то находится в прекрасной форме, то, конечно, крайне высока вероятность, что у него грамотно организованное питание, которое возможно держится на дисциплине. Но иногда это не так и может не означать «железной» воли.
Погружения в туман Гермеса, избежать вряд ли получится, потому что в нашей природе зашита конкуренция, а значит, и сравнение себя с другими. Серьёзная опасность идёт для тех, кому сложно контролировать еду и вес. Сравнение всегда не в свою пользу, сталкивает в состояние индивидуальной бракованности: «Со мной что-то не так, я дефективный, мне грустно. Где там шоколадный батончик радости?».
К самому Гермесу претензий, конечно же, нет. Для кого-то его дар формирует хлипкость духа, но для кого-то он мотивационный хребет в контроле над своим питанием.
Самопознание:
1. Окутываюсь ли я Туманом Гермеса?
Отметьте нужное:
- Живу в постоянном тумане;
- Окутываюсь ситуативно;
- Окутывался(ась) раньше;
- Вообще, не понимаю, о чём это;
- Это я всех окутываю туманом;
2. Если окутываюсь, то как это влияет на мою самооценку?
3. Мне это помогает или мешает в улучшении пищевого поведения?
4. Надо ли мне что-то менять в своём мышлении? Если да, то что?
Как в Древней Греции лечили от тёмного дара: туман Гермеса.
Сперва страдающих водили на экскурсии в раздевалки олимпийских атлетов. Сейчас бы их повели в комнаты для персонала, в фитнес-клубы. Увидев, что, и как, хомячат некоторые фитнес-тренеры, наивность страдальцев ту же проходила.
Затем через обсуждения того, что испытывать мотивационные трудности в питании – это общечеловеческий опыт, страдальцам постепенно возвращали состояние нормальности.
Дальше, кому-то больше отзывалась идея научиться тянуться за прототипом как за мотивационным примером. А кто-то понял, что нужно просто соревноваться с собой вчерашним и преодолевая сложности в питании, ценить личные подвиги и улучшения.
Принятие и уважение своей генетики, своих вызовов и своего контекста, всенепременно рассеивает Туман Гермеса. После чего проясняется путь индивидуальной трансформации пищевого поведения.
Описанные лечебные протоколы практиковались как качественная терапия без хирургии. К тем же, на кого терапия не действовала, применялось оперативное вмешательство, подробнее об этом в третьей главе.
2.5 Дар пятый - Узел Геры
Гере, как матери богов важно быть важной в системе питания других и укрывать всех размашистым пищевым крылом. Перегибая и переукрывая, богиня плодородия подарила миру явление: Узел Геры.
Узел Геры – это агрессивное насаждение своей пищевой воли с игнорированием физиологических и эмоциональных потребностей других людей.
Плетущий узел Геры не спрашивает, а принуждает придушившая едой, практикуя карательную кулинарию.
Богиня годами методично преследует и терроризирует пищей. Потеряв чувство меры, в режиме конвейерной ленты валит в чужие тарелки порцию за порцией. Всё это вы обязаны доесть, восхититься и попросить добавки.
Услада для божественных глаз – это отпущенные на волю ремни и галстуки, вывалившиеся животы, пульсирующие от пережора вены на шее. Бледные лица, превращённые сахаром и холестерином в бордовые хари. Так, Гера-узлоплет становится ещё и покровительницей производителей инсулина.
Попадая в мужской сценарий Узла Геры, ты будешь пить то, что он посчитает подходящим, когда захочет выпить он и ещё на посошок.
Узел Геры можно удачно сравнить с растением, с говорящим названием: Жирянка. Это цветок-хищник. На поверхности своих листьев он выделяет сахаристую калорийную слизь, заманивая насекомых. Как только те сядут, тут же намертво прилипают, а Жирянка, сворачивая листья в трубочку, обездвиживает насекомых. Попробуй выбраться?
Вот также и Гера со своим узлом, заманивает раскидистыми калорийными столами, к которым так легко прилипнуть, но невероятно сложно отскочить назад. Результат: жирянка как у хищника, так и у наивных жертв.
Зачем Гера так?
Не очень понятно, возможно, причина в трудном детстве богини, где еда была самоценностью. В детский мозг пропечатались протоколы есть впрок, и тогда это было правильно. А сейчас? Сейчас инерцию, заложенную в детстве, не остановить никакой логикой и математическими расчётами калорий. Так что перекормить себя и других – это несомненная благость, такова внутренняя правда Геры, её не перекроить.
Но возможна и другая причина, когда богиня затягивает свой узел, будучи усыплённой богом Гипносом. Оставайтесь с нами до следующей главы.
В любом случае вплетаемого в узел Геры не спрашивают, а принуждают. Он туго шнуруется к столу и в конце процесса с трудом вздыхает от пережора. Придушенный Узлом Геры может чувствовать широкую палитру эмоций от агрессии до благодарности, которая позже переходит в раздражение на себя и хозяйку. Причин негативных реакции несколько.
Бывает, что вплетаемый в узел тихо бесится из-за того, что его настойчиво соблазняют калорийным лакомством, но он прицелился в похудение.
Бывает, что человек не любит холодец, но у узловитой Геры полярное мнение. Можно уступить и сесть желейный студень, можно отказаться и обидеть. Можно незаметно сдрыснуть под стол, пусть она на нём поскользнётся и разобьёт свой гиперопечный лоб. При любом реагировании напряжения не избежать.
Бывает, что я и вправду хочу это съесть, но сама форма подачи, когда мне поднесли ко рту как ребёнку, возмутительна. Да я и планировал этим насладиться, но вот что теперь делать с бурлящим возмущением внутри?
Бывает, что в тарелку смачно плюхается масляный беляш со свининой, который запрещён по медицинским или религиозным причинам. Стряпуха же смотрит щенячьими глазами, виляя вилкой со второй тесто-мясной гранатой.
Неловкий ступор, вот что чувствует туго вплетённый в Узел Геры. Куда девать этот беляш? В себя нельзя, а куда тогда?
Обсуждая тёмный дар от матери богов, важно не считать узелки узлами. Все мы склонны переплетаться в совместной еде, ведь базис для проявления любви и заботы через питание заложен в нас генетически. Это, вообще-то, служит показателем здоровой психики. Без оказания влияния на еду других мы бы не смогли ставить детей на ноги, помогать больным и заботиться о близких, когда им действительно нужна помощь.
Даже помочь кому-то в эмоциональном плане, разделив с ним трапезу, мы бы не могли. Всё это гармоничное, человеческое переплетение нитей пищевого поведения.
Проблема начинается, когда одна из нитей, превращаясь в хищника, опутывает и придушивает другие волокна. Нарушая уникальную индивидуальную циркуляцию физиологических, вкусовых, эстетических и психологических потребностей в еде.
Как раз тонкостью в отличиях узелков от узлов пользуется Гера, ловко употребляя фразу: «Уже ничего и предложить нельзя? Сразу в манипуляциях обвиняют».
Почему ещё Узел Геры - это тёмный дар?
Много тревожного уже описано, но важно подытожить.
Известно, что гиперопека разрушает отношения, истощая наступательные силы одного и оборонительные ресурсы другого. Узел Геры не морской узел, который плотно держится сам по себе. Наброшенная бечёвка будет соскальзывать, ведь опутанные сопротивляются. Так что от еды в режиме сдавливания всегда будет идти деструктивное напряжение, что и осложняет отношения.
Ну и, конечно, уже описанная проблема – утрата контроля над своим пищевым поведением у самого узлоплета.
Самопознание. Такт первый:
1. Оплетают ли меня Узлом Геры?
2. Если да, то кто и в каких ситуациях?
3. Меняет ли это моё пищевое поведение и фигуру? Если да, то в какую сторону?
4. Ухудшается ли моё эмоциональное состояние, когда меня оплетают?
5. Как я обычно действую в ответ?
6. Как отношения в еде влияют на отношения в целом?
Самопознание. Такт второй.
Даже самые самостоятельные из нас подвержены влиянию окружения, ведь наш мозг эволюционно спроектирован для жизни в социуме. Ежедневный контакт с едой в плотных коммуникациях с разными людьми, незаметно оплетает нас узелками. Поэтому, как бы богато человек ни был снабжён волевыми ресурсами, он незаметно, не чувствуя вначале тонкой паутинки, может оказаться затянутым узлом.
Так что при всём уважении к ответам в такте первом, нужна документальная проверка.
Для этого в Элладе была разработана специальная процедура: Матрица социального питания.
Вот дошедшая до наших дней, древняя инструкция. Как и прежде, вы можете скачать форму по ссылке*.
* https://cloud.mail.ru/public/sFP1/65dPBZ9bp
Форма №10 Матрица социального питания (1 часть)
Рис 17
Инструкция:
1. Выставьте для анализа один день с высокой социальной активностью. Вы должны хорошо помнить пищевую хронологию этого дня.
2. В первый столбик рисунка «что съел(а)», напишите список продуктов и напитков, которые вы употребили. Пишите только факт употребления, без указания объёма и прочих отвлекающий подробностей. Например, список может выглядеть так:
- кофе;
- глазунья;
- ржаные хлебцы;
- кофе;
- два пончика;
- борщ;
- макароны;
- сосиски;
- свиная рулька;
- картофельное пюре;
- огурец;
- мороженое;
2. Второй и третий столбики «контекст/обстановка» и «общество», заполняйте совместно. Например:
- Кофе, глазунья, ржаные хлебцы – дома на кухне – один;
- Два пончика, кофе – в офисе – угостила бухгалтерша, которая ко мне клеится;
- Борщ, макароны, сосиски – столовая рядом с работой – с коллегами, Колян подсунул мне вторую сосиску, сказав, что пожадничал и взял две, я съел не пропадать же ей;
- Свиная рулька, картофельное пюре – дома, совместили с просмотром сериала – с женой, она старалась и готовила;
- Огурец – в вдогонку к рульке – доча принесла и сказала, что к мясу полезны овощи;
- Мороженое – в полночь доделывал отчёт по работе - один на кухне.
3. Последний столбик «квадрат» приморозьте, мы вернёмся к нему позже. А пока перейдём ко второму рисунку, где будем развлекаться.
Для справки.
Древние Греки изобрели схему, которую спустя века переизобретут в названии: «Бостонская матрица». Эта модель, как и любая другая, сильно упрощает действительность, чтобы понять генеральные закономерности.
Форма №11 Матрица социального питания (2 часть)
Рис 18
Инструкция.
Горизонтальная ось: ЕДА, которая условно, на уровне здравого смысла делится на ведущую ОТ или К цели. Например, можно сортировать всю еду на ведущую К цели похудеть или ОТ цели похудеть. К здоровью, ОТ здоровья. К назначенным диетологом рекомендациям или ведущих ОТ них.
Вертикальная ось: РЕФЕРЕНЦИЯ, которая делится на внешнюю и внутреннюю.
В нашем случае референция означает то, что было источником решения. Откуда появился посыл это съесть. Он родился изнутри? Если да, то это референция внутренняя.
На решение повлиял другой человек или реклама? Если да, то референция внешняя.
Таким образом, возможны четыре пищевых квадрата:
- Первый квадрат: «Тёща», я съел то, что ведёт ОТ цели, решение было подсунуто извне;
- Второй квадрат: «Диетолог», я съел то, что ведёт К цели, решение было подсунуто извне;
- Третий квадрат: «Панда», я съел то, что ведёт ОТ цели, решение появилось внутри;
- Четвёртый квадрат: «Фитнес-гуру», я съел то, что ведёт К цели, решение появилось внутри.
Итак, приступаем к пищевой аналитике.
Этап первый
Проанализируйте каждый продукт из списка и определите его в какой-либо из квадратов. Затем укажите название квадрата в последнем столбике первого рисунка.
Пример:
1. Кофе, глазунья, ржаные хлебцы – это четвёртый квадрат: «Фитнес-гуру».
Десять лет назад мне так советовал завтракать диетолог. Раньше я отнёс бы этот приём пищи во второй квадрат, но поскольку это уже много лет моё решение и моя привычка, то сейчас это квадрат четыре.
2. Пончики – это первый квадрат: «Тёща».
Я не ем на работе пончики, но бухгалтерша подставила их прямо под нос. Я понимаю, что пончики есть не стоит, но сдержаться не смог.
3. Огурец – это второй квадрат: «Диетолог».
Я вечером вроде как наелся, но доча прямо-таки заставила съесть огурец. Она много читает про правильное питание. В этом плане я ей доверяю и уверен, что огурец пошёл мне на пользу.
4. Мороженое – это третий квадрат: «Панда».
Сильно устал, хотел спать, но было очень важно доделать отчёт. Когда справился, в моей голове сама по себе возникла мысль про какое-то вознаграждение. Мороженое в морозилке показалось мне идеальным вариантом. Целый брикет на ночь – это совсем не правильно, но позыв был очень сильным.
Дополнение.
Если вы сомневаетесь, в какую референцию отнести какой-либо из продуктов, то это и есть самый ценный момент, наращивающий пищевую осознанность. Ещё раз посоветуйтесь сами с собой и определите, из какого сектора вы это съели.
В тонких настройках вы можете перенести вторую или третью порцию продукта из сектора «К цели» в сектор «ОТ цели». Например, тарелка макарон утоляла голод и вела К цели, а спонтанно съеденная добавка макарон вела уже ОТ, потому что привела к перееданию.
Такие же тонкие отличия можно фиксировать по секторам референций. Например: решил съесть сосиску в обед и однозначно это внутренняя референция. Но коллега сказал, что нужно готовить сложный отчёт, до вечера будет не продохнуть и надо поесть как следует. Поэтому я вслед за ним взял ещё одну сосиску. Так что первая сосиска падает в квадрат: «Панда», а вторая в квадрат: «Тёща».
Этап второй
Завершив распределение по квадратам, выполните нехитрую математику и определите ваш пищевой пьедестал.
Например:
• 1 место – квадрат Тёща (5 случаев);
• 2 место – квадрат Диетолог (4 случая);
• 3 место – квадрат Панда (2 случая).
Итоги самопознания:
- Если сравнить работу по самопознанию в такте первом и результаты Матрицы социального питания, всё ли сходится?
- Что нового вы узнали о влиянии окружения на вашу систему питания?
Как в Древней Греции лечили вплетаемых в Узел Геры?
Вообще-то, работа с Матрицей социального питания и была лекарством. Придушенным пищевыми путами прописывалось документировать матрицу как минимум неделю. Причём критически важным оставалось ведение в письменном виде, потому что только так, в явном виде будут проясняться закономерности.
В разборе важно обращать особое внимание на:
• Выходные и будни. Существенна ли разница? Какие дни как влияют?
• Разные занятия или контекст. Какое это оказывает влияние?
• Разный социум. Какие люди, какое оказывают влияние?
Часто замечалось, что от педантичного наблюдения за едой сквозь Матрицу социального питания, пьедестал менялся в лучшую сторону, а пищевые путы ослабевали.
Такое происходит, потому что регулярный анализ не только развивает осознанность в еде, но и повышает чувствительность к социальному пищевому нажиму. А где хорошая чувствительность, там и лучшее реагирование.
Но, конечно, применение матрицы не решало проблемы полностью. Понять, как мы знаем полдела, а вторая половина – это фактически разобраться с теми, кто плетёт узлы.
В Элладе существовали две школы, избавляющие от удушающих пищевых пут.
Первая — трагическая, она специализировалась на работе с близкими людьми. Вторая — комическая, работала со средним и дальним окружением.
Методики первой школы были тонкими и кропотливыми, поскольку работать приходилось с родственниками и наотмашь тут нельзя. Так что, трагическая школа настаивала на прямом, но мягком расплетении. Потому что, как ранее писалось в нашей ДНК зашито кормить и преломлять хлеб вместе. Мы одновременно и хотим и не желаем быть перекормленными. Синхронически благодарны и негодуем, когда близкий человек подсовывают нам калорийную роскошь.
В общем, трагический протокол был следующим.
Во-первых, страдальцев обучали выявлять и признавать положительные намерения тех, кто их кормит. Это частично снимало напряжение и открывало путь к антиистеричной отладке пищевых отношений.
Во-вторых, в школе рассеивали иллюзию, что проблему можно решить одним разговором. Нет, нельзя. Придётся проявлять настойчивость и длительное время вести разъяснительную работу, чередуя серьёзные разговоры с микропосылами.
Когда страдалец настроен на неспешную ступенчатую работу, то он спокойно отбивает застольные атаки в виде: «Да никакая ты не толстая», «Ну где же ты у себя живот нашёл», «Знаешь, иногда важнее поесть как следует, ведь для мозга нужна глюкоза».
Выслушивая подобное, важно спокойно гнуть свою линию неделями, а возможно, и месяцами.
В-третьих, действовать в «я-позиции», то есть вместо ответных обвинений и осуждений, делиться переживаниями от застольного терроризма. Нужно много говорить о внутреннем напряжении и дискомфорте, которые идут от попыток накормить. Полезно рассказывать о чувстве вины, когда съел не то что планировал и сорвал очередную попытку питаться правильно. Можно даже проговаривать появление раздражения и злости на саму родственницу Геру. Ощущать такое к близкому человеку никуда не годится, но чувствам не прикажешь. В общем, показывать, как еда, являясь неглавной частью семейных отношений, шелушит родственные узы и мешает жить в радости.
Если страдающим от пищевых удушений везло и к ним прислушивались, то высвободившуюся энергию опеки удавалось перенаправлять в пользу. Например, в совместное приготовление полезных и вкусных блюд, либо же появление в семейном укладе новых, вне застольных мероприятий.
В ситуациях, когда длительная и трепетная работа с узлоплетами не приводила к положительным сдвигам, страдальцев отправляли читать легенды о пищевом лунатизме. Но это уже другая история из следующей главы.
Во второй, комической школе учиться было легко и даже весело. Здесь нужно разбираться со средним и дальним социальным контуром, а значит, можно и пошкодить.
Для начала учеников освобождали от не к месту проявляемой вежливости и интеллигентности. Эти качества хороши на светских раутах без еды, но не тогда, когда тебя пытаются накормить против твоей воли.
Там, где начинается бесцеремонность в твой адрес, тут же заканчивается застольное благородство с твоей стороны. Так что мучеников обучали отключать деликатность в ту секунду, когда над их тарелкой вздымался непрошеный шмат еды. Вежливые, хлюпкие уклонения и мягкие просьбы лишь раззадоривают узловитую Геру. Нужна прямая и уверенная реакция. Какая?
Лучший ответ - прямолинеен и как если мною манипулируют, то чего это я должен стесняться? В смысле я буду в позиции жертвы? Как это он(она) будет управлять тем, что я ем и сколько жира ко мне приклеится?
Учеников, в ответ на принуждения к еде вооружали колкими фразами и особый акцент делали на дурашливо-несерьёзном тоне.
Изречения, сбивающие путы, были таковы: «У меня организм странный, мне когда майонез на язык попадает, я резко фонтаном блевать начинаю. А всего полчаса назад я пяток огромных помидоров заточил, так что в интересах всего застолья отодвинуть от меня этот салатик с майонезом подальше. Простите, стыдно признаваться, но могу и заблевать».
Или вот так: «Я на диете и поспорил, что если кусок торта съем, то должен буду вскочить на стол, снять штаны и прокукарекать. На прошлой неделе сорвался, и уютные посиделки превратились в дикий мордобой. Вот думаю, смогу ли сегодня сдержаться, тортик такой у вас аппетитный».
В итоге некоторые ученики пробовали оба подхода, кое-кто даже стал применять совмещённый трагикомический сценарий. Но наигравшись в театр, потребность в драматургии отпадала, и они просто говорили вежливое, но уверенное нет. Чем спокойнее они говорили, тем бессильное становилась Гера, и тем легче им потом было обняться несмотря на все недоеденности за столом.
2.6 Дар шестой – Фудстресс менеджмент
В жизни Артемиды всегда присутствует гегемон стресса, который удерживает власть над всей системой питания. Подчиняясь владыке стресса, богиня охоты сбегает от проблем в еду. Так был порождён дар, названный на современный лад: Фудстресс менеджмент.
Фудстресс менеджмент - это нормализация внутреннего состояния едой, как средства решения любой проблемы, кроме голода.
Проще говоря это то самое заедание стресса, в котором вкусовое удовольствие успокаивает и решает проблему на эмоциональном, но не фактическом уровне.
Пользующиеся даром Артемиды применяют так называемую смещённую реакцию на деструктивный стресс. Её суть в следующем; человек попадает в трудную ситуацию, которую невозможно или не хочется решать. Подвешенная проблема похожа на высокое давление в пароварке без клапана, сейчас разорвёт и надо куда-то сбросить напряжение. Простой и приятный способ – сбросить давление через еду, которая и выступает в роли подменной темы.
Причём выбор падает на один из пяти возможных сценариев смещённой стресс-реакции. Это очень продуктивное решение. Судите сами, вот из каких вариантов «решения» проблем приходится выбирать:
- Алкоголь. Напиться и расслабится иногда нельзя, ты на совещании, за рулём или врач-нарколог на дежурстве.
- Скандал. Проораться и спустить пар иногда опасно, могут и из дома уйти, с работы уволить или вообще стукнуть.
- Секс. Снять внутреннее напряжение через соитие иногда не с кем, да и этот гад постоянно в ритм не попадает.
- Двигательная активность. Утилизировать негативное напряжение через упражнения иногда лень, нет времени, спортивной формы, здоровой поясницы, чуткого тренера, да и фитнес нынче дорог.
- Еда. Напороться вкуснятины и всплыть поплавком в озере нирваны, можно всегда. Приятно, дёшево, быстро, никто не нужен и безнаказанно в моменте. Такой вот спасительный вред, когда еда выручает в моменте, но вредит будущему.
Дотошнее рассматривая дар Артемиды, вырисовываются четыре признака смещённой реакции на стресс.
Признак первый: отсутствует физиологическая целесообразность еды.
Сейчас нормальный уровень глюкозы, телу не нужны калории сверху, но шесть больших шоколадных конфет приятно растворяются с кружкой горячего чая.
Признак второй: действия направлены мимо объекта проблемы.
Дымящийся сыр на пухлой хлебной подушке не поможет вернуть важного клиента. Но чем энергичнее прогрызаешься к центру пиццы, тем крепче уверенность, что он вскоре вернётся сам.
Признак третий: тяга только к вкусно-калорийному.
При сильном физиологическом голоде редиска кажется очень вкусной, и если нет ничего другого, то с урчанием в животе, ты агрессивно дробишь зубами упругие красные шарики.
При смещённой реакции на стресс, на сельдерей, гречку и постный творог не тянет вовсе. Такие продукты отталкивают, так что подавай эклеры, мороженое и шоколад.
Признак четвёртый: анархичный характер действий.
- Хочу чебурек с мясом, хочу не могу!
- Съел.
- Нет, что-то не то, надо было с сыром.
- Съел.
- Опять мимо, нужно было сладкого. Точно, медовик.
- Съел.
- Да нет, всё же чипсы.
- Уже не лезет, ничего протолкнём всю пачку по одной, они же невесомые.
Почему Фудстресс менеджмент — это тёмный дар?
В Древней Греции за такие дурацкие вопросы писцов казнили сразу. Но теолог, писец какой рисковый и добавит к первым двум понятным проблемам: переедание и побегу от решения проблем, кое что ещё.
В-третьих: Фудстресс менеджмент – это идеальная тренировка импульсивного характера еды. Человек, сам того не понимая, быстро приучается есть спонтанно. Импульсивность хороша в творчестве, в играх, в любви. Но в еде импульсивное поведение всегда приносит многие беды.
Заедающий стресс передает, не замечая, затем удивляется прибавленным килограммам, на фоне куда-то испарившихся вкусняшек.
«Да, я вообще ничего не ем и поправляюсь от воздуха, потому что у меня такая генетика», - это классический ответ страдающего от тёмного дара Артемиды. Причём импульсивно заедающий честен, он не врёт. Заедает ведь он в состоянии гипнотической захваченности стрессом и никак не может этого помнить, так что не надо над ним стебаться, а лучше помочь.
В-четвёртых: заедание стресса, кроме объёма талии ширит ещё и состояние жертвы. «Я вообще тут ни при чём. Просто на светофоре стоял, а шоколадка сама в меня въехала. Очевидно, что я пострадавший в этом обжирательном ДТП».
Все ведь знают, что из устойчивой позиции жертвы невозможно нормализовать пищевое поведение?
В-пятых: Фудстресс менеджмент прицепом к жертвенной позиции рождает чувство вины. Зажмурившись и подставив широко раскрытый рот под поток лакомств, человек с ужасом открывает глаза: «Что же я натворил?! Опять! Я же решил прекратить. Да что же это я такой безвольный!».
Именно из этого состояния виноватости и вытекает другой, темнейший из даров. Но пока самопознание:
1. Попадаю ли я в ловушку: Фудстресс менеджмента?
Отметьте нужное:
- Я в ней живу;
- Попадаю ситуативно;
- Попал(а) раньше;
- Да никакая это не ловушка, понервничал – поешь, и всё пройдёт;
- Пользуюсь вместо этого Алкостресс менеджментом;
- Пользуюсь вместо этого Скандалстресс менеджментом;
- Пользуюсь вместо этого Фитнесстресс менеджментом;
- Пользуюсь вместо этого Сексстресс менеджментом;
- Использую ситуативно-комплексный подход.
2. Если я практикую Фудстресс менеджмент, то обычно в ответ на какие события?
3. Есть ли в моём окружении люди, которые провоцируют у меня заедания стресса?
4. Есть ли в моём жизненном опыте связь между стрессовыми периодами и подскоками веса?
5. Что нового я узнал(а) о себе в части еды с привязкой к стрессовым событиям?
6. Надо ли мне что-то менять? Если да, то что?
Как в Древней Греции лечили от тёмного дара: Фудстресс менеджмент.
Врачеватели понимали, что захваченность стрессовыми заеданиями – это неизбежная к решению задача для того, что бы понизить и стабилизировать вес тела. Отказ от работы над этой проблемой, гарантирует пожизненный лишний вес.
Так что ввиду важности проблемы, протоколов лечения было собрано много. Всё систематизировалось в Пирамиду антистрессовых заеданий, а техники делились на фундаментальные, эмоциональные и технические.
Было необходимо путём практического тестирования, подобрать приёмы, помогающие в каждом случае.
Форма №12 Пирамида антистрессовых заеданий
Рис 19
Фундаментальный уровень состоит из равно важных: трёх приёмов пищи и гармонизации бытия.
Три приёма пищи.
Вообще, признак, хорошо предсказывающий скорое ожирение - это хаотичное питание, на фоне высокого стрессового давления.
Так что первым делом, древние диетологи разбирали ритм питания страдальца. Когда там обнаруживалась спонтанность с длительными пропусками еды, то врачеватели знали, что любое лечение бестолку, пока не наладится правильная ритмика еды.
Если человек долго не ел, то он находится в состоянии физиологического голода. Наложив на этот фон негативный стресс, получаем: 1+1=11.
Банальные пропуски еды усиливают эмоциональную тягу к пище в геометрической прогрессии. Остановить зажор в таком состоянии – это как сознательно отказаться от болеутоляющего при невыносимой зубной боли.
Так что сперва врачеватели налаживали три стандартных и сбалансированных приёма пищи: завтрак, обед и ужин. Таким образом, убирались колебания уровня глюкозы и обеспечивалась ровная энергетика дня. Уже после этого некоторые на устойчивой физиологической энерго подушке прекращали заедать и за ненужностью отказывались лечиться дальше. Некоторые начинали заедать через раз, уже прогресс.
Ну и, конечно, были те, кому это не помогало, таких направляли на дальнейшую профилактику. Но правило лечения было гранитным: пока системно не обеспечен трёхразовый сбалансированный ритм питания, бороться с заеданием стресса – это сизифов труд.
Гармонизация бытия.
Конечно же, древние врачеватели знали, что если проблемы в еде идут от жизненных неурядиц, то бессмысленно заниматься заеданиями, а надо бы решать проблемы уровнем выше. Ведь только решив системные жизненные вызовы, можно по-настоящему успокоиться в импульсивных заеданиях.
Плохая еда – это не только когда она испорченная, это ещё и когда её раскладывают на столе, чтобы создать ощущение полноценной жизни.
Не пытаться прекратить заедать и похудеть, чтобы решить жизненные проблемы. А решить жизненные проблемы, чтобы прекратить заедать и похудеть.
Так что приспешников Артемиды, одновременно с трёхразовым питанием, направляли на длительные курсы по гармонизации бытия. Такая себе рекомендация в наш век скоростных лайфхаков, но в тягучем периоде бронзового века работало отлично.
При этом понимая, что глобальные улучшения не случатся вмиг и потребуют времени, были изобретены помогающие техники на эмоциональном и техническом уровнях.
Эмоциональный уровень состоит из: добавления удовольствий и эмоциональной выгрузке.
Добавление удовольствий.
Было замечено, что крайне часто в жизни приспешников Артемиды не хватало удовольствий, обычных человеческих. Дом-работа, дом-работа, дом-работа, оптовая съестная лавка, дом-работа, дом-работа, дом-работа, оптовая съестная лавка. Всё! Никаких ярких жизненных красок и положительных эмоций.
В таком случае предписывалось добавить любых, экологичных телу удовольствий, которые и начнут конкурировать с заеданиями.
Тогда уже существовала психогигиена как наука о достижении и сохранении психического здоровья. В канонах этого учения настроение влияет на тебя и на твои действия. Но и ты сам, подкручивая условия бытия, меняешь своё настроение. Это взаимный процесс, который нужно уметь со настраивать.
Даже такая малость, как изменение освещённости влияет на настроение и на объём удовольствий, получаемых в течение дня. Так что страдающим от стрессовых заеданий, предлагалось интегрировать в жизнь любые, даже мелкие индивидуальные кайфушки. Так что задание – получать больше удовольствий, выставляя себя на первое место, неплохо оттесняло зажоры.
Эмоциональная выгрузка.
Эта техника подходила наиболее утончённым и осознанным. Сперва из арсенала убиралось слово: «срыв», оно заменялось на слово: «отклонение», это важно. Подробнее об этом в следующем разделе, пока же просьба поверить на слово.
Далее страдающему от Фудстресс менеджмента, предлагалось научиться замечать момент непосредственно перед отклонением в ненужную еду.
Почувствовав, что вот-вот будет съедено что-то не то, пациент был наказан тут же бежать в ближайший амфитеатр и выпаливать всё по списку:
1. Проговорить состояние: что я сейчас чувствую?
2. Проговорить причины состояния: какие события к этому привели?
3. Проговорить своё желание: что хочется съесть, чтобы снизить напряжение?
4. Проговорить ближние эффекты, если съем?
Важно упомянуть и положительные моменты.
5. Проговорить дальние эффекты, если съем?
Важно упомянуть и отрицательные моменты.
6. По окончании экспресс-спектакля поступить наилучшим образом.
Даже если спектакль проходил во внутреннем диалоге с собой, то от этого всё равно был толк.
Некоторым такая театрализация помогала остановиться, у некоторых работала от случая к случаю. А те, кто всё равно отклонялся, начинали понимать: вот сейчас я ем, потому что голод, а вот сейчас, потому что мне плохо и трудно. Так, перевод из неосознанного в сознательное, помогал вытеснять импульсивные пищевые фазы и постепенно менял телесную судьбу.
Конкретным и менее утончённым пользователям Фудстресс менеджмента, лучше всего подходил технический уровень. Он состоял из техник:
- Дофаминовый отлив;
- Шоколадные приседания;
- Продуктовая архитектура;
- Дегустационная медитация.
Дофаминовый отлив.
Приём был открыт случайно, древние Греки заметили, что чем дольше по времени страдалец занимался эмоциональной выгрузкой, тем чаще он справлялся с ситуацией. Спустя много веков обнаружилось, что к наскокам на еду усиленно толкает Дофамин. Будь неладен, этот субстрат предвкушения удовольствия.
Выраженный выброс Дофамина приводит к сильнейшему эмоциональному порыву. В этот момент выстоять и отодвинуть миску с чипсами маловероятно. Но уровень Дофамина неизбежно падает в течение примерно десяти минут, освобождая разум от эмоционального захвата.
Врачеватели уловили этот эффект эмпирически и поняли, что Дофамин – гормон не выносливый и быстро выдыхается. То есть нужно тупо тянуть время.
Было рекомендовано, испытав эмоциональный порыв к еде, сказать себе: «Да, я стресанул и нахомячусь чипсов, но минут через десять». В это время убрать из зоны видимости чипсы и основательно разыгрывать спектакль по эмоциональной выгрузке.
В общем, ждать дофаминового отлива, перенаправляя мыслительный процесс в другое от еды русло.
Кстати, вот так опаузиться – было действенным приёмом, если поклонник Артемиды страдал длительными застольями, например, за долгожданным ужином в кругу семьи. Ворвался домой голодным, съел всю тарелку, но хочешь ещё. Хорошо, поставь таймер на десять минут и только после этой паузы можешь есть дальше. Чувство голода отпускает не сразу, и организму надо дать время, чтобы он понял - еда получена. Без такой паузы, импульсивные калорийные докидывания всегда будут больше.
Шоколадные приседания.
Техника: Дофаминовый отлив, в процессе была дополнена физическим сценарием. Во время эмоциональной захваченности едой нужно было просто присесть 10-20 раз или выполнить любое другое упражнение с вовлечением крупных мышечных групп. Хоть бы по лестнице на пятый этаж подняться, шагая через ступеньку.
Большие мышцы, сокращаясь, требуют много крови. Мозг через метаболические рецепторы понимает, что носитель задумал тяжкий физический труд. Поэтому придётся прекратить слюноотделение и перенаправить кровь из разыгравшегося желудочно-кишечного тракта в крупные мышцы бёдер. Там сейчас важнее.
В моменте, двигательная активность как бейсбольная бита, жёстко отбивает летящий калорийный мяч. Невозможно одновременно испытывать эмоциональный голод и выполнять физическую работу. Так что, Шоколадные приседания, естественным образом подавляют наносной аппетит и останавливают порыв в еду.
Продуктовая архитектура.
Ещё одним помогающим приёмом был разбор «отклоняющих» продуктов, ибо поклонники Артемиды в основном заедают стресс чем-то однотипным. Традиционно это что-то сладкое, жирное, сладко-жирное, иногда солёное. Как только последователь богини охоты попадает в напряжённую ситуацию, то у него тут же повышается мотивационное либидо к конкретному продукту. Выявить такое возбуждающее лакомство не представляет труда, а выявив, следует заняться усложнением доступа к нему.
Дело в том, что чем больше ты тратишь волевой ресурс, тем больше ты обезволенная Артемида. То есть чем больше ты Артемида, тем бережнее надо относиться к волевым тратам. Как если любимая вкусняшка всегда в доступе, да ещё и на самом видном месте, то внутренней битвы и волевых растрат не избежать.
Поэтому если усложнить доступ, убрать с глаз долой «отклоняющий» продукт, то сбережёшь больше силы воли. Умнее не выигрывать битвы, а просто в них не вступать.
Вот чисто технические способы избежать сражений.
Можно табуировать доставку на дом и покупку другими людьми «отклоняющего» продукта. На внутреннем законодательном уровне установить, что это покупается только самостоятельно и только ногами в магазине.
Ещё пример. Можно ликвидировать режим белки, запасающей орехи на зиму. У белки зима наступает раз в год, а у Артемиды случается при каждом стрессе.
Так что полезно запретить себе покупать про запас и держать комплект «отклоняющей» еды дома, на работе, в машине. Покупать можно только под сиюминутные нужды и никогда не наперёд.
