Космическая станция Зигви. 8171 год н. э

Капитан Морвин объявил общий сбор. Свет в командном зале потускнел, и круглый стол загорелся мягким спектральным сиянием. Лейтенант Элис встала в центр проекции, ее голос был ровным, но напряжение чувствовалось в каждой паузе.

— Мы готовы. Все три солдата подключены к матрице «Сентиэв». Если не произойдет замычка, как в прошлый раз, есть надежда, что хотя бы один сумеет пробраться в прошлое.

Электроиндикаторы вспыхнули синхронно. Потоки данных хлынули по прозрачным каналам, словно кровь по сосудам станции. Капитан Морвин поднялся.

— Отсчет. Десять… девять… восемь… семь… шесть… пять… четыре… три… два… один. Запуск.
Сержант Симпозиум, докладывайте обстановку.

— Есть, главнокомандующий. Первый сгорел. Лучший по подготовке: сто процентов по всем экзаменам, физическая — девяносто шесть. Нейронная сеть не выдержала.
Второй — тоже потерян. Подготовка девяносто на восемьдесят. Матрица рассыпалась на второй фазе.

В зале повисла тишина. Индикаторы дрогнули.

— Остался последний кандидат, — продолжил сержант. — Он прошел первую, вторую и третью фазы.
Четвертая… — голос Симпозиума стал глухим. — Сдвиг во времени. Скорость выше световой. Никто еще не выдерживал. Его должно было раздавить.

Индикатор не погас.

— Прошел, — выдохнул сержант. — Пятая фаза: эволюционный спуск. От бактерии до обезьяны. Миллионы лет сжаты в мгновение… Он прошел.
Нас выбрасывает из шестой фазы. Срочно в диспетчерскую.

Весь состав устремился в узкое помещение, где реальность дрожала, как перегретый металл. В центре, в коконе света и времени, находился он — Дигрид. Его лицо было спокойным, словно он слышал не шум машин, а дыхание самой Вселенной.

Капитан Морвин подошел вплотную, положил ладонь на холодное стекло капсулы.

— Давай, малыш. Ты справишься. Иначе нам придется ждать еще двадцать лет, чтобы подготовить новых солдат.
Главное — пройди седьмую фазу. Дальше мы и сами сможем спасти Землю и вернуть всё назад.

Свет вокруг Дигрида вспыхнул ярче. Матрица «Сентиэв» замерла в ожидании следующего шага, которого человечество еще не делало.

;;;
Капитан Морвин выгнал весь состав и остался с сержантом наедине.

— Похороните двух солдат. Немедленно. Здесь дышать нечем.

Двери гермозала закрылись. Тела унесли, и станция снова наполнилась гулкой пустотой. Морвин остался стоять, затем резко опустился на край пульта и начал нервно кусать пальцы, будто пытался удержать ускользающую реальность.

— Сержант… — голос его дрогнул. — Мы почти это сделали. Пять тысяч сто семьдесят один год у нас не получалось. И вот он — шанс.
Запускайте программу «Колизеум». Дигриду нужна поддержка. В каком он году?

— Девятьсот одиннадцатый год нашей эры, главнокомандующий. Когда запускать?

Морвин медленно выпрямился. Его взгляд был устремлен не на экраны, а куда-то сквозь время.

— Как он вообще дожил… — прошептал он. — В тысяча триста… интуиция подсказывает, что там будет перелом.

— Принято. Это еще пятая фаза. Фиксирую переход… — пальцы сержанта пробежали по панели. — Тысяча двести двенадцатый год.

— Запускай сейчас.

— Есть. Шестая фаза… — пауза затянулась. — Он прошел.

Через динамики прорвались ликующие голоса всего состава. Станция зазвенела от облегчения.

— Молчать! — рявкнул Морвин.

Шум оборвался мгновенно. Все замерли.

— Максимальная концентрация. «Колизеум» должен сработать. Загружай данные.
Отправь тысячу воинов, верных Дигриду.

— Есть. — Сержант всматривался в бегущие строки. — Они выиграли войну на скандинавской Земле. Перемещаются. Кочевание… Центральная Азия. Пятнадцатый век.

Морвин сжал кулаки.

— Загружай программу «Номидэ». Сколько до седьмой фазы?

— Ровно пятьсот лет, главнокомандующий.

— Веди его. Отправь войско и оружие, как планировали. Два миллиона стальных богатырей.

— Выполнено.

— Год?

— Тысяча восемьсот двенадцатый. — Сержант побледнел. — Он выгорает. Резкое падение показателей. Что-то происходит.

Морвин резко развернулся к коммуникатору.

— Весь состав — в командный зал. Немедленно.
Заморозка процесса. Результат не теряем.

Матрица застыла, словно сама история задержала дыхание. Люди собрались вокруг проекции, где мерцал разрозненный, но живой след сознания Дигрида.

— Обсуждаем новый план, — жестко сказал Морвин. Затем повернулся к лейтенанту.
— Капитан Элис. Вот грэмп памяти Дигрида. Он прошел невозможное — и вы пройдете.
Ему нужна ваша помощь.

