Фантик от конфеты

(о способности индивида игнорировать тенденции парадоксальных абстракций)



Что, скажите на милость, такое эти ваши «парадоксальные абстракции»? Не торопитесь с ответом — его всё равно нет. Потому что это просто дымовая завеса, словесный фокус для доверчивых граждан.

Вы берёте обычную табуретку. Называете её «дискретной пространственной конструкцией, взаимодействующей с гравитацией» и вот вы уже не просто садитесь на неё — вы «осуществляете посадку», а когда падаете — «подвергаетесь гравитационному коллапсу». Это и есть абстракция: способ ничего не сказать, но с умным лицом. Учёным она иногда нужна. Графоманам — всегда. А когда к этому прилагается слово «парадоксальная» — держитесь крепче, сейчас начнётся сеанс интеллектуального гипноза.

Парадокс, друзья мои, — это когда чёрный кот одновременно белый. Но кот конкретный. А абстракция — она и есть абстракция, то есть фикция. Сложите две фикции — получите фикцию в квадрате. «Некая сущность, которая есть отсутствие наличия» — это не парадокс, это просто набор слов, от которого у настоящего философа случится нервный тик.

И тем не менее этот резиновый термин приклеивают к чему попало. «Парадоксальная абстракция любви» — серьёзно? Это что, любить и одновременно не любить? Или любить в каком-то там высшем смысле, который никто не в силах объяснить? Маркетолог скажет вам о «парадоксальной абстракции времени» — и вы купите его чертовы часы за ползарплаты, потому что подумаете: «Ого, как глубоко!» А глубоко там только в кармане продавца.

Давайте без иллюзий. Когда ваш визави выдаёт эту фразу, он преследует три цели. Первая — прикинуться умным. Ведь сказать «странные штуки» слишком просто, а «парадоксальные абстракции» звучит как диссертация. Вторая — скрыть пустоту. Если есть мысль — её можно изложить внятно. Нет мысли — на помощь приходит словарный запас из трёх мудрёных слов. Третья — игра в напёрстки. Вы начинаете лихорадочно размышлять: что за абстракции? почему они парадоксальные? надо ли их игнорировать? — и в этот самый момент вы уже проиграли. Вы копаетесь в чужой словесной шелухе, а он стоит и смотрит на вас с превосходством. Вы — жертва, а он — иллюзионист, только вместо кролика у него из шляпы вылезает его собственное раздутое эго.

Анекдот в тему. Два философа. Один начинает: «С точки зрения банальной эрудиции...» Второй обрывает: «Брось эти абстракции, говори по-человечески». Первый обиженно: «Ну и зануда, я же красиво начал!» Второй парирует: «Красиво — это когда ясно. А твои абстракции — фантик от конфеты: блестит, а есть нечего». Или даже так: «парадоксальная абстракция» — это такой оксюморон, который по уровню стоит рядом с «честным политиком». Оба термина существуют в языке, но в реальности не встречались ни разу. Увидели эту фразу в тексте? Можете не сомневаться: автор либо перечитал Канта на голодный желудок, либо тупо скопировал с какого-то форума, лишь бы казаться начитанным.

А знаете, для всей этой словесной каши в русском языке есть короткое и точное слово — «заумь». Придумали его сто лет назад поэты-футуристы, когда сочиняли стихи вроде знаменитого «Дыр бул щыл». Они намеренно отказывались от привычного смысла, чтобы передать эмоцию через звук. Но сегодня заумь живёт не в поэзии, а в офисных презентациях, политических речах и интеллектуальных понтах. Только теперь это не искусство, а обычная маскировка пустоты. И если у поэта она была дерзким экспериментом, то у современного оратора — просто неуважение к собеседнику. Хорошая новость: раз у этого явления есть имя, его можно и нужно называть своим именем. А назвали — считай, обезвредили.

Итак, как же нам быть с этим чудищем? Относиться к нему с лёгким смехом и высокомерной жалостью. Услышали в научной дискуссии — немедленно требуйте конкретный пример. И мгновенно увидите, как лицо собеседника покрывается испариной: примеров нет, ведь абстракции на то и абстракции, чтобы их не существовало. Услышали за бокалом — мило улыбнитесь и скажите: «О да, я их каждый день замечаю, особенно когда ищу очки на собственном носу». И пафос лопнет, как мыльный пузырь. А если сами собрались ввернуть эту жемчужину — остановитесь. Честно спросите себя: я хочу донести мысль или просто произвести впечатление? Если второе — лучше скажите «Вот это поворот». Эффект почти тот же, зато честнее.

В конце концов, «парадоксальные абстракции» — это великолепный образец языка, который умеет быть звонким, но совершенно бессодержательным. Как праздничный салют без зарядов: грохот есть, огонь есть, а толку — ноль. И единственная настоящая парадоксальность в них состоит в том, что люди до сих пор принимают эту дребедень за признак глубины. Мы-то с вами умнее. Мы просто пожмём плечами, заварим чай и забудем эту белиберду. Без абстракций. Чайник — он и есть чайник. И не надо его называть «термодинамическим агрегатом с парадоксальной функцией нагрева». Вот и весь секрет. ;