Ещё идея. Договориться с близкими, чтобы они при тебе не кушали твои «отклоняющие» продукты. Кстати, некая Артемида, работающая бухгалтером, взяла за правило уходить на обеденный перерыв в кафе, пока её сослуживцы дербанили заманушную для неё пиццу.
Странно, но иногда просто технически усложнив себе доступ к ненужной еде, мы начинаем меньше её есть. Да, мы ленивы, и это эволюционное приобретение здесь можно использовать себе во благо.
Естественно, что усложнить доступ к «отклоняющей» еде – это ровно половина продуктовой архитектуры. Если это сделать эффективно, то останется пустота, которая, в конце концов, понятно, чем заполнится. Так что на место отклоняющей еды, при помощи пищевой архитектуры нужно размесить еду нужную. Переворачивая все приведённые примеры к вверх тормашками, получиться в лености своей питаться правильно. Главное — организованно подготовиться к удобно-ленивому питанию.
Дегустационная медитация.
В дополнение к предыдущим методам поклонников Артемиды просили вкушать отклоняющие продукты в медитативном стиле с обязательным вкусовым отчётом.
Процедура следующая: откуси кусочек и жуй до тех пор, пока вкус не исчезнет совсем. Затем напиши отчёт и только затем можно кусать дальше.
Дело в том, что вкус еды при пережёвывании меняется, да и наши вкусовые рецепторы действуют с задержкой.
Форма отчёта, которую важно заполнить:
1. Какой был вкус вначале?
2. Как менялся вкус?
3. Через сколько времени вкус пропал совсем?
4. Что мне особенно понравилось во вкусе, текстуре, цвете, запахе продукта?
5. Чего мне не хватило и за счёт чего продукт можно сделать вкуснее?
6. Что произошло с моим чувством голода?
7. Как изменилось моё эмоциональное состояние после съеденного кусочка?
8. Насколько я действительно хочу съесть второй кусочек?
Письменное, дотошное заполнение отчёта полезно много чем. Тут и повышение осознанности, и высвобождение от эмоционального захвата, и умение получать больше удовольствия от небольшого объёма калорий.
Как видите, техник против Фудстресс менеджмента в достатке. Среди них нет идеальных, а правильным является путь практического тестирования и подбора индивидуально работающих приёмов. Будучи персонально настроенными, они если и не устранят совсем, то критически уменьшат частоту и глубину стрессовых заеданий.
В очередной и не в последний раз, возвращаясь к главной идее книги, напишу, что техники работы с Фудстресс менеджментом, вносят грандиозный вклад в перевод импульсивного характера еды в осознанный. Хорошо, что Артемида существует, и спасибо ей за то, что нам есть на ком поучиться.
2.7 Дар седьмой - Таран Афины
Проведённый под началом богини первый в истории марафон по похудению, послужил импульсом к проявлению большинства других даров. Мы приступаем к его разбору только сейчас, по причинам пока скрытым от читателя.
Богиня войны, ведущая священную битву за правильное питание, подарила миру явление: Таран Афины.
Таран Афины – это революционное изменение системы питания, подменяющее разовой процедурой, постепенную работу по формированию новых пищевых привычек.
Ударенный тараном Афины с Нового года, с первого числа или с понедельника ставит к вверх тормашками месяцами накатанный пищевой режим. Применяется какой-то радикализм; уменьшается объём еды, меняется количество приёмов пищи, одни продукты заменяются другими, кратно увеличивается потребление воды. Совершается прыжок в диету, выбивающую большие категории продуктов, табуируются белки, жирки или углеводы. В общем, начинается новая пищевая жизнь.
Без уважения к своему прошлому.
Человек, вооружённый Тараном Афины, вероломно бьёт по настроенным годами, ритмам потребления и усвоения пищи. Даже если система питания далека от совершенства; пищеварительные, метаболические, психологические и социальные шестерёнки человека притёрлись и как-то научились крутиться.
Резкая смена в еде паникой накрывает все органы и системы, появляется фоновый стресс, истощаются волевые запасы, кромсается жизненный ритм, а иногда нарушаются отношения с близкими.
С переоценкой своих будущих способностей.
Вдруг с понедельника «ставя на уши» питание, человек всегда переоценивает свои временные возможности и волевые качества. Изменения нужно внедрить в плотно утрамбованный жизненный ритм и поддерживать давно сформированными волевыми качествами.
С чего бы вдруг сказочным образом, всё это должно измениться в лучшую сторону?
Такой вопрос остаётся в слепой зоне, вместо этого случается свежий конфетно-букетный период в отношениях с едой. Влюблённость не позволяет замечать никаких недостатков в новом диетологическом партнёре. На первых свиданиях есть уверенность, что так будет всегда. Но в отличие от романтических отношений Таран Афины – это боевые действия.
Резкий перекрой еды видится настоящим мотивационным варварством, которое воительница предлагает в виде истерических диет-марафонов.
На мирного скульптора надевают тесный шлем, вкладывают в одну руку тяжеленный шит, а в другую длинное копьё. Необученного к военному делу художника ставят в переднюю шеренгу из таких же наспех призванных гончаров, землепашцев и писарей. Гонят на врага, гонят прямиком на свою физиологию и психику.
Поначалу скульптор кровожадно разит врагов, льёт кровь, радуется победам и ухмыляется безвредным ударам по шлему. Но через пару недель отсохшее плечо опускает шит, обнажая подбородок. Копьё тупится и вместо глубоких ран оставляет просто синяки. Глухие удары по бронзовому шлему, сливаются в нестерпимый гул. Почти вся передняя шеренга полегла, а легион тех, кто указан врагами, нескончаем. Сколько бы ни было убито, это не важно, наступающих бесконечно много. Сзади напирают и даже если новоявленного рекрутера не пронзит враг, то растопчут свои. Ибо Таран Афины даже продавать не надо, к нему ещё нужно и очередь отстоять, чтобы оплатить.
Таран Афины – это естественная, но не подходящая под задачу реакция мозга.
Почему однажды человек хватается кроить питание? Его что-то не устраивает в весе, фигуре, здоровье. Он желает другого положения вещей и желает навсегда.
Надо учитывать, что наш мозг, пройдя за миллионы лет все тяготы борьбы за выживание, стал необычайно практичным в части экономии энергии. Он, как рачительный хозяин выискивает самый ленивый путь к цели, по крупицам экономя драгоценную энергию.
Идея делать что-то долго не может вдохновить мозг, слишком трудозатратно. Более привлекательным видится способ подкопить волевой капитал, дождаться подходящего момента, единожды надорвать жилы, получить результат, а дальше отдыхать. Умно.
Проблема лишь в том, что кушать по-новому придётся после, так что рывковый стиль не подходит для формирования новых нейронных связей. Уже в Древней Греции в голос смеялись над тем, что привычка якобы формируется за 21 день. Ага, на десять эту цифру умножьте.
Интересным образом, Таран Афины формирует «колхозный менталитет» в питании, тут имеется в виду аграрный, волнообразный подход.
Жизнь в колхозе кардинально меняется каждый сезон. Интенсивность работ крайне изменчива, от практически круглосуточного аврального режима сбора урожая осенью, до неспешной профилактики оборудования зимой.
Режим колхозной жизни, рассчитан для выращивания пшеницы на полях, и также идеален для выращивания жира в человеческом теле. Возможно, пока не видна причинно-следственная связь, но попробуем распутать этот клубок.
У сбалансированного питания, к сожалению, нет накопительного эффекта в части стабильности веса тела. Как бы идеально ни питался человек в течение тридцати лет, если он вдруг начнёт переедать на тридцать первом году, то неизбежно поправится. Метаболизм обделён благодарностью и не выплачивает дивиденды за выслугу правильно прожитых пищевых лет.
Так что если мы хотим жить-поживать в оптимальном весе, то нужно выработать ровное пищевое поведение. Сезонные колебания калоража, конечно же, будут, но в едва заметных амплитудах.
Идея же «колхозного менталитета», ввергает человека в закрученный цикл.
Весной он правильно питается и боронит голодовым плугом рельефные бороздки на пузике. Летом поливает пивком и удобряет шашлычками, подрастающий урожай лишнего веса. Плодовитой осенью забивает до отказа жировые закрома. Ну а зимой консервируется в пищевой депрессии. Ждёт до весенней оттепели, когда можно вновь боронить бочка голодовкой.
Некоторые дополнительно сеют похудательные озимые к Новогоднему отдыху. Проживание в климате высокого дохода, позволяет им лететь в жаркие страны, для чего необходимо снимать урожай похуденческих голодовок, дважды в год.
В общем, чем не колхоз?
Такой пищевой менталитет опасен, поскольку сама специфика пищевого поведения практически гарантирует многократные повторения подобных наскоков. А вот от наслоения этих экспериментов появляется россыпь катастрофических результатов. Например: срывы, появление пищевых зависимостей, наборы веса больше прежнего, болезни и эффект подорванной веры в себя.
Кажется, что пугаю и сгущаю краски? Дождитесь разбора последнего и темнейшего из даров. А пока стоит присмотреться к модификациям таранов от богини войны.
Самый распространённый сценарий — это начать тупо меньше есть, попросту голодать, чтобы похудеть.
Затем по популярности следуют «секретные» диеты с колкими названиями, они одновременно худеют, множат жизненные силы, лечат и чистят.
Кстати, о чистках, бывает, что Таран Афины проявляется в детоксах и разгрузочных днях, которые не назначены врачом и практикуются по наитию.
Да, физиологически организм устроен по принципу трубки, и логично бы ёршиком пройтись. Но тело - это не выхлопная труба, которая может засориться.
Диетологические трубочисты, используя кефирные и гречневые дни словно вантузы, не понимают, что организм спроектирован по принципу доменной печи, которая не должна остывать до самого конца. Для здорового, энергичного и длительного горения в топку должны ежедневно и в нужных пропорциях загружаться три макронутриента: белки, жирки и углеводы. Правильно подобранные компоненты не могут зашлаковать печь, вместо этого они-то и обеспечивают горение в годах.
Выбивание любого звена триады Б.Ж.У., вместо очищения приводит к замедлению регенеративных и восстановительных процессов, то есть снижает резервные мощности организма.
Монодиеты, когда употребляется только один-два продукта, разгрузки и откровенные голодовки бьют тараном, разрушая технологию биологического горения.
Сон естественным образом соединяет в себе идею детокса, чистки и голодания. Правильно организованные режимы питания и сна, решают все эти задачи. Но этого, конечно же, не признаёт свирепая Афина, ей нужен диетологический мятеж.
Худеющим Афина приказывает подставить голову под тройной сжимающий обруч.
Первым кольцом богиня войны ограничивает общий калораж, то есть заставляет голодать.
Вторым кольцом запрещает есть любимые продукты, то есть лишает удовольствия.
Третьим кольцом очерчивает узкий круг продуктов, которые можно кушать, то есть развивает пищевую скуку.
Бедолага ест однотипно невкусное, постоянно думает о любимых запрещённых вкусняшках и всё это на фоне голодного подсоса в желудке. Похуделец с тройным затянутым на голове обручем, получает такой нестерпимый скрежет, что бросает в пределах месяца. Ну а бросив прибавляет в весе и в чувстве вины.
В пыточном ассортименте для малоподвижных похудельцев есть дополнительная экзекуция. В придачу к тройному обручу Афина рекрутирует борющегося с лишним весом на ежедневные, изнурительные тренировки. Ведь так жир сгорит быстрее.
Владелец нетренированного тела в мотивационной одури, неделю-другую бомбит дряблую мускулатуру. Постоянные боли в мышцах, усталость, нехватка времени, растрата воли, да ещё и головной скрежет.
Что ещё, кроме как бросить изменения, может пользователь Тарана Афины?
Почему в Древней Греции особо страшились Тарана Афины?
Уже писалось, что для гармонизации отношений с едой, необходимо импульсивные пищевые повадки перевести в осознанное поведение. Повадки у животных, а поведение у человека. Важно научиться питаться не по исторически заложенному звериному инстинкту, а так, как это делает высококультурный человек. Для этого нужно признать в себе божественное, в том числе и в еде.
Таран Афины – это варварский способ. Но нельзя настраивать культуру питания некультурными способами. Некультурными физиологически, психологически и социально. В нормализации системы питания невозможно идти к правильной цели неправильным путём, иначе война. В ней только поражение.
Здесь преждевременно устраивать такт самопознания и разбирать протоколы лечения. Поскольку сперва нужно пережить эпическую битву, которую спровоцировал сам Зевс.
2.8 Битва у подножья Олимпа
Однажды утром боги были разбужены воплями и лязгом мечей. Шум исходил из долины у подножья Олимпа. Свесившись с края горы, они увидели внизу масштабную баталию. Продрав глаза от спячки, олимпийцы рассмотрели делали сражения.
Маленькая и агрессивная боевая фаланга атаковала хаотично бегающих и явно не приспособленных к военному делу человечков.
Атакующие были фигуристы и все как на подбор с точёными торсами. Действовали они слаженно и явно были объединены какой-то идеей. Рельефные бойцы преследовали тучных и старались взять тех в плен. Тучных же было кратно больше, но дрались они разрознено, крикливо и истерично.
По развивающимся знамёнам удалось определить, кто, с кем бьётся. Щетинистая копьями фаланга оказалась братством проповедников Тарана Афины. Они старались всех обратить в свою веру, для чего захватывали тучных и насильно втискивали пленённых в середину своей плотной фаланги.
Тучные же принадлежали к элитному ордену стигматизированных лишним весом. Они были жрецами, преданными миссии: нести на себе крест лишнего веса за всё человечество.
Разрозненные жрецы не могли противостоять слаженной атаке. Они не умеючи отбивались как дети и пачками попадали в плен. Отбившиеся ненадолго отступали, переводили дух, а после яростно контратаковали, нанося ничтожный урон агрессорам.
При этом братство под знаменем Афины тоже не особо преуспевало на поле брани. Жрецы хоть и не умели воевать, но были глубоко преданы своему ордену. Буквально единицы пленённых жрецов стройнели и приживались внутри фаланги. Большинство захваченных, будучи втиснутыми меж бойцов, просто поджимали ноги так, чтобы фаланга маршировала за них. Хитрые жрецы дожидались, когда от давки они станут звонче и просто выскальзывали из объятий, покидая энергично марширующий строй. При этом все, кто сумел сбежать, становились ещё пухлее, чем до пленения.
В какой-то момент битва пошла по непредсказуемому сценарию. Чем дольше и агрессивнее братство проповедников Афины нападало на жрецов, тем упитанней становились последние.
Затем случилось вообще странное, жрецы стали плодиться невиданными темпами. До вторжения при мирной жизни они так скоро никогда не размножались. Но кратное повышение численности тучных жрецов не помогало им победить, ибо были они неумехами в военном искусстве.
Гефест, как самый рациональный из богов проанализировал боевую фалангу и определил, что в отряде были только те, кто однажды успешно применил на себе Таран Афины. Будущие проповедники когда-то резко изменили своё питание и получили прекрасные пожизненные результаты. Они уверовали и записались в боевой отряд Афины.
Также наблюдательный Гефест заметил, что фаланга была идеально организована из трёх шеренг, в каждой из которых были бойцы одного типа. Кто же эти благородные рыцари?
Психопаты – первая шеренга.
Фронтальная линия состояла из психопатов, которые могли однажды с утра резко поменять питание, перекроив под это весь жизненный уклад. Далее, их мозг, устроенный особым психопатическим образом, позволял насиловать себя неделями до тех пор, пока это не становилось новым привычным и стабильным ритмом. Так что тем, кому посчастливилось родиться с аномальной психикой, не могли понять, что тёмного в Таране Афины. Инструмент рабочий, для них рабочий.
Психопаты были идеальны для первой линии атаки, они бездумно нападали, не испытывая ни сомнений, ни угрызений совести.
Вторая шеренга - прожившие жизненный слом.
Среднюю линию формировали те, с кем случился посттравматический рост. Для них Таран оказывался интуитивным, идеальным и разовым инструментом. Однажды человек проходил через сложнейшую жизненную ситуацию, которая потрясала внутреннее «Я». Травма разбивала сложившееся мировоззрение, что впрямую или по касательной цепляло темы питания, здоровья и веса тела.
Пройдя испытание, человек вместо упадка и безволия, получал рост и кристаллизовал дух. Провал становился трамплином к позитивному психологическому изменению. Это было парадоксальным отставленным результатом травмы. Человек с умноженной жизнестойкостью, вмиг пересобирал себе иную жизнь, в том числе и в питании.
В таком случае Таран Афины становился естественным сюжетом, органично подходящим для построения жизни на другом уровне. Здесь речь уже шла о впечатывании новых само идентичностей: «я тот, который всегда питается с пользой», «я та, которая живёт в стройном теле».
Поместить в середину фаланги бойцов, закалённых ударами судьбы, было гениальным решением, так как они составляли идеологическое, бесконечно неутомимое ядро отряда.
Третья шеренга - баловни судьбы.
Замыкающая цепь состояла из везунчиков. Резкий перекрой питания, в своё время дал им отличный устойчивый результат просто по счастливому стечению обстоятельств. У таких фартовых складывался пазл как минимум из трёх фрагментов: специфика метаболизма, не предрасположенность к пищевой зависимости и жизненный контекст.
Владелец «расточительного» метаболизма худеет быстро, так что его усилия сразу же подкрепляются впечатляющими результатами. А это мощный генератор энергии, питающий дальнейшие изменения в обход мотивационных провалов.
Помимо специфики метаболизма, нервная система каждого из нас имеет индивидуальную уязвимость и быстро подсаживается на свою персональную зависимость. Например, есть люди, которые с первой сигареты становятся пожизненными неизлечимыми курильщиками. Именно им нельзя пробовать даже одну затяжку, но наперёд, этого не узнать.
Также есть те, у кого в случае начала ограничительных манипуляций с пищей, мгновенно развивается зависимость от вкусной и калорийной еды. Но если нервная система «спокойна» в отношении пищи и это не её индивидуальный наркотик, то деструктивные откаты маловероятны.
Финальное звено пазла зависит не от генетики, а от внешних факторов. Бывает, что резкая трансформация питания проходит в бесстрессовом и комфортном жизненном цикле. Дальше в пути особо не трясёт, бытие ровное без ухабин. В таком жизненном контексте сама фортуна оберегает от рецидивов плохого питания и возврата лишних килограмм.
Вообще, колебания веса чётко сцеплены с изменениями жизненного контекста, но об этом в ближе к концу книги. Оставайтесь с нами.
В итоге, если «расточительный» метаболизм, совпадает со «спокойной» к зажорам нервной системой и всё это на ровной жизненной подложке. Тогда Таран Афины может быть лучшим, а главное, едино разовым сценарием. Но если описанный пазл не сложился, то резкий наскок на улучшение пищевого поведения – это рулетка, рулетка Русская.
Так или иначе, замкнуть везунчиками фалангу было мудрым решением. Они не достаточно мотивированы и агрессивны, но их много. Пусть своей массой подпирают сзади и разгоняют атаку.
Несмотря на сплочённость и идеальное построение проповедников, баталия становилась всё более бессмысленной. Боги стали недоумевать, почему бы им не прекратить? Оставьте жрецов в покое, они всё равно в плену не задерживаются, а от ваших атак только тучнеют.
Зачем воюют? Загадка.
Мозголомку опять отгадал дотошный Гефест. Он не поленился сбегать за подзорной трубой и рассмотрел в неё, невидимое глазу столпотворение малюсеньких военачальников внутри фаланги. Они были мелкие и злобные, как вши. Больно кусаясь и рявкая прямо в уши, микроскопические командиры не давали бойцам опомниться и гнали их вперёд в очередной прорыв.
Крохотным полководцам война явно шла на пользу, похоже, они извлекали какую-то выгоду из бессмысленной бойни.
Выкрутив подзорную трубу на максимум, Гефест сумел различить мордочки командиров. Они были подозрительно похожи на алчных продавцов программ быстрого похудения. Некоторые напоминали начинающих диетологов, а некоторые — неопытных фитнес-тренеров.
Ладно, с этими всё ясно, понятно почему воют и никогда не остановятся.
А вот эти тучные жрецы откуда завелись в нашей долине? Совсем недавно их тут вовсе не водилось. Задался вопросом пытливый Гефест.
Ответа для него не было, ибо высший орден стигматизированных лишним весом, секретно создал сам Зевс столетие назад. Но это уже следующая история.
2.10 Генетический эксперимент Зевса
За сто лет до эпической битвы у подножья Олимпа, боги спокойно лежали у бассейна и обсуждали свои приключения в недавнем марафоне: «Похудей к лету». За ними скрытно наблюдал сам Зевс. Громовержец давно подсел на сериал из тёмных даров и томился в ожидании новой серии. Но послушав про Таран Афины, он не на шутку распереживался за всех своих детей.
Зевс испытывал раздрай. С одной стороны, он привык решать проблемы быстро и был уверен в правильности Тарана. С другой стороны, на инструмент вылито так много негатива и как тут не засомневаться.
До конца не веря в опасность дара от родной дочери Афины, но беспокоясь за остальных, громовержец поступил мудро. Он решил поставить эксперимент и проверить теорию практикой.
Верховный не мог ничего решать за богов, ибо они сами обязаны творить свою судьбу. Но вот провести исследование сценариев судьбы и нащупать верную нить можно.
Зевс решил клонировать Артемиду и запустить её точную копию в параллельный жизненный сценарий. Пусть клон длительное время активно пользуется Тараном Афины и получит альтернативный опыт.
Если результат окажется плачевным, то Таран падёт под запрет. Если же Артемида похудеет и будет счастлива, то сперва казним пищевого теолога, а затем все боги пойдут на поклон к Афине. Гениально!
Заинтриговавший сам себя Зевс настроил молнию на безболезненный клонирующий режим.
Он выпустил сверкающий разряд в Артемиду, которая энергичной прытью скакала к богам у бассейна, торопясь сообщить новость о новом марафоне: «Похудей к Рождеству».
Молния прошила богиню охоты насквозь и вышибла у неё краткосрочную память. Дойдя до бассейна, она растерялась и не могла вспомнить, куда бегала.
Эта оригинальная версия Артемиды будет жить спокойной, привычной жизнью без всяких марафонов. Решил Зевс.
Одновременно разряд божественной молнии отделил от богини охоты её клон, который и будет втайне ото всех активно пользоваться Тараном Афины.
Зевс провалился в кресло из ватных облаков, закинул в рот хрустящую карамельную попкорнинку и приготовился смотреть новый сериальчик. Он как истовый фанат болел за победу клона богини охоты и уже прицеливался смертоносной молнией в горемыку теолога.
2.11 Восьмой, темнейший из даров.
Артемида, не подозревая о том, что она экспериментальный клон, бойко вступила в следующий марафон: «Похудей к Рождеству». Сменилось название, появилась парочка новых продуктов, немного подкрутился режим еды и добавились секретные упражнения на бёдра.
Пара недель задорного исполнения похуденческих протоколов и потеря веса. Затем усталость, внутренние терзания и срывы. Затем остановка снижения веса. Затем прекращение марафона и отскок веса к рекордной цифре.
Артемида приуныла, но подтвердила принцип идиота: делать то же самое в надежде получить другие результаты. Да, в новом марафоне были свежие лайфхаки, но система сохранилась на прежнем концептуальном уровне. А делая то же самое, получаешь то же самое.
Зевс также остался крайне недовольным итогами, и даже попкорн перестал быть в радость. В злости он приказал упорно применять Таран Афины, но менять силу удара и бить под разными углами. Задача – найти действенный режим и похудеть Артемиду раз и навсегда.
Марафоны покатились друг за другом, менялись названия, продукты, объёмы пищи, упражнения. Единым оставался ритм, Артемида резко переключалась с расслабленной мирной жизни, на аскетичный военный поход. Когда неприятельская крепость бралась ценой больших потерь, устраивался феерический пир, символизирующий переход к очередной мирной жизни. Но ненадолго, враг был живуч и подозрительно быстро восстанавливал разрушенную крепость, угрожая очередным вторжением.
Спустя много циклов и лет Артемида обнаружила себя в полностью обезволенном состоянии. При этом охотница лучше всех разбиралась во всём, что касается способов похудения, а толку-то? Она была невероятно толста, больна и грустна.
Хорошо, что это было всего лишь тестирование клоном одной из веток судьбы, а не подлинная жизнь богини. Слава Зевсу и его прозорливости!
При этом самого громовержца результат взбесил, и он из всех сил шибанул молнией пищевого теолога. Шокированные боги в недоумении столпились вокруг кучки дымящегося пепла, оставшейся от консультанта: «За что?! Он же такой няшный был».
«Да бесит меня просто, вот за что!» - цыкнул Зевс.
Что же случилось с клонированной Артемидой?
Пытавшись похудеть, богиня по незнанию применяла обратный механизм. Именно так в Спарте секретно лечили от дистрофии. Горе тонкокостно-рожденному юноше, он будет слабым звеном в твёрдой спартанской шеренге. Тщедушного бедолагу инициировали жировой статью по следующему сценарию.
Сперва долго морили голодом, а потом резко перекармливали через край, и так пока он через год-другой не наберёт солидную увесистость. Секрет был в многослойности приёма, его надо было настойчиво применять много раз, не теряя веры в будущее ожирение. Позднее этот механизм назовут научно обоснованным методом гипертрофии, то есть роста жировой ткани.
Длительное ограничение в энергии с последующим взрывным перееданием постепенно тренирует организм запасать больше жира. С каждым новым витком, хорошо обученный метаболизм уже знает, что делать. В голодный период экономить и отдавать как можно меньше жира, в периоды пресыщения – жадничать и запасть жира как можно больше. В годах тело становится эффективной машиной по аккумуляции и обереганию жировой ткани. Вспоминается классик: там метаболический Кощей над жиром чахнет.
При этом физиологические изменения не столь трагичны, как психические.
В абсолютном большинстве случаев Таран Афины накладывает ограничения в еде. Нужно кушать ниже текущих потребностей, то есть голодать. Голод является сильнейшим деструктивным стрессом даже для самого великого из богов.
С постоянным подсосом в желудке нормальное самочувствие и полноценная интеллектуальная деятельность невозможны. Не до высших смыслов и перспектив, где еда?!
В процессе продолжительного недоедания основной мыслительный процесс фокусируется на пище, которая становится доминирующей жизненной темой.
Я сознательно недоедаю и постоянно думаю про то, что я недоедаю. Не думать о еде в такие периоды, всё равно что пытаться не думать о кровавой мозоли на пятке при ходьбе.
Приходя на работу, я думаю не про дело, а про перерыв, когда дозволено съесть разрешённую пайку. Встречаясь с друзьями, я креплюсь в старании не замечать заказанных ими десертов, и этим подминаю ценность человеческого общения. Возвращаясь домой голодным и оставаясь голодным после ужина, я не способен быть по-настоящему внимательным родителем. Мысли о еде отняли меня у полноценной жизни.
Принципиально важно, что возврат к нормальному питанию по потребностям, полностью не отменяет мыслительной фокусировки на еду. Чувство лишь притупляется и затаивается.
Ритмично повторяющиеся голодовки будят и воспитывают гиперфиксацию на пище. Со временем еда устойчиво становится центральным элементом жизни. Так, у некоторых формируется пожизненная ОДЕРЖИМОСТЬ едой.
Если ребёнок по злому року судьбы голодал в детстве, то всю взрослую жизнь он будет одержим едой. Но здесь злой рок судьбы был собран вручную.
Одержимость — это подчинение разума какой-либо идее и само по себе это нейтральное состояние. Вопрос, где и как применять будем?
Чтобы создать достойную книгу про пищевое поведение, я молю судьбу об одержимости писать. Но в самом пищевом поведении страшусь и избегаю её.
Одержимость едой – это жизненная катастрофа! Потому что психика в отношении пищи может деформироваться навсегда, приводя к пожизненному лишнему весу, либо же к более страшной анорексии.
Пища обеспечивает физическое выживание, и постоянный напряжённый мыслительный процесс вокруг неё означает фоновую тревогу. Уж сколько нам рассказывали, что организм прекрасно справляется с редким ударным стрессом, но не приспособлен нормально функционировать в атмосфере стресса постоянного. От него тело болеет и разрушается.
В дополнение ко всему этому кошмару формируется страх получать полноценное удовольствие от еды. Практически весь диапазон вкусных продуктов становится греховным, и человек попадает в западню. В мозг подселяется микроскопический инквизитор, который повелевает обходить стороной окаянные продукты. При неминуемом грехопадении инквизитор жестоко карает за скверну. Ноющие пыточные раны и страх инквизитора какое-то время удерживают от гедонизма, но затем опять грехопадение и опять экзекуция. Очень эффективный сценарий — кромсать ментальное здоровье. Понятно, что такая пищевая бесноватость никогда не позволит кушать по реальным телесным потребностям.
Сверх всего прочего у Тарана Афины есть особая гнусность, оно как прибрежное цунами. Вода сперва сильно отступает и накапливает силу удара вдалеке от берега. Затем бьёт, разрушая прибрежную инфраструктуру. По такому же сценарию в недоеданиях и ограничениях накапливается ударный импульс обжорства.
Дело в том, что каждую установку, мы фиксируем двухслойно. Например, «я на диете, поэтому не ем сладкого до Нового года». В первом слое наше сознание получает понятную команду: «не есть сладкого до Нового года». Понято, принято, не едим.
Во втором же слое бессознательное зацепилось за предлог «до». Если до Нового года нельзя, то значит сразу после можно. Понято, принято, сразу после Нового года едим и едим как не в себя.
Гениально, мозг запомнил инструкцию: несколько недель надо крепиться до указанной даты, а сразу после накидываться на сладкое.
Если же Афина проинструктирует сознание установкой: «потерпи до праздников», то это будет наивысшей командой к десертному отрыву после. Терпеть в еде – это как терпеть по малой нужде, в надежде, что рассосётся. Чем усерднее терпим, тем больший калорийный ажиотаж впоследствии.
Так что, когда планово или спонтанно заканчивается период пищевого строгача, рывковое переедание практически неизбежно. Накопленная мощь цунами должна куда-то разрядиться, и это приводит к неконтролируемому перееданию и набору веса.
Как быть? Вопрос преждевременный, ибо это ещё не все проблемы, полученные клонированной Артемидой.
Напомню, что Таран Афины – это резкое изменение системы питания «с понедельника». Тогда до этого, «в воскресенье», случается что-то невыносимое, приводящее к мотивационному взрыву. Детонация высвобождает колоссальные волевые ресурсы на то, что раньше не хватало сил.
Само слово предсказывает последствия: взрыв – это мощный выброс энергии с мгновенным выжиганием всех частиц внутри. Диетологический волевой взрыв обычно длится от трёх дней до трёх недель, что в контексте жизнь лишь пшик. На месте взрыва нет ничего, кроме обугленной воронки, там ещё долго не будет расти зелёная травка. Детонация энергетических ресурсов личности оставляет продолжительную обезволенную звенящую пустоту.
Добавлю к описанию одну «боковую» мысль.
Революция всегда насильственна к старому укладу. Она расправляется с засидевшимися у власти, насаждая новые порядки. Революция в питании также насильственна, но тут линчевание направлено на себя вчерашнего.
Многократно повторяемые пищевые восстания, вершатся в состоянии бОльшей ненависти к себе вчерашнему: «Это ты в прошлом много раз ломался и бросал питаться правильно. Это ты тряпка, лишил меня лучшего телесного будущего, получи очередную взрывную встряску».
В каждой следующей революции всё меньше веры в светлое будущее и всё больше злобы на себя. Постоянно повторяемый пищевой мятеж, буквально воспитывает и закрепляет ненависть к себе.
Так что подмена системной работы по выработке нового и устойчивого ритма питания месячными процедурами, приводит к коррозии волевых ресурсов личности. Вместо новой пищевой привычки и устойчивой стройности образуется психологический изъян.
Вредный профессионализм.
Мобилизуя и нещадно выжигая волевые ресурсы на протяжении нескольких лет, сбрасывающий вес становится профессионалом от похудения.
Нет такой профессии худеть, как и нет профессий: «мать» и «отец». Родитель – это идентичность, это индивидуальный код, в котором живёт человек, параллельно с другими занятиями. Причём у людей с нормальной психикой, родительская идентичность важнейшая и по праву подминает под себя всё, пока ребёнок маленький.
По такому же родительскому сценарию некоторые сделали похудение своей центральной идентичностью. Возвели в ранг профессии то, что не должно ею быть. Процедура нормализации веса, стала для них жизненным треком и впечаталась нарративом: «Я тот, который худеет всю жизнь».
Это ни больше ни меньше – пожизненный катаклизм, когда банальное поддержание оптимальной массы тела и здоровой системы питания, придавило собой всё другое.
Человек, горестно упоенный стремлением к стройности, становится крепким профессионалом.
Но в отличие от традиционных трудовых специальностей, в этой, чем бОльший он специалист, тем хуже у него дела. А на самой вершине мастерства в похудении, гарантировано попадание в синдром профессионального выгорания.
В этом состоянии человек отлично разбирается в теме и похож на старенького тренера в кресле-каталке. До тонкостей знает всё, может привести других к победе, но сам выйти на площадку и победить уже не в состоянии.
Если озаботится определением, то синдром профессионального выгорания худеющего – это утрата психофизиологических способностей к снижению массы тела и нормализации пищевого поведения.
То есть это такая защитная реакция, блокирующая дальнейшие, вредные по мнению мозга, попытки похудеть, чтобы сберечь ошмётки жизненной энергии и защититься от очередной боли провала.
Профессиональное выгорание худеющего - крайне умный и полезный эффект, обеспечивающий выживание и базовый рассудок. Качество жизни теперь уже не важно.
Вот признаки профессионального выгорания худеющего:
1. Длительное ношение на себе лишнего веса при многократных попытках от него избавиться;
2. Пищевой и весовой фатализм.
По-другому это эффект подорванной веры в себя. То есть уверенность в индивидуальной бракованности в части здорового питания и снижения веса. Запрограммированность на пищевое безволие и толстую линию судьбы;
3. Психологическая защита собственного лишнего веса.
То есть преподнесение избыточного веса как своей уникальности или преимущества. Вплоть до эксгибиционизма телесных форм;
4. Страх получать удовольствие от некоторых видов любимых продуктов.
То есть ощущение себя пищевым наркоманом, которого физически нельзя подпускать к определённой еде;
5. Негативизм к элементам, связанным с похудением.
Отторжение и сопротивление вызывают такие составляющие, как например: куриная грудка, сельдерей, контейнеры для еды, ведение дневника питания, подсчёт калорий, физические упражнения и похожее;
6. Агрессивность и/или манипулятивность к проводникам в мир стройности.
Например: диетологи, фитнес-тренеры, наставники по здоровому образу жизни*.
Когда у поклонника Тарана Афины на фоне обязательного первого пункта, явственно проступало ещё два-три признака, то такого зачисляли в особую касту стигматизированных лишним весом. Это элитный орден верховных жрецов, которые героически за всё человечество несли на себе крест лишнего веса. Они особо почитались за глубокие познания в деле жиросжигания, проповеди их были вдохновенными и истинными. Помогали они многим, но только не себе, ибо жировые стигматы навек отпечатались в их кармическом коде.
* Спустя много лет Зевс увидел своё клонированное детище. Бёдра размером с талию и безжизненный взгляд Артемиды привели его в ярость. Он рванул к тому месту, где окончил свой путь пищевой теолог. Громовержец умоисступлённо шарахнул в пепельный холмик несколько мощных молний, образовав в земле нехилый кратер. Затем он в злобе пошёл прочь, но вдруг остановился, прыжком вернулся и долбарезнул в кратер ещё два контрольных разряда.
