Двадцать тысяч километров по России

               
Перепечатываю здесь давние очерки из книги о путешествиях по России с размышлениями о прошлом и будущем страны.
Сейчас Россия другая и это вызывает чувство радости и гордости!


Глава из книги «Узнавая Россию»

В качестве эпиграфа:
“Первое сильное ощущение, когда мы встречались с людьми и просто наблюдали за жизнью в России – это большая, разнообразная и сильная страна. И россияне, при всем различии взглядов и идеологий, встанут на её защиту, если начнётся война...
Такого ощущения не было ещё пять лет назад...”


... Возвратившись из России, где мы с английским фотографом Продиптой Дас, набирали материал для книги о России на английском языке «R is for Russia”, я заболел и потому, не выходил из дома почти неделю.
Однако, несмотря на простуду, я сходил на Би-Би-Си по приглашению Севы Новгородцева и коротко рассказал о нашей с Продиптой Дас поездке…

... С Севой, мы поддерживаем знакомство с того времени, когда я увидел его на «Первом Русском радио, в 2004 году…
Из здания, во внутренний дворик вышел человек с седой гривой волос, худым, выразительным лицом, привлекающий к себе внимание, как привлекают к себе внимание люди не просто известные, а очень известные.
Тогда, Володя Эдемский, тоже ведущий на этом радио, представил меня ему и после знакомства, мы, стоя у входа, поговорили минут пять «о том, о сём».
Видимо я заинтересовал Севу своими рассказами о Сибири, о том, как я попал в Англию, о моей жизни в России, и в конце разговора, он пригласил меня на передачу «Севаоборот», на русскую службу ВВС...
Назавтра, уже после интервью на «Севообороте» Сева позвал меня на Первое русское радио, и я согласился рассказывать о своих прошлых походах, о повадках зверей и птиц для тех русских слушателей, кто скучает по Родине, по её лесным просторам, горам и долинам.
Потом, встречаясь раз в неделю, мы успели неплохо узнать друг друга, и когда я показал Севе свои рассказы о таёжных приключениях, он их похвалил и посоветовал писать об этом побольше, в том числе для западных читателей, которых, по мнению Севы, тема о необъятной безбрежной и загадочной России заинтересует обязательно!

… В этот раз, перед поездкой в Россию, я позвонил Севе, и он попросил меня отзвониться по возвращению в Лондон, и рассказать об этом нашем с Продиптой Дас, путешествии, что я и сделал, как только немного отошёл от долгой и утомительной дороги.
Выслушав мой рассказ по телефону, он пригласил меня на ВВС, в передачу «Би-Би-Сева», с лозунгом – «Новости с человеческим лицом».
К сожалению, известная программа Новгородцева на Би-Би-Си - «Севаоборот», была закрыта, к тому времени уже около года, несмотря на протесты слушателей из России.
Однако она сохранилась в архиве сайта Севы Новгородцева и я, иногда захожу туда и слушаю интересные беседы Севы с интереснейшими и талантливыми русско-советскими людьми - эта передача продержалась в эфире несколько десятков лет и нашла миллионы поклонников в среде русскоговорящих во всем мире.
Сева и его со ведущие выработали свой метод живого разговора и свои способы подготовки к нему, а мне повезло побывать в знаменитой студии, за круглым столом с четырьмя микрофонами и парой бутылок хорошего красного вина, которое помогало «воссоединению языков и сердец» беседующих.

Вот некоторые детали двух моих выступлений на «Севообороте».
Я приходил за час до прямого эфира и Сева «потрошил» меня, когда мы садились в столовой ВВС, пили чай или кофе, и Сева, выспрашивая подробности моих приключений, незаметно составляя канву нашей беседы перед микрофонами.
Потом мы садились в студии, Сева на правах хозяина разливал неплохое красное вино, после которого настроение поднималось и сухость в горле сменялась расслабленной жизнерадостностью.
Уходил я после этих бесед в прекрасном настроении и чуть под «шафе», что придавало особую пикантность тем «радио беседам».

В этот раз, в фойе знаменитого здания радиостанции Би-Би-Си, меня вышел встречать молодой человек, англичанин, с которым мы, идя по длинным коридорам, сразу заговорили о впечатлениях от России - он жил какое - то время в Питере и совсем неплохо говорил по - русски. Я, нисколько не сомневаясь что он поймёт меня, стал говорить о Достоевском и Толстом, о том, что на мой взгляд, англичанам, в первый раз этих больших русских писателей надо читать в переводе, потому что для понимания всей глубины их произведений, необходимо знать язык в совершенстве, особенно читая Достоевского.

