Двадцать пять тысяч километров по России. Полный т

Двадцать пять тысяч километров по России. Полный т
Кабаков-Кабацкий
Перепечатываю здесь давние очерки из книги о давнем путешествиях по России, с размышлениями о прошлом и будущем страны.
Сейчас Россия другая и это вызывает чувство радости и гордости!


Глава из книги «Узнавая Россию»

В качестве эпиграфа:
“Первое сильное ощущение, когда мы встречались с людьми и просто наблюдали за жизнью в России – это большая, разнообразная и сильная страна. И россияне, при всем различии взглядов и идеологий, встанут на её защиту, если начнётся война...
Такого ощущения не было ещё пять лет назад...”


... Возвратившись из России, где мы с английским фотографом Продиптой Дас, набирали материал для книги о России на английском языке «R is for Russia”, я заболел и потому, не выходил из дома почти неделю.
Однако, несмотря на простуду, я сходил на Би-Би-Си по приглашению Севы Новгородцева и коротко рассказал о нашей с Продиптой Дас поездке…

... С Севой, мы поддерживаем знакомство с того времени, когда я увидел его на «Первом Русском радио, в 2004 году…
Из здания, во внутренний дворик вышел человек с седой гривой волос, худым, выразительным лицом, привлекающий к себе внимание, как привлекают к себе внимание люди не просто известные, а очень известные.
Тогда, Володя Эдемский, тоже ведущий на этом радио, представил меня ему и после знакомства, мы, стоя у входа, поговорили минут пять «о том, о сём».
Видимо я заинтересовал Севу своими рассказами о Сибири, о том, как я попал в Англию, о моей жизни в России, и в конце разговора, он пригласил меня на передачу «Севаоборот», на русскую службу ВВС...
Назавтра, уже после интервью на «Севообороте» Сева позвал меня на Первое русское радио, и я согласился рассказывать о своих прошлых походах, о повадках зверей и птиц для тех русских слушателей, кто скучает по Родине, по её лесным просторам, горам и долинам.
Потом, встречаясь раз в неделю, мы успели неплохо узнать друг друга, и когда я показал Севе свои рассказы о таёжных приключениях, он их похвалил и посоветовал писать об этом побольше, в том числе для западных читателей, которых, по мнению Севы, тема о необъятной безбрежной и загадочной России заинтересует обязательно!

… В этот раз, перед поездкой в Россию, я позвонил Севе, и он попросил меня отзвониться по возвращению в Лондон, и рассказать об этом нашем с Продиптой Дас, путешествии, что я и сделал, как только немного отошёл от долгой и утомительной дороги.
Выслушав мой рассказ по телефону, он пригласил меня на ВВС, в передачу «Би-Би-Сева», с лозунгом – «Новости с человеческим лицом».
К сожалению, известная программа Новгородцева на Би-Би-Си - «Севаоборот», была закрыта, к тому времени уже около года, несмотря на протесты слушателей из России.
Однако она сохранилась в архиве сайта Севы Новгородцева и я, иногда захожу туда и слушаю интересные беседы Севы с интереснейшими и талантливыми русско-советскими людьми - эта передача продержалась в эфире несколько десятков лет и нашла миллионы поклонников в среде русскоговорящих во всем мире.
Сева и его со ведущие выработали свой метод живого разговора и свои способы подготовки к нему, а мне повезло побывать в знаменитой студии, за круглым столом с четырьмя микрофонами и парой бутылок хорошего красного вина, которое помогало «воссоединению языков и сердец» беседующих.

Вот некоторые детали двух моих выступлений на «Севообороте».
Я приходил за час до прямого эфира и Сева «потрошил» меня, когда мы садились в столовой ВВС, пили чай или кофе, и Сева, выспрашивая подробности моих приключений, незаметно составляя канву нашей беседы перед микрофонами.
Потом мы садились в студии, Сева на правах хозяина разливал неплохое красное вино, после которого настроение поднималось и сухость в горле сменялась расслабленной жизнерадостностью.
Уходил я после этих бесед в прекрасном настроении и чуть под «шафе», что придавало особую пикантность тем «радио беседам».

В этот раз, в фойе знаменитого здания радиостанции Би-Би-Си, меня вышел встречать молодой человек, англичанин, с которым мы, идя по длинным коридорам, сразу заговорили о впечатлениях от России - он жил какое - то время в Питере и совсем неплохо говорил по - русски. Я, нисколько не сомневаясь что он поймёт меня, стал говорить о Достоевском и Толстом, о том, что на мой взгляд, англичанам, в первый раз этих больших русских писателей надо читать в переводе, потому что для понимания всей глубины их произведений, необходимо знать язык в совершенстве, особенно читая Достоевского.

В русском отделе Би-Би-Си, меня встретил Сева, как обычно подтянутый, сосредоточенный, сидя за столом, в окружении сотрудников: девушек и юношей явно нерусского происхождения. Он сразу спросил, принёс ли я фотографии о нашем путешествии, а я немного смутившись ответил, что фотографий нет, но ведь фотографии не будут рассказывать о поездке – это буду делать я, а у меня всё с собой, в голове!
Сева был недоволен, но согласился и мы записали короткую программу о моих впечатлениях.
Я между прочим сказал, что путешествие продлилось четыре недели и за это время мы преодолели более двадцати пяти тысяч километров: по воздуху , на автобусах, на поездах и на автомобилях, не говоря уже о сотнях километрах проделанных пешком.
Сева, уже перед микрофоном, коротко познакомил слушателей с английским детским издательством «Фрэнсис Линкольн», с которым мы - Продипта Дас и я, заключили контракт на создание книги на английском языке для английских школьников.