«На тебе ещё, на, получай, это из-за тебя она такая толстая!» - выкрикнул он.
Боги хотели было заступиться за испепелённого, но Зевс грубо оборвал их: «Всё этот проходимец виноват, я сказал! Ему такое божество доверили, просили похудеть как следует, а он…».
В летописях удалось найти буквально несколько эпизодов изгнания из верховной касты в мир стройности. Это были уникальные случаи, потому что Артемида, использовав десятки различных Таранов Афины, больше не сбрасывала вес даже в самых яростных и дорогущих атаках. Богиня натренировала свою физиологию ударно запасать, но скупо отдавать жир. При этом она разучилась любить себя, но стала тревожно одержима едой и всё это на фоне тотального безволия.
Если вам поплохело, то отложите, пожалуйста, книгу. Это не шутка, потому что и это ещё не всё.
Вдобавок возраст.
Стоит помнить, что во второй части жизни организм функционирует совсем не так, как в молодости. Тело поменялось, а поведенческий пищевой протокол — нет. Для повзрослевшего метаболизма, рывковые ограничения в еде теперь кажутся умственно отсталыми. Это как огромный розовый бант в волосах возрастной женщины, он выглядит нелепо. Такой аксессуар подходит в шестнадцать, а пятьдесят пять выдаёт неуклюжую попытку молодиться и только отталкивает.
Одеваться сейчас точно так же, как тридцать лет назад – это эстетическая катастрофа. В солидном возрасте другие правила подбора одежды.
Вот в питании точно так же.
«Что-то я поправилась, посижу-ка неделю на гречке и похудею. В молодости я так быстро сбрасывала», - эта установка практически идентична такой: «На меня после третьего брака мужчины совсем перестали обращать внимание. Нужно стричься и краситься, как в институте, ведь именно из-за этого раньше от мужиков отбоя не было».
Но и сейчас опять не всё.
К возрастным изменениям плюсуются болезни, которые появились от лишнего веса, а теперь сами по себе затрудняют похудение. То есть превратились из следствий в причины. С подорванным здоровьем, уже невозможны прежние молодецкие наскоки.
Слишком много всего навалилось на организм. Конец, механизм похудения сломался, о снижении веса речь больше не идёт. Дальше борьба переходит в иную стадию: как прекратить набирать? Грустно, но и эта битва, скорее всего, будет проиграна.
В результате клонированная богиня охоты сотворила темнейший из всех даров: Маятник Артемиды.
Маятник Артемиды – это сюжетная линия жизни, в которой человек ритмично раскачивается от тюремного пищевого режима и резкого похудения до пищевой распущенности и прибавки в весе. Что переводит изначальную борьбу с небольшим лишним весом, в пожизненное сражение с ожирением.
Основным инструментом раскачки маятника, конечно, случит Таран Афины. Который словно поршень разгоняет коленвал исторически закольцованных колебаний режима питания и сцепленного с ним веса тела.
Классический сюжет выглядит так.
Жила-была девушка, пускай звали её Глаша. В восемнадцать лет, надев узкие джинсы с низкой талией и наклонившись завязать шнурки, она вдруг рассмотрела у себя небольшую складку на животе. В естественном девичьем порыве к плоскому животу, и с весом в пятьдесят два килограмма, Глаша приступила к первому в жизни голодному похудению.
Годы прокрутились каруселью, и в сорок девять лет, Глафира Петровна обнаружила себя в весе за девяносто килограмм и понимала, что сотка неизбежно будет взята. Причём лучшие годы проживались в изматывающей борьбе с лишним весом, отвлекая от счастья и важных жизненных свершений.
Часто, Маятник Артемиды оттягивается в точку пищевой распущенности по следующему сценарию. Происходит попадание в период сильной жизненной напряжённости, который и заедается. Читай: Фудстресс менеджмент.
Вместе с обильными «успокаивающими» калориями впрыскивается доза вины, которая подавляет пищевую волю. Важно, что период полураспада вины ни как не менее суток*.
*Божественный метаболизм архетипов устроен по-разному, в отличие от Артемиды, организм Диониса утилизирует вину мгновенно. Это помогает ему улыбаясь кушать дальше и проживать в перееданиях только положительные эмоции. Оба бога могут передать и полнеть одинаково, но один в радости, а другой в тревоге.
Следующий день на фоне обезволивания виной приносит новый стресс, заедать нельзя, но нет сил, не заедать. Так случается следующее, следующее и следующее пищевое распутство.
В какой-то момент под гнётом обжорства, вины и лишнего веса свершается мотивационная революция. Мятежный бунт крушит зажорный ритм еды и швыряет маятник в точку тюремного пищевого режима. Таран Афины как раз под рукой.
Отсидев несколько недель в камере вкусового строгача и обезволив себя тюремными порядками, Артемида, вдруг вспоминает буржуйское прошлое. Навык революционировать, ломает теперь уже пищевые тюремные решётки.
Вырвавшись на гедонистическую свободу, богиня охоты пустым ртом и бездонным желудком втягивает всё, до чего дотягивается её язык и кошелёк. Маятник Артемиды качается в точку пищевой распущенности до следующего цикла. Так и живём, от тюрьмы до буржуйства и вновь до тюрьмы.
Зевс, конечно же, стёр из анналов истории свой неудачный генетический эксперимент. Так что даже те из нас, кто прилежно изучал историю, ничего не знают о катастрофических последствиях Маятника Артемиды. Не понимая, что это темнейший из даров, многие люди добровольно раскачиваются, приближаясь с каждым витком к элитной касте стигматизированных лишним весом.
Замечено, что у нас тюремные циклы в еде могут активироваться спонтанно, например:
- Впервые опузевший живот не позволил завязать шнурки;
- В мае примерила купальник, а над трусиками теперь свисают жировые лоджии;
- Он от меня ушёл к этой тощей;
- Я в неё влюбился, а она вся такая на фитнесе;
- Поставили пред диабет и дали полгода.
Установленный годовой распорядок циклов тоже возможен, вот примеры:
- Каждый апрель я беру себя в руки и худею к лету;
- Каждый сентябрь после возвращения с дачи я снова начинаю питаться правильно;
- Каждый ноябрь я прохожу голодный детокс в клинике, скидка там сгорает ежегодно.
Сценарии разные, результат один: маятник оттягивается в крайнюю точку голодовки, набирая неподконтрольную силе воли потенциальную энергию полёта в переедание и набор веса.
Далее, по традиции я предложу вам акт самопознания. Если же этот раздел сильно ухудшил ваше эмоциональное состояние, и вам не хочется продолжать, то тем более рекомендую эту процедуру. Обещаю, что через несколько страниц станет легче и спокойнее. Но путь к этому состоянию протаптывается размышлениями над предложенными вопросами:
1. Пользуюсь ли я Тараном Афины?
Отметьте нужное:
- Я так живу;
- Пользуюсь ситуативно;
- Пользовался(ась) раньше;
- Никогда не пользовался(ась);
- Да никакое это не нарушение, вопрос с питанием надо решать резко;
2. Если пользуюсь, то есть ли синхронизация с годичным циклом или какими-то событиями?
3. Что происходит с весом в период резких изменений?
4. Как меняется моё физическое и ментальное здоровье в периоды Тарана Афины?
5. На сколько меня обычно хватает в изменениях?
6. Меняется ли вес тела через два-три месяца после эксперимента? Бывало ли, что вес превышал исходный уровень?
7. Если я откатываюсь к прежней схеме питания, что происходит с моей верой в себя?
8. Насколько сюжет моей жизни похож на Маятник Артемиды?
9. Обнаруживаю ли я у себя признаки профессионального выгорания худеющего?
Если да, то какие?
10. Надо ли мне что-то менять? Если да, то что?
2.12 Как в Древней Греции лечили от темнейшего из даров?
Психологическая реабилитация Зевса
Врачевателям пока было не до людей, сперва все силы бросались на приведение громовержца в чувство. От потока мрачной информации Зевс заработал стресс от стресса и оказался на грани нервного срыва. Познание умножает скорбь, в этом смысле он вообще пожалел, что устроил эксперимент и вскрыл страшные тайны. Зевс не понимал, что теперь делать. Как похудеть-то? Голодать страшно, вон какие последствия и страшно не голодать, иначе растолстеешь.
По протоколу психологической реабилитации, сперва восстанавливалось в правах понятие голода. Лёгкое чувство недоедания, применяемое не дни напролёт, было очень полезным. Мизерный дефицит энергии помогал худеть и протекал спокойным жизненным фоном. Деструктивным был лишь резкий переход на длительное недоедание или просто кардинальный перекрой всей системы еды, такие рывковые стили и запускали мятник.
Поразмыслив над всеми тонкостями, громовержец нащупал грань разумного, между опасным самопрограммированием: «Ты обязательно бросишь и растолстеешь, если начнёшь резкие изменения». И рациональным предупреждением: «Будь внимателен. Вот перечень негативных последствий, с которыми можно столкнуться, если приступить к взрывному эксперименту с едой».
Таким нейтральным информированием снимались испуг и напряжение, это важно, ибо качественная пищевая трансформация в таких состояниях невозможна.
Надо понимать, что все мы раскачиваемся в пищевом поведении и в весе тела. Это естественная часть жизни, но главный вопрос в амплитудах. Тех, кого выносило за границы безопасности и подцепляло на Маятник Артемиды, начинали ответственно лечить.
Зевс же издал указ о запрете голодных аскез на похудение. Выход из зоны комфорта, как способ изменения пищевого поведения карался на Олимпе, поскольку это двигало не в зону развития, а в зону смерти. Расширение существующей зоны комфорта в питании, расширение в полезную сторону, такой способ теперь главенствовал среди небожителей.
Первоэлемент лечебного протокола.
Концептуально необходимо прекратить поиски новейшего способа похудения. Ведь если его найти, то в очередной раз рефлекторно сработает Таран Афины. Вместо этого нужно перенаправить усилия на поиск эффективного состояния, которое и позволит через повторяющиеся действия изменить пищевое поведение. Поэтому в клинике висел огромный плакат: «Граждане, небожители! Худеют не от правильных диет, худеют от правильных состояний».
Для разъяснения того, какое состояние правильное, придётся вернуться к ключевой цели книги: перевод импульсивного стиля еды в осознанный. Напомним, что по мнению пищевого теолога – это единственная психологическая задача, которую нужно решить в питании.
Между тем в случае формирования одержимости едой появляется второе дно. Мыслительный процесс, постоянно сфокусированный на еде, ведёт к перехлёсту в пищевой осознанности. То есть одержимость едой – это состояние осознанное, но тревожно-осознанное. Оно полярно импульсивному порыву в еде. При этом любые перекосы вредны и вспыльчивое: «я ем что и как захочется», так же чревато, как: «я постоянно и напряжённо думаю о том, как мне кушать». Обе крайности могут столкнуть в тартар.
Перевод в осознанный стиль еды не должен быть перегибом, иначе от избытка желания сформируются избыточные мысли о еде, о её сверх важности. У Артемиды в этом смысле плохая генетика. Она импульсивно заедает стресс, а вплетаясь в марафон, по варварски врывается в зону пищевой гиперосознанности. Так, постоянно проскакивая пространство спокойствия, она и развивает одержимость едой.
Форма №13 Маятник Артемиды
Рис 20
Рискуя нарушить мифическое повествование книги, представлю современную иллюстрацию.
В аварийной дорожной ситуации самые высокие шансы избежать столкновения у сосредоточенно-спокойного водителя. Именно такое состояние в критической ситуации, позволяет мгновенно, но мало амплитудно подрулить и объехать препятствие. Так, он остаётся на трассе. Если в испуге крутануть баранку, то вылет в кювет гарантирован.
В питании то же самое. Спокойно-сосредоточенное состояние идеально для улучшения системы питания навсегда. Ещё раз, получить устойчивый, безоткатный результат помогают не средства в виде секретных диет, а состояние. Состояние спокойного сосредоточения на улучшении того, как ты ешь.
Так что скрипя и морщась, приходиться корректировать ключевую цель книги. Теперь она выглядит так: перевод импульсивного стиля еды в СПОКОЙНО-осознанный.
Спокойствие – это Грааль счастливого пищевого долголетия. Ведь в каком-то смысле питание можно назвать пермакризисом, то есть кризисом постоянным. Еда — это сфера пожизненных изменений и колебаний, с нескончаемыми и непредсказуемыми ситуациями. Кризисы и кризисульки в питании нельзя решить раз и навсегда каким-то приёмом. Пермакризисом можно лишь эффективно управлять, а для этого идеально подходит натренированное состояние спокойного сосредоточения.
Нужно прекратить называть марафоном, то, чем это не является. Не потому, что забег к лучшему плану питанию должен занимать дольше, чем спринтерский месяц. А потому что любая дистанция, будь то месяц или год имеет свою финишную ленточку, сорвав которую захочется оттянуться.
В итоге врачевание имело одну главную цель – остановить Маятник Артемиды, заменив истерические реакции на спокойно-осознанное пищевое поведение. Спокойно сосредоточившись, мы рассмотрим каждый из практикуемых лекарственных протоколов.
Протоколы излечения.
В клиниках для одержимых едой сперва проводили уроки истории, начинали издалека и с пафосом: «Человек, семья, страна, нация не может строить для себя лучшее будущее, без уважения к своему прошлому. Только принимая свои исторические корни, можно понять, как стоит меняться сегодня».
Пока пациенты были в оцепенении от этой трансовой мысли, им накидывали главное: «Человек без отклонений в психике, может навсегда изменить и улучшить систему питания, только с уважением к своему пищевому прошлому».
Далее Таран Афины подменялся на другой инструмент: «большая сила маленьких шагов». То есть с бережностью и уважением к тому, как ты питался вчера, сделай одно маленькое улучшение сегодня. Так, ты не потревожишь желудочно-кишечный тракт и жизненный уклад. Потом следующий, следующий и следующий маленький шаг. В этом малозаметном режиме начинают складываться и крепнуть новые нейронные связи в питании.
Микроизменения, проводимые долго, в виде тихой революции, приведут к системным улучшениям здоровья и благотворно скажутся на массе тела. Например, клади в свой бодрящий напиток не две, а одну ложку сахара, и за полгода от тебя отлетит кусок жира размером с пару кулаков.
Такая пищевая трансформация ощущается как комфортный жизненный фон. Важно лишь не торопиться, не нахрапом.
Как сбежать навсегда из верховной касты жрецов, стигматизированных лишним весом?
Самая вредоносная фраза, которую можно сказать совершающему побег: «Вам нужно полностью менять образ жизни». Мозг устрашится колоссальных энергозатрат по перекройке налаженного бытия и закроет под замок волевые запасы.
Не надо полностью, надо маленькие шаги, след которых уйдёт за горизонт.
Для успешного побега придётся много месяцев, чайной ложкой копать подкоп на свободу. В процессе много раз будет соблазн схватить отточенную сапёрную лопатку или вообще отбойный молоток и прорыть ход за месяц. Не брать, отказываться, спокойно копать дальше чайной ложкой. Так, грунт не осыплется и через лаз получится сбежать на свободу в мир стройности.
Сложно? Да. Ведь идти к важной для себя цели крохотными приставными шагами непросто.
Идти будешь долго? Да, месяцы, но теперь такая цена за многолетнее раскачивание темнейшего из даров.
Бережно, неумолимо и в благодарности – вот что поможет при побеге.
Бережно к себе делать очень аккуратные микроподвижки. Практиковать их с неумолимой верой в неизбежный успех. Тут подходит монашеский, кроткий ритм улучшений, где все описанные процедуры делаются с повышенной деликатностью.
Вместо попытки встроить жизнь в питание, умнее наоборот встроить питание в жизнь. Для этого планировать изменения в контуре не дальше недели и с учётом её уникального ландшафта. Обдумывать, как сделать правильное питание созвучным распорядку и как секундную стрелку распорядка аккуратно подкрутить под пищевые задачи.
Важно подменить «железобетонное» планирование на режим гипотезы. Смотреть, как на практике вписываются намеченные шаги и прислушиваться к себе. Что-то обязательно будет отваливаться как индивидуально непереносимое, а что-то подойдёт и встроится. За несколько таких тестовых недель обязательно сложится пазл позитивных изменений.
Больше благодарности к себе за то, что сделал этот мизерный шаг сегодня. Вот что поможет предотвращать кажущуюся депрессивную бессмысленность мелких шагов. Обязательно будет накрывать ощущением, что микроулучшения бесполезны и я никуда не приду. Такие мотивационные провалы неизбежны, это обязательное условие техники: «большая сила маленьких шагов». И это не деструктивное программирование, это подготавливающее рациональное предупреждение. Ведь мотивационных откатов нет у роботов, а для человека это показатель эмоциональной живости.
Тренироваться видеть больше ценности в каждом из маленьких шагов. Зорко следить и не допускать обесценивания. Благодарность себе, тут лучшее из средств.
Интересно, что на пути человека, который много раз не доходил, обязательно встретятся нелогичные внутренние стопперы. Когда все возможности для правильного действия есть, но что-то внутри против. Не игнорировать, не разбивать ударом мотивационного молота, не огрызаться на них. Стопперы живут внутри, и это часть тебя, они не могут желать тебе вреда. Их намерения всегда позитивные, они просто действуют как несмышлёное дитя.
Бережно и внимательно прояснять намерения внутренних барьеров. Только так с ними можно договориться, снять сопротивление и продолжить путь.
Как прояснять? Дотошнее об этом в следующей главе, так что снова оставайтесь с нами.
Но пока главное правило для совершающих побег.
Ни в каком виде не контактировать с боевой фалангой проповедников Тарана Афины. Не слушать их заманчивые истории успеха, которые, конечно же, были. Но мы уже знаем, из кого формировались боевые шеренги атакующих.
Не вербоваться даже в самый малюсенький походик и в самый последний разик. Не вступать ни в какую, даже самую праведную из битв с ними, а, услышав их поступь за холмом тут же, бежать прочь, пока не засекли.
Операция по освобождению от тройного сжимающего обруча Афины.
Вспомним горемык, которые, пытаясь похудеть, одновременно: недоедали, кушали одно и то же невкусное и запрещали себе вкусняшки.
Их сенсорика, днями и неделями, всё громче и громче сигнализирует о неприятных ощущениях. Рептильный мозг требует прекратить, самоконтроль командует продолжать. Война развязана и так игнорируется главное трансформационное условие: мозг желает повторить то, что ему нравится и сопротивляется тому, что ему не нравится.
Чем больше не нравится, тем сильнее внутреннее сопротивление. Выиграть битву с собственным мозгом и заставить себя продолжать неприятное можно только при избытке жизненной энергии. Но терзая лимитированные волевые запасы, поражения не избежать. Эту окопную войну на истощение не выиграть. Ведь не если, а когда снижение волевых ресурсов совпадёт со сложной ситуацией, человек не просто бросит изменения, он набросится на прежние вкусняхи. Так, вместо встроенной новой привычки сформируется уже упомянутый психологический изъян.
Программу пищевой трансформации и похудения вряд ли получится сделать полностью лучезарной. Но она должна хотя бы не повышать фоновое напряжение. Худеть надо умно, с минимально возможным накалом, избегая драматизма. Для этого обязательно нужно добавить пищевого удовольствия.
Именно поэтому в лечебном протоколе была специальная операция по освобождению от тройного сжимающего обруча. «Сужаясь, расширяйся»: так называлась процедура.
Раз сузился в одном, то расширься в другом и это общежитейский принцип, например: хочешь удвоиться в нагрузке, подумай, как удвоиться в отдыхе. Если не сбалансируешь, то истощишься, бросишь, выгоришь, перетренируешься, заболеешь.
Если ты хочешь похудеть, то непременно придётся чуть недоедать, а это значит, что никуда не деться от лёгкого голода и сужения.
Раз недоедаешь, то подумай, как расшириться в ассортименте и удовольствии от еды.
То есть меняй дозволенные продукты, готовь из них разные блюда, тасуй рецепты. Повышай эстетику пищи, улучшай вкусовые качества еды за счёт некалорийных добавок, соусов и прочего.
Из спектра продуктов, которые ведут К цели похудеть, убирай фригидные блюда и заменяй их на возбуждающие. Но не пере возбудись, контролируй объёмы.
Хочешь похудеть и заузиться в калориях, обязательно прибавь и расширься как в ассортименте, так и во вкусовой палитре пищи. Совершенствуясь в этом направлении, давящий и царапающий голову обруч, превратится в незаметный в носке пластмассовый гребешок.
Вкрапления пищевых удовольствий и общая приятная сенсорика от еды, позволят практически не замечать микроскопическую задолженность по калориям и похудеть устойчиво.
Поэтому в клиники появился ещё один важный плакат: «Товарищи Боги! Худейте вкусно и разнообразно».
Что до похудательных тренировок, то если человек занимается уже давно, то тут вспоминаем и аккуратно обходим Дань Дионису.
Если трансформатор своего тела приступает упражняться «с дивана» и пока у него нет устойчивой двигательной привычки. То на этом этапе важно подбирать не самые эффективные упражнения, а те, что приносят больше персональной радости от процесса. Ну или занятия хотя бы доставляют минимум дискомфорта. Это, конечно, противоречит спортивному принципу преодоления себя, но пока речь идёт не о закалке характера, а об оберегании волевого ресурса.
Если пару месяцев насиловать себя потопроливными и ненавистными тренировками, то, конечно, можно худеть шибче. Но одновременно и закреплять негативный опыт занятий. Ведь если физическая активность выполняется через «не могу», то она не понижает, а повышает общий стрессовый фон. Именно так, тренировки «из-под палки» транжирят организационные способности, которые должны идти на организацию питания.
Мантра от зажоров.
Для совсем уж въедливых существовали особые мистические заклинания. Когда врачеватели отлавливали одержимого в глубокой зажорной фазе, то, конечно, применяли всю палитру техник из Пирамиды антистрессовых заеданий. Плюс ещё одну и разбирались с его пищевым развратом, как бы это ни звучало.
А звучанию слов Древние Греки придавали исключительный смысл и были правы. Когда страдалец, заглотив половинку шоколадки, произносил: «я сорвался», то какие зрительно-слуховые образы всплывали в его сознании?
- «я», «обрыв», «пропасть», «падение».
Какое действие складывались из этих образов в его воображении?
- «Я оступился, сорвался и лечу вниз с обрыва. Это непоправимо, назад уже никак не вернуться. В свободном падении я беспомощен. Я ни на что не могу повлиять, ускорение свободного падения несёт меня в мрачную бездну. Последствия катастрофичны, всё, что я до этого прошёл – бесполезно, и сейчас я разобьюсь о камни обжорства».
Так, получив чутка лишних калорий, страдалец семантически, через катастрофизирующий образ помогал маятнику оттягиваться дальше.
Нахлынувшая вина приводила к тому, что в далёкой от Греческой культуре называли: «Сгорел сарай – гори и хата». На язык изрекший слово «срыв» чаще просилась недоеденная половинка шоколадки, а затем всё, что не прибито.
Произнесение и регулярное использование в речи фраз: «я СОРВАЛАСЬ», «мой СРЫВНОЙ продукт», являлись надёжными предсказателями последующего переедания.
Более каверзный смысл несёт слово: «голод». Десятки раз, по разным причинам ощутив голод, мозг запомнил это крайне неприятное для него состояние. В процессе человек упорно называл это состояние словом: «голод». Достаточно, - теперь в голове сформировался устойчивый зрительно-слуховой образ, который надёжно сцеплен с негативными ощущениями.
Дальше, страдалец приступает к интервальному голоданию. Проблема не в самой системе, а в том, что человек и вслух и про себя повторяет: «я на интервальном ГОЛОДании».
Меняться непросто, но зачем дополнительно себе усложнять жизнь и портить настроение ещё и семантически?
Всем небожителям было предложено выявить те слова, которые вызывали у них напряжение в части системы питания. Призовая тройка омрачняющих слов получилась такой: «срыв», «голод» и «диета». Ну и, конечно, все производные от этих лексических единиц. Далее всем богам предписали наблюдать за своей речью и культивировать более спокойные и приятные слова, обозначающие позитивные сдвиги в питании.
При этом самые суровые из лекарей, за слово: «срыв» вообще били розгами и требовали вместо него употреблять гораздо более спокойное, в обиход прочно вошёл термин: «отклонение».
Не сдержался и съел половинку шоколадной плитки, равно отклонился от плана. Спокойный, неистеричный образ неявно, но замедлял колебания маятника. Так, меняя речь и всплывающие за ней образы, постепенно уходил психоз и выравнивалось пищевое поведение.
Ведь пока нас не слышит Гермес, прошепчем, что лишние полплитки шоколада не окажут абсолютно никакого вреда для тела, если не нанесут урон психике. Отклонение от плана питания не столько опасно желудку, сколько сознанию.
На этом месте пищевой теолог занервничал, поскольку осознал, что много раз употреблял деструктивное: «зажор». Консультанту пришлось переобуваться на лету и впредь отказаться от этого слова.
Дополнительно, ради усиления важности эффекта речевых образов в клиниках рассказывали притчу. Она о том, как одинокий путник ехал по пустыне на обычной повозке о четырёх колёсах. Вскоре одно колесо развалилось и ехать дальше не было возможным. Из инструментов была только кувалда и никакого подручного материала. Ждать помощи неоткуда, починить колесо невозможно, что делать? Путник в сердцах хватил кувалду и разбивал вдребезги другие три исправных колеса.
«Он что дурак?! Зачем? Вдруг бы мимо проезжала какая-нибудь повозка с запасным колесом или с инструментами», - кричали в удивлении пациенты.
«Дурак — не дурак, а в питании мы поступаем именно так», - отвечал врачеватель.
Чуть отклонившись от плана, можно легко и дёшево вернуться в правильный ритм. Но нет, мы хватаем кувалду и своими руками доводим ситуацию до непоправимой.
В современной трактовке притча звучала бы ещё более убедительно: проколол одно колесо и нет запаски, не бери шило, не протыкай другие три колеса, тогда уж не поправить за дёшево.
В итоге может показаться, что разобраться с решением проблемы довольно просто. Но пищевой теолог оставался в тревоге, он давно терзался противоречием. С одной стороны, ему нужно быть сильным мотиватором, лучиться позитивом и уверять, что вы сможете и всё у вас получится.
Но с другой стороны, он видел удручающие результаты и стал циничным. Так что теолог много лет изнурительно советовался сам с собой, полысел от напряжения, но принял тяжкое решение. Убрать придурковатую мотивирующую улыбку с лица и рассказать непопулярную правду про подземное царство Аида.
Как Аид отсеивает недостойных жить в стройности.
Указанные лечебные протоколы были действенными, но по-прежнему и, к сожалению, излечивалось от маятника не многие и вот почему.
Мы как нормальные люди хотим увидеть результат быстро и сразу. Идея тихой революции в питании, крайне непривлекательна. Лозунг: «Большими шагами идут к маленьким целям, а маленькими шагами идут к целям большим!», очень красив на красном полотне, но отвергается в жизни. Оптимистический дурман и переоценка своих волевых качеств в моменте, заставляет большинство хвататься за таран и устраивать революцию громкую. Успокоиться в амбициях, надеть смирительную мотивационную рубашку, экономить силы в пути и размеренно идти к цели могут не многие.
Вдобавок есть ещё кое-что. Даже спокойно идущих путников через несколько недель или даже месяцев обязательно поджидает бог подземного царства – Аид. Он шепчет: «Смотри, сколько ты уже прошёл и как много претерпел, а результата достойного тебя всё нет. Бросай!».
Вогнать в тоску и внушить иллюзию напрасности пройденного маленькими шагами пути, очень легко. Так что большинство бросает медленный путь прогресса.
Это и есть испытательный тест от Аида. Так, судьба проверяет и отсеивает недостойных, недостойных спокойно жить со здоровым питанием и в стройном теле.
Если вы обнаружили у себя, какие-либо из тёмных даров, то надеюсь, находка принесла вам кратно больше пользы, чем боли, и вы чаще улыбались, чем раздражались. При этом сами по себе инсайты по поводу питания, не меняют привычки и уж тем более сформированную пищевую ментальность.
Нужны повторные касания другими историями и размышлениями с иных ракурсов. Настоящую трансформацию нужно заслужить проживанием и перепроживанием. Потому что меняя любую накатанную систему, всегда получаем её стремление вернуться в прежнее состояние.
Чтобы преодолеть Рубикон, за которым деструктивная система прекратит сопротивляться, мы в следующем разделе копнём ещё глубже. Нас ждёт встреча с самым мистическим из богов – Гипносом.
Глава 3 Боги в ретроградном Гипносе
3.1 Легенды о пищевом лунатизме
Как известно, бог сна Гипнос не входил в число двенадцати олимпийских богов. Но это не мешало ему занимать особое место в божественном пантеоне, сам Зевс вынужден был с ним считаться.
С наступлением ночи Гипнос имел полную власть над любым уснувшим богом и в дремоте мог внушить всё что угодно. То, что ночью снилось богам по прихоти Гипноса, днём определяло их поведение.
В поздние времена, людишки, утратившие веру в олимпийских богов, станут называть ночные хитросплетения Гипноса, работой бессознательного. Которое, будучи не осознанным, определяет поведение, в том числе и управляет нитью пищевой судьбы.
Важно, что Гипнос сам по себе нормальный мужик и с наступлением сумерек не использует служебное положение, не самоутверждается над обездвиженными богами.
Но если кто-то из них был с ним в соре, в соре со своим бессознательным, то Гипнос тут же превращается в мстительного ночного супостата.
Усыпляя, он изощрёнными сновидениями подталкивает богов в направлении, обратном рациональному питанию. То есть становится ретроградным, ведущим вспять от здравомыслия в еде.
Пищевой лунатизм – вот на что похоже состояние тех, кто рискнул быть в раздрае с богом сна. Пробуждаясь телесно, мозг продолжает дремать, и пищевой лунатик ел, не приходя в сознание, ел то, что было внушено ретроградным Гипносом.
Испепелённый Зевсом пищевой теолог оказался пройдошливо живуч и в состоянии пепла при первом ливне просочился в подземное древлехранилище. Там он узнал некоторые легенды о пищевом лунатизме богов. Оказалось, что у Гипноса было несколько накатанных сюжетов на случаи, если с ним поссорятся. Он как тонкий знаток божественных натур, знал слабые места каждого и умеючи подбирал сон с учётом индивидуальной болевой точки. Так удавалось вывести любого бога на его ретроградную траекторию, а дальше он вращался сам по деструктивной пищевой орбите.
Боги, точно тыкнутые Гипносом в самое болючее место, в состоянии пищевого лунатизма творили многие беды, не осознавая, что и как вкушают. Очнувшись, они не понимали ничего, им оставалось только огорчаться результатам, которые не дано исправить. Ведь оставаясь в слепой зоне сна, инерционное пищевое поведение не может быть сознательно улучшено. Так что будет очень полезно приподнять мантию ретроградного Гипноса и в режиме свободного мысленного скольжения рассмотреть предложенные ночные сюжеты.
Гермес в ретроградном Гипносе.
Летопись гласит, что, однажды очнувшись ото сна, Гермес неожиданно обнаружил на своём божественном пузе складку. Пора дать строгача в питании. Задумано, сделано.
Целую неделю бог торговли ел по чёткому расписанию. Небольшие калорийные шалости, которые он раньше позволял, более не допускались. Гермес чувствовал себя хорошо и собрав других богов у бассейна, с гордостью рассказал им про диетологические успехи.
«Замечательно! Смотри как ты правильно питаешься. Герой! Надо бы отметить, немного вкусного ты явно заслужил», - кричали все. Такая мысль показалась вполне убедительной. Похвала в виде пахлавы стала регулярно появляться в божественных трапезах, так что складка на пузе опять замаячила перед божественным взором.
«Нет, надо не так, - сказал себе расстроенный Гермес, - успех любит тишину, и в этот раз я сохраню свой режим втайне, не буду бахвалиться». Задумано, сделано.
Во второй заход Гермес уже втихаря следовал строгому пищевому расписанию. Обед за завтраком, ужин за обедом, завтрак за ужином. Приёмы пищи катились друг за другом без нарушений. Но как-то раз, прогуливаясь у бассейна, с Гермеса случайно спала туника, обнажив торс.
Аплодисменты, а потом ещё, ещё и ещё. Все боги Олимпа рукоплескали нашему герою: «Глядите, складка исчезла!» - восхищались они. Гермес вдруг и вправду осознал, что пузо есть, а складки на нём нет. Гордость охватила бога торговли.
«Превосходно! Смотри какой подтверждённый успех. Герой! Надо бы отметить, немного вкусного ты явно заслужил», - опять кричали олимпийцы. Эта мысль вновь показалась Гермесу вполне логичной. Похвала в виде пахлавы стала регулярно появляться в божественных трапезах, так что пузо вновь запузырилось складкой. А дальше, дальше совсем никуда не годится, — у Гермеса впервые стал выступать второй подбородок.
«Да что же это такое!» - злился Гермес.
В тихом отчаянии он скрытно обратился за помощью к двоюродному Гермесу, у которого было специальное врачебно-диетологическое образование, и тот слыл опытным помогальщиком в делах худобы.
Но заявившись к нему на приём обомлел. Некогда стройный родственник заколосился таким пивным животом, что Гермес тут же выскочил из приёмной собрата-диетолога.
«Да что же это такое!» — бесновался Гермес.
А в это время в тёмном углу ехидно хихикал ретроградный Гипнос, с которым рассорился Гермес. Богу сна пришлось изрядно повозиться с упрямым фуд-нарцисом, но результат пищевого лунатизма оправдал коварные ожидания. Кстати, с его родственником-диетологом поработал тоже ночной супостат.
Артемида в ретроградном Гипносе.
Решительно вступив в понедельник, Артемида была уверена, что на этой неделе, она точно не выйдет на калорийную охоту. Самонадеянность продолжала распирать её изнутри во вторник, но к среде появлялись трещинки в броне силы воли.
Тревожность богини усиливалась к четвергу, ведёрко любимого мороженого пралине всё чаще и чаще прочпокивалось во внутреннем взоре. Пятница полностью проживалась в мучительном страхе перед субботой, точнее, перед тысячей наивкуснейших мороженых калорий.
Субботнее утро терзало Артемиду, она крепилась из последних, но понимала, что битва уже проиграна.
Пятисот граммовое ведёрко мороженого оказывалось внутри. Боже, как вкусно и боже, как стыдно, Зевс меня раздери. Размазня слабовольная, закажи уж второе ведёрко, только возьми фисташковый вкус.
Плюс килограмм на весах и два пустых ведра из-под мороженого в помойке. Так начиналось воскресное утро для богини охоты. Безмерный стыд за невообразимые две тысячи калорий, ложка за ложкой очутившиеся внутри.
Всё! Решено, на следующей неделе никакого мороженого! Решительно вступив в понедельник, Артемида была уверена, что уж в этот заход она гранит.
А в это время в тёмном углу ехидно хихикал ретроградный Гипнос, с которым поссорилась Артемида. Он знал, что будет в этом заколдованном недельном круге. Гранитная решимость понедельника сперва будет давать трещинку, а потом рассыпаться, приводя к неконтролируемому обжорству. Который год всё шло как по маслу, как и планировал обиженный на богиню охоты Гипнос.
Дионис в ретроградном Гипносе.
Как и было заведено у весёлого Диониса, чехарда застолий не прекращалась. Но вот однажды в пересменке между пирами он сел и задумался над потенциальными вариантами взять под контроль еду. Похоже, пришла пора и нужно хоть что-то предпринять с весом.
