Лягушка - красавица

 Дородная молодая лягушка сидела на кочке небольшого леса неподалеку от деревни. Она не помнила, когда родилась, но жизнь была прекрасна. Она радовалась теплому дню, солнышку, влаге и сырости вокруг. Легкий ветерок нежно обдувал ее пухлое тельце, в такт ему качались деревья. От пруда тропинка вела в лес.
«Все вокруг родное, все вокруг мое», - безмятежно рассуждала она. Радость возрастала, бока ее стали ритмически сжиматься, и она заквакала от счастья. Точнее запела песню благодарности жизни.
Она посмотрела на свое отражение в воде: «Какая же я красивая! Ладненькая такая, соблазнительная».

Она обернулась кругом, ища с кем бы это обсудить, но сородичей не увидала.
«Ну и ладно. Никто не помешает мне насладиться этим великолепным днем. Сидеть бы так и петь всю жизнь».
Со временем подтянулись на пруд другие лягушки, солнышко припекало.
Каждая нашла свое местечко на кочках, больших и крепких листьях на пруду. Кто-то присоединился к ней в песне благодарности, и вот, через пару минут громкое хоровое квакание раздавалось эхом по местности.

- Это рай на земле, - громче всех старалась лягушка, чувствуя себя ведущим солистом хора.
Внезапно  ее охватил экстаз и чувство единения со всем миром вокруг. Остальные лягушки, похоже, были с ней на одной волне. Особенно старались самцы. Они одобрительно поглядывали на нее, признавая  мощь и красоту. Каждый своим пением старался привлечь  внимание к себе. Особенно сверлил ее взглядом большой лягушан, сидевший неподалеку.
- Какая ты аппетитная красотка, - пел он ей, пытаясь обратить на себя внимание. Он был в расцвете сил и квакал с переливами громче всех. Лягушка заметила его внимание, и если бы умела краснеть, то все заметили бы ее ответные чувства.
Благодать разливалась по коже и внутренностям.

- А не пойти ли нам прогуляться в лес по тропинке? - кокетливо глядя на соседа, предложила лягушка.
- С радостью, - блаженно улыбаясь, ответил самец. Его тело покрылось слизью от предвкушения.
Лягушка первой спрыгнула на берег и поскакала в направлении тропинки к лесу.. За ней рьяно метнулся самец, предвкушая игры. У него был свой интерес на добротную лягушку. Природа брала свое. Хор остальных самцов переключился на других, более скромных лягушек, которые ожидали внимания.
Лягушка весело и быстро прыгала по тропинке, временами оглядываясь на партнера, который ей нравился. Она чувствовала всеми бородавками полноту счастья. Ее снова охватил экстаз.

Вдруг она заметила два двуногих высоких существа в кепках и с корзинами в руках. Она не успела затормозить, прыгая навстречу незнакомцам, как услышала:
- Фу, какая мерзость, - раздался громкий визг.
- Да не волнуйся ты. Это всего лишь противная ляга.

Сильный удар сапога отбросил лягушку далеко в кусты. Она ненадолго потеряла сознание. Очнувшись,  увидела как лучи солнца пробиваются сквозь покачивающиеся кроны елей и сосен, грея ее брюшко. Она попыталась перевернуться, барахтаясь лапками. Наконец, ей это удалось. В голове шумело. Лягушка с трудом вспомнила, почему  сидит в ямке, окруженная травой и лесными цветами. Прямо над ней свисала спелая ягодка земляники на тонком стебельке.
В ямке было сыро. Она не успела просохнуть после грибного дождя.


Лягушка посмотрела на свое отражение в воде, и замерла. Сколько она так сидела, не помнила.
Потом еще раз посмотрев на свое отражение, выдохнула: «Мдаа»…
«Что же у них,  глаз не было? Не увидеть мою красоту».

Она еще раз долго вглядывалась в свое отражение в лужице, и вдруг увидела страшную, покрытую бородавками, мерзкую жабу. До того отвратительную, что слезы выкатились из выпученных глаз.
«Боже, да я страшная. Мой вид вызвал  у них отвращение... А ведь они правы — я самое мерзкое существо на земле. Как могла я так ошибаться на свой счет? У Создателя мира,  вероятно было плохое настроение, когда он задумал сделать меня. Ооо! Да я просто отвратительна.  Эти бородавки, лапы, и глаза. Все во мне ужасно. Зачем жить? Остаться в этой яме — единственно правильное решение. Не показываться никому на глаза. Даже сородичам. Они еще не знают, до какой степени  безобразны. Не смогу их видеть. Они — мое отражение. Еще горше станет».