Я очень коротко рассказал о поездке на микроавтобусе в Тункинскую долину, это рядом с Байкалом, упомянул о поездке к тиграм в Приморье, на берег озера Ханка, где их и ещё несколько видов дикой фауны Дальнего Востока, выдерживают на специально оборудованной базе.
Потом, я заверил радиослушателей, что напишу большую книгу, уже на русском языке, для взрослых, о впечатлениях от этой поездке и с размышлениями о прошлом, настоящем и будущем России.
Из студии я уходил с чувством исполненного долга – первый рекламный анонс для нашей с Продиптой книги состоялся. Я считаю, что о России, её чудесах, загадках и проблемах, даже сами русские знают очень мало, а уж в Западной Европе, практически не знают совсем, тем более дети. А ведь дети – это наше будущее, будущее наших отношений с Европой, и с Англией, в том числе...
... Через неделю простуда прошла, и я отправился в Ричмонд - парк, посмотреть и послушать оленей во время гона. Я, это делаю каждую осень, и по возможности снимаю на видеокамеру и записываю примечательные факты в дневнике, который уже перерос в большую статью о оленях их повадках и привычках...
Район Ричмонда, в Лондоне, один из самых красивых и богатых. И вот вглядываясь в чистые улицы, богатые витрины магазинов ресторанов и кафе, любуясь красотой и ухоженностью парка, видя аккуратных и вежливых прохожих на уютных улицах и дорожках парка, глядя на многочисленные стада диких оленей пасущихся в двадцати шагах от гуляющих, слыша крики гусей и лебедей, на парковом озере, я вдруг осознал, что мой оптимизм по поводу «светлого будущего» России, немножко экзальтирован и преувеличен.
Я начал понимать, что Российская Федерация отстала от Европы, и от Англии в частности, в человеческом измерении, на несколько поколений и что это отставание может быть преодолено только ценою технологического, а потом и культурного шока, подобного Октябрьской революции или сталинской коллективизации и индустриализации...

... И тут мы плавно переходим к рассмотрению теории технологической Революции, которая потребуется России для преображения внутренней жизни и обыденной культуры.
Ведь Россия до сих пор представляется необъятными пространствами дикой природы, в океане которой, то тут, то там видны маленькие островки человеческих поселений - из космоса это наверное особенно заметно.
... Я видел карту ночного свечения Земли и в Европе, огни горят почти сплошным ковром, особенно над Западной Европой. Но над Россией повисла темнота, кое - где светящаяся неяркими огоньками посёлков и городов.
И сегодня, на этих громадных, «тёмных» пространствах, живут немногим менее полутора сотен миллионов человек, для половины из которых элементарные жилые удобства мало знакомы, и дороги в большинстве своём представляют пыльные, каменистые просёлки, по которым, в случае снегопадов или дождей, практически невозможно проехать.
Кстати, я вспомнил, что в Иркутске, мы отложили поездку в Восточный Саян на день, потому что всю прошедшую ночь и весь день шёл первый снег, и потому, Транссибирское шоссе было закрыто для движения на сутки.
Об этой истории я расскажу позже, но этот пример показывает, как далеко ещё Россия от обыденных удобств, не только из технических и экономических соображений, но прежде всего от психологических обстоятельств и соображений «удобств» жизни1
Горячей воды, например, нет в большинстве сельских посёлков и даже в некоторых провинциальных городках, а тёплый туалет в деревне считается чудом, верхом роскоши и цивилизации.
Тут невольно надо коснуться проблемы деревянной архитектуры, традиционной для России, и потому, очень недолговечной - гниение и пожары не дают людям выстроить более или менее продолжительные очаги семейного материального благополучия, что естественно отражается на мировоззрении и обычаях народа. К тому же, за последние тридцать лет разрухи и стагнации, по настоящему ничего нового или масштабного в этом смысле, не было создано, а то что имелось - или разрушено, или разворовано...

Оставляя в стороне техническое отставание, надо также отметить «псевдо философский», народный подход к целям и задачам реальной жизни - социальные, военные и материальные катастрофы, особенно разрушительные в двадцатом веке, выработали в российских людях, неосознанное, своеобразное стоическое отношение к жизни, которое я и называю «философским» отношением.
Коротко, это отношение можно выразить так: «День прожит – и слава Богу... О будущем не стоит и задумываться...»
Иначе говоря, многие россияне живут одним днём и потому, каждое поколение, как бы начинает жизнь с чистого листа.
Большое значение, для формирования такого отношения к обыденности, как мне кажется, имеет сущность православия, которое, тоже в определённой степени стоит на Христовых принципах выраженных в максиме: «Не заботься о том что тебе есть и что тебе пить... Ибо Бог позаботится об этом... если вы будете веровать в него...»
Такое отношение лишает людей воли и упорства в достижении материального благосостояния, и делает большинство верующих   русских людей – фаталистами.
Во всяком случае, многие русские не очень доверяют человеческой инициативе и может быть большую роль в этом сыграла православная Церковь, конечно с учётом условий трудной, часто героической жизни Российского государства.
Ещё и поэтому, ко всему новому, в России, многие относятся с подозрением, а европейский комфорт и благоустройство хвалят, но не торопятся делать что то в России на западный манер! Но ведь известна и другая притча Иисуса Христа, о денежной единице - таланте, которые Хозяин раздал работникам и когда через время возвратился, то похвалил того работника, который приумножил количество талантов и наказал того, кто «закопал таланты в землю».
Так что, многое в жизни зависит от верного толкования слов Иисуса Христа в Евангелиях!