Удивляясь самому себе, Дионис поставил на паузу гедонизм и питался вполне себе прилично уже несколько дней. К концу недели даже ремень застегнулся на дырку уже. Но вместо воодушевления он погрузился в тревогу.
В голову стали лезть неприятные мысли: «Сейчас-то я, конечно, держу себя в руках, но когда приедет даровитая пирожками тёща, я же не выдержу. Поэтому зачем сейчас продолжать?».
Ещё вот такое: «Когда откроется летний сезон, я точно не смогу сдерживать шашлычные порывы. Поэтому зачем сейчас, зимой бесполезно тужиться?».
А было и вот так: «Ну сейчас понятно, режим свободный. А осенью надо будет вино по амфорам разливать на год вперёд. Я же там озверею от нагрузки и точно не смогу питаться правильно. Поэтому зачем сейчас режимить?».
В итоге из-за мыслей о проблемном будущем у Диониса опустились руки, но открылся рот. Затем он разразился привычным задорным смехом и раскинул очередную скатерть-самобранку. Утраченная дырка на ремне, скоро была восстановлена, и всё вернулось в привычный пищевой ритм.
А в это время в тёмном углу ехидно ухмылялся ретроградный Гипнос. «Ну вроде взрослый мужик, а как ребёнок всё ржёт и ржёт насчёт объеданий и лишнего веса. Так, легко удалось внушить, что нет смысла продолжать, потому что в будущем всё равно ничего не получится», - констатировал Гипнос.
Гефест в ретроградном Гипносе.
Легенда рассказывала, как напористый Гефест вынырнул из кровати прямо в тунику и засмолив древнегреческую цигарку, поскакал на работу. Норов гнал его трудиться, аппетита не было, да и кушать некогда. Сперва раздуть меха, разогреть кузню и обеспечить семью.
Так, последние лет двадцать, натощак под никотином ковал он мечи, подковы и доспехи. Но, в конце концов, предплечья стали подводить кузнеца. Молот выскальзывал, часто бил не туда и однажды отскочил прямо в коленку могучего Гефеста. Ковать железо сидя ну никак не возможно, а стоять, опираясь на пробитое колено, опять же проблема. Кузня остыла, семья заголодала и невозможность махать молотом заставила обратиться к лекарям.
Попав меж прочих врачевателей к пищевому теологу, богу был поставлен диагноз, с которым читатель уже знаком: Анестезия Гефеста. Именно из-за неё бог кормился плохо с утра, и то, что прокатывало в первой части жизни, во второй уже не работало, предплечья стали сдавать.
«Коленку то мы вылечим, как новая, конечно, уже не будет, но вполне себе даст ещё возможность помахать молотом на старости лет. Но надо решать главный вопрос с анестезией, иначе молот так и будет выпадать из стареющих рук, увечий не избежать», - констатировал пищевой теолог.
В дополнении к утренней цигарке, Гефесту был прописан микрокалорийный завтрак. Так чтобы божественная физиология начинала привыкать к небольшим порциям утренней энергии. Как только организм освоится с мини-дозой, подбросим ещё, а потом ещё. Такое вот расширение зоны комфорта.
Опытный пищевой теолог знал, что при помощи этой вводной привычки, можно незаметно перевести Гефеста из утреннего состояния: «не могу кушать, меня тошнит», в состояние: «чувствую здоровый аппетит, дайте скорее позавтракать». Это не вся, но важная часть протокола излечения от анестезии.
Гефесту очень понравилась затея, и он решительно пообещал подкармливать себя с утра. Теолог возрадовался, так как знал, что эффективный метод, помноженный на упорство Гефеста, вернёт крепость предплечьям.
Первые две недели всё шло отлично. Гефест насыщался с утра, и как обещал теолог, аппетит действительно появился, а рабочая хватка усилилась. Но вот затем лечение застопорилось.
На третьей неделе Гефесту почему-то приходилось принуждать себя завтраком, хотя аппетит шёл на прибыль. Растратив силы в борьбе с собой, к концу месяца бог-кузнец впал в ступор и поделился этим с консультантом.
«Не понимаю, что со мной происходит, просыпаюсь и хочу есть, иногда прямо сильно хочу. Время метнуть на сковородку пару яиц есть, дело-то минутное. Всё есть: аппетит, время приготовить, сковородка, яйца, те вообще всегда под рукой.
Но оцепенение какое-то, не могу себя заставить зайти на кухню, в кузню тянет. Так вот и застреваю в идиотском двойственном состоянии между: «я голоден и надо покушать» и «не могу я кушать, что-то во мне против». Итог: бегу прихрамывая в горячий цех с холодным от голода желудком».
Ничего не мог понять Гефест, распространяя свой ступор на консультанта.
Пищевой теолог не собирался сдаваться в собственном заработке и приняв очередной платёж от Гефеста, вновь вдохновил его на диетологический подвиг.
Ситуация повторялась. Бог кузнечного дела начинал питаться правильно, затем цепенел, затем бросал, затем платил теологу, тот героизировал следующую попытку и так по кругу.
На очередном витке Гефест пожаловался, что вот раньше он уставал в кузне, наедался вечером, отсыпался и с утра как новенький. А сейчас столько натужных усилий, целых две недели, время за завтраком потеряно, а крепости в предплечья каплю добавилось. «Вот было же раньше время. Эх, что же я тогда...», - грустил Гефест.
А в это время в тёмном углу хихикал ретроградный Гипнос, с которым рассорился Гефест. Он знал, что магия того ступора напускалась ночью. Гефест же, бился теперь на три фронта; приходилось держать оборону в кузне, отбиваться от завтрака и нападать на теолога.
Спустя пару лет, оголодавший кузнец всё же выронил молот и нанёс себе уже неизлечимую травму. Кузню – дело всей жизни, пришлось продать за гроши.
Прознав про это, Гипнос язвительно процедил: «А ведь я предлагал со мной вовремя помириться».
Афродита в ретроградном Гипносе.
Богиня красоты стала просыпаться по утрам вся в остатках растерзанных жертв. Ночных убийств не помнилось, она мирный житель и на такое неспособна. Но вот только улики. Их было много: опустевший холодильник, крошки чипсов в постели, шоколадные следы на подушке и растущие бёдра.
Под гнётом доказательств Афродита вынужденно признала себя оборотнем. Любое жизненное полнолуние превращало её в ночного калорийного хищника.
Грусть овладела Афродитой, вылепив так не подходящее ей противозачаточное лицо. А как известно, носитель противозачаточного лица не может забеременеть стоящей идеей. Как остановить ночного оборотня неясно и что делать со взятым рубежом в девяносто килограмм, богиня не понимала.
Но Афродита была уверена, что в прошлом, её кто-то укусил и заразил вирусом прожорливого Ликана. «Чтобы найти источник заразы, и подобрать противоядие потребуются раскопки сюжетов прошлого», - решила богиня и обратилась к известному археологу-сердцеведу.
Началась длительная кропотливая работа с бережными движениями археологической кисточкой, со сдуванием песчинок и подъёмом жизненных пластов богини.
В верхнем пласте сердцевед обнаружил болезненный укус в виде травмирующего разрыва отношений:
- Меня бросили и стало больно;
- В меня такую красивую точно влюбятся снова;
- Потом бросят и вновь будет очень больно, ведь до моего ранимого сердца так легко дотянуться;
- Нужно отодвигать границы и раздаваться талией по периметру, так до моего ранимого сердца никому не дотянуться, ручонки коротковаты;
- Широкая талия обеспечит сердечную безопасность, нужно много есть.
«Да, точно именно это, - радовалась находке Афродита, – вот почему я ем и полнею».
«Подождите, тут ещё второй пласт про самооценку», - притормозил её порыв сердцевед:
- Чувствую себя на работе не уверено, не хватает значимости;
- Значимого человека заметно, а меня худую не видать;
- Нужно физически занимать больше места;
- Худеть — это потерять значимость, не воспримут всерьёз;
- Надо больше есть, чтобы быть заметной и пухнуть в самооценке за счёт телесных форм.
«Да, и это тоже, - грустно, но с нотками воодушевления сказала Афродита, - Теперь всё ясно. Какое противоядие употребить?».
«Да стойте же вы, вот третий и, похоже, самый глубинный пласт, про ветер и маму», - вскрикнул археолог:
- Худая, значит лёгкая;
- Лёгкая девушка, неустойчива на ветру, сдувает;
- Тех, кого сдувает, ветреные, то есть легкодоступные;
- Легкодоступны проститутки, на них не женятся, а используют, меня мама предупреждала;
- Я не проститутка, надо укореняться в весе;
- Солидный вес сообщает обо мне, что я серьёзная девушка, готовая к устойчивым семейным отношениям, как мама и наказывала. Надо много есть.
«Точно! Да, это именно тот самый укус, что сделал меня такой. Спасибо археологу и его виртуозным кисточкам. Теперь-то уж я со всем разберусь», - воздела руки к небесам Афродита.
А в это время в тёмном углу ехидно хихикал ретроградный Гипнос, с которым рассорилась Афродита. Он подбил итог и определил, что за период трудоёмких двухмесячных раскопок богиня плюсанула к своей красоте целых четыре килограмма. «До сотки остаётся каких-то шесть кг», - потирал руки бог сновидений.
Спустя несколько лет Гипнос прослышал, что Афродите покорился новый рубеж в сто пять килограмм, и она обратилась к другому, более мастеровитому археологу.
Гипнос знал, что предстоящие раскопки пройдут исключительно плодотворно, но набору веса это никак не помешает.
«Не надо было со мной ссориться и не делать из меня ретроградного», - прошипел он.
Афина в ретроградном Гипносе.
Бог сна по-особому расправился с рискнувшей его обидеть, воительницей Афиной. Каждые семь лет он напускал глубокий летаргический сон, во время которого ловко заменял статуэтки в пантеоне богов Афины. Проснувшись, она напрочь забывала богов прежних, но с привычным остервенением продолжала идолопоклонство, не замечая подмены.
Много лет Афина веровала в бога раздельного питания, огнём и мечом насаждала культ пить и есть раздельно. Она метала копья в тех, кто позволял положить в тарелку сразу и мясо, и картошку. Вера в то, что раздельное питание, и только оно ведёт к раздельному купальнику, давало ей энергию в битвах.
Очнувшись в новом семилетнем цикле, потерявшая память Афина, теперь уже сражалась за бога–вегана. «Вкушая чужую плоть – разрушаешь свою! Спасая птиц, рыб и парнокопытных – спасаешься сам», - теперь у богини войны такой Крестовый поход.
Взахлёб потребляя только растительное и насаждая эту веру другим, она забыла, что много лет ела мясо сама. Так, Афина становилась янычаром и пере прошитая ретроградным Гипносом, нападала на тех, кто прежде был с ней одной пищевой веры.
Спустя очередные семь лет, Гипнос в нескончаемой обиде вновь усыплял Афину и лишал её памяти. В этот раз иллюзионист ловко подставлял вместо бога-вегана статуэтку кето-бога.
Теперь в углеводы и в особенности в сахар летели точёные стрелы, начиненные белками, жирками и клетчаткой. Выигрывая битвы против сахаридов за счёт богато накрытого животным белком стола, она забыла, что много лет поклонялась богу-вегану. Сейчас же в отместку крупам и картошке Афина трескала яйца, рыбу и мясо.
Бог раздельного питания и подавно предан забвению, а ведь в стародавние времена она устаивала обряды отдельного поглощения наваристых каш и обжаренных макарон.
А в это время в тёмном углу ехидно хихикал ретроградный Гипнос. Ловко подменяя богов и формируя абсолютистскую позицию, он не давал проснуться разуму Афины. Команда: «фас» раззадоривала норовистую богиню войны, и именно эта увлечённость затирала ей память. Очередной семилетний цикл подходил к концу, и бог сна уже натирал очередную статуэтку антиглютенового бога. Он знал, что и в этот раз фокус по подмене пройдёт по плану: «Не надо было со мной ссориться!».
Гера в ретроградном Гипносе.
В древнехранилище найдены две легенды, повествовавшие о пищевом лунатизме Геры.
В первом сказании престарелая и незамужняя Гера-мать, готовила несчётные яства. Она потчевала ими единственную дочь, которая после развода переехала к ней.
Однажды вечером дочь вернулась домой вся в слезах и рассказала, что на улице к ней подошёл интеллигентного вида мужчина. Он представился президентом ассоциации Сумо и даже показал удостоверение. Мужчина долго и настойчиво уговаривал дочь выступить на ближайших соревнованиях. Он уверял, что даже без подготовки она легко выиграет областные соревнования и получит звание Мастера спорта по Сумо. Дальше будет выход на международный уровень и блестящая карьера профессионального борца. Мужчина был настойчив и преследовал дочь целых пятнадцать минут, невзирая на её многократные отказы.
Выслушав историю, Гера-мать с трудом успокоила дочь. Она, конечно же, искренне расстроилась за её фигуру, но как только дочурка пришла в себя и перестала рыдать, Гера-мать тут же ощутила прилив внутреннего спокойствия. Она вспомнила, каким строптивым был ребёнок ещё совсем недавно, до набора веса.
Располнев, дочка стала послушной. Теперь под материнским крылом она не натворит бед в личной жизни.
«Да что она к своим тридцати восьми годикам понимать-то может? Я же её предупреждала не выскакивать замуж за этого козла. Нет, самостоятельная больно, влюбилась, говорит. Теперь сама и страдает. Надо было раньше мать слушать, она жизнь прожила», - закончив внутренний разговор, Гера-мать начала заботливо раскладывать мясной фарш на листах из теста. Вечерняя, сытная лазанья будет хороша.
Если у читателя эта легенда вызвала несогласие, переходящее в возмущение, то подождите, вы ещё не читали следующий сюжет.
Во второй легенде любящий, но не уверенный в себе Гера-муж, ждал возвращения жены с вечерней фитнес-тренировки. Жена хотела похудеть и попросила приготовить на ужин зелёный салат без заправки.
Смотря на явно постройневшую и более уверенную в себе супругу, вкушающую листья салата, Гера-муж ощутил настойчивые призывы томящихся горячих макарон с сыром.
Уплетая макарошки в хрустящей золотистой корочке, он засыпал комплиментами полуголодную супругу: «Зачем тебе фитнес дорогая, ты прекрасна, я и так тебя очень люблю».
Аргумент о наборе лишних пяти килограмм, был ловко отбит: «Да набрала, но в нужных местах, так тебе ещё лучше!».
Трескучий камин, горячий чай и сытый муж, обняли худеющую деву после скудной трапезы. Тут у Геры-мужа в глазах сверкнула чертинка, а в руках случайно завертелась шоколадка. Та самая, молочная, с ромовым изюмом.
Сгоревшие триста пятьдесят калорий на фитнес-тренировке, были в минуту крыты пятьюстами влетевшими шоколадными калориями.
Гера-муж замурлыкал и ещё крепче обнял прекрасную супругу. Мысли о том, что она зарабатывает в три раза больше него, этим вечером его уже не беспокоили.
Если уровень возмущения читателя приближается к бешенству, то не стоит. Это всего лишь непроверяемые мифы очень и очень Древней Греции.
А тем временем в тёмном углу ухмылялся Гипнос, с которым рассорилась матерь богов. Гера-мать и Гера-муж всё плотнее и плотнее прижимали к себе родственников, но отношения задыхались в тесной съестной оплётке. «Не надо было со мной ссориться», - язвил обиженный Гипнос.
После долгой ночи на Олимпе настало утро, и наставив всем богам диетологические рога, довольный Гипнос отправился вздремнуть. Он взбил божественную подушку, подоткнул под пятки небесное одеяло и натянул на глаза плотную солнцезащитную маску. Находясь в переходной стадии между бодрствованием и сном, Гипнос прошептал: «Еда. Какой ты здесь захочешь голод, такой ты здесь и утолишь».
3.2 Падение ретроградного Гипноса
Ночь сменяла день, так длилось много лет. Боги под плотным надзором Гипноса продолжали лунатить в еде. Но вот однажды бог сна совершил фатальную ошибку, он обронил свой талмуд с ретроградными сценариями. Бегущий в кузню Гефест споткнулся об него, да так удачно, что от удара талмуд раскрылся на странице с заголовком: «Гефест: способы пищевых манипуляций».
Тайны Гипноса были раскрыты всем. Осознавшие свою пищевую ретроградность олимпийцы, изловили коварного бога сна, припёрли к стенке и призвали к ответу.
Было раннее утро, и Гипнос понял, что ему не продержаться да заката, так что пришлось выкладывать всё как есть. Он признался, что из-за плохого с ним обращения формировал альтернативные пищевые реальности и вёл богов вспять от здравомыслия в еде. За обещание не ссылать его в тартар, Гипнос побожился помочь каждому покончить с пищевым лунатизмом, но по одному и в порядке строгой очереди.
Освобождение Гермеса от пищевого лунатизма.
Первым, растолкав всех, до Гипноса дорвался фуд-нарцисс.
- Ну-ка, колись, откуда у меня второй подбородок, притом что я столько правильных попыток совершаю?
- Ну как откуда, от гордости. Возгордился, подбородок приподнял и там место свободное образуется, туда-то жир и ползёт. Свято место, как известно, пусто не бывает, - с издёвкой ответил Гипнос.
- Ладно, шутка хороша, ну а как если серьёзно? - с раздражением переспросил Гермес.
- Серьёзно от этого. Вот смотри, начал правильные действия и в напыщенности своей задрал нос. А задрав, потерял контакт с пищевой реальностью ну и наелся. Наелся, равняй поправился, так вот второй подбородок и вываливается. То есть попадая в зону заносчивости, ты теряешь контакт с зоной реальности простых и правильных шагов в питании. Я тебя как раз на зазнайстве постоянно и подлавливал, - разъяснил Гипнос.
Тут бог сна совсем уж разоткровенничался и сдал всю ретроградную тактику с потрохами.
Сперва Гипнос сформировал у Гермеса чёрно-белое пищевое мышление. Он длительное время нашёптывал, что все продукты делятся на зловредные и полезные.
«Смотри, вот, к примеру; пахлава, сахар, белый хлеб и тесто жаренное в масле – это плохая еда. Ты как посланник диетологических богов знаешь, что этого нужно избегать, не мне тебя учить.
А вот тут, присмотрись: томаты, базилик, оливки, постная рыбка и отруби. Всё это правильная еда и нужно вкушать только её. Ну ты сам лучше меня это знаешь, кому я рассказываю».
Правильная и неправильная еда, полезные и вредные продукты, здоровая и нездоровая пища. Так, сон ото сна, эти мысли кропотливо вшивались в разум Гермеса, пока не стали руководить его сознанием во время бодрствования.
Когда Гермес становился носителем стойкого дуалистического, чёрно-белого пищевого мышления, Гипносу уже не приходилось особо трудиться.
Если Гермес целую неделю питался исключительно правильной едой из райского списка, то его охватывала гордость. От гордости до заносчивости маленький шаг и его сносило в эйфорию. Так зарабатывалась индульгенция отпраздновать едой из полярного, дьявольского списка.
Так что само деление на правильную и неправильную пищу было ретроградным, ибо, отведав правильного Гермес, сбивался с намеченного пути. Индульгенция она такая, оплатил – пользуйся.
Упрямый Гермес пытался заходить в улучшения неоднократно, но все его чудеса уже давно были в продажах у опытного Гипноса.
Как только Гермес некоторое время ел правильные продукты, Гипнос нашёптывал: «Ты такой молодец, уже две недели ешь только полезное. Угостись пахлавой».
Если же Гермес просто рассказывал другим о том, что он начал правильно питаться. То Гипнос подменял фразу: «Я начал правильно питаться», на плутовскую реплику: «Я уже питаюсь правильно, я молодец. Заслужил пахлаву».
Если же Гермеса хвалили, то Гипнос со своим шёпотом расслаблял бога торговли, намекая на пахлаву.
Когда же Гермес получал видимый результат от правильного питания, то по указке Гипноса, ему во сне в качестве награды опять же снилась пахлава.
Насчёт его двоюродного брата ситуация вообще была на грани мистики.
Если вдруг Гермес, как истинный бог торговли шёл практиковаться в диетологи, то на этот случай у Гипноса был особо коварный план.
Такому консультанту – предпринимателю, бог сна предварительно внушал более масштабную модель, где не только продукты, а вообще все действия делились на плохие и хорошие.
Отработав полную смену со страждущими похудеть, Гермес чувствовал себя отлично.
«Ах, как много пользы я сегодня нанёс и скольких страдальцев излечил от плохой еды», - к усталости от эмоционального реагирования на капризных пациентов плюсовалась заносчивость. Самоконтроль диетолога успокаивался, так как план пользы на день был перевыполнен. Пока самоконтроль почивал на лаврах, распоясавшаяся внутренняя панда успешно решала свои гиперкалорийные задачи.
Действуя так, ретроградный Гипнос очень скоро заполонил мир упитанными диетологами. К их профессиональным компетенциям придирок быть не могло, но вот к их здоровью и к тому, как быть мотивационным примером вопросы оставались.
Выслушав Гипноса не перебивая, а это было совсем нехарактерно для Гермеса, тот спросил:
- А что же делать, у меня ведь природный дар – гордиться. Как при этом не уходить в занос с диетологической трассы?
- Тебе надо понизить мотивационное либидо, у тебя оно слишком высокое, - шокировал его Гипнос.
- Так это же хорошо, когда высокое, - взъерошился Гермес.
- Вообще, очень хорошо, но вот для замещения прежних нейронных связей новыми, так чтобы сформировать другие пищевые привычки и избавиться от складки навсегда – это очень плохо.
У тебя мотивационная дисфункция. Ты свой волевой акт не контролируешь и наскоро удовлетворяешься поверхностными результатами. Это приводит к преждевременному целеизвержению, когда раньше времени разбрызгивается весь волевой эякулят, - разложил всё по полкам педантичный Гипнос.
- А как мне этот волевой акт продлить-то?
- Да просто, умерить амплитуду и частоту фрикций. Концентрироваться на процессе и получать от него удовольствие, а результат сам о себе позаботится. В таком варианте твой вредный гипертонус нововведений понизится, до нормотонуса. А где нормотонус, там и «длинная» воля действовать долго, спокойно и получить устойчивый результат.
- Ну на уровне метафоры ярко, конечно, а делать то конкретно, что?
- Для начала ты должен чётко знать сюжеты, которые отрывают тебя от продолжения реальных шагов, вот они:
Сюжет первый: совершил правильные действия в питании. Внимание, заносчивость;
Сюжет второй: всем рассказал, что правильно питаешься. Внимание, заносчивость;
Сюжет третий: добился первого видимого результата. Внимание, заносчивость;
Сюжет четвёртый: получил похвалу. Внимание, заносчивость.
- Само по себе знание этих сюжетов-ловушек уже и есть противоядие. Затем, тебе надо натренировать особый вид гордости, гордость альпиниста.
Сейчас ты чайник-турист, который забежал на первый холмик, флажок там поставил и возрадовался. А чтобы дальше карабкаться энергии в мышцах уже маловато, да и кислорода там меньше, чем внизу. Подняться выше нет возможности. Так вот и тратишь жизнь на покорение холмиков, не взобравшись на свой Олимп. Успешный альпинист он что? Он в спокойном режиме преодолел первый холм, остановился и порадовался. Подкопил микрогордости от достижения. Потом эту микрогордость перенаправил то ли в азарт, то ли в интерес: «А смогу ли я взять следующий, более крутой холмик? Интересно, а как я на следующем отрезке пути проявляться буду?».
Вот так, пригорок за пригорком, не теряя контакта с реальностью и гордясь собой во время восхождения, покоряет он высоченный Олимп.
Подытожу, - полузакрыв глаза, продолжал Гипнос, - поставил цель питаться правильно и убрать складку с пуза – двигайся спокойно. Получил первые результаты в виде действий, либо комплиментов, любо худобы – возрадуйся. Но в самолюбие своём будь настороже. А смогу ли я продвинуться дальше? А ещё дальше? Умей перенаправлять гордость достигнутого в азарт следующего свершения.
Упоенный собственным красноречием, Гипнос открыл глаза, но не увидел бога торговли.
Оказывается, тот уже ускакал в магазин альпинистского снаряжения.
- Тьфу ты, ведь говорю же не торопиться.
Отряхивая с себя пыль, поднятую убегающим Гермесом, мрачная богиня охоты направилась к освободившемуся Гипносу.
Освобождение Артемиды от пищевого лунатизма.
Бог сна признался, что, зная болевую точку Артемиды снайперски, тюкал именно туда. Чувство вины было решающим и закручивало следующий и следующий цикл: держусь – срываюсь.
Катастрофизация мелкого пищевого проступка, была ночным козырем Гипноса. Ощущение грехопадения и виноватости выбивало Артемиду из зоны реальности в пищевой лунатизм.
«Понимаешь, вы с Гермесом на разных амплитудах. Он задирает подбородок ввысь, ты же опускаешь его слишком низко. У него преждевременное целеизвержение, у тебя наоборот, волевая аноргазмия, ты попросту не можешь закончить начатый процесс. Его захватывает чувство заносчивости, а тебя обволакивает виноватость. У него повышенный тонус в изменениях, у тебя тонус пониженный. Ты меня прости, конечно, но когда мы с тобой поссорились, я стал тебе гадить. Увижу, что ты похудательные попытки совершаешь, тут же тебе чувство вины подкидываю», - чистосердечно признался Гипнос.
Теперь уже для Артемиды, бог сна раскрыл весть пошаговый ретроградный протокол.
Когда богиня охоты предпринимала обходные финты, чтобы улучшить рацион, Гипнос, уже будучи хорошо натренированным упрямым Гермесом, знал, как контратаковать любой её манёвр.
Если вдруг Артемиде удавалось зашпаклевать трещины в силе воле и преодолеть пару суббот без мороженого. То Гипнос нашёптывал ей обратить внимание на результат, то есть на снижение веса, вернее на его мизерность.
«Не позволяй случиться самообману, взвешивайся каждый день и давай честную обратную связь самой себе. Смотри, с каким трудом ты преодолела две недели, а результат - всего-то минус триста грамм», - убойный сценарий разрушить все пищевые намерения. Так много усилий приложено в еде, а вес практически стоит.
«Да я бы могла ничего не делать, и результат был бы таким же. Без медали за подвиг, героизм совершён – награды нет. Какая-то бракованная, все боги как боги, одна я с поломанным метаболизмом».
Такую преграду Артемида, как правило, не могла преодолеть и рвала контакт с пищевой реальностью.
«Где там ведёрко с мороженым пралине? Или нет, с фисташками? Да ладно, возьму две, всё равно два раза бегать».
Совсем уж редко, Артемида, несмотря на отсутствие результата, несколько недель подряд проявляла пищевой героизм. Тогда Гипнос подсылал к ней морального деспота.
Для этой цели бог сна подбирал самого строгого фитнес-тренера, или нарциссическую подругу, или туповатого мужа, или сердобольную бабушку, ну или быдло начальника. Сатрап быстро выбивал Артемиду из зоны реальности, указывая на недостатки её фигуры и «бессмысленные» старания.
Позже таких мотивационных террористов назовут абьюзерами.
Катастрофизация отступления от плана, без медали за подвиг или внедрение абьюзера. Такие сценарии применял ретроградный Гипнос, чтобы отбить любой манёвр Артемиды в сторону улучшения питания.
Обескураженная богиня охоты с грустью узнала попадания в ловко расставленные Гипносом ловушки пищевого лунатизма.
- Теперь многое понятно, а как лечиться? - спросила она.
- А ты глобально, чего хочешь? - тоном сертифицированного коуча уточнил Гипнос.
- Ну понятно чего, прекратить мороженым обжираться и в бёдрах схуднуть. А главное, ты понимаешь, чтобы навсегда это было, пожизненно. Худеть-то я мастер, вон как маятник имени себя раскачиваю.
- Ну, тогда тебе нужно научиться уважению к ежедневным правильным шагам в питании, то есть прекратить обесценивать и выпадать в зону вины. Сознательно наращивать ценность того, что ты правильно позавтракала, потом пообедала, а потом поужинала. Именно так, ты сможешь сохранять нормотонус в пути. Но, идти неделями мимо твоего шоколадного пралине будет тяжеловато.
Поэтому пока нас фут-нарцисс не слышит, мы будем с тобой мороженое постоянно поджирать, но по плану, - шокировал её бог сна.
Артемида выпучила глаза, задрожала нижней губой и бултыхнула вниз зацементированные трапеции. - Как это поджирать? Что прям шоколадное пралине можно?!
- В твоём случае не можно, а обязательно нужно. Вот тебе особая техника: Чёрная икра. Сейчас расскажу.
Даже нам олимпийским богам осетровая икра не очень то доступна, и если мы на стограммовую баночку раскошелимся, то явно не на бегу её слопаем. Мы устроим целый гедонистический обряд. Отсюда и название: Чёрная икра.
Отсюда и смысл: праздничная событийность в потреблении, вместо импульсивного наскока.
Задача техники: планово получать максимальное удовольствие от небольшого объёма.
Твоя проблема в том, что ты себе запрещаешь мороженое и заставляешь мозг всю неделю мучительно думать именно о нём. Мозг остервенело хочет именно то, что нельзя, в этом смысле ему запрещено запрещать. Это как голодного бойцового пса на тонкую верёвочку привязать и мясом дразнить.
Если ты узаконишь мороженое, то тяга сама по себе ослабнет, и более того, это вернёт тебя в самоуправляемую позицию: мною решено, что в субботу я съем мороженое и получу от этого удовольствие. Не я в борьбе против своего желания, а это моё осознанное решение. Поединком с собой и не пахнет, чуешь?
Можно спокойно, неделями идти проложенным маршрутом к своей цели. А субботы с их плановым мороженым – это заранее расставленные по маршруту смотровые площадки. Зашёл ненадолго, посмотрел на великолепный вид, получил удовольствие и вернулся на маршрут. И к своей цели продолжаешь двигаться, и красоты пути замечаешь.
Вот тебе рисованная форма для работы.
Форма №14 Чёрная икра
Рис 21
Инструкция:
1. Выбери продукт, который ты очень любишь, но который ведёт тебя ОТ цели.
Кстати, можно и нужно менять такие продукты по желанию.
2. Определи частоту, с которой будешь кушать этот продукт. Тут надо подобрать оптимальный «шаг» с учётом обратно пропорциональной зависимости: чем более доступным является удовольствие, тем оно приносит меньше кайфа и наоборот. То есть кушать раз в неделю – бОльшее удовольствие, чем кушать этот же продукт ежедневно.
3. Обстоятельно и в письменном виде ответь на семь вопросов. Возможно, захочется добавить восьмой и девятый вопросы. Творчество приветствуется.
4. Дальше самое важное и тут потребуется проявить «железную» воли и дисциплину.
Необходимо максимально дотошно исполнять весь описанный обряд. Не поддаваться никаким компромиссам и делать в каждый из намеченных дней. Как бы трудно ни было, как бы не хотелось слиться, берёшь себя в «ежовые рукавицы» и ешь шоколадное пралине. Справишься? Позвать тебе в помощь царя Леонида и его триста спартанцев?
Ошарашенная Артемида затрясла головой, уверяя, что с этой задачей она гарантированно будет справляться и ни одного раза не пропустит. Так что Леонида звать не надо, а то эти спартанцы вечно голодные и как бы не умыкнули мою пайку вкуснейшего пралине.
Увидев такую уверенную реакцию Артемиды, бог сна подвёл итог стратегии выхода из пищевого лунатизма.
В общем, метафора пути с остановками на смотровых площадках поможет тебе повышать мотивационное либидо и быть в контакте с пищевой реальностью. А вина пройдёт сама.
- Вина, вина, - воодушевлённо закричал Дионис, — у меня как раз созрело, давайте разливать.
- Да подожди ты, мы тут про эмоции говорим, тебя это не сильно касается, - с этими словами Гипнос принялся за разбор гедониста.
Освобождение Диониса от пищевого лунатизма.
Гипнос уселся разговаривать с Дионисом, но вместо вина, налил ему в уши поучительный рассказ.
Оказалось, что обиженному богу сна, вообще не пришлось трудиться, чтобы напакостить лучезарному Дионису. Нужно было всего лишь усилить его врождённую способность к беззаботному счастью и раздуть дурацкое ощущение собственной непобедимости.
Будучи обработанным во сне, Дионис умеючи засмеивал переедания и ловко укрывал скатёркой радости вкусную еду.
А набранный вес и болезни, к которым это приведёт?
«Со мной такого точно не случится, ведь я ем в радости. Мои позитивные вибрации растворят холестериновые бляшки и понизят уровень сахара в крови, сколько бы я ни съел». Такой внушённый лунатизм руководил пищевым поведением Диониса.
Наивный оптимизм, вера в свою уникальность и умение обесценивать шутками серьёзные пищевые вызовы – всё это легко удалось внушить в ретроградной фазе сна.
Пока гедонист спал, Гипнос натирал красной свёклой уже бледно-болезненные щёки. Проснувшись, Дионис видел всю ту же цветасто-праздничную физиономию. Пошли устраивать очередной животинский праздник.
Во сне Дионис хорошо освоил нехороший навык – засмеивать моменты, которые трудно решать. Сиюминутное растянутое в улыбке счастье, вместо работы над своим будущем.
Выверенный план Гипноса был таков. Как только гедонист начинал предпринимать правильные пищевые шаги, ему тут же подбрасывалась тревожная мысль о надвигающейся сложной ситуации. Дионис прижимал уши как ребёнок, которого напугали, неожиданно выскочив из-за угла. Он хватался за сердце, ронял из рук свои пищевые намерения и тут же начинал смеяться, радуясь розыгрышу. Так перерезался контакт с пищевой реальностью и так Дионис стал мастером бросания пищевых трансформаций.
Очнувшись от транса, Дионис стёр яркие свекольные круги со щёк и серьёзно спросил:
- Так, как избавиться от ретроградности? Как выйти из этой альтернативной реальности?.
- Ну, вообще-то, мы уже начали, - ответил бог сна. Вот ловушки в виде тревожных мыслей о будущем, которые и не дают тебе придерживаться плана сегодня:
1. Другие люди: уйдут или появятся и помещают питаться правильно;
2. Другое место: отпуск, командировка, дача. В такой обстановке не будет возможности питаться правильно;
3. Другой ритм жизни: график работы, праздники. В этом контексте я не смогу питаться правильно;
4. Другое состояние: недомогание, усталость. Это состояние не позволит питаться правильно.
Структура ретроградности работает так: начал пищевую трансформацию и всё идёт хорошо, дальше подбрасывается любой из четырёх страхов о будущем, который «доказывает» что сейчас надо бросить, потому что потом всё равно не справиться. «Логичное» решение прекратить и возврат к прежней накатанной системе. Беззастенчиво-примитивный, но убойный сценарий, прервать пищевую трансформацию.
Теперь, когда я тебе сдал все тревожные сценарии о будущем, ты уже вооружён и вместо этих деструктивных мысленных образов, сможешь формировать другой, полезный образ.
- А как? - озадаченно прищурился Дионис.
- При помощи саморазбора. То есть когда тебе предстоит непростое событие, из-за которого ты якобы не сможешь поддерживать рациональное питание, тебе необходимо всё разложить по полкам. Предположим, что какое-то событие должно произойти через полтора месяца. Тогда вот вопросы для саморазбора:
1. Предстоит сложный момент для моего правильного питания, и мне нужно принять решение:
Вариант А) я сейчас продолжу следовать треку изменений в питании;
Вариант Б) я сейчас схожу с трека изменений в питании;
2. Если я сейчас выберу вариант А и останусь на треке изменений, то через полтора месяца к этому событию у меня будут более устойчивые привычки в питании, улучшится состояние здоровья и предположительно минус один килограмм.
