Моэм - женоненавистник

   Алена Дичкина не любила писателей-классиков (да и в целом писателей-мужчин), ибо они, по ее убеждению, всегда выставляли женщин в невыгодном свете, навязывая им то, чего в действительности не бывает. Она даже завела намеренно блог, в котором с большим энтузиазмом и верой в свои посылы обличала иных авторов, не способных к тонкому пониманию женской конструкции, иногда писала разоблачающие комментарии под оскорбляющими женщин публикациями, видя наперед токсичность утрированного маскулинства, жажду демонстрировать кто здесь главный и стремление обесценить весь женский род.

  Так, если какой-нибудь автор – современный либо классик  –  писал сатиру о женщинах, помешанных на замужестве (когда неважно за кого, лишь бы был муж и штамп в паспорте); о женщинах, перечитавших блоги массовых психологов о абьюзерах и видящих в мужчинах одни только инстинкты; о женщинах, ведомых комплиментами и тратами на них – Алена тут же вступала в праведный бой, доблестно восстанавливая мировую справедливость на поле цифрового пространства. Не жалея абьюзивных наклонностей нарциссического писателя, она раскрывала его подлую сущность, повязшую в детских травмах, психологических комплексах, озлобленности на женщин, инфантильности и безответственности. Без тени стеснения Дичкина рубила правду-репродуктивный орган и в конце снисходила да обиженки-мужчины, сочувственно отсылая его к психологу.

   Однажды Дичкина наткнулась на обличающий пост о Моэме (коего никогда не читала), как лютого женоненавистника. Она замерла с приятно щекотавшим нутро чувством подтверждения своей правоты.

 «Я же говорила, что все эти писатели-мужчины – попросту обиженки! Они используют художественную  литературу в качестве средства утоления своих инстинктов и законного оскорбления женщин!».

 Дичкина с утроенным интересом, точно пирующая пиранья, начала вчитываться в каждое, критикующее личность писателя-классика, слово книжной блогерши Леры, которая бойко выстраивала логическую цепочку объективных рассуждений, делая транзактный психоанализ (не имея представления что это такое) личных травм мужчины, на основе выдернутых из контекста цитат, игнорируя других персонажей, остальные произведения автора и наличие художественного вымысла.

 Судите сами, - писала Лера -  насколько ваш Моэм незрелый нарцисс:

«Нет жестокости более страшной, чем жестокость женщины к мужчине, который любит ее, но которого она не любит; в ней не остается больше ни доброты, ни терпимости, одно только безумное раздражение»*.
Писатель считает, что женщина без любви жестокая. Это красный маркер отвергнутого мужчины, разочарованного в женщинах. Он считает, что все женщины обязаны его любить, иначе они – жестокие. Обобщение – удел нарциссов и абьюзеров.

 «Да, этот Моэм – настоящий абьюзер. Так мог заявить мужчина, обиженный женщиной» - внутри себя согласилась Алена.

 А эта фраза обесценивает право на чувство:

«Главный недостаток женщин – страсть обсуждать свои личные дела со всеми, кто согласен слушать»*.
Типичное заявление абьюзера, проявляющего эмоциональную холодность, отстраненность. Ему плевать на ваши потребности, женщина для него должна быть удобной, молчать, проглатывать обиду.

 «Точно!  - обрадовалась Алена. - Помню, как мой потенциальный муж мной командовал, говоря, чтобы я не делилась со всеми подряд личным, тем, что происходит между нами в спальне. Чтобы перестала писать в домовой чат о наших размолвках. Он сам не захотел выслушать меня в девятьсот пятнадцатый раз об одном и том же, потому что ему нужна удобная. Потому и ушел – я ведь не стала угождать ему».

 А вот цитата – продолжала Лера – так и кипит ненавистью к женскому полу:

«Если женщина любит вас, она не угомонится, пока не завладеет вашей душой. Она слаба и потому неистово жаждет полновластия. На меньшее она не согласна. Так как умишко у нее с куриный носок, то абстрактное для нее непостижимо, и она его ненавидит. Она занята житейскими мелочами, все идеальное вызывает ревность. Душа мужчины уносится в высочайшие сферы мироздания, а она пытается втиснуть ее в приходно-расходную книжку»*.
Писатель злится, что женщина против неопределенных отношений, что она уважает себя и ищет стабильности в виде желания быть замужем. Мой бывший, например, увлекался йогой и минимализмом. Ну, понятно, чтобы экономить на мне. Я сказала, что ему надо повзрослеть и жениться на мне, а он изобразил удивление на лице и исчез, так как я его раскусила. (Правда, с «бывшим» Лера была знакома всего неделю, что, впрочем, свидетельствует о ее зрелости и точном знании чего она хочет).

 Кто-то прокомментировал данный пост:

 «Да-да, все верно! Эти мужчины пишут от обиды правду о некоторых женских заскоках».

 Лера не упала лицом в грязь, оперативно дисквалифицировав токсичный выпад в ее сторону:
«Ваши ирония и мнение поверхностны, основаны на невнимательном прочтении только одного отзыва. Мне Вас искренне жаль. Живите с этим».

 Алена без колебаний оценила ответ Леры, восхищаясь ее умом, находчивостью и умением ставить на место всякое хамло, и на своем канале опубликовала текст, как мужчины прячутся за литературой, чтобы вымещать свои непроработанные обиды на женщин. Она, взяв на вооружение те же цитаты из одного произведения, напрямую обвинила Моэма в шовинизме и абьюзе, который обесценивание женщин называет иронией, оскорбительные высказывания  в их адрес прикрывает маской художественного приема, а уничижительное отношение к ним выдает за художественный вымысел.
Ее поддержали такие же неравнодушные к межполовой войне женщины, которым она открыла глаза на истину.

Анюта1988:
«Такой желчный, снисходительно-высокомерный взгляд на прекрасную половину ошарашивает! Никогда не буду читать книги этого шовиниста!».

Кэт П.:
«Противно читать недовольство абсолютно всем в отношении женского пола. Что это такое? сильно любит – дура и пиявка; недостаточно любит – жестокая, выгодно пристроилась; общительная  – дважды болтливая дура. Это мужчинка! Гнать такого в шею! Изолировать!».

Пава –Лара Краса:
«Слушала и читала отрывки из этого романа. Ужасно недружелюбный тон. Писатель сам постоянно сравнивает себя с биологом, который наблюдает за человеческими страстями. У него нет к героиням никакого уважения, ни сочувствия! Его ненависть к женщинам из-за незакрытого гештальта. Рада, что полностью не прочитала книгу!».

Один пользователь,  Макс Тру, отметил, что, прежде чем распространять информацию, ее следует проверять на достоверность.

Другой пользователь, Ник Володарский, написал, что это ее личное восприятие, а произведение писателя оказалось для нее чистым зеркалом, в котором на нее посмотрело крайне изуродованное стереотипами, комплексами и злостью отражение –  что ее сильно испугало и она пытается убежать от отражения, защищаясь стеной из предубеждений относительно писателей и мужчин.

Дичкина ответила им:
«Почему вас так это задело? Бедненькие, маменькины сыночки. Тяжело на личном фронте, да? Никто не согласится жить с такими обиженками, как вы ; Мне вас искренне жаль. Сходите к психологу».
И долго еще Алена Дичкина прокручивала в голове этот диалог, наслаждаясь собой до припадка, потому как она ловко, находчиво и довольно психологически препарировала нарциссические личности жалких мужчин-женоненавистников.


(16.01.26)


_____________________________________________________

* - У.С.Моэм, "Луна и грош".