... А тут ещё дискуссия в газетах – строить или не строить высотку в Питере, в которой на стороне охранителей выступил министр культуры.
Для меня, это очевидно показывает уровень культуры в России, где охранители и сторонники «обратного хода», подавляют любое стремление сделать жизнь удобной, красивой и главное современной: без вонючих деревянных туалетов даже во дворах провинциальных гостиниц; без разбитых дорог и разрушающихся построек пятидесятилетней давности, - потому, что нового за эти прошедшие пятьдесят лет построено совсем немного, и эти «новинки» просто мало заметны, не видны на фоне разрушающихся зданий!
Хотя, за последние десять лет, есть и очевидные «подвижки» в лучшую сторону: идут реставрационные работы в церковных храмах и объектах культуры, развивается сфера туризма, открывают новые парки и скверы, ремонтируются и модернизируются городские улицы и дороги...
В Питере, может быть благодаря губернатору Матвиенко и её команде, многое изменилось в лучшую сторону - например появилась замечательная «развязка» на въезде в город, на Таллинском шоссе. Ещё, появились райончики в городе, в районе Малой Охты, похожие на отдельные кварталы европейских городов...
Однако сила сопротивления этим новым тенденциям такова, что в любой момент немногочисленные новшества могут быть осуждены «охранителями» и возврат к разваливающимся коммуналкам и крысам на Невском совсем не невозможен!

... Однажды, лет двадцать назад, в период «либеральной диктатуры», я видел днём, на Невском крысу, которая выскочила из подвального помещения и помчалась по тротуару, в поисках укромного уголка, а потом, нырнув в щель на фасаде одного из бывших дворцов, исчезла.
Тогда, я содрогнулся от гадливости и подумал, что при экономической разрухе в «либеральные девяностые, и во время наступления гражданской смуты, всегда выигрывают: в городах – крысы, а в деревне – волки.
Крыс, я и до этого видел в самых неподходящих местах, например на лестничной площадке своего бывшего дома на Охте, а следы волков и последствия их деятельности, наблюдал под Питером, в окрестностях реки Тосно.
Там, в семидесяти километрах от «столичного» города, в опустевших бывших колхозных деревнях волки съели всех собак, а в окрестных дремучих лесах уничтожили почти всё поголовье диких копытных: кабанов, лосей, косуль - хорошо ещё, что хоть на людей не начали нападать.
И всё это явилось следствием «вторичного одичания», которое установилось в период разрухи и безвременья девяностых в России, устроенного, может быть и без злого умысла а просто по глупости, «либеральными» деятелями и политиками.
Они, в большинстве своём, стеной стоят за «экологию» очень жалеют животных, в том числе и волков (вспомните их теорию – «волки, санитары леса»), но к простым людям, жертвам их придуманных реформ, часто относятся с брезгливой ненавистью.
Сегодня, эти российские «охранители» переключились на защиту «исторического облика города», и в этом направлении солидаризируются с откровенными ретроградами - такой союз опасен, потому что хитрые образованцы, часто используют ура-патриотов «втёмную»!
Поэтому, я считаю строительство высотки на Охте делом благим и общественным, но охранители, движение которых зародилось вместе с началом развала советского общества, всегда радеют за «светлое» далёкое прошлое, в котором осталась их молодость, которую таким образом, пытаются вернуть на подсознательном уровне.
Помню, как неистово спорил с редакторшей на иркутском телевидении, делая очерк о современном архитекторе, - она хотела сохранить деревянные трущобы в центре города, как исторический памятник, тогда как сама жила в сталинском доие, в квартире с трёхметровыми потолками и с большой ванной комнатой.
Тягда  так разошёлся, что наступал на неё, требуя самой переселится в этот «исторический центр» с грязными помойками, деревянными туалетами на улице и крысами в подвалах и на кухнях.
Тогда она, уже пожилой человек, пряталась от меня за углом стола, отбивая мои эмоциональные атаки на лицемеров – охранителей, живущих в больших благоустроенных квартирах, но требующих сохранения полусгнивших, «подкрашенных» деревянных домиков предвоенной застройки, выдавая этот «новострой», за традиционный, сибирский архитектурный стиль.
Сам я тогда жил в деревянной развалюхе, на краю Нахаловки, самовольно застроенного посёлка в пригороде, и как мог боролся с крысами - у меня были маленькие дети, а крысы были неотъемлемой частью того поселкового ландшафта!
Таким образом, я стал невольной жертвой некоторых сторонников «консервации» окружающей среды, называющих себя «охранителями» - ещё и поэтому, я против разного рода сентиментальных любителей сохранения «нетронутого прошлого».
Эти люди, сами пользуясь всеми благами современной цивилизации, фальшиво ностальгируют о «красивом» и «потерянном» дореволюционном рае в России.
В качестве примера, можно привести некогда популярную картину Говорухина: «Россия, которую мы потеряли» - именно поэтому, пряничное изображение идеализируемого прошлого, иногда вызывает волну естественного протеста, направленного против лицемерных идеалов «охранников» этого прошлого!
Но ведь часто, за таким охранительством скрывается целая психология привычного националистического обскурантизма и странно, что некоторая часть молодёжи, сегодня поддерживают это движение.
Видимо такова социальная отсталость и подмена понятий в России, такова сила промывания мозгов и влияния «прозападных» мифов, что и молодые, сбитые с толку этой пропагандой «обратного хода», расходуют свою энергию не на улучшение или обновление жизни, а на защиту старого, но привычного строя жизни и быта!
Что касается делового центра «Охта», то создание делового Сити, это проблема, которая давно назрела в Питере, и которую надо было решать ещё сорок – пятьдесят лет назад.
 Ведь очевидно, что самые ярые охранители хотели бы видеть С-Петербург современным центром и второй столицей России, но для создания такой столицы, необходимо построить деловой Сити недалеко от центра города и Охта, как нельзя лучше подходит этому проекту!
В районе Охты, надо построить ещё и большой торговый центр, который бы обслуживал не только работников этого делового центра, но и всех правобережных жителей Невы.
Так же, необходимо продумать приход к этому центру метро, электричек и автобусных линий связывающих с новой «Охтой» все районы города и его окрестностей.
Учитывая холодную и промозглую погоду зимой, этот центр надо укрыть разного рода прозрачными крышами и навесами, которые бы давали возможность людям быть здесь под защитой от природных капризов.Тем более, что современная архитектура умеет это делать, создавая самые комфортные условия, как для южан, так и для северян...