Если я сейчас выберу вариант Б и сойду с трека изменений, то через полтора месяца я останусь с прежними неправильными привычками в питании, если повезёт, то в том же состоянии здоровья и в лучшем случае с тем же весом тела.
3. В каком весе, с каким уровнем здоровья и с какими привычками в питании я хочу подойти к предстоящему событию?
4. Вероятность наступления события — сто процентов? Если оно вдруг не наступит, какие возможности я упущу сейчас?
5. Если событие наступит, то вероятность, что я не справлюсь в питании сто процентов?
6. Что мне нужно развить сейчас, чтобы в надвигающемся событии оставаться на треке пищевых улучшений? Что может помочь?
7. С учётом всех предыдущих ответов, как я продолжу действовать прямо сейчас?
- Ой, как интересно, но я наверно так не смогу, чего-то для меня мудрено очень, - разводя руками сказал Дионис.
- Конечно, не сможешь, на то и расчёт. Короче, я тебе технологию отгрузил, а дальше как знаешь. Мне ещё перед Гефестом ответ держать. Побегу к нему, а то вон он, как нервно молотом поигрывает. Как бы не огрел, - с этими словами бог сна метнулся к следующему покаянию.
Освобождение Гефеста от пищевого лунатизма.
Раздражённый простоем бог кузнечного дела, предъявил Гипносу за длительное ожидание.
Но терпение Гефеста было вознаграждено, и бог сна раскрыл всё, без утайки.
Оказалось, что в ретроградных сновидениях коварно сталкивались и нападали друг на друга два понятия: еда как забота о себе сегодня и дело как забота о вечности.
Гипнос шептал: «Время на организацию еды для себя – это эгоизм, как не стыдно тратить минуты, пока кузня стынет. Завтрак – это враг и конкурент настоящему делу, он отвлекает от плевков в вечность. Лучше на бегу зажать в руке кофе с цигаркой, так правильно, так ты делал последние двадцать лет и был успешен».
Вот так, в пищевом лунатизме, сильный утренний голод подминался мощным долгом и ответственностью. Отсюда и было психологическое сопротивление на фоне физиологического желания позавтракать.
Бывало, что упёртый бог-кузнец, разумом пробивался сквозь пелену сновидений и хватался с утра железной хваткой за яйца. Но опытный Гипнос знал, что делать с упрямцем.
Как только Гефест проявлял настойчивость и улучшал пищевое поведение, ретроградный Гипнос, тут же искусно выбивал его из зоны пищевой реальности.
Зона сожаления о прошлом, к краю этой пропасти спихивался во сне кузнец. «Вспомни упущенные возможности и оцепеней», - шептал Гипнос во сне.
Начав делать простые и правильные шаги в еде и пока не получая существенной отдачи, Гефест впадал в тоску и думал: «Эх, вот был я молод и что же я тогда себя в форму не привёл?! Какой юношеский метаболизм был упущен, а сейчас вот кряхти над каждым сантиметром в талии».
Или ещё вот так: «Жена и дети, начальники и подчинённые, ипотека и отпуск. Как мне со всеми этими нагрузками питание отлаживать сейчас?! У меня же такие привольные периоды в жизни были. Пожалуйста, питайся себе правильно без напрягов. Ну надо же было такой момент упустить».
А ещё такое: «Если была бы возможность отправить послание себе молодому. Обязательно предупредил бы себя не голодать с утра, не объедаться на ночь и не упиваться сахарными напитками. Сейчас был бы подтянут и здоров, а не вот это вот всё. Вот что же я тогда, тонус и стройность не сберёг?».
Такими переживательными мыслями о прошлом, срывалась каждая новая попытка отладить здоровый ритм питания. Постоянно мусоля и в досаде и переживая прошлые упущенные возможности, рвался контакт с тем, что сейчас нужно просто качественно позавтракать. Затем хорошо пообедать и вечером поужинать с пользой. Усердно и по строгому расписанию, втыкая горькие воспоминания между приёмами пищи, Гефест выучился бросать нужные действия в моменте.
Еле сдержав порыв, чтобы не садануть Гипноса молотом, Гефест процедил сквозь зубы:
- Сейчас то, что мне делать?
- Как же вы мне все надоели, одно и то же спрашиваете, когда ответ на поверхности.
Ещё раз для крепкоголовых дневных богов. Понимание всего спектра ретроградных сценариев, работает как вентилятор и сдувает дурман надуманной альтернативной реальности.
Когда ты понимаешь саму ловушку, то уже начинаешь вести себя в еде разумно.
Так что вот сценарии, через которые в тебя впрыскивается тоска о прошлом:
• Раньше была возможность, которой сейчас нет. Например: время, здоровье, семейное, финансовое положение. Это очень грустно, потому что сейчас многое недостижимо;
• Взросление. В молодости изменения давались легко и быстро, но произошла бешеная инфляция стоимости телесных улучшений. Это очень грустно, потому что сейчас всё намного дольше и труднее;
• Деструктивное поведение в прошлом, которое привело к плачевным результатам. Это очень грустно, а сейчас полностью уже не исправить.
В концовке Гипнос закатил глаза и начал внушать летаргическим голосом.
- Сперва тебе нужно выделить свой индивидуальный сценарий оцепенения, а распознав полезно заняться самопознанием. Важно: сила этого приёма возникает только от письменного выполнения. Вот вопросы для проработки, возвращающие сцепку с реальностью:
1. Я нахожусь на треке улучшения пищевого поведения, а негативные мысли о прошлом подталкивают меня бросить. С уважением к своему внутреннему диалогу мне надо решить: продолжаю или бросаю?
2. Если я брошу сейчас, то к чему плохому приду в фигуре, здоровье и эмоциональном состоянии?
Создай деструктивный список изменений с разделами:
- Что случится через месяц;
- Что случится через год;
- Что случится через 5 лет;
3. Если я продолжу изменения сейчас, то к чему хорошему приду в фигуре, здоровье и эмоциональном состоянии?
Создай позитивный список изменений с разделами:
- Что случится через месяц;
- Что случится через год;
- Что случится через 5 лет;
4. Сравнение двух списков. Насколько положительный набор изменений перекрывает набор отрицательный?
5. Что мне нужно развить сейчас, чтобы оставаться на треке пищевых улучшений, когда будет налетать оцепенение из прошлого? Что может помочь?
Когда Гипнос закончил и открыл глаза, он был уверен, что не увидит перед собой Гефеста. Так и было, деловитый бог уже ускакал выполнять задание по самопознанию.
- Очень резвый, а не братья ли они с Гермесом? Ладно, с мужиками разобрались и теперь к прекрасному. Афродита, твой черёд.
Освобождение Афродиты от пищевого лунатизма.
Богиня красоты не купилась на комплимент и гневливо спросила: «Признавайся, из-за чего я по ночам в оборотня превращаюсь? И почему такие кропотливые и дорогостоящие раскопки меня только толстят?».
К чести Гипноса он и тут сдал весь ретроградный протокол.
Коварному богу сновидений удалось главное злодейство – подменить действия размышлениями. Это то, что потом назовут прокрастинацией, то есть откладыванием работы. Причём в случае богини красоты, откладыванием в самой интеллектуальной форме.
«Нет, у меня не выжидательная позиция, я в отличие, от прокрастинаторов действую, прорабатывая себя по-настоящему, глубоко и сквозь слёзы», - бойко убеждала себя Афродита.
«Да, да, ведь только докопавшись до истины и сняв сопротивление, можно решить проблему раз и навсегда», — убедительно поддакивал ретроградный Гипнос.
Бог сна был опытен и знал фантазийность сценария: «я сперва разберусь, приведу мысли в порядок, ну и что-что наберу четыре кг, зато потом, как начну худеть, не остановишь».
Это так не работает, как не работает логика во внутренних переживаниях.
Гипнос действовал дотошно и сперва во сне нашептал Афродите о двух разных богах, контролирующих время: Хронос и Кайрос.
Хронос – это неумолимый, поступательно пожирающий время божок. Он оседлал секундную стрелку, обеспечивая линейное течение бытия.
Кайрос же – это бог благоприятного момента и подходящего случая. Он подсказывает, когда стоит отложить действие, а когда надо хвать удачу за хвост. Так что Кайроса надо ждать и пока он не придёт, не рыпаться. Рыпаться нужно уметь вовремя.
«Ты в трудной ситуации и сейчас не Кайрос начинать менять питание, пока нужна археология, чтобы в будущем создать тот самый Кайрос-момент», — щебетал бог сна.
Вот так Афродите подшилось убеждение, что сперва надо как следует всё выяснить и центрироваться в понимании причин обжорств и лишнего веса. Только потом можно приступать к работе над коррекцией еды.
Чётко размежевав временные сюжеты на Хронос и Кайрос, бог сна скрыл важнейший нюанс. Есть темы, которые в принципе не должны контролироваться Кайросом. Например, не будет подходящего момента для воспитания ребёнка, это то, что здесь, сейчас и в любой обстановке контролирует лишь Хронос. С утра болит голова, да и ребёнок особенно капризный, поэтому сегодня не Кайрос готовить ему кашку, отложу.
Родители без психических отклонений так не поступают, но в отношении правильной еды для себя, у многих это накатанный сценарий.
Рациональное питание – это принципиально не кайросовая тема, тут бог подходящего случая должен всё уступить Хроносу. Такой сюжет станет реалистичным, если пойти в улучшениях микрошагами и здесь опять же про большую силу маленьких шагов.
В состоянии пищевого лунатизма, Афродита, ложно ставила в последовательную очередь сперва вытаскивание психологических триггеров и только затем улучшения в еде. Без такого межевания богиня могла бы в процессе раскопок убрать всего лишь ложку мёда к каждому из пяти её напитков. Так что к концу археологической экспедиции она была бы уже не девяносто, а восемьдесят девять с половиной килограмм.
«Да понятно, что надо убрать ложку мёда и понятно, что это простой и доступный шаг. Но поймите, нет у меня волевого ресурса даже на это пипеточное действие. Ведь чтобы не бултыхнуть вторую ложку мёда, нужна воля, а воля заблокирована триггером, поэтому я его и ищу», — с остервенением оправдывалась Афродита.
Гипнос одобрительно кивал, еле сдерживая злорадную ухмылку, ибо этот механизм убедительного самопрограммирования втемяшил тоже он.
Выслушав разоткровенничавшегося бога сна, Афродита всплакнула, и слёзы смыли противозачаточную маску с лица прекрасной богини. Было заметно и радостно оттого, что она забеременела главным вопросом: как совместить важные археологические раскопки с одновременными микроулучшениями в еде?
Пока Афродита осмысливала своё интересное положение, Гера поинтересовалась где Афина. Оставшиеся боги осмотрелись, но не увидели богиню войны.
- А где она?
- Не пришла.
- Почему?
Дионис рассказал, что Афина отправилась в очередной Крестовый поход, а там сквозь лязг мечей и не расслышать призыв к собранию.
- Да это и к лучшему, она и так нервная, а тут узнает всё про себя, изрубит кого-нибудь в капусту. Ей, кстати, капусту сейчас можно. Ладно, её всё равно не призвать, ты лучше нам про неё всё расскажи. Так, для расширения диетологического кругозора. А мы послушаем, посплетничаем в режиме: чужая боль – двойная радость.
Гипотетическое освобождение Афины от пищевого лунатизма.
У Гипноса отлегло от сердца, что не придётся иметь дело с боевитой богиней, и он поведал её ретроградный сюжет.
Гипнос осуществил главное гипнотическое злодейство в отношении Афины – подмена критического мышления слепой и беспрекословной верой.
Будучи ослеплённой богом раздельного питания, она не могла понять своей анатомии. В которой наличие в желудке большой и малой кривизны, позволяет есть и пить совместно. А стервозные битвы по расчленению жидкого и твёрдого, белков и углеводов укрепляют позиции лишь ложных богов.
В следующем религиозном цикле, когда бог раздельного питания был подменён на бога-вегана, громкий храп разума не позволял понять необходимый механизм ежедневной регенерации всех клеток тела. Для этого генетически настроенного процесса самообновления, незаменимы «незаменимые» аминокислоты. Они-то и были строго запрещены богом-веганом. Все животные источники белка приравнены к наркотикам, за которые давали срок, а на реальный наркотик – алкоголь смотрели сквозь пальцы. Мясо нельзя - оно мычит, а вино можно - оно растёт. Вот такое странное, обходящее критическое мышление вероучение.
На следующем догматическом витке, спячка разума героизировала кето-бога. Остервенелое поклонение безуглеводному абсолюту, сперва приводило к кетозу. Затем наскоро переходило в кетоацидоз, то есть в патологическое состояние, то есть в отравление кетоновыми телами. Неминуемые сбои в физиологии никак не приписывались кетоновой религии, ведь наша вера истинная, другой никогда и не было. Была уверена боевитая Афина.
На вопрос: почему с ней всё так? Гипнос объяснил: «Понимаете, Афина по праву рождения всегда в битвах, в них расходуются колоссальные объёмы энергии. Так что для неё, как ни для кого другого актуальна модель эффективного биологического поведения – экономия энергии. Прежде всего нужно экономить мыслетопливо на размышлениях. Выгодно сужать кругозор и перенаправлять всё накопленное в нескончаемые разящие атаки».
Затратно и дискомфортно подвергать сомнению свои текущие пищевые верования. Вместо этого, очень экономно в обход критическому мышлению подставлять в иконостас кого-то из подвернувшихся богов и биться за него. Чем фанатичнее вера, тем страшнее и энерго затратнее спросить себя: «А вдруг это не так»?
- А как же ей вылечиться? - закричали боги.
- Да не надо её лечить, она сражениями счастлива, просто отстаньте от неё. Главное — не спорьте – копьём затычет, - угомонил всех Гипнос.
Прощальный дар Гипноса
Разделавшись со всеми богами, Гипнос в изнеможении опустился на корточки, кости ломило, а язык был стёрт до кровавых мозолей.
«Неужели это всё», - с облегчением подумал он, но в следующий миг послышался топот на дороге. Из-за холма появились две фигуры, это возвращались Гермес с Гефестом. Ну точно братья, очень резвые.
Один уже обвешался альпинистским оборудованием, а второй тряс заполненным списком самопознания.
- Короче, Гипнос, мы твои задания выполнили уже, но вопросы к тебе остались. Вот я, бог торговли понял, что ты меня в состояние заносчивости выбивал и от той напасти рекомендовал альпинистом обернуться.
- Ну да, всё так. А в чём вопрос?
- Я вспомнил, меня ведь не только гордостью накрывает, я когда нарушу, то чувством вины обволакиваться начинаю. Так и пружинит мотивацию, то вверх, то вниз. Что мне с виной-то делать?
Тут Артемида встряла широко открытым ртом:
- Подожди, ты это прямо с языка снял. Это же про меня, только наоборот. Я как только из виноватости вылезу и кушать правильно начинаю, меня в гордость подбрасывает. А как нарушу, то снова вниз проваливаюсь. Так-то меня тоже пружинит.
- Конечно, у вас мотивация скачет, — хотел я от вас скрыть это колебание. Пардон, не прокатило.
Любой из вас может в эту вертикальную ретроградную пружину попасть. Возгордился и нарушил затем, тут же стыдно. После того как стыд испытал: а чего это я, хуже других? Надо бы за себя взяться и доказать. Взялся на несколько дней, а тут и гордость. Так это работает.
- Ага, я сразу почувствовал, что ты чего-то нам недоговариваешь, - раздражённо перебил его Гефест, - Я вот тоже по твоей указке переживания о прошлом проработал, но взамен меня страшащие мысли о будущем стали посещать.
- Охолони, бояться будущего – это мой конёк, - перебил его Дионис.
- Так это другая, горизонтальная пружина, по которой вас метать может от сожалений о прошлом до неизвестности будущего.
Вообще, тут никаких законов нет. Каждого из вас может занести в любую из четырёх зон, которые и выбивают из зоны реальности. Причём в одном боге могут колобродить сразу два, а то и три ретроградных состояния.
- Ах ты подлец! Зачем же ты с нами так? - набросились на Гипноса боги.
- Да это не я, то есть не совсем я, дайте шанс объяснить.
Вы намерились кушать правильную пищу, чуть недоедать и похудеть за счёт жира. Это сознательное решение, направленное в перспективу. Для рациональной части божественного мозга – это хорошо. Это врачебно, сексуально и социально одобряемо.
Но отказаться от очень вкусных продуктов и сознательно чуть недоедать, в условиях постоянного доступа к вкуснейшей еде – это для рептильной части божественного мозга очень плохо. Потому что этот отдел серого вещества сконструирован для выживания в условиях немедленного отклика. Там важно кушать больше, больше накапливать жира и меньше тратить.
Так что начиная диетологические улучшения сознательно, вы автоматически начинаете войнушку со своими древними рефлексами.
Этот «нижний» отдел мозга всегда подбрасывает какое-либо из отклоняющих состояний. А если оно не действует, то любое другое и так пока не собьёт с трека изменений.
Я-то всего лишь напустив тумана, скрыл от вас эти механизмы бессознательного, так чтобы вы их не понимали.
- Да что же так сложно всё, жизнь — боль, - застонал Дионис.
- Ладно, что делать? - деловито спросил Гефест.
- Есть одна общая техника, сразу про всё. Но боюсь, вы не поймёте.
- Сюда давай! - замахнувшись молотом, гаркнул кузнец.
- Ой, боюсь, боюсь, ну вот вам: «Конверт состояний» называется.
Форма №15 Конверт состояний
Рис 22
Гипнос принялся объяснять богам задумку с конвертом.
В центре рисунка изображена зона реальности пищевого поведения. Держа постоянный контакт с ней, возможно долго и спокойно питаться правильно. Через это боги приходят к устойчивым результатам.
По краям зоны реальности четыре состояния, которые может подбросить «нижний» мозг, чтобы отклонить от трека, вредных, по его мнению, изменений. Эти четыре камуфляжных зоны, как края конверта накрывают собой зону нужных действий и формируют альтернативную реальность.
Техника работы с Конвертом состояний следующая.
Заметив, что что-то в намеченном плане идёт не так, мысли странные завертелись или действия ненужные сами собой совершаются. Тут же бежим за конвертом.
Такт первый - отлов альтернативного состояния.
Через самопознание определить, какое из состояний сейчас закрывает от тебя реальные действия?
Важно уточнить. Например, не просто зона заносчивости, а «похвала» в ней. Не просто зона страха будущего, а «другие люди».
Кстати, лучше реальный конверт взять и подписать его, как на рисунке. Если с ним поиграться; загибать и отгибать уголки состояний, то процесс самопознания пойдёт глубже.
Такт второй - формирование образа-метафоры.
Такая картинка восстанавливает контакт с реальностью. Она прочной сцепкой будет держать на нужном треке питания.
Вот примеры базовых образчиков метафор не столько для копирования, сколько для творческой пружинистости.
Спортивный образ.
Вратарь, следящий за шайбой и не реагирующий на финты нападающего.
- Ворота – это необходимые плановые действия в питании.
- Шайба – это еда, которая ведёт ОТ цели.
- Финты нападающего – это ловушки, подбрасываемые «нижним» мозгом, чтобы забить шайбу в ворота.
Образ путешественника, Артемиде он уже раскрыт.
Целеустремлённо иду к знаковому для себя месту. Спокойно прохожу мимо вторичных достопримечательностей, ненадолго останавливаюсь там, где интересно.
- Знаковое место – это стратегическая цель от правильного питания.
- Шаги по маршруту – это ежедневные действия в питании.
- Достопримечательности – это отклоняющие зоны. Либо прохожу мимо, либо если загляну, то ненадолго и сразу возвращаюсь на маршрут.
Юридический образ.
Детектив, расследующий нарушения порядка и выводящий нарушителей на чистую воду.
- Детектив – это я, который придерживается правильного плана пищевых действий.
- Нарушитель – это «нижний» мозг, который пытается обмануть.
- Уловки нарушителя – это ловушки «нижнего» мозга.
Хозяйственный образ.
Муж со списком продуктов от жены.
- Хозяйственный муж – это я, который придерживается пищевой реальности и обесценивает работу всех мерчандайзеров мира.
- Список продуктов – это составленный план действий.
- Мерчандайзеры – это ловушки «нижнего» мозга, втюхивающие то, что выгодно им, но не на пользу мне.
Технический образ.
Возвратная пружина пистолета, которая быстро и чётко возвращает затвор на место.
- Затвор – это стабильное пищевое поведение.
- Отдача – это неизбежные события и ситуации, отклоняющие нужное пищевое поведение.
- Пружина – это то, что всегда и быстро возвращает в исходное состояние реальности.
Какой ещё образ возможен? Какой из них сильнее всего отзывается? Подумайте короче, вы же боги.
Такт третий - раскраска образа.
Важно обшить рюшками базовый образ-метафору, так чтобы он был индивидуально-сочным, цветастым и вызывал вдохновляющие эмоции.
Вот примеры.
Спортивный образ вратаря.
- Какой вид спорта?
- Фамилия вратаря?
- В чём он превосходит нападающих?
- Какая экипировка, чем мячи/шайбы отбивает? Клюшкой? Может, кастрюлей? Тут всё можно.
- Какие у вратаря есть натренированные качества? Надёжный, какой ещё?
- Когда он пропускает, за счёт чего он собирается и не пропускает дальше?
- Как его поддерживает команда, когда он пропускает?
- За что команда может сказать ему спасибо, после выигранного матча со счётом 5:3?
- Какие ещё есть тонкости?
Образ путешественника.
- Какая экипировка?
- По какой дороге иду?
- К какому значимому месту я иду?
- Почему мне важно туда дойти?
- Как часто останавливаюсь? Что чувствую в остановках?
- Как остановки помогают на основном маршруте? Чем они важны?
- Что мне помогает не задерживаться во второстепенных местах?
- Какие ещё есть нюансы?
Юридический образ детектива.
- Что расследует?
- Во что одет?
- Какая антишпионская экипировка есть?
- Какой он? Неподкупный, азартный в поиске, какой ещё?
- Кто у него из помощников?
- Как пытаются от него скрыть улики?
- Из-за чего он их всегда обнаруживает?
- Какие ещё есть детали?
Муж со списком продуктов.
- Какой он? Бережливый, прижимистый, не дающий себя обмануть, какой ещё?
- В каком состоянии ходит в магазин?
- Как его пытаются обмануть? Какие приёмы используют?
- За счёт чего его обмануть не получается?
- Почему его боятся все мерчандайзеры мира?
- Как он разоряет продавцов вредной еды?
- Как он может обучить других своему мастерству?
Технический образ возвратной пружины пистолета.
- Какая пружина до тонкостей?
- Из чего сделана?
- Как часто её смазывают? А чем?
- Почему пружина никогда не ломается?
- Если затвор заклинит, то как быстро исправить?
- Как не прищемить отдачей пальцы?
- Куда стреляет пистолет?
- Какие моменты ещё важны?
Такт четвёртый - применение образа-метафоры.
Запланируйте работу с Конвертом состояний с учётом следующего:
- Удобнее использовать регулярно по графику, либо спонтанно?
- Достаточно мысленного эксперимента, либо нужен физический конверт?
- Если конверт, то как разрисовать? Где держать?
Закончив с инструкцией, Гипнос резюмировал.
Если научиться признавать свои отклоняющие мысли и состояния, не как слабости, а как естественный ритм изменений, то формируется покорность. Она совсем не принижает, а позволяет спокойно продолжать держать ежедневный контакт с реальностью и двигаться к цели. А сбои, так они есть у всех, но мало кто может их осознанно распознавать как ловушки. Ещё меньше тех, кто умеет из них выбираться.
Если калибровать себя в зоне реальности, то получиться сегодня быть успешным, вне зависимости от того, насколько успешным или провальным ты был вчера. Кстати, Конверт состояний - это универсальный способ добиваться важных, но сложных целей. Еда лишь частный случай, но сложнейший из трансформационных изменений.
Теперь у вас есть высокие шансы справиться.
- Ладно, всё понятно. Пойдёмте работать, дальше только практика, - сказала Гера.
- Па-да-жди-те-ка! Мы же тебя ещё не разбирали, - выкрикнула Артемида.
- Да что там разбирать, у меня всё просто и понятно. Хватит лясы точить, пойдёмте практиковаться, - отпиралась матерь богов.
- Ну уже нет, - поддержала охотницу Афродита, - я требую твоего публичного разбора, мне кажется, это всех тут касается.
Гера и Гипносом напряжённо переглянулись. Она боялась, он выдохся, но делать нечего.
Освобождение Геры от пищевого лунатизма.
Гипносу пришлось-таки раскрывать ещё одну мистерию.
Однажды, когда Гера уснула, бог сна нашептал ей важный секрет от самого Зевса. Проснувшись, она была в дурмане, но шёпот, просочившийся в бессознательное, стал влиять на поведение матери богов.
Секрет был о том, что жировая ткань при избытке снижает природный уровень гормона Тестостерона. Тестостерон — не только определяет уровень либидо, плотность костей и мышечную массу. Это ещё и гормон силы воли, контролирующий уровень самостоятельности человека, его мотивационный стержень.
Больше жира, равно меньше тестостерона, равно ниже самоуправляемость, равно выше зависимость от других. То есть формируется потребность в доноре воли. Результат: в клане устранён конкурент для главного божества.
Наоборот, нормализация объёма жировой ткани ведёт к восстановлению уровня Тестостерона до природных значений. Нормо–тестостероновый человек, будь то муж или дева, лучше управляет собой и постепенно сам превращается в донора воли, начиная конкурировать с главным божеством семейного клана.
Так что стало ясно, почему в своём лунатизме Гера-мать день ото дня раскатывала антитестостероновое тесто, чтобы накормить дочку лазаньей. А Гера-муж как бы невзначай, вечер от вечера, крутил в руках шоколадки.
Услышав такое, Гера набычилась, упёрлась руками в бока и приняла положение сахарницы. Боги заахали, похватались за головы и намылились бежать сдавать анализы на Тестостерон.
Но Гипнос всех остановил и принялся защищать Геру. Она ведь не со зла, а от большой любви. Ей надо просто дозировать любовь в нужных пропорциях, сейчас я вам всё расскажу.
- Понимаешь, Гера, ты рождена, чтобы заботиться, и не сможешь не плести узлов – это твоё. Поэтому тебе нужно освоить хитрую вязку морского узла. Научись скручивать нити так, чтобы из клубка торчал кончик, дёрнув за который узел мгновенно распадался бы. Тогда застольная гиперопека переродится в ненавязчивую заботу, а вместо напряжения совместные трапезы начнут укреплять твои отношения.
- Красиво поёшь, гипнотизёр, а конкретно что делать? - поубавив бычистости, спросила матерь богов.
- А конкретно вот как.
В первом такте потребуется самопознание. Нужно искренне проработать эти вопросы:
1. Бывает ли, что вместо уместных узелков, я крепко сдавливаю других?
2. Если да, то кого и в каких ситуациях?
3. Как обычно, на меня реагируют?
4. Для чего на самом деле я это делаю?
5. Бывает ли, что от этого ухудшается моё пищевое поведение и фигура?
6. Тематика еды укрепляет или осложняет наши отношения?
7. Надо ли мне что-то менять в своих пищевых отношениях?
Во втором такте потребуется работа по Матрице социального питания, но только в перевёрнутом виде. Последовательность следующая:
1. Необходимо выбрать подходящего для анализа бога из ближнего круга и провести мысленный эксперимент.
В воображении представить, что всю последнюю неделю он заполнял свою Матрицу социального питания, в которой, конечно же, фигурировала ты.
2. Сфокусировавшись на строчке: внешняя референция, предположить, как часто ты упоминалась в его Матрице.
3. Предположительно меня, чаще упоминали в квадрате: «Тёща», либо «Диетолог»? Кто же я для него?
Следующий такт для рисковых, ну или для очень откровенных.
Попросить выбранного бога самостоятельно заполнить Матрицу социального питания. Затем показать свою версию для сравнения и обсудить взаимное влияние на еду друг друга.
Возможно, после этого для вас будет актуально:
а) Договориться о каких-либо технических изменениях в плане питания;
б) Проговорить меры, понижающие напряжение в отношениях, цепляющих еду.
Слушая антиретроградную инструкцию бога сна, Гера стала странным образом мацать чеснокодавкой локоны волос. Виной этой нервной суеты были косые взгляды четырёх богов, которых она усердно кормила.
Дионис, Гефест, Афродита и Артемида набросились теперь уже на Геру с предложением совместно проработать Матрицу. Неохотно, но матерь богов приняла предложение.
- Думаю, для вас это хорошая идея нащупать центр континуума, - небрежно заметил Гипнос.
- Что это за слово такое, какой ещё континуум? - не прекращая клацать чеснокодавкой по волосам, переспросила Гера.
- Ну вот представьте себе линию, назовём её социально-пищевым балансом. В левой части разместим радикализм: «я полностью зависим в своём питании от других». Такая ультра — левая установка формирует позицию безвольной жертвы и приводит к пищевой анархии, которая не подчиняется никакому управлению. В этой пищевой подневольности ОНИ управляют моей едой, весом, здоровьем, психическим состоянием и продолжительностью жизни в конце её концов.
В правой части находится другой радикализм: «питание – это зона моей, стопроцентной индивидуальной ответственности». Если жёстко придерживаться социальной стерилизации еды, то превратишься в худшую версию Гермеса. Гермес, не обижайся.
Еда — это не только биологический, но и социокультурный процесс. Так что в трапезах мы соединены с нашим окружением. Оно одновременно влияет на то, как мы едим, а то, как мы едим, отчасти формирует окружение.
Ультраправый пищевой радикализм заставляет есть правильно сугубо для своей физиологии с игнорированием потребностей окружающих. Это скукоживает социальный капитал, из-за изоляции такого важного процесса, как еда. Ну и смысл правильно обедать в обеднённом социуме? Уверенно продвигаться к одиночеству, за этим? Цель пищевых изменений в улучшении качества жизни, а качество зависит в том числе от широты и глубины социальных связей.
Ультраправые и ультралевые взгляды, все нехороши и умнее нащупать центр континуума. Где начинает работать парадоксальная установка: «персональная пищевая ответственность с признанием созависимостей в еде». Об этом полезно думать, потому что настоящая автономность в питании начинается с признания своей связанности с питанием других людей.
Тонко и интеллигентно балансируя этим образом, можно как по канату взойти на пищевой Олимп.
Ведь никто, кроме человека не доставит его на вершину, и каждый пищевой шаг он делает сам. Но идёт он в пищевой связке с другими людьми и должен на них реагировать и их балансировать.
Форма №16 Социально-пищевой баланс
Рис 23
Заметив, что дневные боги начали погружаться в транс раздумий, Гипнос с целью совершить побег, усилил гипнотический натиск.
Есть такое выражение: «в нас завтрашних будет что-то от тех, с кем мы общаемся сегодня». Пересоставляя эту мудрую фразу в пищевую тематику, можно сказать: «в нашем будущем пищевом поведении и в нашей фигуре, будет что-то, от тех, с кем мы едим и кого мы кормим сегодня».
Боги закатили глаза и впали в забытьё, Гипнос на цыпочках попятился назад и почти ускользнул. Но вдруг неимоверный гром с небес выбил всех из транса, а вечерний закат рассекла молния. Сверху грохнулся распалённый Зевс, оказалось, что он опять подслушивал.
- Вы вообще тут все ненормальные?! Нарожал тревожных огурцов целую грядку, - выпучив глаза и брызгаясь слюной, орал громовержец.
- Это же просто еда, берёте и едите как надо, что сложного? Нет, надо нагородить ереси всякой, Гипноса зачем-то сюда припереть. Конверты какие-то фиговы. На хрена? На хрена вы сами тут себя запутали. Ещё раз, хочешь есть нормально, берёшь и ешь. В чём проблема?!
Боги испугались и потупили взоры, лишь Гера на правах жены решилась уточнить, - Дорогой, извини, а что значит: тревожные огурцы?
- А то и значит, что мы, боги на девяносто процентов состоим из воды, как и эти зелёные овощи. То есть технически вы просто тревожные огурцы. Понятно? Огурцы вот спокойно себе растут на грядках, и всё. Вам вот также надо. Ешь что надо, а что не надо, просто не ешь.
- Мы не на девяносто, а только на шестьдесят процентов из воды состоим, - вступился Гефест, спрятав молот за спину, - а ещё: «взяли и сделали, что сложного?» — это когнитивная ошибка упрощения, вот.
Лицо Зевса из помидорного превратилось в малиновое. Он затряс кулаками и, чтобы не пришибить родного сына, от греха подальше рванул обратно ввысь.
Боги замерли в леденящей тишине и боялись пошевельнуться. Групповое остолбенение по варварски прервал храп Диониса. Задрых он давно и очнулся только сейчас.
- Так, что я проспал? Я помню, он говорил про какую-то попкорность, то есть попкорн есть всё-таки можно? Ура, ура, ура!
- Да нет, нам тут Зевс опять чайка-менеджмент устроил. Прилетел, наорал, насрал и улетел, - ответил Гефест.
- Ну, ничего нового, а Гипнос то где? - переспросил Дионис.
Бог сна, умело воспользовавшись вторжением Зевса, исчез, но вопросы к нему оставались.
- Ладно, в сухом остатке что? - продолжал любопытствовать выспавшийся Дионис.
- Да мы только баланс нащупывать начали, а тут Зевс, а потом ты своим храпом всё испортил. Вот что нам теперь делать? - раздражительно выпалила Артемида.
- Я знаю, что делать, - уверенно ответила Афродита, - нам нужно срочно обратиться к науке Гороскопологии, там есть раздел: совместимость богов. Так, мы сможем разобраться, ну и как его там, этот, кунилиниум настроить.
Боги дружно согласились и направились гурьбой за Афродитой, которая знала дорогу в склеп с древними скрижалями.
Идти им оказалось долго и в темноте, так что Дионис предложил: «А давайте я вам такую историю расскажу про свой любовный роман, закачаетесь. Там как раз и про кунилиниум тоже есть». Диониса было не заткнуть, и богам пришлось выслушивать его любовные похождения в подробностях.
Глава 4 Совместимость архетипов
4.0 История любви Диониса
Случилось как-то раз Дионису влюбиться, сильно и по-настоящему. Завихрился бурный роман, избранницу звали Маниша и была она родом из Индии. Возлюбленная усиленно практиковала йогу, причём не как набор хитросплетённых поз, а как целостную систему с учётом питания. «Холистический подход», такое понятие узнал Дионис от любимой.
Из-за разных привычек в питании, никакого напряжения между ними не возникало. То ли потому что всё перекрывали глубокие чувства, то ли по причине отсутствия бытовухи. Жили раздельно, холодильник и кухню делить не приходилось.
Но вот пришла пора Манише ехать в обязательный йога-тур. Не в силах терпеть разлуку, Дионис отправился с любимой, взяв с неё слово не привлекать его к йоговским ритуалам. Маниша, в свою очередь, попросила Диониса питаться отдельно, ибо она будет кушать за общим столом с единомышленниками. Там только особая йоговская еда.
Влюблённых всё устраивало, они обнялись, поцеловались и направились в путь.
Прибыв на место и увидев, как питаются йоги, Дионис перекрестился Зевсу, что кушает отдельно. К счастью, отель был не из дешёвых и позволял заказывать любые изыски. Так что за свою гедонистическую карму Дионис был спокоен.