Проекция дрогнула, будто откликнулась на эти слова.

;;;
Лейтенант Элис шла тем же путем. В сопровождении всего состава она вошла в матрицу и начала движение от начала временной воронки до самого края возможного — туда, где был заморожен Дигрид. Его сознание удерживали в точке покоя, пока она проживала те же фазы: сжатие времени, распад формы, эволюционные скачки, войны и тишину между ними.
Седьмая фаза оставалась целью. Единственной.

По мере того как Элис приближалась к Дигриду, история начала меняться. Линии времени искривлялись, события смещались, имена исчезали из хроник, а причины подменялись следствиями. Весь экипаж работал без остановки, переписывая программы, латая разрывы, заметая следы искажений, чтобы человечество не заметило вмешательства.

И вот настал час.

1812 год.

Разморозка.

Элис и Дигрид встретились внутри истории, не как солдат и объект, а как союз. Их соединение стало точкой устойчивости, вокруг которой выстроилась новая ветвь времени.
Дети. Поколения. Кровь и память.
Теперь это были их солдаты — не по приказу, а по наследию.

На станции Морвин стоял перед сержантом, выпрямившись, как перед финальным рубежом.

— Строго по плану. Загружай программу «МЭЛС». Скоро революция.

— Есть, главнокомандующий. — Пауза. — Прорыв зафиксирован.
1900… 1989… Союз развален. До апокалипсиса — одиннадцать лет.

Морвин не отвел взгляда от экрана.

— Загружай «Силосвет». Мы будем вести этого мальчика.

— Принято. Девяностый год. Он родился… и вжился.

Проекция сменилась. Мир ускорился.

Элис и Дигрид были рядом — не в тени, а на вершине. Крупнейшие корпорации, узлы власти, финансовые и технологические потоки — все сходилось к ним. Они защищали мальчика. Эти десять лет тянулись дольше столетия: цивилизация менялась, перекраивала себя, сбрасывала старую кожу.

— Фиксирую аномалию, — сказал сержант. — Сигнал вышел за пределы сектора.
Инопланетные существа заметили нас.

— Загружай программу «Альфазонт».

— Есть, главнокомандующий.
Первая атака отбита. 1993 год.
Вторая атака отбита. 1997… — сержант перевел дыхание. — Они потерпели крупное поражение. Отступили.

Морвин медленно кивнул.

— До седьмой?

— Ровно три года.

— Загружаем программу «Кербат»?

— Да, сержант. Пусть заходят все.
Записывайте каждую секунду. Всё происходящее.

Станция «Зигви» наполнилась тихим, напряженным гулом. История шла к точке, из которой уже не существовало возврата.

;;;
Еще две программы — «Сидней» и «Ставна» — позволили совершить квантовый скачок к 2000 году.
До седьмой фазы оставалось три секунды.

И произошел сбой.

Свет на станции погас мгновенно. Панели умерли, индикаторы исчезли, резервные батареи обнулились. «Зигви» погрузилась в темноту, нарушаемую лишь тревожными голосами экипажа. Паника накатывала волной: три секунды — ничто и одновременно всё.

— Мы не можем сдаться, — жестко сказал Морвин.

Он шагнул вперед и указал на свою грудь.

— Здесь — бромби с разрядом в семьсот тысяч ватт. Этого хватит ровно на три секунды.

В зале повисла тишина.

— Главнокомандующий… — начал кто-то. — А если вы умрете?

Морвин даже не обернулся.

— Пусть лучше я, чем труды человечества.

Он подошел к узлу памяти.

— Подключайте меня к грэмпам Элис и Дигрида.

— Мы не увидим результата на экране, — сказал сержант Симпозиум.

— Значит, увидят они, — ответил Морвин. — Теперь надежда за ними.
Она не умрет. И он тоже. Мы вернем Землю.

Разряд вспыхнул внутри его тела. Последний свет, зажженный человеком.

Капсулы загорелись.

Через пару секунд Элис и Дигрид одновременно открыли глаза.

— Возьмите эту память, — тихо сказала Элис, передавая грэмп. — Мы это сделали.
Седьмая фаза преодолена. Земля спасена.
«Силосвет» жив. Инопланетяне потерпели крах…
Но они вернутся через двадцать три года.

В зале плакали все. Грэмп был записан. Данные зафиксированы.
Морвин погиб не зря.

После похорон главнокомандующего и трехдневного восстановления Элис приняла командование станцией «Зигви». Ее голос был спокойным, но в нем звучала новая твердость — твердость человека, прошедшего седьмую фазу.

Сержант Симпозиум позже собрал весь состав и неожиданно улыбнулся.

— На сегодня хватит. Выходим на прогулку. Играем в гольф.
А завтра… готовим новых солдат.

Он посмотрел на хронологический экран, где мерцала дата.

23 мая 2023 года.

Впереди была новая задача: отогнать следующее нашествие и снова спасти Землю.