Но я отвлёкся от нашего с Продиптой путешествия.
... В этот раз, подъезжая к центру Питера на автобусе по Таллинскому шоссе, увидев первую современную шоссейную развязку в Питере я обрадовался, и подумал, что городские власти действуют в правильном направлении однако, читая заметки о борьбе охранителей с «высоткой» на Охте, мне подумалось, что без шоковой технологической революции, на манер сталинских станций метро, или сталинских высоток в Москве, в России не обойтись.
Немногие, но самые активные образованцы будут стеной стоять против всего нового и современного, и их надо победить хотя бы один раз, чтобы и они могли увидеть преимущества современного города, в котором гармонично, усилиями архитекторов и социологов, сочетается старое и новое, дополняя друг друга и создавая комфортную жилую среду.
Если этого не сделать, то отставание в уровне жизни от западных, да и богатых азиатских стран будет только увеличиваться, а все эти шествия и митинги, против нового за сохранение привычного старого, производят удручающее впечатление!

Во время поездки в Питер, ягостное впечатление осталось от посещения Мариинского театра, который по сравнению с лондонским Роял – Опера, похож на давно не ремонтируемый совхозный клуб, в который «сельские» жители ходят в сапогах и бушлатах, потому что всё внутри состарилось и обветшало, и не противоречит по форме и содержанию, рабочей одежде.
Невольно споминается мой опыт работы в интерьерной команде, когда сделанные нами колхозные клубы превращались в настоящие дворцы, куда, как раньше, уже боязно было приходить пьяным и в грязной одежде.
Но есть ведь и европейский опыт реконструкции и реставрации, о котором я хотел бы коротко рассказать.
В конце этого лета, перед поездкой в Россию, мы путешествовали с женой на машине по Северной Англии, по Нортумберленду. В одном из крупных городов Севера Англии, в Ньюкасле, который ещё пятьдесят лет назад был задымлённым промышленным городом серо- чёрного цвета, сегодня сделали театральный и музыкальный дворец с двумя залами, в форме серебристого громадного жука, стоящего на берегу реки.
Здание это снаружи напоминает «божью коровку» размерами сто на сто метров и высотой в пятьдесят метров, а внутри является образцом современного дизайна и архитектуры, с учётом всех требований зрительских удобств и акустики!
Вход внутрь театра свободен и мы, войдя в зал, посидели несколько минут разглядывая деревянные панели на стенах и сиденья из гнутого дерева, которые не «мешают» звуку и удобны для пользования.
Мы с восхищением качали головами, а я невольно вспомнил затрапезный вид Мариинки и порадовался, что наконец – то, в Питере начали строить вторую, новую сцену этого театра.
Там же, в Ньюкасле, мы попали в высотку, которая ещё двадцать лет назад была одним из складов пшеницы а сегодня, перестроенная современными архитекторами, превратилась в музей современного искусства.
Такие преображения стали нормой для Англии, и для Лондона - тут, в одной из бывших тепловых электростанций, переоборудовав её, открыли филиал «Тэйт – модерн», куда тысячами приходят каждый день туристы и жители Лондона посмотреть выставки и причудливые инсталляции.
Но работа талантливых архитекторов, с каждым годом обновляет и украшает не только столицу Англии, но и её провинцию...
Вот ещё пример - в том же Ньюкасле, лет двадцать назад построили торговый центр на окраине города, на пересечении автомагистралей, который какое - то время был самым большим «магазином», в Европе, куда жители города и окрестностей приезжают на целый день, чтобы сделать не только покупки, но и пообедать в недорогих ресторанах или кафе, посмотреть кино, отдыхая между походами в роскошные современные магазины, расположенные под одной крышей и представленные большими европейскими и американскими торговыми фирмами. Таким образом, происходит уравнивание возможностей городских и сельских жителей, что приводит к сглаживанию и замирению социальных конфликтов и осовремениванию сельской или промышленной глуши.
Всё это сделано по подсказке социологов и социальных философов и разработано архитекторами и дизайнерами, с участием вышеозначенных философов и социологов...
Вот бы в России такие центры построить, хотя бы по одному на каждую область; вот было бы радости и детишкам, и их родителям из глухих деревень, но и сельских окраин больших городов!

И тут, мы выходим на проблему социального отставания России в разработке новых идей и нового стиля жизни.
Надо отметить что страны Западной Европы, сегодня представляют так называемую «машинную» цивилизацию, в которой личные автомобили и хорошие дороги, по сути, уравняли всех жителей страны в путях доступа к современной культуре и искусству, решая, на основе этих основополагающих перемен, проблему сближения города и деревни.
В России же, несмотря на прибавление количества личных машин, не решены проблемы дорог и даже проблемы городских стоянок.
Поэтому, современные города в России это «проект будущего», пока не поменяется психология российского обывателя.
Как пример такой привычной, но вынужденной отсталости, предстаёт знакомая картина - за чертой официального городского центра, на задах домов стоят жалкие коробки и коробочки личных гаражей, которые ещё называют «ракушками».
Происхождение этого термина скрыто во тьме советских времён, но содержание этого слова очень точно отражает происходящее в городах и посёлках – все дворы и улицы «замусорены» такими личными и кооперативными гаражами!