В первый день на завтрак он отведал яичницу с беконом, румяные тосты со сливочным маслом и крепкий кофе, в идеальном сочетании с глазурным эклером.
На следующее утро Дионис в погоне за разнообразием вкусил яичный скрэмбл с помидорками, пару шипящих на сковороде сосисок, кофе с блинчиками и вишнёвым вареньем. Красота.
В третий день были умопомрачительные рулетики из лаваша с сыром и ветчиной. Плюс рассыпчатый шоколадный маффин на десерт.
А в день четвёртый он взял сэндвичи с наисвежайшей бужениной, затем сырник с клубничным вареньем и пару профитролей к капучино.
Вскоре Дионис отметил широкое раскрытие пупочной чакры Манипуры, которая отвечает за пищеварение. А затем сама Сахасрара – коронная чакра, регулирующая духовную наполненность, распахнулась на небывалую ширину. Энергопорталы Диониса работали отменно, прана циркулировала без помех. Такой йога-тур явно шёл на пользу гедонисту.
Кстати, за каждым завтраком заведение потчевало важного гостя бокалом ледяного Просекко. Официант в белых перчатках, торжественно выносил фужер на серебряном подносе и услужливо ставил его перед гостем.
Дионис глубже погружался в кресло и двигал Просекко по белоснежной скатерти. Он ювелирно совмещал бокал с солнечным диском. Когда утреннее солнце попадало ровно в центр сосуда, наш герой долго разглядывал пузырьки, стремительно поднимающиеся со дна. Некоторые энергично прошивали солнечный диск насквозь, а некоторые лишь игриво касались краешков светила. Затем Дионис брался двумя пальцами за тонкую ребристую ножку, неспешно вращал бокал и делал первый глоток. Пузырьки, которые только что касались солнца, теперь отдавали впитанную энергию Дионису. Божественное сочетание льда и пламени, солнечная прана приятно покалывала язык гедониста, неспешно растекаясь прохладой по всему нёбу.
Затем, вернув бокал на скатерть, Дионис слегка приподнимался в кресле, и в нижнюю часть сосуда начинали накатывать лазурные волны. Идеальный утренний пейзаж; фундамент из накрахмаленной скатерти, сосуд с формами фотомодели, ритмично колышущиеся волны внизу бокала, приятный солнечный круг по центру и всё в ледяных пузырьках. Великолепно, а ведь отпуск только начинался!
А в это время, в пяти метрах от гедониста за длинным столом собирались на завтрак йоги и Маниша среди них.
Йоги были настоящие и старались избирательным питанием усиливать прану. Кушали они мало, а то, что потребляли, было ограниченным набором из риса басмати, овощей, фруктов и орехов. Единственной сладостью, украшающей стол, был мёд.
Никаких химических пирожных, язвительного желудку кофе, токсичной жарёхи и, уж конечно, никакого разрушающего прану мяса. В энергию забродивших виноградных пузырьков они не верили, так что пили только воду и молоко.
Йоги постоянно косились на Диониса, играющегося в бокал с пузырьками, неодобрительно поджимали губы и кривили взгляды в сторону Маниши. Та в начале тура неосмотрительно представила возлюбленного группе.
Бывалые йоги отмечали, что трапезы проходят в каком-то напряжении, которого не было раньше, когда они питались отдельно от гражданских. Нет, не так как прежде они наслаждались бататом и чечевицей, хотелось чего-то ещё.
Кто-то начал рассказывать, что яйца по последним данным, всё-таки можно при йоге, особенно желток. Если его не нарушить при жарке, то он как солнце, сплошная прана.
Кто-то сказал, что если срезать у бекона тонкий мясной краешек, то тоже можно. Там же нет сала, главное нож опосля как следует промыть.
На этой почве йоги стали не то чтобы ругаться, но слегка препираться за столом. Невозмутимой оставалась только Маниша, она спокойно вкушала строго очерченные йогой продукты и подозрительно ела меньше других.
Спокойствие за столом было напускным, а в отношениях с Дионисом появилась напряжённость. Впервые они проводили так много времени вместе и разойдясь в ресторане по разным столам, после сходились в одной опочивальне.
Устои Маниши пошатнулась. Любимый трескает насильственную для тела еду, но чакры у него всё шире и шире. Она же питается только саттвической пищей, но в струящейся по чакрам пране начались застои.
Маниша стала кусочничать из рациона Диониса и держать это в тайне от соратников. Хранимый секрет её очень тревожил, йога-тур шёл не по плану. Далека она была от нирваны, и всё проходило хуже, чем в прошлый раз, когда она йожилась без Диониса.
Отпуск заканчивался и подошёл черёд финального праздничного ужина. Стол украсили по-особенному ярко, а предводитель йогов неожиданно выставил на стол бутылку Просекко. «Каждому по маленькому глоточку не повредит, не ослабит нашу наращённую прану, мы заслужили», - пояснил он.
Один из йогов в мирной жизни служил провизором, ему и доверили процесс. Бутылка была разлита ровно на двадцать одну порцию. Йоги долго крутили бокалы, пытаясь разглядеть жидкость на дне. Нюхать никто не решался, опасаясь, что запылесосит носом весь волшебный напиток и пробовать будет уже нечего.
Каждый ритуально настраивался на глоток, понимая, что не получит второго шанса произвести на Просекко хорошее впечатление.
Сразу после они энергично делились впечатлениями, все высказывали своё мнение. Двое самых слабеньких захмелели, чтобы не пасть ниц, они встали в устойчивую позу: собака мордой вниз.
Так, отелю впервые удалось заработать на алкоголе, принимая у себя апологетов йоги. Распорядитель даже предложил Дионису скидку на следующий сезон, ибо он очень хорошо повлиял на продажи спиртного.
Дионис же был каким-то странным в тот вечер, как собственно, и в последние дни. Заигрывать с пузырьками ему надоело, а в трапезах начала замечаться пища из йоговского рациона. Немного, но всё же.
Гедонист чаще и чаще поглядывал на поджарые животы соратников Маниши и как бы сравнивал их с двойной порцией бекона в своей в тарелке. Было что-то притягательное в этих стоических трапезах. С грустью признавался сам себе Дионис.
Думая об этом последнюю неделю, он постоянно раздражался и даже пару раз, на ровном месте вспылил на возлюбленную.
Что до Маниши, то она в недоумении взирала на своих пьяненьких сойожителей. Нет, не такого йога-тура она ожидала. Обстановка всей поездки была какой-то недоброжелательной, и каким-то неясным образом, эта неприязнь связывалась с Дионисом.
«Ну он-то тут при чём?» - задавалась вопросом Маниша.
Что-то меж ними разладилось, но что, неясно. Вернувшись домой, Дионис обнял Манишу и сказал: «Ну, увидимся». Но в интонации слышалось: прощай. Впрочем, это было взаимно, и в следующие туры Маниша ездила уже одна.
Возможно, разгадка в том, что под одной крышей столкнулись две противоположные атмосферы; беззаботная гедонистическая и упреждающая аскетическая. Каждая из атмосфер поколебала другую, но и конечно, пошатнулась сама. Ведь атмосфера каждого из нас не брезент, а больше похожа на мембрану клетки, через которую проникают сигналы от окружающих нас людей.
О чём на самом деле этот раздел?
В астрологии одной из самых популярных тем является изучение совместимости знаков зодиака. Возможно, в архетипах пищевого поведения, это также будет крайне интересной темой.
Замысел разбора совместимостей не в том, чтобы понять, подходит ли мне по пищевому гороскопу Гермес, если я Афродита.
Смысл в диспансеризации отношений. Всё это часть интереснейшей темы коллективного пищевого бессознательного, где формируются паттерны в еде, созависимости, ведомые и ведущие, деструктивные и позитивные раскручивающиеся спирали пищевого поведения.
Естественно, еда — это один из множества факторов, влияющих на степень нашей совместимости друг с другом, и он точно не самый важный. Здесь мы утрированно рассмотрим то, как архетипы уживаются в контексте еды.
Напоминаю, что это книга-микроскоп, позволяющая разглядывать отношения в мельчайших деталях. Нюансы пищевых взаимодействий крайне важны, так как стимулы в еде очень эффективно запускаются окружением.
Без проработки пищевых импульсов, идущих к нам и от нас, вряд ли возможно решить главный вопрос: перевод импульсивного стиля еды в спокойно-осознанный. Ведь мы не живём и не едим в изоляции.
В главе, отношения разделены на совместимые, условно совместимые и несовместимые.
Если отношения указаны как совместимые, то это означает только то, что в них нет эмоционального напряжения. Но в психологической гармонии боги могут и переедать.
При условной совместимости, отношения очень пластичны и легко разворачиваются от гармонии до скандала и обратно.
При несовместимых отношениях боги системно не стыкуются друг с другом в питании, и это вызов, который они могут преодолеть за счёт совместной проработки.
Читая, вспоминайте не только себя и тех людей, с которыми общаетесь, но и отношения, наблюдаемые на расстоянии. Так, расширяя свой кругозор, вы глубже проникните в эту тему и сможете точнее балансировать социально-пищевой континуум.
Итак, давайте же приступать к изучению пищевой совместимости архетипов.
4.1 Совместимость Диониса
Дионис совместим с другим Дионисом и Герой.
Условно совместим с Артемидой и Афродитой.
Несовместим с Гермесом и Гефестом.
Дионис и другой Дионис.
Конечно же, совместимы.
Тип отношений: счастливая песочница.
Два Диониса вместе как беззаботные играющие малыши, у них нет скрытых повесток и вторичных выгод, они просто наслаждаются едой. Дионисы в паре захвачены удовольствием, им неважно, как они выглядят, какой бардак устроили и не думают, что им за это будет. Комфортно быть вдвоём во вкусовом потоке, здесь и сейчас. В паре они легко могут проДионисить целый день за столом и пойти в ночь.
Если они и спорят, то в какую еду играть дальше. Отношения и с пищей и друг с другом празднично-воздушные.
Дионис и Гера.
Дионис совместим с Герой, матерью богов, которая укрывает гедониста пищевым крылом.
Тип отношений: пельмешка.
Дионис – это идеальный мясной шарик, просящийся в оборот к тестообразной Гере. Все бурлящие кипятком жизненные неурядицы делают пельмешку только вкуснее. Плотно обхватывающее тесто надёжно защищает сердцевину, а та взамен пропитывает оболочку мясными соками.
В отношениях Дионис спокойно и без оглядки радуется вкусной еде, а Гера чувствует себя нужной, получает психологические поглаживания и реализует все кулинарные таланты. Это идеальная пара гостя и официанта, которые нежно любят друг друга. Официант изысканно накрывает на стол и тут же приглашается к нему.
Дионис с удовольствием капризничает, и эти капризы только в радость Гере. Для неё истинная радость раскрываться в чехарде заказываемых блюд. В их пищевых отношениях полный симбиоз.
Если вам нужно раскрепостить гостей и устроить пищевую оргию на празднике, то пригласите эту пару.
Находясь в родственных или дружеских отношениях, они скреплены стержневыми ритуалами: закрутки на зиму, закупки на неделю, освоение новых рецептов, готовка, организации застолий.
Боги едят вместе и без оглядки. Для Геры важно не встречать никакого сопротивления, а для Диониса не обламываться в вакханалии.
Суть отношений Диониса и Геры в приятном повторяющемся празднике, где каждый удовлетворяет своё. А то, что неявно они могут соревноваться в наборе веса и бить национальные рекорды, компенсируется вечной гармонией и теплотой. Ведь любое межличное напряжение исчезает, как только Дионис захочет есть.
Дионис и Артемида.
Дионис условно совместим с Артемидой, богиней охоты, которая решает все проблемы, устраивая облавы на еду.
Тип отношений: стриптиз.
Дионис — это самолюбивый стриптизёр, который танцует для себя. Ему не нужно никого соблазнять, просто не мешайте богу эгоистично извиваться перед зеркалами.
Артемида — это верная, но измождённая богиня, которая якобы случайно попала в стриптиз-клуб.
Формами Диониса запрещено соблазняться, но попробуйте устоять. Я тут держусь из последних сил, а он так аппетитно жуёт.
Богиня пытается помешать искусителю, но чем сильнее она старается, тем более жгучими становятся движения фуд-стриптизёра. Артемида соблазняется всегда, но потом жалеет. Дионис же продолжает вихлять бёдрами дальше, как будто ничего и не произошло.
Каждый из богов решает свои проблемы в пищевых отношениях. Дионис ест вкусно и без оглядки. Артемида же сбегает от проблем в еду, озираясь и опасаясь преследования.
В совместимом сценарии, отношения гармонизируются во времена пищевых психозов Артемиды. Вечера, выходные и отпуска, проходящие в периоды острых кризисов Артемиды, расслабляют Диониса. Богиня прячется в еду, и нет лучшего места, чем маслянисто-сахарные объятия Диониса.
В такие моменты бог-гедонист в радости разделяет трапезу, не встречая сопротивления. Артемида же исступлённо, закатывает глаза во вкусовых мультиоргазмах.
Так, боги совместимы и разделяют счастье в моменте. Если за пищевые оргии лишним весом приходится платить обоим, то переживания преследуют только Артемиду, и в этом смысле они несовместимы.
Синхронизация в перееданиях, но раскардаш в эмоциях, напрягает Артемиду. Поэтому Дионис меньше заинтересован в отношениях. Хочешь: поедим как следует, не хочешь, так я в одиночку удовлетворюсь.
Дионис ест в радости, а Артемида в тревоге, так что отношения чуть напрягают одного, но другую сильно тяготят. К тому же богиня пугливая лишним весом, истерично набрасываясь на похудение, злит Диониса. «Нормально же питались, что началось-то?!» - возмущается он.
Суть отношений в бесконечной и захватывающей мыльной опере. Смотреть переживательно, не оторваться. За идеалистическими периодами следуют ссоры и разборки. Разящие молнии петрушки, сменяются жаркими марципановыми поцелуями. Периодичность колебаний в отношениях определяется состоянием Артемиды. Она первая запускает нисходящую волну, а Дионис к своей выгоде упрямо возвращает её на вкусовой пик.
Дионис и Афродита.
Дионис условно совместим с Афродитой, богиней красоты, для которой еда – это эликсир вечной молодости.
Тип отношений: чипсы с укропом.
У Диониса и Афродиты очень много общего. Оба пищевые эгоисты, для обеих пища является важнейшим витальным ресурсом. Оба серьёзно относятся к еде, делают запасы, тратят много денег и времени на пищевые процедуры. Он жаден до впечатлений, она до биологической пользы, но всё идёт от еды.
Так что точек соприкосновения достаточно, и если будет учтено, что для одного вкус превалирует над пользой, а для другой польза гораздо важнее вкуса, то они вполне себе совместимы.
Гармонично сосуществующие Дионис и Афродита, разработали свою фирменную систему: «чипсы с укропом». Где сочетаются категорически вкусные чипсы, с безусловно, полезным укропом. Дионис старается не обращать внимания на безвкусицу травы, а Афродита прекращает называть «химией», то, что посыпано полезным. Забавно, конечно, но ведь счастливы же.
В такой ловко настроенной системе Дионису выгодны постоянные путешествия Афродиты в новые диеты. Ведь в каждом свежем пищевом ноу-хау, как в десертной булке найдётся свой вкусненький изюм. Дионис, стоит только впустить его в дом, умелым голубем выклёвывает из свежей диеты всё вкусненькое, оставляя распотрошённые пресные мякиши.
Боги совместимы, но условно, потому что база для конфликтов также существенна.
Лекарственный пищевой протокол Афродиты мешает наслаждению Диониса. Он хочет сейчас, а не графику, предписанные ограничительные дозировки его гневят. Но бесконтрольное наслаждение ломает протокол пользы Афродиты, и это гневит её не меньше.
Дальше серьёзнее.
Хотя и справедливо выражение: «туда, куда двое пришли в отношениях, они пришли, взявшись за руки». Но здесь ощущается, что Дионис больше отвечает за гармонию. Просто потому, что он бог «толстой» душевной и пищевой организации, а Афродита организована в жизни и в еде очень чутко и беспокойно.
Если боги столкнутся в пищевом несогласии, то это как конфликт быдляша с интеллигентом, второй бессилен. Хабалистость Диониса, всегда будет перешибать утончённость Афродиты, вне зависимости от пола и телосложения. Ведь организация душевная, всегда сильнее телесной.
Так что Дионис должен уметь уступать и позволять добавлять больше укропа в чипсы, если хочет совместимости с прекрасной Афродитой.
Суть отношений Диониса и Афродиты в совместном фокусе на еду, где каждый находит своё. Они либо настраивают мирный способ сосуществования, где каждый извлекает выгоды и прикрывает глаза на выходки другого.
Либо боги не умеют нормировать желания и раздражаются о еду другого. Что делает их несовместимыми.
Дионис и Гермес.
Дионис несовместим с Гермесом, богом торговли и посланником диетологических богов.
Тип отношений: сельдь с молоком.
И селёдка, и молоко - съестные продукты, но будучи скушанными вместе, совсем не уживаются в желудке. Отношения сопровождаются вспучиваниями ссор, коликами конфликтов и газообразованиями скандалов.
И там, и там еда как стержневые жизненные ритуалы, но у одного это искусство и эмоции, а у другого логика и механизированность.
Диониса раздражает организованность Гермеса в еде и особенно сильно, когда бог-гедонист от нужды начинает диетить.
Как он может ложиться спать натощак?! Бесит, что он такой собранный, а я такой безвольный. Причём чем строже к себе Гермес, тем больше он вымораживает худеющего Диониса.
Гермес живёт в диете, а Дионис там рывками. Гермес скрывает нарушения, а у Диониса всё напоказ. Гермес обламывает гедониста в застольях, а Дионис застольями сбивает торговца с диетологического марша.
В общем, непонятно кто кого больше истощает, и если Дионис слабее, то он отбивается и боится приставучего душнилу Гермеса, который понукает и принуждает есть с невкусной пользой. Он кушает от него тайком, но будучи застуканным, выставляет колючие селёдочные плавники и нападает уже не по поводу еды.
Любимый трюк Диониса, взять фуд-нарциса с поличным с эклером во рту и стебать его этим целый год. Шантажируя раскрыть для всех его грехи.
Посещать застолья им вместе очень опасно. Дионис поникнет от реплики: «хватит налегать на селёдку под шубой, возьми-ка лучше петрушки». Гермес же страшится громкой фразы: «да ладно, это он тут перед вами выделывается, а на прошлой неделе упаковку шоколадных эклеров ночью заточил». Не застолье, а сплошной стресс.
Суть отношений Диониса и Гермеса как несовместимые продукты, которые спокойно могут готовиться на одной кухонной плите, но бурлить должны в разных кастрюльках.
Дионис и Гефест.
Дионис несовместим с Гефестом, богом кузнечного дела, которому еда мешает на пути к сверх Олимпу.
Тип отношений: устрицы с сахаром.
Нелепое сочетание дорогущего деликатеса с дешёвым сладким порошком, напоминает отношения гедониста и кузнеца. Первому нужно распробовать изящное и настроиться на следующий такт, а второму заглотить калорий и рвануть в кузню.
Попробовав устричное угощение от Диониса, Гефест посыплет это «сопли» сахаром, ведь не вкусно и не сытно. Лицо Диониса в этот момент лучше не видеть, это развод.
Они оба часто едят в трансовом состоянии, но один в потоке удовольствий, а другой ликвидируя голодный подсос в желудке.
Если гедонист и рационализатор сядут попить чайку, то один ещё не разлил, а другой уже допил.
Гефест трудолюбив и тратить время на пиры – это праздность, Дионис для него лодырь и транжира. Но Дионис не таков, он крайне трудолюбив в извлечении положительных эмоций из еды. Приготовления к пирам и участие в них – это работа по накоплению радости. Транжира — это Гефест, безвкусно проматывающий драгоценные годы в кузне.
Дионис искренне любит еду, и важно, какая она, Гефест же на еду злится, она должна просто быть. Дионис кушает ритуально по графику, Гефест хватает как чайка на лету. Дионис объедается постепенно, Гермес мгновенно. Дионис заходит в еду в надраенном мундире через парадную дверь, Гефест втискивается в грязной робе сквозь технический люк.
Начальник Дионис увольняет подчинённого кузнеца за то, что тот отлынивает от еды в работу. Не надо объяснять, за что начальник Гефест увольняет подчинённого гедониста.
Периоды вечернего синхронного переедания, не синхронизируются по скорости жевания и глотания. Так, Гефест подрывает событийность еды для Диониса. Впрочем, для гедониста Гефест не опасен в плане набора лишнего веса, соседство с ним за столом не располагает есть больше, он просто не от мира сего.
Суть отношений между богами как между колхозником в телогрейке, который выдёргивает сахарную свёклу с грядки, и кутюрье в костюме тройке, несущему холодные устрицы на серебряном подносе. Оба кажутся друг другу странными.
4.2 Совместимость Артемиды
Артемида совместима с другой Артемидой, Герой и Гефестом.
Условно совместима с Дионисом.
Несовместима с Гермесом и Афродитой.
Артемида и другая Артемида.
Совместимы как два давно бросающих пить алкоголика.
Тип отношений: до первой рюмки.
Бесконечно повторяемый сценарий выглядит так: мы даём друг другу зарок, что прекращаем лупить гадости и начинаем правильно питаться. Держимся, стресс давит, но мы вкопались, стресс усиливает натиск, но мы из последних сил.
Волевая струнка рвётся у одной из Артемид. Ладно я только один чебурек и всё, ну тогда я тоже, исключительно тебя поддержать. Всё, первая «рюмка» меняет сознание и богини рванули на охоту.
Грустно и смешно, когда две Артемиды поспорили, кто больше веса скинет к лету. Но первого июня приз достаётся той, которая набрала три килограмма. Она победила, потому что соперница прибавила целых пять.
Артемиды грустно совместимы друг с другом. Они вместе переживают стресс, вместе борются с соблазнами, вместе опрокидываются в переедания, вместе закатываются в удовольствии и виноватятся в обнимку тоже вместе.
Смертельно опасный аттракцион для богинь – вдвоём записаться на фитнес-марафон к Афине. Воительница всего за месяц, через жёсткие ограничения сформирует у них навязчивые мысли о еде. Так что после окончания марафона они наберут ещё больше веса. С Маятником Артемиды читатель уже знаком.
Богиням совсем необязательно расходиться, мудрый сценарий – это договориться в отношениях с едой. Перестать поддерживать дрейф друг друга в перееданиях, разобраться с чувством вины и ни в коем случае не пользоваться Тараном Афины.
Артемида и Гера.
Артемида совместима с Герой, матерью богов, которая держит уставшую охотницу под пищевым крылом.
Тип отношений: Лонг-Айленд.
Артемида и Гера сосуществуют так, как будто бы вместе пьют известный коктейль. Лонг-Айленд пьётся бесконечно долго, он крепкий и быстро уносит в мир грёз. Калорий в напитке достаточно для заполнения всех душевных пустот.
Артемида, обитающая на зыбкой жизненной почве, уверена в одном: есть человек, с которым она почувствует себя хорошо. Уставшая охотница передаёт все пищевые заботы внимательной Гере. Матерь богов является вечером в лице близкого человека или лучшего друга в субботних посиделках.
Артемида выдохнула и знает, что все проблемы с едой решат за неё, накормят вкусно, как она любит. В процессе совместной трапезы выделят нужное время для психологической разрядки. Наконец, то я не одна, мне хорошо, меня любят.
Трапезничая, богиня не опасается ограничений и понуканий. Всё это даёт чувство легальности и безнаказанности в стрессовых заеданиях.
При этом для Артемиды совместимость может стать телесно правильной и уберегать от полноты при сочетании двух условий.
Первое: утомлённая богиня искренне хочет улучшить пищевое поведение и старается держаться правильного протокола.
Второе: Гера глубоко уважает пищевые намерения своей подопечной.
В этом случае, Артемиде, передавшей контроль, будет намного проще кушать с пользой. С утра её правильно позавтракают и не дадут выйти в мир голодной. Заботливо уложат в контейнеры сбалансированный обед, вкусно, но не калорийно отужинают вечером и спрячут от неё глазированный мёдом чак-чак.
Если копнуть глубже, то отношения богинь можно было бы назвать: опасно-совместимыми. Потому что каждой соблазнительно нарушить баланс правильного питания.
Если Артемида вышла на тропу импульсивной охоты на еду, то Гера не в силах устоять, она будет вечер от вечера сдавать нычки чак-чака. Так, сперва умоляя быть спасённой едой, Артемида затем причитает: «Ах, зачем же ты меня спасла?!».
Если в сезон охоты Артемиды на похудение, Гера перейдёт на тёмную сторону гиперопеки, то случится страшное. Обидчивая матерь богов будет настойчиво соблазнять, сетовать, что её не ценят, обесценивать с трудом сброшенные килограммы. В общем, навешивать чугунные якоря, топящие пищевую самостоятельность.
Так, у Артемиды к напряжению пищевого контроля, добавится стресс, держать оборону против Геры, и эта бесконечная нервотрёпка лишит охотницу последней точки опоры.
Суть гармоничных отношений в том, чтобы обе богини взяли на себя ответственность, одна не провоцировать калорийными запросами, а вторая — «случайным» чак-чаком.
В отношениях есть риск того, что они могут легко превратиться в деструктивные и длиться вечно. Тогда Гера получить неравномерно больше барышей, как наркодилер, постоянно сбывающий товар наркозависимому.
Артемида и Гефест.
Артемида совместима с Гефестом, богом кузнечного дела, который спотыкается о еду на пути к сверх Олимпу
Тип отношений: пицца четыре сыра.
Итальянское блюдо не вызывает ни у кого раздражений. Начинка из разных сыров, устраивающий всех вариант. Оттенки сыров практически не ощущаются, как будто бы там просто какой-то стандартный наполнитель.
Точно так же и отношения Артемиды и Гефеста; всех, всё и всегда устраивает, а к различиям во вкусах утрачена чувствительность.
Артемиде неприятно, когда наступают на больную мозоль заеданий и отчитывают, Гермес и не осуждает, он просто присоединяется.
Артемиде важно нарушать вместе с кем-то, Гефест как раз с удовольствием берёт на себя часть ответственности. Переедающая Артемида, почувствовав чужую руку в пакете с чипсами, успокаивается в совместном грехе.
Артемиду главное — не провоцировать в еде, Гефест совсем не про это. Нечувствительный и спокойный к пище бог-кузнец не напрягает и ест, что дают. Что ты там хочешь, то и мне подойдёт. Он съедает мгновенно, не давая Артемиде истечь дополнительной слюной.
Большую часть дня у обеих богов еда не входит в фокус внимания. Артемида и Гефест незаметно копят проблему и затем быстро решают рывковым заеданием. Оба бога объединяются в неосознанных импульсивных объеданиях, с разницей, что Артемида чаще заедает эмоции, а Гефест всё-таки голод.
Любимая забава богов — спариваться в пищевых распутствах, либо в похудениях. Переедают они с идеальной синхронностью, а вот в диетах упрямый Гефест держится дольше.
Суть пищевых отношений как успешный брак по расчёту. Бурных чувств не предполагалось изначально, конфликтам просто не на что опереться. Всегда занятый Гефест никак не разжигает приступы переедательной виноватости у Артемиды. Она же не лезет к кузнецу с правильным питанием, и на него всегда можно положиться в вечернем застолье. Артемида и Гефест, как два связанных брёвнышка, плывут по течению и часто к лишнему весу.
Артемида и Дионис.
Как описано выше, Артемида условно совместима с Дионисом, богом виноделия и гедонистом.
Тип отношений: стриптиз.
Отстанься – самое точное слово, отражающее отношения богов с позиции Артемиды.
Останься, не бросай меня. Ты так быстро возвращаешь в ресурс и оживляешь меня.
Отстань, не трогай меня. Из-за тебя я сбегаю от решения проблем в еду, это ты испортил мою фигуристую жизнь.
И всё же отстанься, видеть тебя больше так хочу.
Артемида и Гермес.
Артемида несовместима с Гермесом, богом торговли, посланником диетологических богов.
Тип отношений: скороварка без клапана.
Артемида в этих отношениях, как скороварка, лишённая клапана, сбрасывающего давление. Содержимое скороварки — это эмоциональный фон богини, закипающий от высокой температуры. Горелка под скороваркой – это неподконтрольные стрессовые события.
Когда Гермес понукает богиню охоты за неправильную еду, он прибавляет пламя горелки, а другой мускулистой рукой завинчивает фиксатор крышки.
Чем ярче он делает огонь и крепче затягивает винт, тем дольше держится Артемида. Но по законам физики обязательно рванёт и рванёт сильно. Скороварка покорёжиться, чинить дорого. Кипяток обварит руку Гермеса. Опасно!
Охотницу и торговца в пищевом поведении разделяет пропасть.
Она взбалмошная, он невозмутимый, она импульсивная, он педантичный, она печальная, он спокойный, она актриса, он бухгалтер, она про душевные терзания, он про дебет с кредитом.
Для Артемиды еда — это территория проблемы, Гермес же постоянно про это говорит и портит настроение, повышая напряжение. Богиню раздражает строгий распорядок и сила воли Гермеса. Бесят его пластиковые контейнеры с сухим бурым рисом. Туман Гермеса особенно плотно обволакивает богиню охоты, рядом с ним остатки её пищевой воли расщепляются окончательно.
Гермес упрекает и саркастирует в самые неподходящие моменты. Только я съела вкуснейшие чипы и стало хорошо, так он обронил про полтысячи калорий, и меня испепелил тихий ужас. Мне плохо, где вторая пачка?
Так подкалывая, Гермес раскручивает спираль, в которой импульсивное поведение вызывает чувство вины, а осознание своей греховности сталкивает в калорийную пропасть.
Но бывает, что не всё так плохо. Иногда Гермес вдохновляет Артемиду, и она лучше крепится об него. Случается, что богиня вместе с ним нормализует пищевое поведение и сбрасывает вес. Но чаще разыгрывается спектакль в двух действиях.
В первом действии Артемида худеет с пионерским задором и дарит Гермесу шикарный букет нарциссов.
В действии втором, истощение волевых ресурсов в условиях неразрешимого стресса, приводит к истерическому бросанию правильного питания. Одной есть кого винить, другому в ком разувериться.
Суть отношений между богами как между строгим конюхом и выдохшейся кобылой. Обессиленная Артемида подставляется под седло и просит подтянуть подпруги потуже. Гермес умеючи запрягает и шпорить кобылу, как она и просила.
Результат: животное задохнулось и, упав, завалила наездника, лошадь загнана, конюх в бешенстве.
Да, изначальная метафора про скороварку потеряна, также и в отношениях Артемиды и Гефеста всё нескладно.
Артемида и Афродита.
Артемида несовместима с Афродитой, богиней красоты, для которой еда служит эликсиром вечной молодости.
Тип отношений: пищевое косоглазие.
Суть пищевых отношений, точнее разногласий, похожа на разницу ближнего и дальнего света фар автомобиля. Артемида едет по жизненным ухабам и косится вниз, подсвечивая то, что в паре метров под ногами. Афродита косится вверх и едой, как дальним светом высвечивает будущую пользу. Так что существуя вместе, они обречены на косоглазие, где очень сложно сфокусироваться на чём-то одном.
Обе богини пугаются в еде, но по-разному. Артемида боится реактивно, что не сможет сейчас «уколоться» лакомством. Афродита же боится проактивно, что потеряет красоту, если сейчас упустит пользу.
Разговоры о еде всегда превращаются в скандал. «Как можно это в себя запихивать и до такой степени не уважать своё будущее тело!» - нападает Афродита. «Если я сейчас не наемся, то будущее для меня вряд ли настанет», - контратакует Артемида.
Охотница ест, как будто принимает болеутоляющее, чтобы избавиться от адской боли. Афродита же ест так, как будто пьёт курс пребиотиков, чтобы вскоре зацвести пышнее.
Одна быстрая и импульсивная, а другая дотошная копуша. Охотницу выводят из равновесия маленькие порции Афродиты, которыми не утолить, не снять зуд. Что это за микроскопическое канапе, где нормальная двухсотграммовая плитка шоколада?!
Если Афродита и перекармливает богиню охоты, то пользой, а нужно вкусом и калориями.
Артемиде нужна экспресс-помощь и стрессо-понижающее, а у Афродиты только гадкие Спирулина и проросшие семена.
Как единственная оливка с косточкой, подложена в банку оливок без косточек. Так, и в их совместную трапезу всегда подложен конфликт. На него точно наскочит зуб, и кто-то завопит.
4.3 Совместимость Геры
Гера совместима с Дионисом, Артемидой и Афродитой.
Условно совместима с другой Герой и Гефестом.
Несовместима с Гермесом.
Гера и другая Гера.
Гера условно совместима с другой Герой.
Тип отношений: два альбатроса в клетке.
Альбатросы обладают самым большим размахом крыльев до трёх с половиной метров и это в три раза больше, чем тело птицы. Также и у Геры, размах крыльев заботы кратно больше её самой.
Когда в одном социальном контуре две богини одновременно расправляют широченные крылья, то задевают друг друга. Летящие от стычек перья мешают всем спокойно поесть.
При этом двум богиням вполне под силу уживаться на одной территории, ведь обе они про заботу.
Если две богини плодородия ходили в одну жизненную школу и сидели там за одной событийной партой, то получили одинаковые установки в питании.
Две Геры на одной пищевой волне запойно готовят к празднику и крепко дружат против тех, кто не докормлен. В случае захвата их территории организуют партизанский отряд и ведут многолетний пищевой терроризм. Объединяются в выколачивании чувства вины у сопротивленцев.
Но всё же после они начинают конкурировать за похвалу. Если надо их поссорить, то сперва выясните, кто из них, что готовил, а затем понятно, что делать.
Непонятно?
Уплетайте и нахваливайте блюдо от одной богини, а отведав стряпню другой, скривите губы во фразе: «Ну, это на очень уж редкого любителя», - затем бегите.
Совместимость богинь плодородия, помимо совпадения взглядов на питание, зависит от реакции окружения. Обилие признаний и похвалы без перекосов в одну сторону, скрепляет богинь и множит силы. При иных раскладах ждите бесконечных молний.
Гера и Дионис.
Как было описано выше, Гера безусловно совместима с Дионисом, богом виноделия и гедонистом.
Тип отношений: пельмешка.
Гера счастлива в этих отношениях, потому что Дионис искренне принимает её любовь, благодарит и восхищается, слушается и показывает, что всё идёт правильно по её сценарию. В отношениях Гера может «безнаказанно» есть сама. В этом её бонусы и риски.
Гера и Артемида.
Как писалось выше, Гера совместима с Артемидой, богиней охоты, которая укрывается от всех проблем под её пищевым крылом.
Тип отношений: Лонг-Айленд.
Для Геры, Артемида очень удобна, и, похоже, что эти отношения при любых раскладах больше выгодны матери богов.
Во-первых, Артемида несамостоятельна и с удовольствием позволяет управлять своей едой, а значит, её легко контролировать.
Во-вторых, Артемиду просто кормить, не встречая сопротивления, а значит, есть через что проявлять любовь и получать благодарности.
В-третьих, можно есть самой, приклеивая к Артемиде свои пищевые интересы, а значит, удобно снимать с себя ответственность.
Но все эти во-первых, вторых и третьих несут риски и для самой матери богов.
Так что забрав себе контроль над питанием, Гера отдаёт власть над собственным весом. Сценарий: «чем больше стресс у Артемиды, тем толще талия у Геры», не очень-то и фантастичен.
Гера и Афродита.
