Буран

Ночью дул несильный ветер. Утром Банников посмотрел в окно. Больших снежных перемётов на дороге было не видно. Несколько автомобилей с трудом, периодически нарушая сельскую тишину, ревя  моторами, прошли сквозь снега, вдоль по улице мимо его окон.
- Ну, значит, не сильно дуло ночью, раз машины пошли, - подумал про себя Банников и стал собираться на работу.
В восемь часов утра Банников позвонил в сельский совет.
- Татьяна Михайловна! – спросил он в трубку телефона у своего заместителя, - как у нас в селе обстановка?
- Да вроде всё нормально! – ответила спокойным голоском заместитель.
- Если что, то я на телефоне буду, - сказал глава сельсовета и уже собирался положить трубку телефона.
- Ой! Подождите! Подождите, Иван Алексеевич!  – услышал в трубку голос заместителя, - здесь с вами хочет поговорить мужчина, сейчас я ему дам трубочку.
          Через секунду Банников  услышал в трубку в свой адрес слова: Ты! Пидарас усатый! Я тебя завалю, если через полчаса к моему дому не будет дороги! У меня ребёнок больной, если через полчаса на Байкал, где я живу, к моему дому не будет очищена дорога, и не сможет подъехать «скорая помощь», я возьму обрез, приду и завалю тебя, пидараса. Накуй ты шел на эту должность, если у тебя нет денег? Ты меня понял? Если через пол часа, к моему дому не будет прочищена дорога, и, если, не дай бог, что-нибудь случится с моим сыном, я тебя приду и завалю, ты меня понял?  Пидарас усатый!  В голосе говорящего Банникову слышалась  твёрдость, отчаявшегося человека, что если что-то случится с его ребёнком, то ему несдобровать. Когда угрозы прекратились, тем, что на том конце была положена трубка, Банников  сидел несколько минут на стуле в шоковом состоянии, будто его стукнули обухом по голове. Но  мозги у Банникова работали: «Что делать? Где искать трактор? Как очистить дорогу? Как обеспечить проезд «скорой помощи», чтобы была оказана врачебная помощь ребёнку?»
              Наконец Банников набрал номер телефона местного жителя, у которого имелись личные тракторы, Чечинова Андрея. И через несколько секунд  в сотовом телефоне Банников  услышал спасительный и хрипловатый голос:  «Да!»
- Андрей! Здорово! – обрадовался глава сельсовета, - Очень прошу тебя почистить дорогу на Байкал! Сейчас только что звонил мужчина, у него ребёнок болеет, и  «скорая помощь» к ним не сможет проехать, дороги нет.
   - Это мужик, который на белой Волге ко мне подъезжал? Потом в сельсовет заходил?
   - Может быть, он - этот мужчина. Помоги, пожалуйста, прочисть дорогу на Байкал, как деньги поступят в сельсовет, так я сразу же заплачу.
   - Ладно, прочищу! - услышал глава сельсовета спасительные слова в трубку, и у него немного  в душе немного отлегло.
   - Ты, прямо сейчас поезжай и прочисть, а то «скорая» должна подойти…
   - Ладно! Я поехал чистить!
«Слава Богу! Может, почистит. Я же за всё отвечаю и за жизнь этого ребёнка – думал Банников, - Это надо же всё так подстроить! Этот же мужчина подходил к трактористу Чечинову, видимо, просил его прочистить дорогу, а он его в сельсовет, ко мне отправил, скажет, иди к главе, даст деньги, поеду - прочищу, солярку же надо за что-то покупать. А без солярки трактор не поедет!  Вот этот мужик и побежал в сельсовет к главе. А там ему моя заместительша трубку  дала. Всё специально! Чтобы я ушёл с этой должности. А вот оно - это мне надо? Написать заявление, да уволиться, правда, что! Что же делать?»
Банников набрал номер телефона сельсовета.
- Да! Я слушаю! – визгливым голосом произнесла  подчинённая Банникова.
- Это кто мне сейчас из сельсовета звонил? Кому вы давали трубку?
