Тишина Исмаила

В компании старых друзей Рашид всегда был солнцем, вокруг которого вращались остальные. Он говорил быстро, шутил остро, а смеялся так громко, что воробьи взлетали с окрестных крыш. Исмаил же был его полной противоположностью — тихой тенью, «человеком-паузой».
В тот вечер в чайхане Рашид был в ударе.
— Посмотрите на нашего Исмаила! — провозгласил он, обводя компанию весёлым взглядом. — Сидит, молчит, словно копит слова на следующую жизнь. Ты хоть когда-нибудь злишься, Исмаил? Или ты просто боишься, что если откроешь рот, то все увидят, как сильно у тебя дрожит душа?
Друзья заулыбались. Исмаил не ответил. Он привык, что его спокойствие принимают за слабость, а его нежелание спорить — за трусость. Он лишь смотрел на тарелку со спелой вишней, подмечая, как дрожат руки Рашида от избытка кофеина и как тот торопливо заглатывает ягоды, не переставая говорить. Исмаил видел то, чего не видели другие: за бравадой Рашида скрывалась вечная суета.
— Ты бы хоть раз за себя постоял, — продолжал Рашид, бросая в рот очередную вишню. — Молчание — это удел тех, кому нечего сказать миру...
Он хотел добавить что-то ещё, но фраза оборвалась на полуслове. Рашид вдруг резко выпрямился, его глаза округлились, а рука судорожно вцепилась в край стола. Он попытался вдохнуть, но вместо этого издал лишь тонкий, пугающий свист. Косточка вишни, попавшая в дыхательные пути на резком вдохе, перекрыла жизнь.
Мир вокруг стола взорвался хаосом.
— Воды! Пей, Рашид! — кричал один, суя ему в лицо чашку.
— Похлопайте его! — другой начал исступленно бить Рашида по спине, загоняя косточку ещё глубже.
Рашид уже не слышал их. Он видел только расплывающиеся лица друзей и чувствовал, как внутри нарастает черная пустота. И в этой пустоте он вдруг увидел Исмаила.
Исмаил не кричал. Он не суетился. Пока «смельчаки» паниковали, «трус» действовал. Он поднялся так быстро и плавно, что это казалось движением натянутой струны. Одним мощным рывком он отбросил паникующего соседа, обхватил Рашида сзади и, сцепив пальцы в замок под грудиной, нанес короткий, точный удар вверх.
Раз. Друзья замерли.
Два. Время остановилось.
Три.
Со звонким стуком косточка вылетела на деревянный настил. Рашид рухнул на скамью, судорожно, со всхлипом втягивая воздух. Тишина, воцарившаяся в чайхане, была такой глубокой, что казалось, слышно было биение сердец. Исмаил молча поставил на место опрокинутую пиалу и сел. Его руки не дрожали. Он посмотрел на Рашида — не с триумфом, а с той же спокойной печалью, что и прежде.
— Молчание — это не отсутствие слов, Рашид, — тихо произнес он. — Это время для того, чтобы увидеть то, что пропускают другие.
В истинной дружбе часто случается так, что один лишь кажется щитом, а другой на самом деле им является. И только в минуту настоящей опасности мы понимаем, чья рука дрогнет, а чья — удержит нас над пропастью.

(рассказ написан по оригинальной идее автора)