Как всегда, по привычке

Максим Левченко, как всегда, проснулся ровно в шесть утра. Будильник издал привычный треск, словно пытаясь вырваться из плена времени. Максим по привычке потянулся, зевнул и, не открывая глаз, нащупал на тумбочке пачку сигарет. Первая затяжка, как всегда, была горькой, но бодрящей; это было частью ритуала. Он встал, умылся ледяной водой, надел свой единственный костюм, слегка потрёпанный на локтях, и отправился на кухню. Завтрак, как всегда, состоял из вчерашнего хлеба, яичницы с луком и стакана крепкого чая, который он пил, глядя в окно на пустынный двор. После завтрака, как всегда, Максим отправился на службу.
Во дворе, как всегда, уже был дворник Петров. Он, как всегда, был пьян, но это не мешало ему с энтузиазмом подметать песочницу, ругаясь матом на невидимых врагов. Максим, проходя мимо, по привычке поздоровался:
— Привет, Петрович. Дык…
— Да пошёл ты на… — как всегда, ответил дворник, даже не поднимая головы.
Максим подозрительно улыбнулся и пошёл дальше.
Утро, как всегда, было приятное, воздух пропитанный запахом перегара и свежестью после ночного дождя. Максим, по привычке, глубоко вдохнул, ощущая, как этот коктейль бодрит его, и направился к остановке. На улице уже кипела жизнь. Кто-то шёл на работу, кто-то ехал на велосипеде, а кто-то просто лежал на скамейке, укрывшись газетой.
На остановке, как всегда, лежал сторож Иванов. Его лицо было прикрыто кепкой, а из кармана торчала бутылка с неизвестной жидкостью; он, как всегда, был пьян и мирно похрапывал. Максим сел на лавку рядом с ним и, по привычке, плюнул в сторону сторожа. Слюна, как всегда, попала Иванову прямо в глаз. Тот моргнул, пробормотал:
— Дык, ёлы-палы! — и снова заснул.
К остановке подъехал автобус. Водитель, как всегда, пьяный (это никого не смущало), открыл двери, и пассажиры начали заходить в салон. Максим, по привычке, встал у окна; как всегда, наступил на чью-то руку. Автобус тронулся, и началась обычная утренняя суета. Пассажиры шумели, обсуждая последние политические новости, свежие сплетни. Водитель, как всегда, не обращая внимания на дорогу, читал в сломанный микрофон свои стихи. Максим, как всегда, молчал, глядя в окно и наблюдая за мелькающими пейзажами.
Внезапно рука под его ногой дёрнулась, и Максим, по привычке, начал пробираться к выходу. Как всегда, кто-то ударил его по затылку, и он, по привычке, вылетел из автобуса прямо на лежащего сторожа Сидорова. Максим, по привычке, укусил Сидорова за ухо. Тот только пробормотал:
— Дык, ёлы-палы! — и снова затих.
Максим встал, отряхнулся и пошёл дальше.
Учреждение, где он работал, находилось в старом кирпичном здании с облупившейся краской. Подойдя к входу, он, как всегда, открыл дверь и, по привычке, отошёл в сторону. На порог, как всегда, упал пьяный сторож Степанов. Максим, по привычке, вытер ноги об его брюхо и вошёл внутрь.
— Дык, ёлы-палы! — только и пробормотал Степанов.
Внутри, как всегда, царила привычная атмосфера — тишина и спокойствие. Кто-то сидел за столом, кто-то сползал со стула, а кто-то просто лежал на полу. Максим занял своё место и начал работать. Его работа заключалась в том, чтобы перекладывать бумаги с одной стопки на другую. Это было монотонно, но Максим любил свою работу и работал он с особым усердием.
К обеду, как всегда, все опохмелились, и теперь работали с удвоенной энергией, шумно обсуждая планы на вечер. Максим, как всегда, уже всё сделал и теперь читал книгу.
Ровно в пять вечера рабочий день закончился. Все, как всегда, отправились пить, а Максим, по привычке, пошёл домой. На выходе он поздоровался со сторожем Степановым:
— Привет, Степаныч. Дык…
— Да пошёл ты на… — как всегда, ответил сторож.
Максим подозрительно улыбнулся и вышел на улицу.
На остановке, как всегда, из автобуса вылетел сторож Сидоров. Максим поздоровался:
— Привет, Сидорович. Дык…
— Да пошёл ты на… — как всегда, ответил сторож.
Максим сел в автобус и поехал домой. В салоне, как всегда, ему наступали на ноги. Он, по привычке, ударил кого-то по затылку и выскочил на своей остановке. Там его ждал сторож Иванов, как всегда сидящий на лавке. Максим поздоровался:
— Привет, Иваныч. Дык…
— Да пошёл ты на… — как всегда, ответил сторож.
Максим подозрительно улыбнулся и пошёл во двор.
Во дворе, как всегда, было тихо. В песочнице спал дворник Петров. Максим, по привычке, помочился на него. Дворник пробормотал:
— Дык, ёлы-палы! — и снова затих.
Максим поднялся в свою квартиру, как всегда, переоделся, по привычке, поужинал, лёг в кровать и закрыл глаза. Завтра всё начнётся снова. Как всегда. По привычке.