Во время нашей поездки по России, из окон Транс – Сибирского экспресса, мы в течении недели наблюдали по всей стране преимущественно грунтовые дороги, которые, в случае непогоды, превращаются в труднопроходимые грязевые потоки.
Но это привычный ландшафт гигантской России, в которой бездорожье уже давно мешает приходу «новой» современной жизни.
И конечно же, после такой много тысячекилометровой поездки по стране, видно, что строительство дорог в будущем, по масштабам можно сравнивать с совершением новой индустриализации - без этого, любые попытки достичь уровня развитых стран, будут обречены на провал, и Россия так и останется мировой провинцией!

Ещё один пример – теперь уже из жизни русских в Англии.
Мы с моим другом, после службы в православном храме, возвращались через Гайд – парк к метро. Шли по дорожке, разделённой белой полосой - по одной стороне шли прохожие, а по другой ехали люди на велосипедах и на роликовых коньках.
Впереди резвилась группа молодых людей, и когда одна из велосипедисток, приблизившись, засигналила, они с недоумением стали на неё оглядываться.
Я по одежде и по манерам узнал русских - они с видимым неудовольствием посторонились, и только после следующего велосипедиста, едущего по той же стороне дорожки, начали понимать значение разделительной полосы.
А я подумал, что русские, как и все люди, не плохи и не хороши, а часто просто не привыкли к правилам, которых в России пока просто нет. Отсюда и недоверие и раздражение на тех, кто пытается жить по «правилам».

Но повторяю, самое важное сейчас – это поменять отношение россиян к содержанию своей рутинной жизни, потому что даже известные архитектурные ансамбли в столицах России, находятся иногда в плачевном состоянии.
Например, знаменитый театр, Мариинка, произвела на меня тягостное впечатление, и не только интерьерами, изношенными и поблекшими, но и отношением к театральному зрелищу, когда среди спектакля из лож, сверкают вспышки фотоаппаратов, и когда по звонку мобильника, из зала во время представления, выскакивают поговорить с абонентом в коридор.
... В этот раз, с Продиптой, прошли в зал театра раньше всех и не хотели снимать куртки в гардеробе, потому что надо было сразу по окончанию спектакля убегать и ехать на вокзал. Однако пожилая женщина - капельдинер, с нескрываемой ненавистью к нашей «некультурности», приказала нам сдать куртки, иначе она нас в зал не пустит!
Во время разговора с нами она сидела, и будучи младше нас по возрасту, не постеснялась вычитывать нам абсурдные правила поведения в театре, которые придумали, такие же как она «служители муз».
Когда, я сказал ей, что в том же Роял – Опера, люди спокойно входят и садятся на места оставляя с собой верхнюю одежду, она мне не поверила. Я понимаю, что зимой, когда в России минус двадцать и все ходят в шубах, эта одежда может как то мешать сидящим в зале.
Но ведь была тёплая осень, и на нас были лёгкие куртки.
Ещё один сюжет - в перерыве спектакля, в уголке, за колоннами, люди в серебристого цвета пиджаках (очередная мода в среде богатеньких русских) распивали со своими дамами шампанское и это было бы нормально, если бы не наличие строгих «законов», запрещающих распитие спиртных напитков, вне буфета.
И где же была та «строгая дама», ополчившаяся на нас, ввиду нашей демократической одежды?..
Всё выше описанное перекликается с историей наших попыток снимать на фото и Мариинский, и Академию имени Вагановой легально, по звонку в администрацию...
Когда я первый раз позвонил из вестибюля Мариинки секретарю Гергиева, какой - то даме с усталым голосом, то она пообещала мне, что спросит у «шефа» о данном им обещании помочь Продипте Дас снимать сюжет для нашей книги - как рассказывал Продипта это происходило в Лондоне,, после концерта мира, на котором дирижировал Гергиев.
В ответ на вопрос моего соавтора, маэстро обещал помочь нам в создании книги чем сможет.
Но вот мы в Питере и что же?
На следующий день, после очередного звонка выяснилось, уже через другую даму, что Гергиев забыл об этом разговоре, и нам не разрешили даже попасть в Мариинский.
Тогда, пресс-атташе театра, судя по голосу молодой девушке, позвонил уже сам Продипта, (иностранцам, почему-то такие девушки – клерки при «шефе», доверяют больше, чем своим соотечественникам) и получил заверения, что она, (это тоже была дама, но молодая и говорящая по английски) узнает и перезвонит нам или вечером или утром следующего дня.
Однако звонка мы не дождались, и в ответ на наши звонки , на другом конце постоянно бросали трубку!

В Вагановском училище, которое сегодня, кажется называется «академией танца», нас тоже встретили неласково. Какая - то девушка, с выправкой бывшей балерины, выйдя к нам, объяснила, что нам надо было согласовывать свой визит заранее и только получив разрешение приходить.
Я пытался объяснить, что мы через два дня уезжаем и что хотим снять всего несколько фото, для книги о России для английских школьников, и тем самым сделать для Вагановки неожиданную «рекламу», в Англии. Однако, девушка не слушала наших доводов, и заговорила о том что Вагановка в рекламе не нуждается, что её и так знают во всём мире.
Мы так и ушли из училища, «не солоно хлебавши» ругая бюрократический произвол, ставший во многих местах уже законом жизни...
В этом привычном, местечковом самодовольстве, можно упрекнуть многих российских чиновников разного уровня - jни почему-то уверены, что жизнью России интересуются все и во всём мире. Очевидно, что это не так, но этим самодовольством, во многом объясняются провалы в информационной политике, от которого Россия проигрывает не только на культурном, но и на экономическом уровне.