В русском отделе Би-Би-Си, меня встретил Сева, как обычно подтянутый, сосредоточенный, сидя за столом, в окружении сотрудников: девушек и юношей явно нерусского происхождения. Он сразу спросил, принёс ли я фотографии о нашем путешествии, а я немного смутившись ответил, что фотографий нет, но ведь фотографии не будут рассказывать о поездке – это буду делать я, а у меня всё с собой, в голове!
Сева был недоволен, но согласился и мы записали короткую программу о моих впечатлениях.
Я между прочим сказал, что путешествие продлилось четыре недели и за это время мы преодолели более двадцати пяти тысяч километров: по воздуху , на автобусах, на поездах и на автомобилях, не говоря уже о сотнях километрах проделанных пешком.
Сева, уже перед микрофоном, коротко познакомил слушателей с английским детским издательством «Фрэнсис Линкольн», с которым мы - Продипта Дас и я, заключили контракт на создание книги на английском языке для английских школьников.

Я очень коротко рассказал о поездке на микроавтобусе в Тункинскую долину, это рядом с Байкалом, упомянул о поездке к тиграм в Приморье, на берег озера Ханка, где их и ещё несколько видов дикой фауны Дальнего Востока, выдерживают на специально оборудованной базе.
Потом, я заверил радиослушателей, что напишу большую книгу, уже на русском языке, для взрослых, о впечатлениях от этой поездке и с размышлениями о прошлом, настоящем и будущем России.
Из студии я уходил с чувством исполненного долга – первый рекламный анонс для нашей с Продиптой книги состоялся. Я считаю, что о России, её чудесах, загадках и проблемах, даже сами русские знают очень мало, а уж в Западной Европе, практически не знают совсем, тем более дети. А ведь дети – это наше будущее, будущее наших отношений с Европой, и с Англией, в том числе...
... Через неделю простуда прошла, и я отправился в Ричмонд - парк, посмотреть и послушать оленей во время гона. Я, это делаю каждую осень, и по возможности снимаю на видеокамеру и записываю примечательные факты в дневнике, который уже перерос в большую статью о оленях их повадках и привычках...
Район Ричмонда, в Лондоне, один из самых красивых и богатых. И вот вглядываясь в чистые улицы, богатые витрины магазинов ресторанов и кафе, любуясь красотой и ухоженностью парка, видя аккуратных и вежливых прохожих на уютных улицах и дорожках парка, глядя на многочисленные стада диких оленей пасущихся в двадцати шагах от гуляющих, слыша крики гусей и лебедей, на парковом озере, я вдруг осознал, что мой оптимизм по поводу «светлого будущего» России, немножко экзальтирован и преувеличен.
Я начал понимать, что Российская Федерация отстала от Европы, и от Англии в частности, в человеческом измерении, на несколько поколений и что это отставание может быть преодолено только ценою технологического, а потом и культурного шока, подобного Октябрьской революции или сталинской коллективизации и индустриализации...

... И тут мы плавно переходим к рассмотрению теории технологической Революции, которая потребуется России для преображения внутренней жизни и обыденной культуры.
Ведь Россия до сих пор представляется необъятными пространствами дикой природы, в океане которой, то тут, то там видны маленькие островки человеческих поселений - из космоса это наверное особенно заметно.
... Я видел карту ночного свечения Земли и в Европе, огни горят почти сплошным ковром, особенно над Западной Европой. Но над Россией повисла темнота, кое - где светящаяся неяркими огоньками посёлков и городов.
И сегодня, на этих громадных, «тёмных» пространствах, живут немногим менее полутора сотен миллионов человек, для половины из которых элементарные жилые удобства мало знакомы, и дороги в большинстве своём представляют пыльные, каменистые просёлки, по которым, в случае снегопадов или дождей, практически невозможно проехать.
Кстати, я вспомнил, что в Иркутске, мы отложили поездку в Восточный Саян на день, потому что всю прошедшую ночь и весь день шёл первый снег, и потому, Транссибирское шоссе было закрыто для движения на сутки.
Об этой истории я расскажу позже, но этот пример показывает, как далеко ещё Россия от обыденных удобств, не только из технических и экономических соображений, но прежде всего от психологических обстоятельств и соображений «удобств» жизни1
Горячей воды, например, нет в большинстве сельских посёлков и даже в некоторых провинциальных городках, а тёплый туалет в деревне считается чудом, верхом роскоши и цивилизации.
Тут невольно надо коснуться проблемы деревянной архитектуры, традиционной для России, и потому, очень недолговечной - гниение и пожары не дают людям выстроить более или менее продолжительные очаги семейного материального благополучия, что естественно отражается на мировоззрении и обычаях народа. К тому же, за последние тридцать лет разрухи и стагнации, по настоящему ничего нового или масштабного в этом смысле, не было создано, а то что имелось - или разрушено, или разворовано...

