Декадник на теплоходе или телепортация день третий

               
                3

       Утром третьего дня после завтрака прибыли в Ярцево. Здесь была запланирована зелёная стоянка на несколько часов. Две вместительные моторные лодки постепенно переправили всех желающих на берег. Художники с папками под мышками и этюдниками на плечах подключились к экскурсии по большому колоритному сибирскому селу. Делали зарисовки, слушая гордые рассказы местного краеведа о родном селе, о знаменитых людях живших здесь или побывавших. Рассказчик был известен далеко за пределами своего села, так как был автором трёх книг, не только об истории Ярцево, а и самого Енисея и всего Красноярского края.
      Знакомились с приветливыми жителями. Село видно по всему было крепкое. Просторные, рубленные в лапу дома из лиственницы, окружены были, добросовестно и по - хозяйски мудро устроенными  дворовыми постройками. Из этого было понятно, что ярцы не боятся работы и даже любят крепко приложиться к какому-нибудь делу, чтобы затем с тихим достоинством видеть качественный результат своих усилий.
      Ярцево жило не только подсобным хозяйством. Работы были и в тайге, и на сельхоз - угодьях, и на Енисее. Рядом с домами и дворовыми постройками повсеместно устроены были большие поленницы дров, заготовленных на длинную, суровую зиму. Познакомились ещё с одним местным жителем. Дед сидел на лавочке у полисадника. Тут же валялись расколотые, но ещё не сложенные в поленницы дрова и ещё много не тронутых берёзовых чурок. В одной из них торчал колун.
       Заварзов, разговаривая с дедом, вдруг проникся непреодолимым желанием поколоть дрова и помочь старику. Юрий Фёдорович всю жизнь проведший в благоустроенных домах, решительно скинул легкую куртку. Поплевав на ладони, он взял калун и приноровившись к нему, принялся смачно раскалывать чурки. Бычинский с Андреем тут же раскрыв этюдники, стали писать. Отсюда открывался прекрасный вид на Енисей и на белый теплоход, бросивший якорь недалеко от берега. Олег Бобров всё снимал на дорогую японскую видеокамеру, а Михаил Фёдорович зарисовывал какой-то таёжный цветок, может быть тысячелистник, выросший в полисаднике деда.
        На берегу меж тем собралась большая группа желающих продать пассажирам теплохода свои заготовки. Завидев из окон домов теплоход ещё на подходе к селу, а затем большую группу туристов, высыпавшую на берег из моторных лодок, они тут же, загрузив в повозки и мотоциклы свой товар, прибыли к местной пристани, чтобы соблазнительно его разложить. Рынок раскинулся широко, предлагая гуляющим пассажиром, обильные дары местной тайги и домашнего хозяйства. Кедровые орехи в мешках и брусника в коробах, копчённое и солёное сало, колбасы и даже копчёные рябчики, и другая дичь предлагались тут и там. И конечно же рыба, всякая и во всех видах. По сравнению с городскими рынками, цены на местную продукцию были значительно ниже и доступны всякому кошельку. Блуждая между продавцами все стали закупаться. По мере того, как всё большее количество пассажиров отоваривалось орехом, рыбой, ягодой, цены становились всё ниже. Особенно на бруснику. Но уже мало кого удавалось уговорить. Покупатели отправлялись со своими покупками на теплоход. Моторные лодки сновали туда-сюда между берегом и теплоходом. Почти все возвращались обратно на берег, но почти никто не подходил к торгующим.
       На одиннадцать тридцать на зелёной лужайке у реки был намечен футбольный матч между командами, составленными из молодых педагогов, коммерсантов и членов команды. Пока была вся эта суета, и проходил футбольный матч, на берег приехало ещё несколько машин, в основном «нивы» с прицепами. Среди них, развернувшись кормой к теплоходу,  пристроился и откинул с трёх сторон свои борта «Газ пятьдесят три». Кузов газика, как и прицепы «внедорожников» были плотно заставлены широкими легкими ящиками, по края засыпанными брусникой. Возвращавшимся с футбольного матча зрителям и участникам уже не предлагали, а умоляли купить бруснику «за рубль ведро». Но все уже запаслись ягодой сполна, да и свободной тары больше не у кого не было. Вскоре теплоход собрал своих пассажиров, поднял якоря и отчалил. Футболисты принимали душ. Все готовились к обеду и дальнейшим мероприятиям, докладам и приключениям.