Гера совместима с Афродитой, богиней красоты.
Тип отношений: витаминизированная кулебяка.
Алчность Геры до опеки отлично сочетается с алчностью Афродиты до пищевой пользы. Матерь богов в отношениях предстаёт наищедрейшим купцом. Она каждый будний день выставляет на стол праздничную кулебяку. Гера знает подход к богине красоты и «продаёт» кушанья через витаминизированную начинку. Приговаривает, что там много полезного, но умалчивает про сахарно-мучную основу. Богиня плодородия виртуозно использует эффект авокадо, именно с Афродитой.
Гере комфортно и спокойно с богиней красоты, ведь та особо не сопротивляется, если всё правильно преподнести. Если же вдруг Афродита начнёт жаловаться на прибавку в весе, то Гера, округлив глаза, скажет: «Наверное, тебе витаминов не хватает, надо бы добавить».
Суть отношений в одном слове: «много». Много еды, калорий, витаминов, пользы, похвалы и много веса у обеих.
Конечно же, отношения можно гармонизировать с точки зрения контроля над весом. Для этого богиням необходимо провести серию непростых переговоров по рассеиванию эффекта авокадо.
Гера и Гефест.
Гера условно совместима с Гефестом, богом кузнечного дела, который спотыкается о еду на пути к сверх Олимпу.
Тип отношений: пищевая биполярка.
Гера уверена в пищевом биполярном расстройстве Гефеста. Ест он иногда ну очень хорошо, а порой также бойко сопротивляется.
Бог-кузнец постоянно впадает в депрессивные состояния и отказывается кушать, потому что занят ковкой мечей на износ себя. «Давай, соберись тряпка, вложи ложку в руку, налегай, потом же оголодаешь!» - кричит матерь богов. Всё бесполезно, у него пищевая депрессия.
Затем резкий крен и кузнеца накрывает маниакальный пищевой приступ. Гефест ест как не в себя, а благодарит, не остановишь.
Так вот и живёт с ним Гера в ежедневных метаниях от: «молодец, как хорошо кушаешь», до «как же так, я же наготовила».
Суть отношений в постоянной качке, где в маниакальных стадиях Гефеста всё гармонично и как хорошо, что мы друг друга нашли, не потерять бы. Но в фазах вкусовых депрессий: «Невозможно тебя терпеть, все нервы мне едой вытрепал(а). Это я тебе вытрепал(а)?! Да это же ты мне своей кормёжкой!».
Отношения пойдут на лад, если Гера научится не ложится под гусеницы депрессий Гефеста, а он, в свою очередь, сумеет преодолевать анестезию имени себя.
Гера и Гермес.
Гера несовместима с Гермесом, богом торговли и посланником диетологических богов.
Тип отношений: коктейль Б 52.
Отношения богов в еде резки и противоречивы. У неё эмоцио, у него рацио. Как два несмешивающихся напитка в одной рюмке, они налиты слоями.
Оба ликёра крепки и легко загораются, так что отношения сошлись за одним столом, чтобы воспламениться. Важно успеть их всосать через трубочку, пока горит. То есть успеть громко посраться и утилизировать конфликт, так освободить место для следующего шота.
Скандал – пауза, скандал – пауза, и так несколько Б 52 за вечеринку. Результат – всем плохо от обилия проглоченного сахара и спирта, но зрелище было зажигательным. Протрезвеем, обязательно повторим.
Намерения Геры - это контролировать едой самостоятельного и лучше подкованного в диетологии Гермеса. Договориться им можно, но трудно, так как Гермес всегда на марше и ему важно заправляться едой очень точно.
Но Гера всегда переживает и мечтать дозаправить высоко организованного фуд-нарциса. Сойдясь за столом, начинается перестрелка с рикошетами в гостей, ведь оба божества сильно про других в питании, каждый стремится оказать своё, правильное влияние.
Гера и Гермес часто бывают фанатичны.
Суть отношений в том, что в еде присутствует напряжение как будто бы разных религиозных конфессий. Встреча двух фанатиков - это нерешаемый конфликт.
Безмятежность настанет, если каждый перенаправит свою веру внутрь себя, что позволить погружаться в свои пищевые обряды, не коробя другого.
4.4 Совместимость Гермеса
Гермес совместим с другим Гермесом.
Условно совместим с Афродитой и Гефестом.
Несовместим с Дионисом, Артемидой и Герой.
Гермес и другой Гермес.
Гермес совместим с другим Гермесом.
Тип отношений: бобслейная двойка.
Гермесы в паре едят, как будто бы выступают по бобслею на Олимпийских играх.
Они тщательно натренировались в идеальном пилотировании режима питания.
Дотошно изучили трассу грядущего дня. Мощный разгон завтраком, молниеносный заскок в боб в виде сбора контейнеров с едой. Вжимаются в болид и едят строго по графику, так чтобы на максимальной скорости проходить дневные зигзаги. Страшатся съесть случайную печеньку, ведь тогда они заденут стенку жёлоба и уменьшат скорость.
Напряжённо на финише итожат съеденные белки, жирки и углеводы, как будто спортсмены смотрят на показанные секунды: «Ну! Какое место?! Второе, чёрт! Эх, надо было ещё вот тут срезать, ну ничего, завтра мы выдадим рекорд трассы».
Суть отношений в ускорении и улучшении питания друг друга. Они отлично синхронизируются и выдают бОльшую скорость за счёт удвоенной массы мотивационного посыла. Так что вдвоём они собьют не то что Геру, но даже Афину.
Конечно, есть нюанс. Чем выше скорость, тем неразличимее жизнь, в том числе и радость разумного пищевого гедонизма. Но и это не всё.
Мчатся они на безумной скорости, а ведь там не прощается даже микронная ошибка.
Если Гермесы выбрали биологически правильную модель еды и на трассу не выскочит оголтелый болельщик в виде кризисного события, то им удастся бесконечное пилотирование. Гермесы выиграют вечную мраморность и всеобщее признание.
Но если что-то пойдёт не так, то боб может и перевернуться. Это жизненная трагедия спортсмена; старт проигран, боб разбит, травма получена, ничего другого не умею.
Гермес и Афродита.
Гермес условно совместим с Афродитой, богиней красоты, для которой еда – эликсир вечной молодости.
Тип отношений: Инь – Янь – Хрень.
Яньский Гермес в пищевом поведении гармонично дополняет Иньскую Афродиту, но иногда меж ними случается Хрень.
Для богов еда — это сфера отложенного результата, и вкушая, они думают о последствиях. Оба дисциплинированы и готовы вкладываться в организацию питания.
Им легко даётся синхронизация в строгом расписании, где Гермес отвечает за рациональность, умеренность и достаточность. Бог торговли помогает устанавливать границы и сводит баланс калорий.
Афродита симбиотически, отвечает за полезность, безопасность и не просроченность. Она наводит эмоциональную красоту в питании.
Если оба бога сыграются по этим правилам, то обнимашки, Инь и Янь счастливы.
Для богов несвойственна пищевая импульсивность, но Афродита порывами, несколько раз в год набрасывается на диетологические новинки. Такие импульсы противоречат многолетней выверенной стратегии Гермеса. Рационализатор-торговец отсеивает шелуху и может как нормировать Афродиту в завихрениях, так и обламывать яркие эмоции.
Конечно, богам есть отчего разгармонизироваться.
Он сам себе сержант, она сама себе врач. Она присаживается в диеты, он — сердится и придирается: «В диете надо жить, а не устраивать туда экскурсии».
Гермес наносит пользу математическими ограничениями, а Афродита хочет бескрайней, уходящей вдаль пользы.
Она вкладывается в еду, создавая запас прочности в здоровье. Гермес же инвестирует в еду ради торговли, ему важна оборачиваемость товара.
Когда от передозировки пользы Афродита набирает вес, то рациональное обоснование бога торговли, не работает на её эмоциональном уровне.
По мнению Афродиты, она добавила стати в бёдрах, потому что недополучила пользы.
Её запрос: чтобы такого полезного съесть, чтобы похудеть, вызывает припадок математической ярости у Гермеса. «В смысле съесть?! Чтобы такого тебе не съесть, чтобы похудеть!».
Так, божественные Инь и Янь превращаются в Хрень.
Гармония отношений зависит от обтекаемости камня преткновения: эффекта авокадо и от умения Гермеса признавать важность эмоций и красоты в питании. Иначе Хрень.
Гермес и Гефест.
Гермес условно совместим с Гефестом, богом кузнечного дела, который спотыкается о еду на пути к сверх Олимпу.
Тип отношений: красавец и чудовище.
Казалось бы, этим богам не по пути вместе, но не всё так просто и сперва про расхождения.
Гермес рассматривает еду под микроскопом, у Гефеста она где-то там, в тумане за горным хребтом. У фуд-нарциса еда — зона гордости, а у бога трудолюбия это зона проблемы.
Торговец всегда для себя на первом месте. Кузнец же кормится по остаточному принципу и жертвует своей физиологией. Гефест сперва забывает, затем раздражается на еду. Вымуштрованный Гермес возмущается такой пищевой анархии.
Гермес подходит к еде системно, а Гефест хочет решить системную задачу приёмчиком.
Один готов вкладываться усилиями и временем, другого пугает необходимость покупать, таскать, готовить и три раза в день, просиживать штаны с вилкой и ложкой.
Посланник диетологических богов, возмущённый пищевым поведением Гефеста, назойливо жужжит вокруг кузнеца. Захваченный ударами молота Гефест кипятится и отмахивается.
В общем, напряжённые отношения красавца и чудовища, каждый из разных миров, и не суждено им быть вместе по происхождению.
Но для любви не существует кастовых границ, есть между ними искра, которая магнитит нарцисса к кузнецу. Магнетизм существует вне тематики еды, но может помочь и в пищевых отношениях.
Обоим важен результат, им наплевать на вкус. Оба антипрокрастинаторы, и каждый по-своему сморит вперёд. Гермес и Гефест созвучны не только по именам, ещё им важно кушать быстро, по-деловому, без лирики.
Если Гефест выработал отношение к еде как к горючему. Если он понял, что ритмичное питание добавит удали в плечах, то Гермес — лучший из партнёров. Ему импонирует простой и эффективный режим питания Гермеса, рядом с ним очень удобно, а главное, быстро.
Днём, рыбой-прилипалой Гефест подкармливается около Гермеса, поэтому у него больше сил в кузне и меньше жора вечером.
Принимая помощь и благодаря, Гефест опрыскивает фуд-нарциса дофаминовым одеколоном. Всем хорошо.
Так что как бы ни было велико расхождение между прекрасным Гермесом и трудолюбивым Гефестом, есть между ними пищевое притяжение. В соитии один питается лучше, а другой ближе к солнцу.
Суть отношений в диаметральном пищевом мировоззрении богов, протекающем на фоне обоюдно сильного достигаторства. Похоже, что именно в этой условно совместимой паре проще всего убрать напряжение, идущее от еды.
Гермес и Дионис.
Как было описано выше, Гермес абсолютно не совместим с Дионисом, богом виноделия и гедонистом.
Тип отношений: сельдь с молоком.
Дионис вызывает у Гермеса хоровод негативных эмоций. Переживание сменяется раздражением, с переходом в агрессию, а затем в разочарование.
Бывает, что посланник диетологических богов набрасывается на гедониста, но быстро теряет веру и сдаётся. Ведь Диониса трудно сдвинуть, он как истинный патриот удовольствий не подлежит вербовке против вкусных изысков.
Если Гермес окажется слабее Диониса и поедет с ним в отпуск, то будет захвачен гедонистическим потоком и вернётся с широкой талией.
Так что от Диониса одни убытки, облагородить его не удаётся, а вот испортиться об него, вполне возможно.
Гермес и Артемида.
Как писалось выше, Гермес несовместим с Артемидой, богиней охоты, которая сбегает от всех проблем в еду.
Тип отношений: скороварка без клапана.
Боги в отношениях с едой расходятся диаметрально, но оба паникуют, когда набирают вес.
Артемида мешает Гермесу притворяться железным. Бога торговли нервирует нытьё и импульсивное поведение Артемиды. Так или иначе, она провоцирует его отклоняться от плана. Артемида мешает Гермесу на марше, сбивая шаг своими: «Как ты одно и то же невкусное ешь?».
Энергичный мотивационный скорострел берётся организовывать Артемиду, но проваливается в пределах месяца. «Истеричка, - кричит Гермес, — ведь так хорошо всё начиналось». Профессиональнее выгорание худеющего у Артемиды и одновременные перебои в питании у помогающего Гермеса, сценарий распространённый.
Такое случается, потому что Гермес нервирует и без того нервную, нервную систему Артемиды, отчего нервничает сам.
Если же Гермес сможет успокоиться сам, то у него гораздо больше шансов успокоить в еде тревожную Артемиду. Но, как правило, всё наоборот.
Гермес и Гера.
Как и писалось выше, Гермес несовместим с Герой, матерью богов, расправляющей пищевое крыло над тем, кто уже давно не птенец.
Тип отношений: коктейль Б 52.
Для Гермеса отношения с матерью богов ну очень напряжённые.
Во-первых, она мешает его эталонному режиму питания. Соблазн есть соблазн, и какая бы воля ни была у фуд-нарциса, он соблазняется её пухлыми беляшами.
Во-вторых, она перехватывает электорат на себя, мешая богу торговли зарабатывать и вести застолье к лучшему будущему.
Отбиваюсь сам и уберегаю от неё других. Так бы сказал Гермес про их отношения.
Но если оба бога поймут, что конфликт – это нейтральное понятие, то научаться обниматься сразу после застольных баталий. В таком случае придётся переписывать эту главу.
4.5 Совместимость Афродиты
Афродита совместима с другой Афродитой и Герой.
Условно совместима с Гермесом и Дионисом.
Несовместима с Артемидой и Гефестом.
Афродита и другая Афродита.
Афродита безусловно совместима с другой Афродитой.
Тип отношений: ковёр-самобранка.
Объединившись проактивные и жадные до пользы Афродиты, пускаются в кругосветное путешествие по чисткам и диетам. Они пугливо гонят свой ковёр-самолёт прочь от консервантов и токсинов.
Сойдясь, богини красоты умудряются превратить воздушный корабль ещё и в скатерть-самобранку. На ней волшебным образом появляются самые диковинные продукты, конструкция трещит от избытка витаминов и суперфудов.
У богинь гармоничные и без стрессовые отношения, ведь там нет разногласий ни по поводу приоритетов, ни по поводу страхов. Афродиты понимают друг друга с полнадкуса.
Но разогнав инерцию пользы, они рискуют подмять жизнь избыточными омолаживающими процедурами и заменить ими само бытие.
Также в паре, богини красоты склонны усиливать эффект авокадо, отчего и рискуют набрать лишний вес. А прибавив в бёдрах, они удвоят страх и погонять ковёр-самобранку к новому детоксу.
Суть прочных отношений Афродит в общих ценностях, так что им предначертано сойтись на почве экологичного питания. Богиням красоты очень комфортно лететь вместе и с ментальным здоровьем в пути всё в порядке. Афродитам главное — лететь в физиологически верном направлении, не превышая калорийной скорости.
Афродита и Гера.
Как и писалось выше, Афродита совместима с Герой, матерью богов, которая оберегает красоту пищевым крылом.
Тип отношений: витаминизированная кулебяка.
Для Афродиты комфортные отношения с Герой, являются не такими однозначными, как для матери богов.
Гера снимает все тревоги Афродиты в плане не упустить в еде что-то ценное. Страх недовитаминизации отсутствует. Но это комфортизирует Афродиту, только если она не набирает лишний вес и не тревожиться по этому поводу.
Напряжение также может появляться, если Гера начнёт беззастенчиво подкладывать «химозу» и вредные продукты. Но обычно умная Гера таких ошибок не допускает, приводя пищевые отношения в равновесие.
Так что если не стоит задача по нормализации веса тела, то в отношениях богинь полное благополучие.
Афродита и Гермес.
Как и писалось ранее, Афродита условно совместима с Гермесом, богом торговли, посланником диетологических богов.
Тип отношений: Инь – Янь – Хрень.
Для Афродиты Гермес может быть крайне полезен в части рационализации её пищевого поведения. Он идеален в качестве ментора диетологических экспериментов. К тому же у них много точек синхронизации. Вместе с ним практически не нужно растачивать волевой ресурс на поддержку здорового питания.
Гермес как откинутый подлокотник на заднем сидении, очень удобно.
Но конечно же, если Гермес не будет бережён к эмоциональным порывам прекрасной богини или она сама перейдёт в режим эмоционального бандитизма, то в Инь-Яньских отношениях замаячить Хрень.
Афродита и Дионис.
Как было описано выше, Афродита условно совместима с Дионисом, богом виноделия и гедонистом.
Тип отношений: чипсы с укропом.
Сочетаемость отношений для Афродиты может строиться на том, что она, как и Дионис, относится к еде серьёзно, и они каждый по-своему готовы этим усердно заниматься.
Но база для несочетаемости у Афродиты также существенна. Имея Диониса в ближнем круге, она вынуждена бороться с хаосом в холодильнике и ядовитой просрочкой. Её это сильно касается и мешает. Если же бог-гедонист в среднем круге общения, то рядом с ним неудобно питаться с пользой, что сильно усложняет приятельские отношения.
Афродита и Артемида.
Как и писалось выше, Афродита несовместима с Артемидой, богиней охоты, которая сбегает от всех проблем в еду.
Тип отношений: пищевое косоглазие.
Даже то, что они обе про себя в еде, не делает их совместимыми. Склонную к осознанности и думающую наперёд Афродиту, коробит рывковый и импульсивный стиль еды Артемиды.
Богиня красоты, страшащаяся утерять молодую прыть от трансжиров, в ужасе от майонезных припадков Артемиды.
Афродита, как истовая химофобка не может сохранять спокойствие за отравленным консервантами столом.
«Совсем себя не бережёт и мне свинью подкладывает», - так бы сказала прекрасная Афродита про богиню охоты и их отношения.
Афродита и Гефест.
Афродита несовместима с Гефестом, богом кузнечного дела, который спотыкается о еду на пути к сверх Олимпу.
Тип отношений: пищевая лоботомия.
Отношений нет, также как нет связей между рассечёнными долями мозга. Каждая не подозревает, что есть какая-то другая часть.
Для богини красоты преступление — задвигать свою физиологию на второе место. Сначала я королева, дело должно меня заслужить. Афродита сугубо про себя и, имея Гермеса в среднем круге общения просто его не замечает.
Для Гефеста преступление — задвигать дело на второе место. Сначала дело, еду надо заслужить. Кузнец также лоботомирован от Афродиты, он занят в кузне, ему некогда замечать, что кто-то там транжирит жизнь на витаминную пользу.
Но если в рассечённом мозгу заболевает одна доля, то воспаление цепляет все отделы. Так можно обозначить отношения между богами в ближнем круге. Соседствуя по комнате, Афродита и Гермес чувствуют напряжение.
«Делом займись, а не ростками пшеницы», — возмущается Гефест на красавицу богиню.
«Да ты бы лучше поел как следует, а то уже посерел от своей работы», — огрызается Афродита.
В среднем круге суть отношений отсутствует. Боги как будто бы мчаться по разделённым высоким бордюром автострадам, каждый в своём направлении. Но в родственных отношениях они будут сталкиваться не потому, что не умеют водить, а потому что не выучили совместные правила вождения в виде принятия ценностной модели питания партнёра.
4.6 Совместимость Гефеста
Гефест совместим с другим Гефестом и Артемидой.
Условно совместим с Герой и Гермесом.
Несовместим с Афродитой и Дионисом.
Гефест и другой Гефест.
Гефест, конечно же, совместим с другим Гефестом.
Тип отношений: калорийный засор.
Объединяясь, два бога кузнеца, усиливают трансовое состояние друг друга.
Гефесты совместимы к счастью для дела, но к несчастью для здоровья. Именно в этих отношениях Анестезия Гефеста развивается самым быстрым способом. Чем глубже они в потоке, тем чаще мимо своих физиологических потребностей, мимо нужных приёмов пищи. Поэтому их совместный ужин напоминает прорвавшуюся плотину. Всё топит калориями, разрушая ночную инфраструктуру сна.
Так, в годах ускоряясь и, празднуя рабочий успех, они накапливают хронические заболевания.
Ожирение, болезненная худоба, катастрофические результаты анализов, всё это ждёт сложивших усилия богов кузнечного дела. Живут они вместе продуктивно, но вот только коротко, а до сверх Олимпа было рукой подать.
Увлечённым Гефестам в плане еды вместе очень опасно. Впрочем, эта проблема несложно решается математическими расчётами своего физиологического будущего. Да, рекомендация мудрёная, но Гефесты очень хорошо понимают на таком языке.
Гефест и Артемида.
Как писалось выше, Гефест совместим с Артемидой, богиней охоты, которая сбегает от всех проблем в еду.
Тип отношений: пицца четыре сыра
Для Гефеста богиня охоты очень удобна. К кузнецу главное — не лезть в рабочих поточных состояниях, Артемида и не лезет.
Гефесту важно быстро ликвидировать проблему голода тем, что хочется и без понуканий. Заедающая стресс Артемида тут очень подходит.
«Оперативно, вкусно, без нотаций», - так бы сказал Гефест про свои пищевые отношения с Артемидой.
Гефест и Гера.
Как писалось выше, Гефест условно совместим с Герой, матерью богов, к месту и не к месту, укрывающей пищевым крылом.
Тип отношений: пищевая биполярка.
Гефесту, то очень комфортно, то нервозно с Герой. Похоже, у неё биполярка. Моментами она сильно помогает; кормит вкусно, быстро, с азартом подкладывает добавки, чтобы я без неё делал? Но спустя время достаёт своей едой и выбивает из рабочего потока, вот как тут сконцентрироваться и не нервничать.
«Потерявши – плачем, но как мне с ней было тяжело», - так бы сказал Гефест, разорвавший отношения с Герой.
Гефест и Гермес.
Как и писалось выше, Гефест условно совместим с Гермесом, богом торговли, посланником диетологических богов.
Тип отношений: красавец и чудовище.
Если Гефест непомерно упрям, а Гермес избыточно назойлив, то они получат постоянный конфликт и утомляемость в отношениях.
Стрекочущий своими крылатыми сандалиями над кузнецом Гермес, оправдает своё прозвище душнилы.
В таком сценарии, живя рядом с Гермесом, бог-кузнец будет носить в себе меньше килограмм, но больше стресса. Гефест получит меньший объём талии, но не пройдёт тест на стрессоустойчивость. Правильно питаться с постоянным жужжанием над ухом ещё никому не шло на пользу.
Но как только оба чуть успокоятся в еде, Гермес сбавит нажим, а Гефест доверится, всё пойдёт на лад.
Гефест и Афродита.
Гефест несовместим с Афродитой, богиней красоты, для которой еда - это эликсир вечной молодости.
Тип отношений: пищевая лоботомия.
Занятый делом Гефест просто не знает о существовании богини красоты. Он живёт в своей, изолированной от мира БАДов системе. Ему некогда размышлять над теми, кто в бесполезной красоте тратит здоровье на поддержание самого здоровья. Острый скальпель жизненных установок рассёк пищевые отношения, так что напряжению просто неоткуда взяться.
Но вот при необходимости плотного соседства может фонить. Кузнец будет переживать за растраченный пилюльками потенциал красивой богини. Афродита будет расстраиваться в стиле: «Ах, как же он себя не бережёт».
«Странно, что мы вообще друг друга заметили и сошлись», - так бы сказал Гефест про их близкие отношения.
Гефест и Дионис.
Как было описано выше, Гефест, конечно же, абсолютно не совместим с Дионисом, богом виноделия и гедонистом.
Тип отношений: устрицы с сахаром.
Отношения в ближнем круге могут быть напряжены, дороги и опасны больше для Гефеста, чем для Диониса.
Отношения напряжены, потому что Гефесту тяжко заседать в ресторанах и бессмысленно плестись в гастрономических турах за Дионисом. Кузнец без работы, молот остыл.
Отношения дороги, потому что в картине мира Гефеста большой бюджет на деликатесы, это не вложения в удовольствия, а бессмысленные траты. Зачем? Ведь есть же Доширак! Но упрямый Дионис называет их «бомж-пакетами», и поэтому мы закроем ипотеку на пять лет позже, питаясь итальянской пастой с морепродуктами.
Отношения опасны для Гефеста в плане полноты, потому что в вечерних застольях с Дионисом он будет кушать больше. Напомню: оба бога нечувствительны к набору лишнего веса.
В общем, в отношениях с Дионисом кузнецу надо быть настороже.
А где же Афина?
Афина не была забыта, просто само понятие совместимости не совместимо с богиней войны. Она либо узурпирует пищевую власть, любо, потерпев поражение, покидает территорию вовсе.
Любой из богов будет жить под её пищевой пятой и примет её диетологическую веру. Если нет, то Афина будет держать непобеждённого мятежника на расстоянии вытянутого копья.
Самопознание пищевых отношений.
Надеюсь, читая эту главу, вы улыбались не раз и с пользой. Если же вы с чем-то не согласны, то и тогда есть несомненный толк. Просто потому, что противоречия вашего опыта с авторской версией, прекрасно запускают мыслительный процесс в непростой тематике пищевых отношений. Такие углублённые размышления двигают каждого из нас к осознанности в еде. Напомню, что это и есть главная цель книги.
Теперь, когда вы познакомились со всеми возможными пересечениями пищевых отношений, неизменно предлагаю процесс самопознания. Предложенные вопросы, помогут в этом. Как обычно, рекомендую размышлять над ответами в письменном виде.
1. Что нового я узнал(а) про свои отношения?
2. С какими архетипами я сосуществую?
3. Меняется ли моё питание, когда я с разными людьми?
4. Мой социальный контур в основном мешает или помогает питаться правильно?
5. Чего в моих пищевых отношениях больше: другими управляю я, либо другие управляют мной?
6. Влияют ли другие люди на вес моего тела? Если да, то как это происходит?
7. Есть ли в моих отношениях напряжение, идущее от еды?
Если да, то как мне успокоиться и сгладить это?
8. Бывает ли такое, что некоторые люди пробуждают спящий во мне архетип?
Если да, то как они это делают?
9. Мой сформированный социум тренирует мою импульсивность или мою осознанность в питании?
Замечательно, если в процессе самопознания вы стали ближе к нащупыванию баланса: я принимаю полную индивидуальную пищевую ответственность, с осознанием социальной созависимости в еде.
Если это удалось хотя бы на малость, то это трёхмерно будет оздоравливать тело, успокаивать разум и наращивать социальный капитал.
Разобравшись с пищевой совместимостью, нас с вами ждёт ещё одно интересное событие на Олимпе. Пока мы углублялись в отношения, боги прошли курсы телесной астрологии. Давайте узнаем, чему полезному их там научили.
Глава 5 Курсы телесной астрологии.
Жизнь на Олимпе катилась своим чередом. Боги стали уж очень подкованными в пищевом поведении. Всё знали, всё понимали и даже Афину смогли приструнить. Вес должен был быть стабильным, но иногда, отчего-то он скакал. Скачки подозрительным образом совпадали с изменениями жизненных сюжетов.
Гера, например, работу недавно сменила, а с ней и питание. Ну и набрала вес, который уже много лет был устойчивым. Получается, что новая работа вместе с финансовой и весовую прибыль принесла.
Дионис по своим соображениям, на другую гору перебрался, а аппетит там уже не тот. Исхудал наш гедонист, но как-то неправильно и по болезненному.
Афродита замуж наконец таки выскочила. К любимому вещи перевезла, а стройность свою нет, в девичьих палатах забыла.
Гермес, наоборот, развёлся и стал по ночам в бильярд с парнями резаться. А там пиво и закуски всякие, получается, что ушедшая жена на лишний вес его спровоцировала.
С Афиной, и с той, несуразица приключилась. Она из найма от Зевса ушла и открыла собственное коллекторское агентство. Работы прибавилось, доход тоже вырос, но стала богиня из девы в бабу превращаться.
На счастье богов, мимо Олимпа проезжал известный телесный астролог. Он умел отслеживать движения тел по жизненному небосклону, в привязке к галактическим событиям. Звездофил мог очень точно прорицать телесное будущее, а главное, выделять вселенские события, меняющие траекторию веса в годах.
Телесный астролог составил натальную карту каждому из богов и предельно точно определил события, повлёкшие нежелательные колебания веса.
Олимпийцы впечатлились и попросили обучить их магическому искусству - прорицать своё телесное будущее. Астролог сперва струхнул, потому что был ряженым. Вообще-то, это был восставший из пепла пищевой теолог. Дело в том, что испепеляли его уже в шестой раз и он был к этому привычен. Теолог прозорливо тратил часть заработанных барышей на восстанавливающий противопепельный эликсир. Так что после испепеления Зевсом, и по завершении своей регенерации, он предстал пред богами в новом обличии.
В общем, ряженый специалист, за солидный гонорар, провёл богам обучающий курс по телесной астрологии. Это был достаточно эффективный метод выявления повторяющихся жизненных событий, влияющих на вес. Освоенный в обучении метод помогал прогнозировать будущее. Это позволило олимпийцам отменить фатальность и лучше управлять пищевой и телесной судьбой в веках.
Позвольте предложить вам ключевой протокол из курса по телесной астрологии, под названием: Летопись веса.
Теоретическая подготовка.
Некоторые с гордостью выкладывают фотографии своей физической трансформации «до и после». На фото слева на нас смотрит пухло-щёчный, пузатенький мужчина, а на левой фотографии он же поджарый и с животиком разграфлённым кубиками пресса.
Если мы верим, что это не рекламный трюк, а реальная трансформация, то восхищаемся и хотим выяснить магические приёмы похудения. Большинство фокусируется на правой фотографии «после». В этом-то и скрыт подвох.
Правая фотография как очень красивая ассистентка фокусника. Её функция – отвлекать от манипуляций трюкача, чтобы тот провернул свои делишки и выдал натренированную ловкость рук за волшебство.
Ассистентка настолько красива, что все взгляды прикованы к ней. По аналогии, мы пристально разглядывая прелестный результат «после», пропуская главное. То, без чего год спустя можно вернуться к своему «до».
Если постоянно смотреть на красивую ассистентку, то фокусник будет обманывать и наживаться на нас бесконечно. Ну а мы, год за годом, будем разинув рот наблюдать за фокусами возвращающегося лишнего веса.
Если мы хотим разгадать трюк, то нужно игнорировать ассистентку и не отрывать взгляд от пальцев иллюзиониста. То есть самое важное, что нуждается в пристальном рассмотрении – это фотография «до».
Ты таким не родился, как ты таким стал?
Это ключевой вопрос, и если с ним разобраться по-настоящему, то трансформация станет последней и более не понадобится.
Как ты таким стал?
В этом вопросе всё решает интонация. В ней нет даже малейшей примеси упрёка, нет попытки застыдить, никаких родительских и унижающих ноток. Вопрос состоит из дистиллированного исследовательского интереса. Уважительное любопытство пронизывает вопрос.
Что с тобой такого произошло, из-за чего ты попал в это неудовлетворительное состояние?
Главное - это выявить индивидуальные причины, приведшие к необходимости сложной телесной трансформации.
Этим-то мы и займёмся в следующем упражнении. Важно, что оно бессмысленно к созерцательному размышлению и даёт результат только через рисунок. Вы можете либо рисовать на чистом листе, любо скачать форму для работы по ссылке*.
* https://cloud.mail.ru/public/sFP1/65dPBZ9bp
Форма №17 Линия веса
Рис 24
Такт первый – фиксация крайних точек.
Заполняем горизонтальную линию: возраст.
• Точка А – это ваш возраст в молодости, оптимально около 20 лет.
Качество исследования повышается на бОльших временных отрезках. Поэтому, чем вы моложе, тем меньший указывайте возраст. Например, если вам сейчас 25 лет, то имеет смысл в точке А поставить 16-17 лет.
В примере возраст 20 лет.
• Точка Б – это возраст сейчас.
В примере возраст 42 года.
• Точка В – это будущий возраст, пока припаркуем эту цифру и вернёмся к ней позже.
Заполняем вертикальную линию: вес.
• Отметьте на проекции точки Б ваш текущий вес.
В примере 82 килограмма.
• Вспомните, какой вес был у вас в точке А и отметьте на рисунке.
Если вы не помните, то укажите хотя бы примерно. Возможно, вам будет легче сориентироваться по размеру одежды, который вы тогда носили. В среднем, один размер одежды – это около пяти килограмм веса.
В примере 59 килограмм.
Рис 25
Такт второй – фиксация колебаний веса.
• Вспомните колебания вашего веса тела между точками А и Б. Все существенные изменения веса, отметьте новыми точками в привязке к возрасту.
Сколько будет точек, решать вам. Главное — разместить на графике все существенные колебания, избегая случаев беременности.
Поясняющий пример:
- в 23 года вес поднялся до 75 килограмм;
- в 25 лет вес упал до 71 килограмма;
- в 29 лет вес упал до 63 килограмм;
- в 34 года вес слегка повысился до 66 килограмм;
- в 38 лет вес поднялся до 78 килограмм;
• Когда все точки будут расставлены, соедините их линиями, так чтобы образовался график колебаний вашего веса тела.
Уже на этом этапе вас может озарить внутренняя сенсация, и вы получите пользу.
Такт третий - самопознание изломов веса тела.
Выставьте на разбор первую временную точку, изменившую ваш вес, и проработайте её списком предложенных вопросов:
• Что произошло непосредственно перед этим моментом?
• Как изменилось пищевое поведение?
• Из-за чего оно изменилось?
• Что вне сферы питания добавилось, а что исчезло из моей жизни?
• Что в этот период жизни оставалось стабильным?
• Повлияли ли на это какие-то люди?
• Изменения касались больше внешнего контекста или внутреннего состояния?
• Было ли в этом периоде что-то, что помогало мне питаться лучше?
Если да, то что?
• Были ли факторы, которые в этот период ухудшали мою систему питания?
Если да, то какие?
Добавьте при желании любые исследовательские вопросы и повторите процедуру со всеми последующими весовыми изломами
Важно провести разбор возможных позитивных изменений. Когда происходило адекватное похудение или набор мышечной массы. И конечно же, важно разобрать негативные весовые колебания как вверх, так и вниз. Помним, что анорексия и связанная с ней дистрофия более опасна, чем ожирение.
Сюжеты колебаний веса бывают абсолютно разными. Например: болезнь, авария, медицинские процедуры, крах бизнеса, разорение, обогащение, влюблённость, начало семейной жизни, появление детей, разрыв отношений, переход на другую работу, смена профессии, переезд, попадание в новый социум, религиозное переопределение, потеря жизненных ориентиров, утрата.
Всё это может быть причинами, а какие были в вашей жизни?
Если как будто бы ничего не было, но вес сильно изменился, то значит, что-то было. Не позволяйте красивой ассистентке отвлекать ваше внимание, не зацикливайтесь на факте изменившегося веса. Всё внимание на руки фокусника – что произошло до?!
Такт четвертый – выявление закономерностей.
На основе проведённого самопознания определите главенствующие причины изменений вашего веса и запишите их на графике. Возможно сейчас вы видите закономерности. Проанализируйте следующее:
• Есть ли повторяющиеся события в жизни, которые ухудшают моё питание и меняют вес?
• Есть ли повторяющиеся события, которые, наоборот, улучшают питание и тело?
Такт пятый - пророчество своими руками.
• Здесь мы возвращаемся к точке В, на линии веса тела. Подпишите сюда ваш будущий возраст, выберите его на своё усмотрение. При этом рекомендуемая рамка от трёх до пяти лет.
