Знай своё место

Над дверью висел плакат — простой, без изысков, но с явным намёком на важность: белый фон, красные буквы, нервные края. Надпись гласила:

«Если ты хочешь сюда зайти,
то задумайся,
а ждут ли тебя тут?»

Те, кто умел читать, проходили мимо, бросая взгляд на надпись, и либо усмехались, либо хмурились, но никогда не задерживались. Кто-то шептал: «Наглость какая», кто-то бормотал: «Глупости», но дверь под плакатом оставалась закрытой для большинства. Это место было особенным, и плакат служил не столько предупреждением, сколько фильтром — фильтром для тех, кто не понимал правил игры.
Александр Валерьевич Дорошенко читать умел. Правда, по слогам. Он остановился перед дверью, поднял голову и начал медленно, с усилием разбирать слова. Его губы шевелились, глаза щурились, а пальцы непроизвольно двигались в воздухе, будто он пытался ухватить каждую букву.
— Ес-ли… ты… хо-чешь… сю-да… зай-ти… — он сделал паузу, перевёл дыхание и продолжил: — то... за-ду-ма-й-ся... а... ждут... ли... те-бя... тут?
Он замолчал, но ненадолго. Его лицо, обычно спокойное и немного отрешённое, вдруг озарилось лёгкой улыбкой. Он не был человеком, склонным к глубоким размышлениям, но эти слова показались ему забавными. Он не стал задумываться. Зачем? Ведь он уже решил, что ему нужно войти.
— А ждут ли тебя тут? — повторил он последнюю строчку и фыркнул. — Ну, посмотрим.
Александр Валерьевич постучал в дверь – три раза, как положено. Ответа не последовало. Он подождал пару секунд, затем взялся за ручку, повернул её и вошёл.
Комната была просторной, но неуютной. В центре стоял большой стол, заваленный бумагами, а вокруг него – несколько стульев. У стен располагались шкафы с папками, а на полу лежал потрёпанный ковёр, который явно видел лучшие дни. В воздухе витал запах пыли и старой бумаги. В комнате находилось человек пять – все они сидели за столом, что-то обсуждали, о чём-то спорили, но, когда дверь открылась, разговор резко оборвался. Все повернулись к Александру Валерьевичу. Их лица выражали недоумение, а затем – страх.
— Здравствуйте, — произнёс Александр Валерьевич, слегка кивнув.
Его голос был тихим, но уверенным. Он не смутился, не стал оправдываться или объяснять, зачем пришёл. Он просто стоял там, в своём поношенном пальто и старой шляпе и смотрел на них спокойным, почти детским взглядом.
— Кто вы такой? — спросил один из них, высокий мужчина в очках. Его голос дрожал, хотя он явно пытался звучать уверенно.
— Дорошенко, — ответил Александр Валерьевич просто. — Александр Валерьевич.
— Мы вас не ждали, — сказала женщина в строгом костюме. Её руки сжимали папку с бумагами так крепко, что костяшки пальцев побелели.
— На двери написано, — добавил мужчина помоложе, указывая на плакат. — Вы что, не читали?
— Прочитал, — ответил Дорошенко спокойно. — И задумался. Решил, что стоит зайти.
Его спокойствие, казалось, сбивало их с толку. Люди в комнате переглянулись. Никто не ждал Александра Валерьевича. Никто даже не знал, кто он такой. Но его появление вызвало странную реакцию. Они переглянулись, затем, словно по сигналу, начали собирать свои вещи.
— Мы… мы должны идти, — пробормотал высокий мужчина с очками.
— Да, да, конечно, — подхватила женщина.
Один за другим они покинули комнату, стараясь не смотреть на Дорошенко. Последний, самый молодой, даже споткнулся о порог, прежде чем захлопнуть дверь. Комната опустела.
Дорошенко не стал обращать на это внимания. Он прошёл к столу, аккуратно отодвинул стул и сел. Его движения были медленными, но точными, будто он делал это каждый день. Его лицо было невозмутимым, но в глазах светилась едва уловимая искра любопытства. Он сложил руки на столе и стал ждать.
Минуты шли, но никто не возвращался. В комнате было тихо, только часы на стене тикали, отсчитывая секунды. Александр Валерьевич не нервничал. Он просто сидел и смотрел в окно, где виднелось серое небо и голые ветки деревьев.
Тем временем за дверью собралась группа тех, кто сбежал. Они стояли в коридоре, перешёптываясь и бросая взгляды на дверь.
— Кто это вообще? — спросил один из них, низенький мужчина.
— Не знаю, но он просто вошёл! — ответил высокий, всё ещё выглядевший растерянным.
— Но он не должен был здесь быть, — ответила женщина с папкой в руках.
— Может, он проверяющий? Или... или начальство? — предположила женщина в строгом костюме.
— Нет, это не начальство, — уверенно сказал молодой. — Начальство так не выглядит.
— Надо что-то делать, — добавил высокий мужчина.
Они продолжали спорить, но так и не пришли к единому мнению. В конце концов, кто-то предложил:
— Давайте просто выгоним его. Нечего ему тут делать.
Идея понравилась всем. Они вломились в комнату, не обращая внимания на плакат над дверью.
— Эй, ты! — крикнул высокий мужчина, указывая на Дорошенко. — Ты как сюда попал?
Александр Валерьевич медленно повернул голову и посмотрел на них.
— Я постучал, — ответил он просто.
Его спокойствие ещё больше разозлило их.
— Вон отсюда! — закричал молодой человек, хватая Дорошенко за рукав.
— Как вы смеете! — добавила женщина, хотя её голос дрожал.
Они подошли ближе, начали толкать его, выкрикивать угрозы. Кто-то ударил его ногой, кто-то толкнул в спину. Дорошенко не сопротивлялся. Он просто встал и позволил им вытолкнуть себя из комнаты.
Дверь захлопнулась. Внутри воцарилась тишина. Люди переглянулись, будто только что осознали, что произошло. Они, молча, вернулись к своим местам, стараясь не смотреть друг на друга; только часы продолжали отстукивать секунды.
Александр Валерьевич стоял в коридоре. Его одежда была помята, на лице появился синяк. Он не выглядел расстроенным или злым. Напротив, на его лице появилась лёгкая улыбка.
— Меня там не ждали!
Он повернулся и медленно пошёл прочь, оставляя за собой лишь тишину и недоумение.
А в комнате всё встало на свои места.