- Это ужасно! Ужас! Это какой-то ужас! Я его сама в первый раз видела. По книге посмотрела, его фамилия Борисов, у нас не зарегистрирован, приехал из города, налоги не платит, а как ведёт себя! – возмущалась в телефоне Татьяна Михайловна.
- Подготовьте заявление в милицию! Я сейчас подъеду! – сказал глава сельсовета.

               
             Ветер дул за стенами дома с неимоверной силой. Стены дома содрогались, Банникову казалось, что вот-вот снесёт крышу и сложит стены, развалит, как картонный домик. Банников периодически подходил к окну, выглядывал в темноту. Сугроб в открытых воротах заметно подрастал.
Зазвонил сотовый телефон, глава сельсовета нажал на зёлёную кнопку.
  - Здравствуйте, Иван Алексеевич!
Банников узнал по голосу, звонил житель села Зеленино, осенью приехавший откуда-то из Камчатки, то ли отставной военный, то ли гражданский какой-то руководитель или специалист, но ушлый, по фамилии Пушкин. Банников сначала подумал, что гражданин, назвавшись Пушкиным, шутит.
- Здравствуйте! – ответил Иван Алексеевич, догадываясь, о чём он будет его  спрашивать.
  - Что у нас дорогами? Будут ли очищаться улицы? Как нам завтра добираться из села в город?
Как ученики пойдут в школу по такому снегу? – командным голосом звучали в телефоне слова. Банников задумался на секунду и вспомнил, как он в детстве, когда учился в шестом или в седьмом классе, шёл по улицам села, которые были заметены снегом выше двухметровых заборов. Перед его глазами вспомнилась картина, как он идёт, прошёл, даже ничуть не проваливаясь, по твёрдому насту из грязного, смешенного с землёй и мусором, снега выше забора, пройдя по верху забора, спустился вниз и подходит к высокому крыльцу материного дома.
              Иван Алексеевич  ждал, когда Пушкин выговорится и задаст в его адрес все свои вопросы.
- Как ветер успокоится, так будем чистить улицы! – ответил Банников. Хотя чем чистить, где найти трактора, он пока не знал, сельсоветская касса была пуста, денег не было и не только на очистку дорог от снежных заносов. Просить трактористов-частников работать  в долг? Кто согласится? – задавал себе вопрос Банников и сам же отвечал на него.- Только организации.
– Сейчас пускать трактора убирать снег бесполезно, к утру, всё равно, дороги задует, - продолжал объяснять Иван Алексеевич звонившему.
- Надо что-то же делать! – настаивал Пушкин, - что так сидеть, бездействовать?
- Будем решать! – ответил Иван Алексеевич, понимая, что и без слов звонившего, он сам всё знает, что надо как-то выходить из создавшейся ситуации.
Телефон отключился. Видимо, на другом конце провода положили трубку.
             Через минуты три снова зазвонил сотовый телефон, Иван  Алексеевич ещё не успел положить его на стол. Он включил зелёную кнопку.
- Здравствуйте! Это Иван Алексеевич? – спросил молодой женский голосок.
- Да! Я вас слушаю! – ответил Банников, стараясь как можно спокойнее и доброжелательнее ответить собеседнице, понимая, в чём суть и этого звонка.
- Это звонит ваша жительница. Жительница села Зеленино. Меня волнует вопрос: когда у нас будут очищены улицы от снега?
- Как ветер утихнет, так будем чистить. Сейчас чистить бесполезно, через полчаса снова задует… Вы же видите, что ветер дует и дует, снег идёт и не прекращается.
- А как нам завтра утром ехать на работу в город?
- Если автобусы пойдут, то на автобусе… - ответил Иван Алексеевич и подумал: «Неужели люди не понимают, что с природой бороться бесполезно!».
- А как нам пробираться до трассы к автобусу, что вы мне скажите, по сугробам ползти?
- Что я могу вам сказать? Ну,… по сугробам … ползти…
- Ты, как разговариваешь, мудак колхозный?! – услышал Иван Алексеевич в трубке резкий, знакомый ему, голос Пушкина в трубке.
- Спасибо за «мудака колхозного»! Я уже кем только не был! Теперь вот уже и мудаком колхозным стал, – успел сказать в телефон Банников, и связь прервалась, видимо, звонившие отключились.