Глава 16

Шлёпая гусеничными траками, танк дрожа в степном мареве, плыл по гребням сопок и его рокот, как волны, то накатывал на широкую степь, то глубоко исчезал в лощинах.
У всего экипажа приподнятое настроение, наконец – то возвращались в гарнизон.
 Шли на предельной скорости, держа дистанцию.
Пыль, передних машин, плотной стеной окутал замыкающий танк Вадима.

-  Возьми в сторону! – Крикнул Сенька, - да люк закрой, дышать нечем!
-  Тебе и так будет нечем, - огрызнулся Вадим, - ветра почти нет, куда в сторону? Метров на полста, в обе стороны, темень! – Но люк всё же задвинул, сам советуя Сеньки:
-  Ты лучше внимательнее гляди в свой «перископ» и если что, подсказывай!

Сенька безнадёжно махнул рукой, но к триплексу приник, тьма густой пыли, почти плотно закрывала видимость, с досадой сел на своё место.
 В отсеке было душно, покачиваясь в такт езды, задремал, склонив голову на грудь…

Вздрогнул и очнулся от резкого толчка и громкого мата, хлопая спросонья глазами, не соображая, сквозь гул работающего двигателя, заорал:

-  Что?! Что случилось! – И приник к триплексу, видя след пыли удаляющейся колонны.
Машина стояла. Вадим заглушил двигатель, с пересохшим от жары голосом, хрипло ответил:
-  Трак порвало…
Парни открыли люки, стало свежее, Сенька взорвался матом:

-  Как порвало?! Ты куда смотрел, Вадим! Это прямая твоя обязанность!
-  Чего орёшь? Захотел и порвался, комбату доложи лучше!
Сурков и Кенжибулатов,  выскочили наружу.

-  До-загорались твою мать! – Выскакивая следом из башни, зло сплюнул Сенька.

Гусеница широкой лентой распласталась за катками и только два последних прижимали оторванное звено к почве. Сенька вызвал комбата, доложил о поломке.

А Сурков глядя на далёкий уже, пыльный след колонны, с грустью сказал:
-  И отряд не заметил потерю бойца…

Отключив связь с комбатом, Сенька сказал ребятам:
-  Давай дружно навалимся, устраним это дело, нас будут ждать у развилки дорог, у трёх сосен.
Эти одинокие три сосны, словно свечи, крепко держались за землю толстыми пальцами корней, разбросав в стороны лохматые руки у развилки степных дорог, как указатели на все три стороны.
Доставая длинную монтировку-лом, Сенька договорил:

-  От помощи отказался. Думаю, ленту сами натянем, а Вадим?
-  А ты чего меня спрашиваешь? Ты командир, сказал, значит сказал.

-  А-а-а!!! – Заводясь и бросая монтировку-лом, заорал Сенька. – Как что ответственное так на меня! А как в самоволки бегать, - Сенька прикрой. А тут молчите, онанисты хреновы!..

-  И чего завёлся? – Дружелюбно остановил Сенькин мат Сурков. – Сделаем! – И полез за инструментом.
-  А чего он!.. – Всё ещё возмущаясь и уже тише матерясь, засуетился Сенька.

И всё-таки, по маленько раскачавшись, дружно взялись за работу, переговариваясь, подшучивая друг над другом и дело весело пошло.

 С ремонтом провозились час.
 Когда всё закончили, побросав инструмент, закурили.

 Солнце шло к закату и тучи мошки с комарами, с противным писком, липли к потным, грязным лицам, к рукам.

 Экипаж лениво отмахивался, перебрасываясь словами.
 Со стороны границы, приглушённо донёсся раскатистый звук. Сурков задрал голову к чистому бездонному небу, сказал:

-  Странно, туч нет, а гром гремит…

Все промолчали, разморено и лениво привалившись к каткам.
 С ново бухнуло.
 Сенька поднялся с корточек, взобрался на танк из-под руки оглядел горизонт с нависшим солнцем.
 Сурков, Вадим и Кенжибулатов поднялись от катков, тоже посмотрели в даль  вечернего заката, туч не было и тут же опять бухнуло несколько раз, а за тем, лёгким порывом ветра, донеслась глухая дробь…

-  Стреляют… - Не уверенно промолвил Сурков.