Оставляя в стороне техническое отставание, надо также отметить «псевдо философский», народный подход к целям и задачам реальной жизни - социальные, военные и материальные катастрофы, особенно разрушительные в двадцатом веке, выработали в российских людях, неосознанное, своеобразное стоическое отношение к жизни, которое я и называю «философским» отношением.
Коротко, это отношение можно выразить так: «День прожит – и слава Богу... О будущем не стоит и задумываться...»
Иначе говоря, многие россияне живут одним днём и потому, каждое поколение, как бы начинает жизнь с чистого листа.
Большое значение, для формирования такого отношения к обыденности, как мне кажется, имеет сущность православия, которое, тоже в определённой степени стоит на Христовых принципах выраженных в максиме: «Не заботься о том что тебе есть и что тебе пить... Ибо Бог позаботится об этом... если вы будете веровать в него...»
Такое отношение лишает людей воли и упорства в достижении материального благосостояния, и делает большинство верующих   русских людей – фаталистами.
Во всяком случае, многие русские не очень доверяют человеческой инициативе и может быть большую роль в этом сыграла православная Церковь, конечно с учётом условий трудной, часто героической жизни Российского государства.
Ещё и поэтому, ко всему новому, в России, многие относятся с подозрением, а европейский комфорт и благоустройство хвалят, но не торопятся делать что то в России на западный манер! Но ведь известна и другая притча Иисуса Христа, о денежной единице - таланте, которые Хозяин раздал работникам и когда через время возвратился, то похвалил того работника, который приумножил количество талантов и наказал того, кто «закопал таланты в землю».
Так что, многое в жизни зависит от верного толкования слов Иисуса Христа в Евангелиях!

... А тут ещё дискуссия в газетах – строить или не строить высотку в Питере, в которой на стороне охранителей выступил министр культуры.
Для меня, это очевидно показывает уровень культуры в России, где охранители и сторонники «обратного хода», подавляют любое стремление сделать жизнь удобной, красивой и главное современной: без вонючих деревянных туалетов даже во дворах провинциальных гостиниц; без разбитых дорог и разрушающихся построек пятидесятилетней давности, - потому, что нового за эти прошедшие пятьдесят лет построено совсем немного, и эти «новинки» просто мало заметны, не видны на фоне разрушающихся зданий!
Хотя, за последние десять лет, есть и очевидные «подвижки» в лучшую сторону: идут реставрационные работы в церковных храмах и объектах культуры, развивается сфера туризма, открывают новые парки и скверы, ремонтируются и модернизируются городские улицы и дороги...
В Питере, может быть благодаря губернатору Матвиенко и её команде, многое изменилось в лучшую сторону - например появилась замечательная «развязка» на въезде в город, на Таллинском шоссе. Ещё, появились райончики в городе, в районе Малой Охты, похожие на отдельные кварталы европейских городов...
Однако сила сопротивления этим новым тенденциям такова, что в любой момент немногочисленные новшества могут быть осуждены «охранителями» и возврат к разваливающимся коммуналкам и крысам на Невском совсем не невозможен!