В примере 47 лет.
• Далее вам предстоит мыслительный эксперимент, в котором нужно отстраниться от самого себя и как бы покинуть собственный разум. Представьте, что ваш график, был передан на анализ профессиональному, без эмоциональному и крайне расчётливому статисту. Его работа, это строить математически верные прогнозы, на основе много летней цифровой статистики.
Статист вас не знает и никогда с вами не встретится. Он лишь видит обезличенный график и то, как на нём менялись цифровые значения.
Дополнительно статист хорошо осведомлен в теме возрастной физиологии и в свои расчёты закладывает тенденцию к набору веса с возрастом.
• Теперь самый ответственным момент эксперимента. Внимание!
Какой цифровой прогноз веса тела к точке В, сделает статист?
Узнайте эту цифру у воображаемого специалиста, укажите её на рисунке и продлите пунктиром линию к вашему будущему весу.
В примере это повышение веса с текущих 82 до 87 кил
Такт шестой – создание трансформационной цели.
Теперь вы готовы, задумайтесь над центральным вопросом техники: надо ли мне сейчас что-то делать со своим питанием и весом тела? Если да, то что
Если вы однозначно ответили что надо, то на пользу пойдёт проработка развивающих вопросов:
• Какую реалистичную цель я могу поставить себе в цифрах и сроках?
• Когда мне точно хватит худеть, либо хватит набирать, где я остановлюсь?
• Чего мне не хватало в прошлых попытках и как я могу заполучить это теперь?
• Что в моей истории регулярно мешало и чего мне нужно опасаться? Почему эта причина не сможет помешать в этот раз?
• Что из того, что мне раньше помогало, я могу использовать?
Кстати, Гефест до того проникся Летописью веса, что пошёл дальше рисунка. Бог кузнечного дела, бумажками с цифрами выложил график на полу. Он вставал на каждую точку весового разлома и задумывался. Смотрел то вперёд, то назад и делал шаг к следующей точке.
Когда он шагнул в своё будущее и посмотрел на как будто бы прожитый путь, то надолго завис в этом положении. Позже он сказал, что это сильно помогло сделать будущее прошлым и оттуда получить инсайты. Странный он конечно, ну и ладно, главное, чтобы на пользу.
А нам, теперь уже маститым телесным астрологам, которые стали ещё более глубокими специалистами самих себя, пора подводить итоги.
Глава 6 Спускаясь с Олимпа
6.1 Культура питания, что это на самом деле?
В конце книги мы таки разберёмся с понятием культуры питания. Это интуитивно понятный, но абстрактный термин. Кого можно считать культурным в питании?
Того, кто сидит с ровной спиной, убрал локти со стола и держит вилку в левой, а нож в правой руке? Или того, кто ест всё натуральное и свежее? А может быть, того, кто просто не имеет лишнего веса?
Разные люди понимают культуру питания по-своему, действуют по-своему и поэтому имеют отличающиеся результаты. Именно из-за размытости понятия, крайне важно прояснить его точнее.
В привольном изложении автора определение звучит так.
Культура питания – это устойчивые и гармонично настроенные физиологические, гедонистические, эмоциональные и социальные правила потребления пищи.
Я бы настаивал на многокомпонентности определения, поскольку от зафиксированной ширины понятия, будет меняться спектр работы с пищевым поведением.
Если заузить культуру питания только лишь физиологическим аспектом, то из-за неразрешённых социоэмоциональных проблем, вряд ли удастся выработать пожизненный здоровый ритм еды.
Скукоживание культуры питания до этикета потребления пищи, решает минимум задач. При этом столовый этикет, как набор правил и обычаев поведения за столом, конечно же, важен и является неотъемлемым пазлом культуры.
Если согласиться с предложенным определением, то можно обсуждать пять глобальных эффектов, к которым приводит высокая культура питания:
1. Оптимальный и стабильный вес тела;
2. Наилучшие из возможных компоненты здоровья, которые зависят от еды;
3. Еда - это способ получения безопасных удовольствий;
4. Еда – это источник радости, но не напряжения в отношениях;
5. Еда – это комфортный жизненный фон, позволяющий фокусировать ресурсы личности на вещах более высокого порядка, чем пища.
Одновременно с результатами, эта пятёрка является и проверкой того, на какой высоте находится культура питания человека. Этот список вполне себе может быть проверочным тестом и определением индивидуальных зон роста.
Интересно что в самом термине нащупывается противоречие, ведь культура – это что-то высокопарное, одухотворённое высшими смыслами и то, что нельзя пощупать.
Питание же, наоборот - ежедневная рутина, оно предметно, имеет запах и вкус.
Насколько культурен или быдловат энный человек – вопрос шаткий и зависит от контекста и точки зрения. Но вот настолько он сыт или голоден, понятно сразу, как только посадишь его за накрытый стол.
Именно в этой разности понятий и скрыт путь позитивной трансформации в питании.
Как одухотворить удовлетворение физиологических потребностей?
Как сделать обыденное возвышенным и как добиться культуры в повседневности?
Ответить на эти вопросы и индивидуально настроить культуру питания, поможет скульптура божественного пищевого поведения, которую сообща принялись ваять боги Олимпа.
6.2 Создание скульптуры божественного пищевого поведения
Доподлинно не известно с подачи кого, но богов Олимпа озарила идея высечь в мраморе статую божественного пищевого поведения. Она должна стать эталоном культуры питания.
К делу подошли ответственно и учредили отдельное министерство по созданию монумента.
Министерские портфели раздали всем богам по способностям.
Гермес стал мастер над финансами.
Гефест мастером над сноровкой.
Афродита мастером над энергоциркуляцией.
Дионис мастером над гедонизмом.
Артемида мастером над чувствами.
Гера мастером над дипломатией и наконец Афина мастером над просвещением.
Каждый бог, используя свои уникальные суперспособности, с воодушевлением взялся за вверенный участок работы.
Гермес со своей прагматичностью приступил к подбору вечного материала под фундамент. Трудолюбивый Гефест вызвался изготовить крепкий раствор и залить основание.
Афродита принялась ваять ноги, через которые перетоки энергии будут соединять статую с пьедесталом.
Дионису приключилось высекать живот скульптуры, который определит рациональный гедонизм.
Артемида ухватилась за эмоциональный символизм в еде и начала высекать голову.
Гера приняла шефство над сердцем, отвечающее за здоровые социальные пищевые каноны.
Ну а Афина приступила к разработке сакрального атрибута, наделяющего силой всю скульптуру.
Объединив усилия, боги принялись воссоздавать в скульптуре четыре компонента культуры питания: физиологический пьедестал, гедонистический живот, эмоциональную голову и социальное сердце.
Рассмотрим детали скульптуры подробнее.
Мастер над финансами Гермес, используя знания о закономерностях биологической жизни, отобрал незаменимые и взаимодополняющие камни в основание скульптуры. Из них будет состоять физиологический пьедестал правильного пищевого поведения. Он даст пожизненную устойчивость всему монументу.
В пять камней бесконечности правильного питания вошли:
Первый камень – объём энергии. Те самые пресловутые калории, от которых арифметически зависит масса тела. Хочешь продолжать жить в том же весе, изволь потреблять столько же энергии из пищи, сколько тратишь. Хочешь понизить массу тела, кушай чуть меньше. По-другому не бывает, ведь при всех психологических подтекстах еды, основа у неё математическая. Поэтому камень первый – это поступление правильного количества энергии из пищи.
Второй камень – баланс нутриентов. Это то, из чего состоят съеденные калории, те самые: белки, жирки, углеводы, витамины и микроэлементы. Обеспечить себя ими важно в нужных пропорциях, иначе получится голод при изобилии. То есть нехватка незаменимых для тела питательных веществ при избытке поступающей энергии.
Третий камень – режим приёмов пищи. Он поддерживает здоровую ритмичность еды, правильный объём и состав нутриентов в каждой трапезе. Без этого невозможно наладить ровно высокую энергетику дня, эффективное пищеварение и устойчивые метаболические процессы.
Четвёртый камень – продуктовая гигиена. Она обеспечивает безопасность еды, предотвращая отравления и болезни, связанные с пищеварением. Продуктовая гигиена состоит из правил выбора, хранения, готовки и потребления продуктов.
Пятый камень – это питьевой режим. Камень не может быть водой, но будучи заворожённым художественным образом, зритель не заметит этой нестыковки. Важность, пить достаточно чистой воды, известна всем, так что не будем перегружать объяснениями и пусть это будет пятым камнем в постаменте.
Эта пятерня составляет устойчивый физиологический фундамент для всей скульптуры. Наша книга про архетипы цепляет эти объективные правила питания лишь по касательной. Интересно, что теория здорового питания на пользовательском уровне представляется самой простой в понимании темой. Конечно, если речь не идёт о каком-то сложном заболевании или специфичном питании спортсмена. Так что если есть пробел в этих знаниях, то он устраняется всего лишь за месяц другой работы с профильным специалистом.
Более сложный вопрос – это реализация и долговременное поддержание этих правил в рабочем состоянии. Для этого камни фундамента необходимо зацементировать, но к цементу есть особые требования, ведь всё в божественной скульптуре подвижно.
Вот тут на следующем этапе за работу берётся мастер над сноровкой – Гефест.
С ума можно сойти, столкнувшись с проблемой одновременной закладки всех пяти камней бесконечности правильного питания. Особенно если какие-то из них не отличаются монолитностью и пока в сыпучем состоянии. Нужна изрядная сноровка, и к счастью, у нас есть Гефест. Самое прекрасное в нём – ему некогда и он избирательно ленив. Кузнец занят у наковальни, ему недосуг дотошно разбираться с едой.
Причём до всех описанных на Олимпе событий у него был особый вид некогдности – «НекогдаНеважно». То есть некогда решать неважную проблему.
Пройдя все диетологические пертурбации, Гефест трансгрессировал в состояние «ЛенивоВажно».
Теперь проблема важна, и её нельзя не решать, но нет возможности решать на «широкую ногу». Придётся найти ленивое решение.
Трудяга Гефест крайне беден во времени и энергоресурсах, всё уходит в дело. Именно его нужда сделала его остроумным и находчивым, ведь голь на выдумки хитра.
Скудность ресурсов помогла ему решить задачу в условиях жёстких ограничений. Он пошёл ленивой тропой, в обход героического маршрута.
Гефест создал свой фирменным цементирующий раствор для основания скульптуры и назвал его - дизайн пищевых привычек. Процесс, который уже был ранее описан в книге, здесь мы ещё раз напомним ингредиенты раствора, бетонирующего новые привычки.
Основа - это простота.
Нововведения нужно сделать простыми и удобными, с минимальными затратами усилий.
Например: не ходить в магазин, а заказывать определённые продукты с запасом и часть отгружать в морозилку. Так, они будут всю неделю под рукой, и не нужен громоздкий процесс добычи еды в условиях напряжённой рабочей недели.
Важный вопрос в улучшении питания: как сделать проще и удобнее?
Добавить заметности.
Нужно, чтобы непривычно новое постоянно мозолило глаза и напоминало о себе. Иначе это не будет сделано просто по забывчивости.
Например: не убирать огурцы с помидорками в холодильник, а помыть и выложить на обеденном столе. Пусть лежат и намекают на себя.
Проверочный вопрос: как сделать действие неизбежным, повысив его заметность?
Сдобрить удовольствием.
Тут Гефест прошёл стажировку у Диониса, о её результатах читайте далее.
А вопрос для проверки будет такой: как сделать правильную еду вкуснее, не увеличивая её общую калорийность и не снижая биологическую ценность?
Нашпиговать всё инерцией.
Поступить как велосипедист, который плотно садится на колесо лидера и быстро едет за ним в разряженной среде, экономя собственные силы.
Нужно всего лишь найти устойчивый ритуал дня, который делается автоматически. Он будет катиться впереди как лидер пелотона, снижая аэродинамическое сопротивление среды за собой. Далее к нему вплотную на хвост подсаживается новое действие в питании. Это прилепленная процедура будет катиться с куда меньшим сопротивлением, чем в одиночку.
Например: как только я закрываю крышку ноутбука после обязательной утренней планёрки, я сразу ставлю сковородку на плиту, чтобы приготовить завтрак.
Главное — создать бесшовный мысленный образ от захлопывания крышки ноутбука до постановки сковороды на плиту. Действие как будто одно.
Так, мозг воспримет это не как автоматическое старое и непривычно новое, а как единую уже встроенную в жизненный ритм процедуру.
Хитрость такого поведенческого драфтинга в том, что начальное действие уже шаблонированно. Оно не затратно по энергии и гарантированно будет сделано, но за шкирку потащит за собой полезное нововведение.
Разрешивший себе пошкодить Гефест, задавался вопросом: как яйцеклетку живущей привычки оплодотворить сперматозоидом нового действия в питании?
Ведь если удастся забеременеть и первый триместр сохранить плод новой привычки, то вскоре на свет родиться новое, крепкое пищевое поведение.
Благочестивый же вопрос звучит так: к каким устойчивым ритуалам дня я могу приклеить нововведения в питании?
Расчётливый и спокойный Гефест, как мастер над сноровкой, отлично потрудился над созданием формулы дизайна пищевых привычек. Бог кузнечного дела оптимизировал процесс, банальным удобством новшеств. Он попотел сейчас, чтобы лениться потом, ведь сперва мы работаем на свои автоматизмы, а затем они работают на нас.
Странно, но устойчиво улучшают своё питание и корректируют вес не самые боевитые – это проходит, а самые расчётливые и избирательно ленивые.
Именно поэтому фирменный рецепт дизайна пищевых привычек, состоящий из простоты, заметности, удовольствия и инерции, стал идеальным цементом, связавшим пять камней бесконечности правильного питания.
Несмотря на слаженную работу Гермеса и Гефеста, работу над пьедесталом нельзя назвать законченной. Поэтому на следующем производственном этапе подключилась мастер над энергоциркуляцией – Афродита. Её способности необходимы, так как скульптура создаётся из витальной, живой материи и должна существовать в изменчивой среде.
В этой живости, основание и тело скульптуры находятся во взаимозависимых состояниях.
Укреплённый пьедестал своей биологической энергией насыщает плоть через артерии правой ноги. Так, у тела появляется ресурс на проработку эмоций, построение правильных пищевых коммуникаций и рациональный гедонизм.
А тело, создавая энергию психическую, сквозь артерии левой ноги питает свой же фундамент. Ведь на само исполнение мелких, рутинных действий в питании нужна энергия. Такие двунаправленные перетоки энергии создают устойчивое божественное пищевое поведение, в изменчивой среде.
Афродита не просто создала крепкие ноги скульптуры. Она как мастер над энергоциркуляцией, филигранно высекла артерии в конечностях. Сильные и беспрепятственные течения энергии в обеих направлениях, связывают торс скульптуры с основанием.
Как создаётся восходящий поток физической энергии, мы рассмотрели, описывая тонкости конструкции пьедестала.
Как формируется нисходящий поток психической энергии, чтобы на нижних физиологических уровнях всё крутилось как следует?
Живот, голова и сердце – эта триада создаёт ментальную бодрость для простых ежедневных действий в правильном питании. Рассмотрим нюансы создания по порядку.
Живот – центр гедонизма.
Первым из источников психической энергии является живот. Он находится в ведении Диониса, и представлен рациональным гедонизмом.
Сам по себе гедонизм по определению - это учение, в котором удовольствия являются высшим благом и смыслом жизни. У понятия есть негативный шлейф проживания жизни на примитивном уровне. Захваченность человека гедонизмом ведёт к обжорствам, лишнему весу и болезням.
Это самый спорный и неоднозначный сектор скульптуры и тем интереснее его разбирать.
Гедонизм решает задачу по извлечению удовольствий из еды, и в этом заложен риск к перееданию. Из-за этого топорный вариант решения был бы просто запретить этот сектор, обернуть торс плотной мантией и таким образом, решить проблему перееданий. Но всё сложнее, чем кажется.
Еда является одним из самых сильных удовольствий в жизни, а для некоторых удовольствием ключевым. Подавление в себе гедонистических ноток обедняет жизнь, да и формирует предпосылки для импульсивных перееданий.
Если рассуждать про гиперпедантичных и полярных гедонизму Гермеса и Афину, которые правильностью еды выдавили из себя нотки пищевых удовольствий. То через много лет они рискуют оказаться в глубокой колее рутины правильного питания. В такой пищевой монотонии снижается уровень жизненной энергии и уходит радость бытия.
По секрету стало известно, что перед началом скульптурирования живота, пищевой теолог познакомил Диониса со своим другом - Игорем. Ему за шестьдесят, он не имеет лишнего веса, много и энергично работает и при этом гедонист, каких поискать надо. Игорь умеет жить ярко и в еде тоже. Такое ему удаётся, потому что он практикует рациональный гедонизм.
Рациональный гедонизм – это искусство получения максимального удовольствия от еды, с отсечением избыточной пищи.
Умение останавливать себя в еде силой воли, здесь вообще ни при чём. Рациональный гедонизм - это тонко настроенный механизм осознания момента, когда продолжение еды понизит, а не повысит уровень удовольствия.
Если хотите, то это своеобразный эмоциональный пищевой интеллект. Будучи развитым, он позволяет замечать в еде повышение уровня наслаждения, затем его пик, а после, самый важный момент, за которым спадает острота наслаждения.
В примере ниже пояса – это как не торопясь достичь оргазма и прекратить фрикции столовыми приборами от тарелки ко рту. Удовлетворённый рациональный гедонист с возгласом: «Я кончил!», откидывается на спинку стула и перенаправляет внимание с еды на что-то другое.
Если ещё поиграться с определением, то гедонизм должен быть РАЦИОНальным. То есть назначать владельцу определённый рацион приятных чувств от еды. В индивидуально подобранной дозировке, нельзя как превышать, так и недобирать уровень наслаждения. На то и прописанный рацион.
Неумение быть гедонистом и отрицание естественности пищевых удовольствий, парадоксально ведёт к обжорству. Потому что табуирование провокативно действует на мозг.
Поразительно, но отрекаясь от наслаждения едой, человек понижает уровень своей культуры питания. Это формирует в сознании модель конкурентного удовольствия: «я или питаюсь правильно или вкусно». Очень питательный гумус для роста пищевой тревожности.
Не то что нет ничего дурного в пищевых наслаждениях, дурное – это не уметь получать такие удовольствия. Вкусные блюда должны быть осознанным источником наслаждений.
А настроенная культура питания в части гедонизма, как раз и отсекает азарт обжорства. Рациональный гедонизм является оружием против одержимости едой, про которую так много тревожного уже писалось.
Дионис, познавший пределы пищевых удовольствий, не срывается в пропасть переедания. Он умеет получать полноценное, но контролируемое блаженство от еды. Из-за чего, в его картине мира еда существует как позитивная и неконкурентная сфера: «я питаюсь и правильно, и вкусно». Удовольствие от пищи - это один из цветов радуги, придающий яркость жизни.
Как бы много доводов ни приводилось в пользу рационального гедонизма, некоторым всё равно будет страшно заходить на эту поляну. Подобный страх важно уважать, скорее всего, он основан на неуспешном опыте. Тогда с этим нужно поработать, экспериментально подбирая психологические ферменты для улучшения гедонистического метаболизма. Таких «пребиотиков», стимулирующих рост психически полезных удовольствий достаточно много.
Вот из чего можно выбирать.
Важно понимать, что на удовольствие от еды меньше влияет объём, чем антураж. Например: вкус продукта, контрастность ингредиентов, вид, запах, посуда, обстановка, компания. Вспоминается техника: Чёрная икра.
Кроме этого, прекращение есть в спешке, также заглубляет уровень удовольствия. Тогда простое замедление и растягивание трапезы может повысить уровень удовольствия. Вспоминается техника: Дегустационная медитация.
Кулинария, как хобби здесь определённо кому-то пойдёт на пользу. Делать что-то своими руками, переключаясь в режим экспериментального творчества, очень полезно для психики. Почему бы для этого поварскую рутину, иногда не трансформировать в искусство приготовления?
Ещё способ – это стать гастрономическим учёным и исследовать тесные связи между культурой и пищей в разных странах и эпохах. Вооружившись гастрономическими путеводителями, можно сделать трапезы способом познания других культур, через аутентичную еду. В выходные на своей кухне очень приятно защищать докторские диссертации по гастрономии древних и современных этносов. Получение степени: «доктор гастрономических наук», кроме нового сенсорного опыта, пойдёт на пользу при регенерации гедонистических клеток.
Антураж, замедление, кулинарное хобби и гастрономические путешествия - во всё это полезно поиграться и контексте облагораживания того, как мы едим. Поучиться у Диониса и стать трудолюбивым в извлечении бОльшего удовольствия из небольших объёмов еды. Этот сценарий повысит позитивную событийность питания, да и жизни в целом.
Доверив высекать торс Дионису, боги не ошиблись. Мастер над гедонизмом, создавая идеально сбалансированный центр скульптуры, избавил творение от опасного чёрно-белого мышления в питании. Привлекательные кубики пресса доказывали, что можно есть любую пищу, которая не яд, не заражена и не испорчена. Вопросы лишь как часто и как много.
Центр скульптуры получился великолепным, и хорошо, что удалось обойтись без плотной, скрывающей мантии.
Ну а нам, продолжая наслаждаться прекрасной работой Диониса, пора поднимать свой взгляд выше.
Голова – сосредоточение эмоций и неотъемлемая часть культуры питания.
Верх скульптуры находится в ведении Артемиды – мастером над эмоциями. В своей работе она постоянно сверялась с Дионисом, потому что между желудком и головой, между пищеварением и эмоциями перекинут широченный мост. Он обеспечивает мгновенный и не прекращающийся двусторонний обмен.
Рациональный гедонизм снабжает эмоциональную сферу достаточным удовольствием. Созданный положительный эмоциональный фон от еды, формирует базис для умения справляться с разными эмоциональными состояниями. Более ресурсное эмоциональное состояние, в свою очередь, позволяет гедонизму быть рациональным и отсекать обжорства.
Эмоциональная разумность в еде, вот то главное, над чем трудилась Артемида.
Причём до начала всех описанных в книге событий, Артемида не была искусным скульптором. Она, не умея распознавать тонкие эмоциональные нюансы, припадочно колотила молотком по долоту. Лицо статуи, от такого старателя получалось без изыска. Постное, тревожно-импульсивное и экономно снабжённое интеллектуальным ресурсом.
Но пройдя сложный тренировочный путь, Артемида стала великим мастер над эмоциями. Теперь она умела признавать, выявлять, и нормировать эмоциональные потребности в еде.
Богиня прекрасно справилась со своей работой и, высекая черты лица, в мельчайших деталях отразила эмоциональные нотки пищевого поведения. В лице божественной статуи, в складочках, высеченных тончайшим резцом, читалось много ценного:
- Умение быть внимательной к текущему эмоциональному состоянию;
- Признание нормальности влияния эмоций на еду, а еды на эмоции;
- Уважение к своим эмоциональным потребностям в еде;
- Спокойное реагирование на пищевые отклонения;
- Умелое распознавание напускного чувства вины;
- Ловкое применение к месту техник антистрессовых заеданий.
Эти черты божественного лика помогали настраивать свои уникальные, эмоциональные правила в еде. Так что голова скульптуры, отражая эмоциональную разумность в еде, гармонизировала образ всего монумента.
В благодарности к Артемиде мы продолжаем исследовать скульптуру божественного пищевого поведения и спускаемся чуть ниже и правее.
Сердце – социальное перекрестье.
Мост: голова – живот, не пролегает изолированно от сердечного центра, а создаёт с ним равновесный треугольник. Ведь на уровень гедонизма и эмоциональные колебания неизбежно влияет социум. Впрочем, как неотвратимы и обратные воздействия.
Гера, как мастер над дипломатией создала сердце с разветвлённой сетью сосудов, обильно снабжающих пульсирующий социальный центр.
Начала матерь богов с норм поведения за столом.
Они важны безусловно, потому что следование столовому этикету сообщает окружающим о психической вменяемости человека. В этом случае ему проще договориться о других вещах, никак не связанных с едой. Если, например, в европейском ресторане соискатель должности, начнёт есть крем-суп собственной пригоршней, а не ложкой, то вряд ли ему отдадут вакансию, каким бы специалистом он ни был.
Выступающий на поверхности столовый этикет скрывает глубины пищевых отношений.
Нам, людям, важно через что-то соединяться и в чём-то находить общность. Исторически сложилось так, что еда – это сильнейший медиатор между нами. Пищевые взаимодействия являются бескрайним полем для генерации и трансляции ценностей любого калибра, вплоть до духовных и религиозных.
То, как питается социум человека - это ползущая тектоническая плита. Она неумолимо и незаметно, по сантиметру в год, смещает систему питания любого из нас. Если человек высококультурен в еде, то не принижая его божественности, надо признать, что ему чуть повезло в социальном плане.
Если же, наоборот, человек имеет проблемы в питании и носит на себе лишний вес, то, тонко отделяясь от позиции жертвы, здесь стоит признать щепотку невезения. Так что если встаёт вопрос о принципиальном улучшении культуры питания человека, то отчасти это и коллективная работа.
Общая трапеза, особенно в виде большого застолья, концентрировано показывает всю мощь тектонического давления социума.
Мы не можем праздновать одни и должны объединяться, а пища — это ключевое слагаемое праздника. Это так, потому что совместное преломление хлеба, трансформируется в жизненное единение.
Но сутолока людей за столом, практически гарантирует сутолоку калорий в желудке. Например, когда интеллигентный футбольный болельщик идёт на матч, то он не планирует кричать. Но оказываясь в гуще событий, начинает неистово орать и даже материться. С застольями то же самое, и это наше естественное биологическое поведение.
Простите, но в толпе мы тупеем, у нас снижается уровень критического мышления, повышается эмоциональность и импульсивность. В собрании всё гиперболизируется, размывается уровень индивидуальной ответственности и появляется уверенность в персональной безнаказанности. Собравшись в толпу, мы мотивированы, бесстрашны, доверчивы и управляемы.
Занесённый над нашей тарелкой черпачок с вкусным салатом, подавляет индивидуальные намерения и приводит к пищевому конформизму.
Групповой застольный экстаз, кислотой разъедает рациональный гедонизм и сталкивает в пропасть обжорства. В группе мы склонны есть близоруко, отмахиваясь от будущего.
Более того, сплотившись за столом, у нас, повышается уровень насилия к тем, кто не с нами.
Так что если через увеличительное стекло рассмотреть пищевые отношения на любом празднике, то за столом будут обнаружены свои узурпаторы, подстрекатели, революционеры и диссиденты.
В описании нет задачи очернить социальное влияние. Цель лишь в том, чтобы признать социум неотделимым и сильным элементом культуры питания. Так появляется понятие социального пищевого интеллекта.
В этом, специфичном и второстепенном виде интеллекта есть распознавание пищевых потребностей других людей. В нём же есть и эмпатия, направленная на самого себя. Развив у себя социальный пищевой интеллект, вырабатывается чувство личного комфорта в еде и эффективно решаются непростые вопросы:
- Насколько я готов размыться и поддаться застольному задору? Где мои пределы?
- Как мне противостоять праздничной калорийной истерии?
- Как в группе отстоять свой рациональный гедонизм?
- Как оставаться самобытным в еде, но вписываться в социум?
- Как самому не стать ни узурпатором, ни диссидентом за столом?
- Как не допускать произвола в отношении себя и уважать права других на пищевые наслаждения?
Работа над развитием социального пищевого интеллекта помогает выработать не конфронтационную автономность в еде. Она улучшает человека физически и психически, одновременно укрепляя его социальный капитал.
Гера как мастер над дипломатией, создав сердце скульптуры, законно прописала социальные каноны в культуре пищевого поведения.
Рациональный гедонизм, помещённый в животе, эмоциональная разумность в еде идущая от головы, социальный пищевой интеллект, хранящийся в сердце. Эта триада, функционируя совместно, создаёт позитивный поток психической энергии, делая статую достойной эталона.
Ну а что же Афина и её секретный атрибут?
Богиня войны, перековавшая себя в мастера над просвещением, добавила к статуе весы.
Это идеальный аксессуар для скульптуры, потому что еда требует пожизненного фокуса внимания и пищевое поведение придётся калибровать постоянно.
Балансировочные весы подобно магическому артефакту наделяют силой всю скульптуру и делают питание божественно культурным бесконечно долго.
Во введении книги заявлено, что главной задачей является перевод импульсивного пищевого поведения в осознанное. Тогда на левой чаше весов размещается та самая спонтанная, неосмысленная еда. Она, давая какую-то пользу сейчас, ломает будущее. Это поведение позволило выживать в палеолите, ведь там проблема голода была самым большим вызовом человеку. Импульсивный сценарий спасал жизнь в той среде. Наедаясь до отвала в моменте, человек повышал вероятность наступления будущего. Но сейчас всё наоборот, впечатанная калорийная жадность, понижает вероятность наступления будущего, по крайней мере, его здорового сценария. Теперь вызов в пищевом поведении сменился, и он уже про качество и продолжительность жизни.
Обучившись балансировке, человек, вовремя замечает перекос весов в левую импульсивную сторону. Быстро приходя в себя, он способен возвращаться в пищевое равновесие.
По ходу изложения в ключевую задачу было добавлено слово: «спокойное» и была показана опасность тревожной осознанности. Из-за чего на правой чаше весов размещена одержимость едой, которая противопоставлена чаше левой.
Импульсивность скрывает еду туманом, делая пищу как будто бы невидимой для сознания. Одержимость же, наоборот, выставляет еду на передний план и острой булавкой тычет в глаз, заставляя думать о ней постоянно.
Перекос весов в правую сторону совершается из-за гипертревожности о будущем, но это стирает радость настоящего. Такая поломка аномальным образом отменяет наступление хорошего будущего, оно не случится никогда. Мятежная жизнь в борьбе за лучшую еду и стройность – дурацкая затея.
Заметив перекос в правую гипертревожную сторону, можно взять паузу, замедлиться, поубавить норов и вернуть себе баланс. Весы незаменимо помогают породнить в моменте радость еды сегодняшнего дня и бережную заботу о себе в будущем.
Ухватистая Афина создала тонко отлаженный механизм повышения культуры питания. Спасибо ей за перековку себя из война в мастера над просвещением.
Окончание скульптурных работ.
Статуя была полностью готова и в намеченный день назначили торжественное открытие на центральной площади Олимпа. На церемонию с инспекцией снизошёл сам Зевс.
Под фанфары накидка со статуи была сброшена. Все ахнули, а громовержец принялся изучать детали скульптуры.
Он потрогал пять камней бесконечности правильного питания и впечатлился, как логично они подобраны. Далее подивился журчанию дизайна привычек между камней, диво дивное – подвижный бетон, живьём прям живой, но держит крепко.
«Ого, а чё так можно было? - раскрыл рот Зевс, ощупывая кубики на прессе статуи, - гедонизм, но рациональный. Никогда не думал в эту сторону».
Дальше на верховного насела Артемида и провела целую лекцию по эмоциональным нюансам черт лица скульптуры. Зевс вообще ничего не понял, но верхняя часть монумента ему очень понравилась, и, избегая деталей, он категорически одобрил.
После Зевс, рассматривая сеть сердечных капилляров, приобнял жену за талию и нежно прошептал: «Узнаю твою работу, дорогая. Только ты на такие дипломатические тонкости способна». Гера раскраснелась и жестом шестнадцатилетней девчушки отмахнулась: «Ой, да ладно тебе, захвалил прям».
Затем Зевс проявил избыточное любопытство и, изучая ноги скульптуры, пальцем, зажал пульсирующую артерию на правой ноге. Статуя тут же забарахлила, и маховик психической энергии стал скрежетать, как треснутый барабан стиральной машины.
Не успела к нему подскочить побледневшая Афродита, как Зевс ткнул пальцем в артерию левой ноги и перекрыл нисходящее энергоснабжение. В этот раз заскрежетал пьедестал и статую повело. Побледнели теперь уже Гермес с Гефестом.
«Владыка, вот не надо так делать, тут уже всё без вас отлажено, не вмешивайтесь, пожалуйста. Поиграйтесь вон лучше в весы, вам понравится», - остановила его Афродита.
Зевс переключил внимание на весы и тюкнул по левой чаше. Та опустилась, но тут же вернулась. Громовержец почесал затылок и щёлкнул теперь по правой чашке. Ситуация повторилась, и уйдя вниз, конструкция сама собой вернулась в исходное равновесное состояние. Заворожённо, как ребёнок, Зевс продолжал баловаться с весами, поражаясь достигнутому в механизме балансу.
Прошло полчаса, и первой не выдержала Афина, она подёргала отца за мантию и спросила: «Ну как, папа, утверждаете статую?».
«Нет, будем сносить это великолепие!» - неожиданно отрезал верховный.
Олимпийские боги остолбенели. «Как? Почему? Ведь всё работает как надо и автоматически!» - залепетали они.
«Вот именно автоматически. Всё настолько хорошо само по себе работает, что теперь вам папка вовсе и не нужен. Куда теперь мне свою верховность пристроить?!» - аргументировал снос Зевс.
Боги с уговорами набросились на громовержца и стали убеждать, что ему это, наоборот, очень выгодно и дальше возни с ними будет гораздо меньше. Они же честно, пречестно клянутся почитать его в веках, невзирая на свой суверенитет в питании.
Зевс размяк, подобрел, махнул рукой на статую и сказал: «Ну пускай стоит, только не на центральной площади, а на боковой аллее».
Так, скульптура божественного пищевого поведения обрела своё законное место на Олимпе. Будучи включённой в ряд прочих достойных монументов, она позволяла богам подниматься ещё выше и нести больше пользы себе и вселенной.
Нам же, потомкам богов, полезно примерять на себя эталонную скульптуру в преломлении своего доминирующего архетипа. При этом директивные нормы, от какой-нибудь ассоциации здравоохранения, могут быть только в физиологическом секторе. В других частях скульптуры, никаких канцелярских циркуляров, правила придётся ваять своими руками, в режиме само скульптурирования.
Здесь нам пора завершать и закончить хочется рассуждениями о том, что в еде нам должно быть свободно, вкусно, радостно, легко, стройно и в обнимку.
Более того, эти состояния нам нужны навсегда. То есть культуру питания придётся поддерживать и в радости, и в грусти. В здравии, и в недомогании. В тихом одиночестве, и в шумной компании. На энергетических пиках, и таких же естественных для нас мотивационных откатах.
Возможно ли это?
Автор уверен, что да, если:
- Уметь получать глубокое удовольствие и радоваться еде, как Дионис;
- Признавать законность эмоциональных потребностей в еде, как Артемида;
- Быть физиологически расчётливым в пище, как Гермес;
- Гармонично сонастраиваться в еде с другими, как Гера.
- Питаться с упреждающей пользой, как Афродита;
- Оптимизировать пищевой ритм, как Гефест;
- Отстаивать свои пищевые интересы, как Афина.
P.S.
Полагаю, вы допили чай и докушали варенье. Надеюсь, что шалость удалась и променад принёс вам приятную усталость и пользу. Спасибо за экскурсию.
Об авторе
Дмитрий Шептухов
Писатель, профессиональный спикер GSF
Наставник по здоровому образу жизни
Основатель Фитнес-коучинга в России
Ультрамарафонец и исследователь силы воли
Первый в истории переплыл Байкал,
Уссурийский залив и Большой Сулакский каньон
Архетипы пищевого поведения
© Copyright: Дмитрий Шептухов, 2026
Свидетельство о публикации №226011501738
Свидетельство о публикации №226011501738
Рецензии