Всё выше описанное, показывает отношение к работе этих дам и их совершенную, не профессиональную манеру вести дела.
А во вторых, это показывает атмосферу жизни в театре, где даже разрешение для журналистов должен визировать «великий» маэстро!
У меня есть подозрение, что Гергиев ничего не узнал о нашем приезде, и отказ – был инициативой этих «маленьких чиновниц», которые продемонстрировали нам свою власть «держать и не пущать»!
Надо сказать, что я был в своё время, ещё до того, как он стал «великим», знаком с Гергиевым, хотя и очень поверхностно – 'то было в конце восьмидесятых.
Тогда, после знакомства, он водил нас по Мариинке, показывал и репетиции балета, и репетиции оперы, которой дирижировал его тогдашний шеф, Темирканов.
Мы сидя с моей английской женой и дочерью за спинами Темирканова, во все глаза смотрели на сцену и я помню, как Темирканов в один из моментов репетиции вскочил с места, прошёл на сцену по краю оркестровой ямы держась за низ ложи и показав какой - то солистке, как нужно держать голову – в данной сцене.
Надо отметить, что сделал он это не совсем вежливо, но артистка наверное на всю жизнь запомнила, это вмешательство известного дирижёра и постановщика в «творческий процесс».
Позже Темирканов возвратился в зал и продолжил репетицию - это была постановка «Пиковой дамы» и актёры-певцы и певицы, были одеты в обыденную одежду, поэтому, всё происходящее на сцене обретало если не комический, то весёлый оттенок!

Помню ещё одну встречу с Гергиевым, которая произошла в один из новогодних праздников лет двадцать назад, когда он с приятелем, вдруг пришёл в мастерскую нашей общей знакомой - известной питерской художницы.
Тогда, мы сидели несколько часов в скучной для него компании и я пытался вызвать его интерес, расспросами о знаменитом дирижёре Мравинском, к тому времени уже умершем. И И  Гергиев интересно рассказывал о нем и его строгости, которая позволяла делать из оркестра настоящий творческий коллектив - стоило Мравинскому сдвинуть брови и оркестр затихал и любое требование маэстро исполнял с блеском!

Надо сказать, что в те времена быть музыкантом – профессионалом, значило быть на виду, потому что народ, вовлечённый в культурное строительство и осваивавший азы искусства, с энтузиазмом и страстью любил своих мастеров. Денег тогда музыкантам платили немного и потому, они ценили хотя бы это социальное предпочтение.
При социализме, деятели искусств, мало чем внешне отличались от обывателей, и преображались только на спектаклях или концертах и поэтому их тогда любили как «своих» - горячо и нежно.
На мой взгляд, это и был подлинный демократизм, к которому сегодня, ещё не приблизилась ни одна из самых демократических стран Запада...
Сегодня, в России всё совсем не так - тот же Гергиев стал фигурой недосягаемой для своих бывших друзей и знакомых.
 Он стал известной во всём мире персоной и его, наверное, можно сравнить с суперзвесздой эстрады, типа Аллы Пугачёвой или Киркорова.
Возможно так и должно быть, однако для меня Маэстро был и остался тем дружелюбным и любезным музыкантом, которого мы встретили ещё задолго до его большой известности.
Сам Гергиев, необычайной внутренней энергии человек, благодаря которому, на Западе русско-советская классика стала чрезвычайно популярна, а он сам – одним из известнейших дирижёров мира.
На мой взгляд, он является на сегодня одним из ярчайших представителей того мирового культурного феномена, который называется – «русская, классическая музыка».
Что касается вовлечённости в искусство народных масс, то оно поубавилось изрядно и стоит умереть последним представителям публики, ещё родившихся в СССР, и народ перестанет ходить в оперу или на классику - ничего, ровно ничего не делается в сегодняшней России для того, чтобы эту тенденцию изменить.
Оболваненные российским ТВ, публика всё больше «подсаживается» на иглу второсортной «попсы» и проамериканских бандитских фильмов прямого действия – то есть неприкрытого насилия!
Такой зомбированный «народ», очень трудно заманить на нечто более серьёзное, чем фильмы Тарантино или Сталлоне - люди в серебристого цвета костюмах предпочитают классике попсу или сплетни о попсе и потому, привыкают сочетать несочетаемое – и «Гамлета» посмотреть, и шампанского с пивком выпить, где нибудь в закоулочке знаменитого» оперного театра!
... Ещё забавная деталь из русской жизни - и в Москве и даже в Нижнем Новгороде, мы с Продиптой видели множество многоместных, длинных как драконы «крайслеров», сопровождаемых свадебными парами и их друзьями.
Рядом суетятся полупрофессиональные фотографы с длинными объективами фото и кинокамер и обязательно мужчины в серебристого цвета разных оттенков костюмах, которые фотографируются на фоне исторических памятников, стараясь разделить с этими памятниками хоть частичку вечности, присущей всему старинному.
В этой «моде», есть что-то низменно плебейское, как это присуще буржуа в первом поколении, когда они попадают на художественную выставку или на концерт, тем паче в оперу.
Им это внове и немного неловко, и поэтому, они норовят поскорее выпить, чтобы снять ощущение неестественности и неловкости, что в поведенческом смысле становится некоей социальной стигмой – и эти длиннохвостые кадиллаки, и эти серебристого цвета костюмы, и эти полупьяные невесты в белоснежных кисейных платьях и фате, мечтающих поскорее бы добраться до супружеской «койки», которую большинство из них «опробовали» уже задолго до свадьбы.
Элемент пошлости и даже низкопробной моды, сопровождает этих нуворишей до самой могилы, а их разочарование «сладкой» жизнью, часто приводит к жизненной катастрофе.