Все тревожно переглянулись. С ново, но уже отчётливее послышалось чваканье бегущего по размытой грязи.
-  "Ротный" лупит! – Уверенно и твёрдо сказал Рамазан, - я стук этого пулемёта не перепутаю ни с каким другим.
-  Похоже. – Согласился Сурков. – Густо ложит.

Вадим, с отчётливой тревогой, посмотрел на Сеньку, торопливо сказал:
-  Доложи комбату, чего стоишь с рукой поднятой? Машина готова и мы ближе всех…

Сенька кубарем скатился в люк, ребята последовали за ним надев шлемофоны. Через треск слышали разговор - комбат приказал ждать, рота возвращается вместе с соседним полком, прошелестел и лопнул отрывок мата…

-  Здорово! Это сто двадцать один танк, а не рота в тринадцать единиц - чёртова дюжина! - Воскликнул Сурков.
-  Довоевались! – Сказал хмуро Сенька, - границу оголили, успокоились, ушли. Кому-то здорово влетит за это, может статься и погон…

-  Не каркай! – Отозвался Вадим, - лучше скажи, чего ждать? Они чёрте где, а мы вот под боком!
В подтверждении слов, вновь долетели раскаты.

-  Чего сидишь?! – Возмутился Вадим, - не слышишь? Там драчка, а ты как сова, только глазами лупаешь,- и он отвёл люк в сторону.
-  И то верно. Пока эта куча доползёт... - Не определённо согласился Сурков.

Эхо раскатов сместилось левее, ближе к одинокому танку с экипажем. В этом месте граница выступала подковой и по прямой до неё было километров пять, может чуть больше.
-  Ладно, стратег, - отозвался Сенька, - там тоже головы есть, разберутся.

-  Время теряем старик! – Нетерпеливо возразил Вадим, - мы ближе всех!
-  Отстань! Сам знаешь, инициатива наказуема.

-  Не пори чепухи! Это смотря где, в создавшейся обстановке она поощрима, действуй командир!
-  Давай Сеня. Тебе и карты в руки! – Поддержал Вадима Рамазан.

-  Не карты, флаг! – Улыбнулся Сурков.

Сенька сдвинул шлемофон, почесал затылок, не уверенно отозвался:
-  Пацаны, мы один танк, а там движется армада и потом слыхали приказ? Ждать! – Он тоскливо посмотрел на ребят, парни правы, но приказ…

Приказ комбата сковал, затормозил Сеньку с решением, а парни молча ждали, что предпримет командир…

Вадим не выдержал:
-  Ты хоть раз можешь самостоятельно принять решение?!
-  Могу-могу-могу!!! – Зло огрызнулся Сенька, - но приказ!

Он никак не мог переступить выше этого. Приказ - ждать, сковал Сенькину инициативу.

 Он не был трусом, но твёрдо понял, что любой приказ должен беспрекословно выполняться, чётко и в срок.
 А тут ещё Вадим с экипажем, нетерпеливо, смотрели на него и Сенька совсем растерялся.
 От границы с ново бухнуло, долетел не приятный звук, как по стеклу металлом…

-  Всё. – Глухо сказал Вадим, - если ты сейчас не дашь команды, я тебе съезжу по роже, за тех пацанов которые там грызутся и ждут нас, а за тем сам поведу машину - понял?!
Сенька, до боли крутанул желваками скул, остро взглянул на ребят, отчаянно крикнул:
-  А-а-а бля. Заводи! Кенжибулат бронебойным, второй фугас! Сурков работай чётко, как в аптеке! Рацию отключить - пошёл!

И наклоняясь к уху Вадима, перекрывая рёв мотора, крикнул:
-  Загремим мы с тобой под трибунал!