Козлёнок

В далёкой стране, на самом берегу моря, стояла небольшая изба. Вокруг неё раскинулась цветущая поляна — пёстрая, душистая, полная трав, цветов и мягкой зелени. А в саду при избе жил козлёнок. Весь белый, без единого пятнышка, словно облачко, спустившееся на землю.

Козлёнок ел вдоволь, резвился сколько хотел и играл от рассвета до заката. Молодая семья — юноша и девушка — любили его таким, какой он есть: ласковым, тихим и доверчивым. Но больше всего на свете козлёнок любил ночи. Когда наступала полночь и мир вокруг затихал, он убегал к морю и плескался в солёной воде. А потом возвращался в сад, ложился на мягкую траву и засыпал легко и спокойно, будто море смывало с него всё лишнее.

Тёплая весна сменилась жарким летом, и в доме у молодых хозяев родился ребёнок. С тех пор всё изменилось. Заботы стало больше, ночи — короче, и козлёнок, привыкший к вниманию и ласке, вдруг почувствовал себя одиноким. Хозяева по-прежнему были добры, но их руки всё чаще были заняты младенцем.

Свою грусть козлёнок, как и прежде, смывал в солёной морской воде. Он выходил из моря свежим и чистым, но печаль не уходила — она тихо жила где-то внутри.

Однажды вечером, когда солнце уже касалось горизонта, козлёнок увидел на берегу рыбу. Она выпала из воды и задыхалась, беспомощно дёргаясь на песке. Воздуха ей не хватало, и казалось, что надежды уже нет.

Не раздумывая, козлёнок подбежал к ней и осторожно подтолкнул обратно в море.

И тут случилось чудо.

Рыба оказалась не простой —
не белой и не золотой,
а волшебной, багряной,
словно закат в воде.

— Здравствуй, — сказала рыба. — Благодарю тебя за спасение. Скажи, почему ты грустишь? Раньше ты был весёлым и праздным.

Козлёнок не умел говорить. Он лишь повернулся и показал в сторону дома. Рыба посмотрела туда и увидела хозяев за окном. Она услышала плач младенца — тихий, но настойчивый.

— Я поняла, — сказала рыба. — За то, что ты спас меня, я исполню все твои желания.

Но козлёнок снова не мог ответить.

— Доверься мне, — мягко сказала рыба.

И в тот же миг море засияло, ветер стал тёплым, и мир вокруг словно повернулся вспять. Рыба отправила козлёнка обратно — в раннюю весну.

Снова он резвился на поляне, ел сочную траву, а хозяева были рядом, играли с ним, смеялись и находили для него время. Козлёнок был счастлив. Он вновь засыпал в саду, снова плескался в море по ночам, и каждое утро чувствовал, будто рождается заново.

Но однажды на рассвете он пришёл к морю не играть. Он искал волшебную рыбу.

И она появилась — с багряным оттенком, спокойная и светлая.

— Ну что, — спросила она, — счастлив ли ты теперь?

Козлёнок не мог говорить, но он прыгал от радости, и рыба всё поняла.

— Назови новое желание, — сказала она. — Я исполню его.

И тут козлёнок увидел у дома хозяйку. Она стояла, держась за живот, и плакала. Ей было тяжело: больно сидеть, больно ходить по саду. А хозяин в это время трудился в поле — ради семьи, ради будущего.

И понял козлёнок: его счастье больше не может быть только его собственным.

Козлёнок посмотрел в глаза волшебной рыбы уже не от собственной грусти, а от понимания боли своих хозяев. Он молчал, но в его взгляде было всё. Рыба всё поняла без слов.

Она попросила козлёнка подойти поближе, тихо обняла его своим прохладным плавником — и время вновь повернулось вперёд. Весенний свет растворился, и мир вернулся в лето.

С тех пор козлёнок больше не грустил. Лето было жарким и ясным. Он видел счастье хозяев — и этого ему было достаточно. Его больше не волновало, играют ли с ним, хватает ли ему внимания. Его радовала лёгкая походка хозяйки, добрая усталость хозяина, плач и смех младенца. Всё это стало для него смыслом.

Днём козлёнок часто заходил в дом, ел с рук хозяев и подолгу смотрел на ребёнка. Младенец был как зеркало — он отражал всё, что чувствовали взрослые. И это наполняло козлёнка тихой радостью. Каждый день он приносил к колыбели цветы — простые, полевые. Хозяева улыбались этому и, смеясь, всё чаще находили время поиграть с ним.

Однажды на закате козлёнок снова вспомнил о волшебной рыбе. Он прибежал к морю, плескался в воде, звал её так, как умел. Но сколько бы он ни ждал, рыба не появлялась.

Проходили дни. Козлёнок не печалился. Он просто ждал свою багряную волшебницу.

Наступила осень. Семья жила спокойно и хорошо, ребёнок рос, а цветущая поляна постепенно пустела. Становилось холоднее, травы увядали, но козлёнок больше никогда не грустил — даже зимой. Он понял: счастье близких важнее собственного желудка, важно не то, что мы получаем, а то, что отдаём.

Козлёнок, не умеющий говорить, понял главное: смысл жизни — быть полезным тем, кто рядом, служить тем, кого любишь.

Он больше не видел волшебную рыбу. Но в нём жила надежда однажды встретить её снова — не ради желания, а ради простой благодарности. И эта благодарность жила не в прошлом и не в будущем, а жила в настоящем. Будто рыба всегда была рядом.

И потому козлёнок просто жил — с благодарностью.