В то же время, при крепчающем бюрократическом маразме, простые русские люди по прежнему полны добродушия и приветливости, в противовес разного рода мелкой чиновной «обслуги», которая делает из своих чиновных мест кормушку и средство повышения социального статуса.
Отличительной чертой такой новой поросли чиновной номенклатуры, являются цинизм и откровенное презрение ко всем человеческим ценностям, не обусловленным дополнительными чаевыми или взятками, пусть даже «борзыми щенками».
Знакомство и культ «своих» людей, опутывают страну всё больше и больше - эта подлая привычка делать дела и делишки через «знакомых», пришла из далёкого «имперского», советского прошлого.
Тогда, автоматически, после нескольких лет подлинного революционного энтузиазма и неподкупности, партийная и чиновная бюрократия возродилась в Советском Союзе, и почти выкорчеванная злыми сталинскими законами, вновь расцвела в стране после пятьдесят третьего года.
«Свои люди», как социальный феномен, стал необходимой деталью жизни, и во многом привёл к возрождению взяточничества и чиновного прислуживания - «начальник», во многом стал похож на «статского генерала» - вспомните рассказ Чехова, когда в театре, «маленький человек»-чиновник, нечаянно чихнувший на лысину главы департамента, умер от тоски и ужаса.
Во многом, Советский Союз потерял волю к жизни, ещё и потому, что комсомольцы семидесятых, освоили этот принцип чиновной бюрократии, который и опутал Союз невидимыми путами телефонного права, сервильности и распределения привилегий по «знакомству».
Мы с Продиптой, в случае глупого немотивированного отказа чиновников, поминали известное, ещё советское «нез-зя».
На нечто подобное мы натолкнулись и в столице нашей родины – Москве, в самом её сердце, в Кремле.
Купив билеты на экскурсию в Кремль и предчувствуя открывающиеся красоты и сокровища, мы подошли к металлоискателю и вдруг получили приказание сдать наши фотокамеры в камеру хранения, потому что , как заявил один из «телогвардейцев» на входе, камеры разрешены только до семидесяти миллиметров , «а у вас, камера семидесяти двух мелиметров».
В ответ на моё возражение и просьбу увидеть администрацию, этот же человек ответил, явно издеваясь над нашей беспомощностью «... что главным администратором для нас является президент России Владимир Путин, но если хотите, то подавайте в письменном виде, заявление на разрешение, к коменданту Московского Кремля, которое он рассмотрит в течении двух недель...»!
Продипта наотрез отказался сдавать свой «инструмент» в камеру хранения, и мы ушли от Кремля, что называется «не солоно хлебавши».
К несчастью, пока мы стремились в Кремль, Красную площадь тоже закрыли на какие - то манёвры или на празднество для ВИП персон и это нас почти уничтожило...
Надо же быть такими невезучими!
Я называю этот реликт ещё царских времён бюрократии, в отношениях между людьми, полу крепостническим чинопочитанием, или «мундирной демократией».
 В России, больше и больше всё зависит от чинов и мундиров, а маленький человек становится винтиком, колёсиком в государственной машине.
Даже в церкви сегодня происходит разделение на уровни веры – «подлинно верующими и «начальниками», там становятся активисты, служители клира, а простой прихожанин должен ещё доказать, что он достоин общения с «посвящёнными»!
Я помню, как в лондонском кафедральном срборе, водном из разговоров с молодым православным епископом, сослался на Патриарха, процитировав его.
Епископ, глянул на меня строго и сказал что-то, по смыслу похожее на «вы слишком простой человек, чтобы цитировать «великого» главу русской православной церкви».
Я немного растерялся, и уже потом понял, что для епископа, чины, даже в христовой церкви, имеют большое значение.
И я вспомнил высказывания Митрополита Антония Сурожского, который говорил, что священники, которых любят прихожане, должны быть слугами для православного народа, а не начальниками, кого верующие бояться. А мне уже от себя хочется добавить, что только на Страшном суде окончательно выясниться, кто веровал и жил как христианин, а кто делал вид, что верует - л людские чины или людская молва, на этом суде немного будут значить!

... Ещё одна особенность современной России, это множество милиционеров и охранников, которых мы видели и в Мариинке, и на вокзалах, и тем паче на Красной площади и похоже, что человек в погонах или в униформе, стал непременным атрибутом российской жизни! Если вдуматься, то миллионы и миллионы молодых людей цветущего возраста, становятся «сторожами», в стране, где воровство стало одним из непременных атрибутов нормальной жизни, а ведь эти миллионы, могли бы стать рабочими и учёными, космонавтами и хлеборобами.
«Почему это случилось? - спрашиваю я себя и нахожу ответ только в давней формуле – сторожа нужны чтобы охранять имущество и состояния граждан объявивших себя властителями страны...»
Для меня, очевидно, что столько милиционеров и охранников, слоняющихся по улицам без дела, только провоцируют взяточничество и воровство!

