203

На какое-то время Андрей застыл в изумлении.
Откуда на Маре эта длиннополая одежда? Богатая, меховая, узорчатая. У кого она её позаимствовала и когда успела переодеться? И где, в таком случае, её шапка? Почему стоит в странной позе?
- Помоги…
- Мара… Что случилось?
- Помоги, добрый человек…
Доигрались… Андрею стало жутко. Допутешествовались во временах и эпохах.
- Мара… Как мне тебе помочь? Почему тебе плохо?
- Доведи меня… - девушка слабо махнула рукой в сторону хижины. - Не могу… Сил нет…
- Обопрись на меня.
И девушка крепко схватилась за куртку. Рука… Это не рука Мары. Во всяком случае, Андрей очень сильно засомневался. Пальцы Мары были тонкие, розовые, кажущиеся немного прозрачными, но две недели крестьянских работ на солнце не прошли даром, погасили лёгкую изнеженность и болезненность. Пальцы, которые теперь держались за куртку, потеряли весь свой недавний загар, снова стали слабыми и изнеженными, но не болезненно худыми, а по-детски пухлыми, с ямочками у основания.
Андрей стал всматриваться в лицо, попытался поймать взгляд, но Мара мотала головой. Волосы повисли то ли грязными, то ли мокрыми сосульками – не видно.
- Посмотри на меня.
Девушка подняла голову. Эта была всё же Мара.
Но глаза её расширились в удивлении:
- Зачем мне на тебя смотреть?
- Ты меня помнишь?
Та помотала головой.
- Ты меня не знаешь?
- Разве мы с тобой встречались?
- Что у тебя болит?
- Ребёнок… Помоги дойти…
- Какой ребёнок? Ты видела Дашу?
- Да рожаю я! - закричала вдруг девушка со злобой и заплакала в бессилии. - Что ты досаждаешь? То Мара, то Даша… Варвара я… А-а-а…
«Досаждаешь». Так Мара не говорит…
И Андрей подхватил Мару-Варвару на руки и понёс туда, куда в здравом уме и в твёрдой памяти его нога ни за что бы не ступила.
Обрывки мыслей кружились, не останавливаясь, привнося ещё больше хаоса, запутывая ещё больше.
Борька… Поднимая девушку на руки, Андрей совсем забыл про Борьку, едва не придавил его, и теперь почувствовал, как тот торопливо меняет место своей дислокации, забираясь за спину.
Мара… Что с ней случилось? Что произошло? Какие законы времени и пространства они нарушили, в результате чего девушка так изменилась?
А какие законы времени и пространства они не нарушили?
Это та Мара, которую он знает? Или это совсем посторонний человек?
Андрей нёс, и, бросая украдкой взгляды на девушку, пытался найти подтверждение какой-либо версии.
А девушка мычала от боли и кусала губы.
Калитку к Веде Андрей распахнул ногой.
В дверь грохнул ботинком, надеясь, что это сойдёт за вежливый стук.
- Хозяйка! - закричал и осёкся.
А вот и хозяйка. Стоит, смотрит, страшная, старая.
- Принимай болящую.
- Жена?
- Куда её?
- А что у вас повитухи повыродились?
- Без понятия о чём ты толкуешь. Куда девушку?
- Девушку? Где это ты девушку увидел? Ну… на лавку. Куда ещё?
Андрей смахнул какие-то тряпки и положил Мару-Варвару.
Голова затрещала. Сейчас бы спросить, какой год тут у вас, но что даст эта информация? Чем поможет?
- Не жена, - отвела Веда тяжёлый взгляд от Андрея и обернулась к роженице. Распахнула какие-то тулупы, наклонилась над животом.
- Эк… как всё напутлялось, - забормотала она. А потом согнулась над лицом, вгляделась в глаза, вслушалась в дыхание, покачала безнадёжно головой. – Барская кровь… Загорячилась уже, закипела…
Обернулась к Андрею:
- Беги за повитухой. Дитё, может, спасём. Её… нет.
- Куда бежать?
- К людям!
- А ты? Не можешь?
- Беги, королобый. Да побыстрее. Погубишь дитё, коли глазами на меня будешь пялиться, а дело будет стоять.
Андрей стянул с головы капюшон, взъерошил в страшном волнении волосы, оглядел тёмную горницу, кинул последний взгляд на девушку и повернул к двери.
И этот последний взгляд словно сфотографировал картинку. И эта картинка долго стояла перед глазами – не проморгаться.
А Борька колупал спину и что-то пищал. Не скоро Андрей почувствовал и услышал. Остановился на несколько мгновений.
- Что, Борис? Говори скорее. Коротко и по делу.
- Не Мара она.
Не Мара. Словно гора с плеч.
- А где Мара?
- Не знаю. Ты потерял.
«Я потерял… Я потерял… Я потерял…».
Когда Андрей выскочил на дорогу, солнца уже не было видно, но на западе небо ещё розовело.
Андрей остановился в великой растерянности. Куда бежать? Дальше по дороге, искать Мару там, где они с ней договорились встретиться? Или в деревню за повитухой?
- Борька!
- Что?
В отчаянии хотел послать Борьку... куда-нибудь. Но тот в одной тряпке.
- Ничего.
Побежал в деревню. И пока бежал, в ушах непрерывно звучало: потерял… потерял… потерял…
Совсем потемнело. Но от ворот дёрнулась какая-то тень.
- Мужик. Эй, мужик, - закричал Андрей.
- Чаво? – отозвалась тень уже знакомым голосом.
Тот самый, что недавно на них глядел из-под ладони. До сих пор стоит.
- Повитуха нужна…
- Так ты как будто с мужиком шёл? – засмеялся знакомый. – Тот-то я заметил, что крепко мужик ладный. Иль то баба переодетая была?
- Не нам нужна. Там женщина рожает. У Веды вашей.
- Они это могут. Небось уже родила.
- Нет. Эта не может. Повитуху Веда просила позвать. Срочно.
- Пошли, раз такое дело. Покличем Макариху. Вона её хата…
- Ты сам… Я назад… Моя… мой товарищ один в лесу.
- Так до Заулучья не дошли ещё?
- Нет. Быстрее. Погибнет младенец…
- Бегу, не сомневайся.