И лягушка, закусив земляничкой, застыла. Жизнь перестала играть своими красками, солнце только пекло, ветер обдувал ее бока, но все это стало не интересно. Она перестала замечать цветы вокруг, лишь изредка лениво ловила мошек, подлетающих к ней. Все вокруг стало серым, да и она тоже.

Время шло, а лягушка так и сидела в своей яме, не желая двигаться. Наконец, она решила покончить с этой никчемной жизнью.
«Пойду ка я лягу на ту тропинку и буду лежать, пока меня не затопчут. Пусть порадуются, что избавили мир от такой твари».
Она с трудом вылезла из ямы, лапы не двигались. Тело ломило от продолжительного бездействия. Она попробовала прыгнуть, но не смогла. Тихо поползла, медленно перебирая лапами к тропинке, ища свою смерть. Благо ночь была лунная — яркая луна освещала ей путь.

Она была почти у цели, как внезапно птица, с шумом размахивая крыльями подлетела к ней, схватила  в клюв и понесла ввысь. Крепкий клюв зажал ее брюшко, лапы болтались в свободном полете. Лягушка покорно наблюдала, как постепенно возвышается над деревьями. Где-то вдалеке блестела гладью узкая извилистая речка.
«Вот и пришел конец моей жалкой жизни. Спасибо, Боже, ухожу без сожалений».

Неожиданно другая большая птица вступила в схватку с первой за добычу, и лягушка полетела вниз, переворачиваясь во все стороны, к земле.
«Ух ты, мать честнА-а-я-я!», - только и успела крикнуть, как на огромной скорости со всей силы плюхнулась в воду…

Вынырнув, она жадно схватила воздух, дыхание было учащенным и прерывистым. Обессиленная, она с трудом забралась на лист кувшинки и немного отдышалась.
«Жива, слава Богу», - подумалось ей. Она удивилась этой мысли, задумалась.
«А ведь я права. Я живая, хоть я такая, какая есть, и я есть. И это главное», - последняя мудрая мысль промелькнула, и лягушка погрузилась в глубокий,  долгий, беспамятный сон.

Она не помнила, сколько пролежала в забытьи, когда нежный солнечный лучик защекотал ее кожицу.
Лягушка продрала глаза, оглянулась вокруг и прошептала: « Cлава Создателю за все. Пусть я страшная, но я живая, я есть», - листик тихо плыл по течению, лягушка безмятежно отдыхала от прошлых событий.

Когда лист зацепился за кочку, лягушка села на лапы и огляделась. Как же красиво было вокруг. Она жадно вдыхала запах проточной воды, сырости, благодарила деревья на берегу, даровавших ей спасительную тень. «Мдаа… Какое щедрое - настоящее», - она так настрадалась за жизнь, что принимала все вокруг с благодарностью и согласием. «Единство с миром — вот в чем суть», - ее бока снова стали раздуваться от восторга. Она тихонько квакнула. Тихо, чтоб никто не услышал.

Но внезапно ей стал вторить многоголосый лягушачий хор. Она не заметила сородичей, сидевших на кочках и на листьях на воде, так как они сливались в едином зеленом цвете.
Самцы окружили ее и громко, с чувством квакали, стараясь обратить на себя ее внимание.
«Да ладно, хватит вам мне льстить, право слово», - отворачивалась лягушка, но самцы квакали все настойчивей, восхваляя ее красоту, изо всех сил стараясь ей понравиться. Они не унимались.
И лягушка, вздохнув, одобрительно кивнула в ответ.

Она снова почувствовала себя красивой. Она поверила в себя, видя искреннее восхищение в их глазах.
Один самый смелый самец запрыгнул на ее лист, и они замерли в предвкушении чуда, а потом слились в едином любовном порыве.
Многоголосый одобряющий хор пел: «Аллилуйя любви»...