... Первое, сильное впечатление от «внешности» страны – Россия стала страной торговцев и покупателей - ни в одной стране Европы я не видел такой назойливой, а иногда и нагло-лживой рекламы; нигде я не видел столько банков и столько обменников на центральных улицах, как в Москве и других крупных городах.
И почти в каждом, особенно в мелких банках, берут комиссионные или занижают курс, надеясь выманить денежки у неопытных держателей валюты!
Всё это навело меня на мысль, что работа и создание «нового продукта» – сегодня в России не в почёте, отому что множество людей, стараются зарабатывать деньги на деньгах, часто эксплуатируя низменные потребности или элементарное любопытство.
Можно сделать вывод, что большинство людей не хотят и не умеют работать и потому, «прислуживают» прихотям людей имеющих деньги.
Для оболванивания и внедрения этой позорной тенденции, служит идеологическая поддержка в виде глянцевых гламурных журналов, телерекламы, спецотделов в газетах и даже на сайтах интернета.
Жизнь кино и поп звёзд, сегодня в России известна в самых интимных подробностях и жёлтая пресса отравляет сознание и воображение обывателя не хуже радиации, невидимо и незаметно проникая в человеческие души и калечит их, промывая мозги идеалами «сладкой, богатой» жизни, иначе говоря идеалами мира потребления.
И если на Западе, люди участвующие в движении битничества и хиппи, ещё почти полвека назад, страстно выступали против подобного принижения, оскотинивания человека, то в России сегодня, против этого никто похоже и не возражает.
Ведь все средства такой «агитации и пропаганды», принадлежат «новым русским», которых беспокоит только выгода и прибыль - в определённом смысле, они заинтересованы в том, чтобы кругозор российских людей, был на уровне «от ларька, до нашей бакалеи» - как пел Высоцкий в своё время.
Следующие из этого выводы, - только технологический шок наподобие сталинской индустриализации, поможет России выйти на передние позиции в науке и в технике, а для этого надо, как я уже говорил, заняться дорогами и сделать тёплые туалеты в каждом российском доме.
На мой взгляд, именно с этого уровня, начинается приобщение к современной цивилизации, к чему стремятся через разного рода «ускорения» и «модернизации» российские власти, кажется совсем не понимая с чего следует начинать.
А начинать надо не с «селиконовых долин», а с того, что сделать смывной туалет и горячую воду, доступной в самых отдалённых, глухих уголках страны - как это сделать подскажут специалисты, а верховным властям надо будет отнестись к этому, как к «большой войне» с бытовой отсталостью, во время которой не щадят ни сил, ни денег!
Вслед за технологическим шоком, должен последовать шок образовательный, когда каждый взрослый человек сможет иметь университетское образование - вспоминается замечательный афоризм: «Знание – сделает нас свободными!»
Ну а пока, хотя бы асфальтированные  дороги и тёплые туалеты в каждом деревенском доме, должны стать необходимым условием для смены стиля жизни, в такой большой стране с разным материальным уровнем населения.

На мой взгляд, всё это возможно только в том случае, если первоначальный капитализм будет заменён на сочетание частной инициативы и социалистических методов распределения производимого продукта.
Земельная рента, национализация недр, бесплатное образование и воспитание – всё это средства для поворота в сторону технологической революции, потому что осуществление того, что Гегель в своей теории исторического развития называл Синтезом, это единственная возможность выйти из полосы непрерывного кризиса, в котором находится страна уже более тридцати лет.
Кризис начался в эпоху чиновно – номенклатурного социализма, подготовившего Контрреволюцию и продолжающегося по сию пору, при существовании социальной системы по имени первоначальный капитализм.
Развал государственной власти, в страшноватые девяностые, был лишь следствием развала социалистических отношений в экономике и социальной жизни...

Мне кажется, что опыт социалистического Китая, который учёл все ошибки «старшего брата» - СССР, и сегодня, не обращая внимания на кризис западных ценностей, на всех парусах устремляется в будущее, может сыграть для России большую роль.
А перемены, социальные и технологические сегодня нужны как никогда, потому что в бедной, расколотой по классовому принципу России, появляется всё больше и больше сторонников «обратного хода», которые пытаются реставрировать первоначальный капитализм.
В этом случае, социализм китайского образца может помочь нам выбраться из этой «идеологической ямы.
Надо отметить, что российские капиталисты сегодня, это самые циничные и равнодушные люди – иначе им не выжить - погоня за деньгами, как идеология, делает многих россиян злыми и завистливыми и вполне несчастными людьми.

Именно от них, от русских богачей, нам не удавалось получить в нашей работе ни помощи, ни понимания - они и на нас пытались делать деньги, потому что им всё казалось, что мы с Продиптой, на этой книге собираемся сделать для себя большие деньги и тут можно сказать, что всякий судит о других по себе!

Но в России были и другие случаи и другие люди, которые, конечно, были далеки от известности и «связей» с Западом, и потому помогали нам дружелюбно и бескорыстно.
Например в Москве, в бывшем Дворце Пионеров, нас встретили радушно и после встречи с Виктором Ермолаевичем Соболевым, заместителем директора Детского Ансамбля имени Локтева, нам открылись «все двери».
Мы снимали и юных космонавтов, и юных танцовщиц, и юных гимнасток и помогали нам в этом педагоги. Мы, во время съёмок, поговорили с тренером детей – гандболистов и пообщались с руководителями шахматной секции, руководителями детского планетария и тренерами по художественной гимнастики, с хореографами ансамбля и руководителем оркестра народных музыкальных инструментов.
И все эти люди понимали значение нашей книги для знакомства с Россией английских детей и не только, и как могли помогали нам собирать материал для этого.
Мы договорились, что Продипта Дас, попробует связать Дом Творчества Юных с лондонскими школами, для обмена опытом.

Некоторое время назад я работал в Лондоне в подростковых клубах и мне кажется, что опыт работы с подростами в Советском Союзе и сегодня в России, может англичанам пригодится.
И если удастся наладить контакты на детском уровне между Москвой и Лондоном – это будет замечательно!


                2012 год. Лондон. Владимир Кабаков


Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте «Русский Альбион»: http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/   или в литературно- историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal