Глава 8. Милосердие

Предупреждение читателю

Уважаемые читатели! Это первый сырой черновик моего романа «Соловьи», где я честно показываю процесс творчества — эволюцию сюжета, персонажей и идей, работу головного мозга, в т.ч. бессознательного. После конца работы над первым черновиком с последующими черновиками и редактурой книга будет становиться понятнее, глубже и привлекательнее, отражая мою работу над текстом и над собой: рост и трансформацию.

Произведение адресовано зрелой аудитории 18+, предпочтительно после 25 лет. В черновике затрагиваются темы насилия, жестокости, психических расстройств, даркнета, сатанизма и нейролептиков (герои приобретают их нелегально). Это не призыв к действию и не пропаганда — напротив, я осуждаю эти явления, показывая их разрушительность через катарсис и глубокие размышления.

Я уважаю вас и стремлюсь принести пользу: новые инсайты, эмоциональное очищение. Открыта к конструктивной критике и вашим советам по доработке книги. Спасибо, что делите со мной этот путь!


Владимир Геннадьевич дал Эдику доступ к уровню «Евклид». Инсектоиды внедрялись в нашу Вселенную через чёрные дыры в виде антиматерии. Адронный коллайдер в Европе был открыт, чтобы открыть доступ в их мир и сбросить часть инсектоидов туда вместе с Королём и Королевой. Но инсектоиды хорошо выполняли договор с Богом. Мы — фракция демонов, которые соблазняют людей по Воле Бога, — ты знаешь это из иудаизма, — должны были заставить деградировать инсектоидов, чтобы изгнать их в их Вселенную через зомби-апокалипсис, несмотря на жертвы среди людей. Эти люди сами соглашались идти к инсектоидам. Во Вселенной инсектоидов человеческая душа исчезает навсегда. Но самое главное, что инсектоиды — это абсолютное зло и не способны в нашем мире принять правила Бога, который Един для всех нас, и все мы ему подчиняемся, в то же время Он даёт свободную волю каждому. Я — Обвинитель. «Владимир Геннадьевич, но у ангелов ведь нет свободной воли?» — «У тебя есть, потому что ты в мире Асия на Земле, как падший с других уровней». Эдику захотелось выпить ещё нейролептик, но разум остановил его. Эдику казалось, что им манипулируют. Он вышел на мороз. Поковырялся в кармане куртки. Достал пачку O’rbit и выбросил в стоявший возле него мусорный бак. «Как сигареты», — сказал он вслух. Люди уже были как люди без животных голов. Каждый шёл мимо Эдика, смотря под ноги, чтобы не подскользнуться. Он смотрел на людей. Шёл по улицам. Вот мамочка ведёт своего ребёнка. Это его соседи. Ребёнок постоянно кричит из-за стенки: «Больно». Его бьют. Эдик сжал пальцы на руке. Вот женщина и мужчина. Женщина громко: «Вор!» Мужчина достаёт сигарету, закуривает. «А ты-то что, больных обижаешь? Бьёшь вязками по лицу». «Так они же дураки, и им никто не поверит. А у нас все курят из больных в психушке». Мужчина посмотрел на неё: «А кефир их воруешь?» Женщина плюнула в мужчину. Мужчина достал платок и вытерся. «А тот жилой дом я исправил. Больше там никто не мёрзнет». Эдик вытащил телефон и посмотрел на себя в селфи-камеру — урод. Он быстро спрятал телефон. Но его внимание привлек Майк Кола. Он стоял и разговаривал по телефону с Владимиром Геннадьевичем. Эдик увидел в голове носителя Майка Колы чёрную кляксу, Короля инсектоидов. Он сфотографировал его, но Майк Кола заметил. Выключил телефон и стал буравить Эдика взглядом. Волчак сказал, что у Эдика сломан «Кетер».

Андрей посмотрел на фото Кристины. Подошёл к окну. Ему прислали видео с соловьем. Александр ничего не сказал про своё видео. Андрей написал Кристине: «Привет. Как твоё самочувствие? Какие таблетки сейчас пьёшь?» — «Те же. Я боролась с сатаной в психозе. Не согласилась ему служить». Анубис стоял у белой стены в комнате Кристины. «Я — Обвинитель», — сказал он. Волчак стоял под окном Кристины рядом с Магнитом. «Знаешь, если бы не нейролептики, возможно, он бы выиграл». Александр смотрел вдаль, на реку Лену. Он набрал номер Волчака. Потом стёр. Анубис появился на его краю зрения и проговорил: «Урод».