... Однажды, лет двадцать назад, в период «либеральной диктатуры», я видел днём, на Невском крысу, которая выскочила из подвального помещения и помчалась по тротуару, в поисках укромного уголка, а потом, нырнув в щель на фасаде одного из бывших дворцов, исчезла.
Тогда, я содрогнулся от гадливости и подумал, что при экономической разрухе в «либеральные девяностые, и во время наступления гражданской смуты, всегда выигрывают: в городах – крысы, а в деревне – волки.
Крыс, я и до этого видел в самых неподходящих местах, например на лестничной площадке своего бывшего дома на Охте, а следы волков и последствия их деятельности, наблюдал под Питером, в окрестностях реки Тосно.
Там, в семидесяти километрах от «столичного» города, в опустевших бывших колхозных деревнях волки съели всех собак, а в окрестных дремучих лесах уничтожили почти всё поголовье диких копытных: кабанов, лосей, косуль - хорошо ещё, что хоть на людей не начали нападать.
И всё это явилось следствием «вторичного одичания», которое установилось в период разрухи и безвременья девяностых в России, устроенного, может быть и без злого умысла а просто по глупости, «либеральными» деятелями и политиками.
Они, в большинстве своём, стеной стоят за «экологию» очень жалеют животных, в том числе и волков (вспомните их теорию – «волки, санитары леса»), но к простым людям, жертвам их придуманных реформ, часто относятся с брезгливой ненавистью.
Сегодня, эти российские «охранители» переключились на защиту «исторического облика города», и в этом направлении солидаризируются с откровенными ретроградами - такой союз опасен, потому что хитрые образованцы, часто используют ура-патриотов «втёмную»!
Поэтому, я считаю строительство высотки на Охте делом благим и общественным, но охранители, движение которых зародилось вместе с началом развала советского общества, всегда радеют за «светлое» далёкое прошлое, в котором осталась их молодость, которую таким образом, пытаются вернуть на подсознательном уровне.
Помню, как неистово спорил с редакторшей на иркутском телевидении, делая очерк о современном архитекторе, - она хотела сохранить деревянные трущобы в центре города, как исторический памятник, тогда как сама жила в сталинском доие, в квартире с трёхметровыми потолками и с большой ванной комнатой.
Тягда  так разошёлся, что наступал на неё, требуя самой переселится в этот «исторический центр» с грязными помойками, деревянными туалетами на улице и крысами в подвалах и на кухнях.
Тогда она, уже пожилой человек, пряталась от меня за углом стола, отбивая мои эмоциональные атаки на лицемеров – охранителей, живущих в больших благоустроенных квартирах, но требующих сохранения полусгнивших, «подкрашенных» деревянных домиков предвоенной застройки, выдавая этот «новострой», за традиционный, сибирский архитектурный стиль.
Сам я тогда жил в деревянной развалюхе, на краю Нахаловки, самовольно застроенного посёлка в пригороде, и как мог боролся с крысами - у меня были маленькие дети, а крысы были неотъемлемой частью того поселкового ландшафта!
Таким образом, я стал невольной жертвой некоторых сторонников «консервации» окружающей среды, называющих себя «охранителями» - ещё и поэтому, я против разного рода сентиментальных любителей сохранения «нетронутого прошлого».
Эти люди, сами пользуясь всеми благами современной цивилизации, фальшиво ностальгируют о «красивом» и «потерянном» дореволюционном рае в России.
В качестве примера, можно привести некогда популярную картину Говорухина: «Россия, которую мы потеряли» - именно поэтому, пряничное изображение идеализируемого прошлого, иногда вызывает волну естественного протеста, направленного против лицемерных идеалов «охранников» этого прошлого!
Но ведь часто, за таким охранительством скрывается целая психология привычного националистического обскурантизма и странно, что некоторая часть молодёжи, сегодня поддерживают это движение.
Видимо такова социальная отсталость и подмена понятий в России, такова сила промывания мозгов и влияния «прозападных» мифов, что и молодые, сбитые с толку этой пропагандой «обратного хода», расходуют свою энергию не на улучшение или обновление жизни, а на защиту старого, но привычного строя жизни и быта!
Что касается делового центра «Охта», то создание делового Сити, это проблема, которая давно назрела в Питере, и которую надо было решать ещё сорок – пятьдесят лет назад.
 Ведь очевидно, что самые ярые охранители хотели бы видеть С-Петербург современным центром и второй столицей России, но для создания такой столицы, необходимо построить деловой Сити недалеко от центра города и Охта, как нельзя лучше подходит этому проекту!
В районе Охты, надо построить ещё и большой торговый центр, который бы обслуживал не только работников этого делового центра, но и всех правобережных жителей Невы.
Так же, необходимо продумать приход к этому центру метро, электричек и автобусных линий связывающих с новой «Охтой» все районы города и его окрестностей.
Учитывая холодную и промозглую погоду зимой, этот центр надо укрыть разного рода прозрачными крышами и навесами, которые бы давали возможность людям быть здесь под защитой от природных капризов.Тем более, что современная архитектура умеет это делать, создавая самые комфортные условия, как для южан, так и для северян...

Но я отвлёкся от нашего с Продиптой путешествия.
... В этот раз, подъезжая к центру Питера на автобусе по Таллинскому шоссе, увидев первую современную шоссейную развязку в Питере я обрадовался, и подумал, что городские власти действуют в правильном направлении однако, читая заметки о борьбе охранителей с «высоткой» на Охте, мне подумалось, что без шоковой технологической революции, на манер сталинских станций метро, или сталинских высоток в Москве, в России не обойтись.
Немногие, но самые активные образованцы будут стеной стоять против всего нового и современного, и их надо победить хотя бы один раз, чтобы и они могли увидеть преимущества современного города, в котором гармонично, усилиями архитекторов и социологов, сочетается старое и новое, дополняя друг друга и создавая комфортную жилую среду.
Если этого не сделать, то отставание в уровне жизни от западных, да и богатых азиатских стран будет только увеличиваться, а все эти шествия и митинги, против нового за сохранение привычного старого, производят удручающее впечатление!

Во время поездки в Питер, ягостное впечатление осталось от посещения Мариинского театра, который по сравнению с лондонским Роял – Опера, похож на давно не ремонтируемый совхозный клуб, в который «сельские» жители ходят в сапогах и бушлатах, потому что всё внутри состарилось и обветшало, и не противоречит по форме и содержанию, рабочей одежде.
Невольно споминается мой опыт работы в интерьерной команде, когда сделанные нами колхозные клубы превращались в настоящие дворцы, куда, как раньше, уже боязно было приходить пьяным и в грязной одежде.
Но есть ведь и европейский опыт реконструкции и реставрации, о котором я хотел бы коротко рассказать.
В конце этого лета, перед поездкой в Россию, мы путешествовали с женой на машине по Северной Англии, по Нортумберленду. В одном из крупных городов Севера Англии, в Ньюкасле, который ещё пятьдесят лет назад был задымлённым промышленным городом серо- чёрного цвета, сегодня сделали театральный и музыкальный дворец с двумя залами, в форме серебристого громадного жука, стоящего на берегу реки.
Здание это снаружи напоминает «божью коровку» размерами сто на сто метров и высотой в пятьдесят метров, а внутри является образцом современного дизайна и архитектуры, с учётом всех требований зрительских удобств и акустики!
Вход внутрь театра свободен и мы, войдя в зал, посидели несколько минут разглядывая деревянные панели на стенах и сиденья из гнутого дерева, которые не «мешают» звуку и удобны для пользования.
Мы с восхищением качали головами, а я невольно вспомнил затрапезный вид Мариинки и порадовался, что наконец – то, в Питере начали строить вторую, новую сцену этого театра.
Там же, в Ньюкасле, мы попали в высотку, которая ещё двадцать лет назад была одним из складов пшеницы а сегодня, перестроенная современными архитекторами, превратилась в музей современного искусства.
Такие преображения стали нормой для Англии, и для Лондона - тут, в одной из бывших тепловых электростанций, переоборудовав её, открыли филиал «Тэйт – модерн», куда тысячами приходят каждый день туристы и жители Лондона посмотреть выставки и причудливые инсталляции.
Но работа талантливых архитекторов, с каждым годом обновляет и украшает не только столицу Англии, но и её провинцию...
Вот ещё пример - в том же Ньюкасле, лет двадцать назад построили торговый центр на окраине города, на пересечении автомагистралей, который какое - то время был самым большим «магазином», в Европе, куда жители города и окрестностей приезжают на целый день, чтобы сделать не только покупки, но и пообедать в недорогих ресторанах или кафе, посмотреть кино, отдыхая между походами в роскошные современные магазины, расположенные под одной крышей и представленные большими европейскими и американскими торговыми фирмами. Таким образом, происходит уравнивание возможностей городских и сельских жителей, что приводит к сглаживанию и замирению социальных конфликтов и осовремениванию сельской или промышленной глуши.
Всё это сделано по подсказке социологов и социальных философов и разработано архитекторами и дизайнерами, с участием вышеозначенных философов и социологов...
Вот бы в России такие центры построить, хотя бы по одному на каждую область; вот было бы радости и детишкам, и их родителям из глухих деревень, но и и сельских окраин больших городов!
(Продолжение следует)


                2012 год. Лондон. Владимир Кабаков


Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте «Русский Альбион»: http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/  или в литературно- историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal