На грани 3-й мировой войны

Алекс Моррис (он же Александр Петров) вылетел из Анкары в Москву.  Сейчас он выглядел как хиппи с возрастом к пятидесяти, с длинными волосами, заправленными в хвостик, в бейсболке и потрепанных джинсах, кожаной куртке и в полутемных очках, как можно было подумать, прикрывающих опухшие глаза от вчерашнего активного возлияния алкоголя. Самолет был заполнен российскими туристами. После занятия своих мест, стюардесса предложила всем пристегнуться ремнями. И на обращение к нему одной из стюардесс с этой просьбой, он, по выплывшему из сознания инстинкту, неожиданно для себя перешел на русский язык, и вдруг услышал свою речь, которая была с явным акцентом иностранца. 
Фактически он не разговаривал на русском более 15 лет. После смерти его мамы, с которой он переехал в США, ему не было возможности постоянно общаться по-русски. Женитьба мамы на американце, их настоящая любовь с Джоном - красивая история русской женщины и американца. Саше было 18 лет, когда в Санкт- Петербурге его мама встретила Джона Морриса. Она - переводчица, красавица, тянувшая на себе маму пенсионерку и сына-студента. Он - американец, атлет по внешности, работник коммерческого отдела консульства США. Их роман развивался настолько стремительно, что Александр не успевал выносить в мусорный ящик очередной букет увядших цветов из их двухкомнатной квартиры на Невском проспекте. Квартира неожиданно впитала новый дух дорогой косметики, неизвестных ранее вкусных продуктов и ярких подарков. Новый дух проявлялся во всех углах квартиры, и даже кот Мурзик начал употреблять вместо свежей кильки специальные консервы для кошек. Мама преобразилась.
Это вначале сильно раздражало Александра, но потом приобрело привычное постоянство. Шел 1991 год, страна менялась, все прежнее рушилось, и встреча мамы с Джоном после трагической смерти отца в экспедиции, вселила определенную надежду на дальнейшую жизнь. Знакомство с Джоном состоялось за домашним ужином, бабушка Надя нашла в себе силы, встала с постели, помогла маме приготовить «фирменные» семейные пельмени и переоделась в лучшее платье. Джон оказался очень веселым человеком и сразу нашел контакт с Сашей и бабой Надей. Баба Надя смотрела молча на влюбленных, и взгляд бывшей блокадницы, перенесший горечь прошлых испытаний и новых болезней, выражал только одно - будьте счастливы. Саша через 10 минут ушел из-за стола, сославшись на необходимость сделать институтское учебное задание. Он почувствовал, что ему нравится этот американец,  и, что он тем самым предает память о погибшем отце.
Самолет оторвался от взлетной полосы, и Алекс снова погрузился в раздумья и воспоминания, пытаясь отвлечься от самого главного вопроса, который не давал ему покоя уже более месяца. Почему его вызвал Центр для очного разговора, подвергая огромному риску раскрытия его высокого сотрудника ЦРУ, организуя очень сложную операцию прикрытия для визита в Россию. За месяц был спланирован недельный отпуск с перелетом из Вашингтона в Чили. У Алекса было всего трое суток, чтобы преодолеть путь из Чили в Россию и вернуться обратно.
Когда мама объявила, что Джон предложил ей руку и сердце и приглашает их переехать в США, Саша сделал вид, что очень сильно удивился. Если бы мама только знала, что ее сын уже сотрудничал с бывшим КГБ.
Тогда все менялось в стране. Советский Союз, как подпиленный прогнивший дуб уже лежал на боку, дуб распиливали на сувениры. Новые ростки от его желудей поднимались рядом. Такая организации как КГБ не могла исчезнуть бесследно, многие специалисты продолжали работать внутри России и за рубежом, честно исполняя свой долг. Рядом росли и крепли новые молодые дубки, которых не смогли затоптать и не сломило предательское время.
Алекс вспомнил ту странную и неожиданную встречу.  Вот он выходит из «Горного института», идет по Васильевскому острову. Слева от тротуара стоит черная «Волга», открывается дверь и из нее выходит мужчина и называет Алекса по фамилии, имени и отчеству.
- Петров Александр Геннадьевич! Здравствуйте!
- Здравствуйте! А Вы кто? - со сдержанной смелостью и с готовностью спортсмена-боксера ко всяким неожиданностям, ответил Александр.
- Я друг Вашего отца, извините! Вашего покойного отца!
...?
- Меня зовут Павел Сергеевич. Просто зовите меня дядя Павел, тем более мы знакомы с Вами, только Вы меня не могли помнить. Я и с Вашей мамой Верой Петровной хорошо знаком! Вам тогда около годика было, когда я приходил в вашу квартиру на Невском!
- Вы тоже геолог, Павел Сергеевич, как и мой отец?
- Да, в какой-то степени, геолог! Ищем постоянно ценные самородки и предотвращаем оползни. Мы с вашим отцом в нескольких экспедициях были. Присаживайтесь в машину, поговорим.
Павел Сергеевич - дядя Павел очень сильно располагал к себе. У него была сильная крепкая фигура, бархатистый бас и очень пристальные, добрые глаза опытного человека и еле-еле заметная улыбка, которая выражала не насмешку над собеседником, а человеческую мудрость, основательность и уверенность: все будет хорошо, ситуация под контролем.
Неожиданный поворот в разговоре с дядей Павлом ошеломил Сашу. Мелькали здания и знакомые Линии Васильевского острова, набережная, а Саша смотрел в затемненное окно представительской Волги и видел только свое отражение. У него наворачивались слезы, он смотрел в свои глаза и не мог представить, что его отец был разведчик, и он погиб в Пакистане при выполнении секретной операции. «Погиб смертью храбрых» - сдержанно и емко сказал дядя Павел.
Машина скоро подъехала к высокому зданию на Литейном проспекте, въехала за распахнувшиеся ворота во двор. Все ленинградцы (и уже петербуржцы) называли это здание «Большим домом» всегда со скрытым уважением и с генетическим, скрытым страхом перед КГБ, который у многих передался через поколения. Вышли из машины. Дверь одного из подъездов распахнулась, и дядя Павел пропустил Александра впереди себя, как важного гостя. На входе военнослужащий вытянулся в струнку. Дядя Павел, показав на Александра, сказал: «Этот юноша со мной».
Военнослужащий кивнул и ответил: «Есть, товарищ генерал! Сейчас его отмечу». На все формальности ушло не более минуты и Александр поднялся с Павлом Сергеевичем по широкой лестнице в его кабинет.
  Алекс погрузился в воспоминания, они со временем приобретали более четкие очертания, как важные моменты жизни, определившие его дальнейшую судьбу.
— Почему, Александр, мы приехали сюда ко мне? Прошу понять, чтобы никаких сомнений у тебя не оставалось, все, что я скажу — это правда, правда о твоем отце! И, вот, посмотри все его фотографии и его награды.  Он был мой друг. Мы прошли вместе многое, я ему обязан жизнью.
Павел Сергеевич более часа рассказывал об отце, многие подробности не вмещались тогда в сознание Саши (Алекса). Перед сыном предстал уже не образ скромного отца- геолога, который месяцами проводил в экспедициях по необъятным просторам Союза, а совсем другой человек - отец, которым не только можно гордиться, а которому нужно подражать, быть похожим на его недостижимый образ. Он испытал необъяснимую гордость и сожаление, что часто становился на сторону матери, которая молчаливо ненавидела расставания с мужем, и, когда он появлялся, все чаще и чаще говорила, что нужно прекращать эту работу, что она устала. Если бы он знал это раньше.  Не так много времени уделял отец Саше, но те чувства, которые тонкая детская душа улавливала и, которые шли от отца, с новой силой нахлынули на Сашу. Тогда Саша сидел и слушал дядю Пашу с мокрыми глазами от слез. И сейчас Алекса снова накрыли воспоминания об отце. 
Вот они лежат на диване в своей квартире. Кроме них - отца и сына, никого нет дома. Распахнуто окно, колышется занавеска, голуби слетают с соседней крыши. Саша испытывает огромное счастье, вчера отец вернулся из экспедиции. Мама убежала на работу, бабушка пошла в магазин. Он лежит на крепкой руке отца, и отец говорит самые простые слова, которые врезались в память на всю жизнь: «Сынок, ты должен всегда оставаться мужчиной в любой ситуации. Знай, струсишь один раз и это войдет в твою кровь, как зараза! Береги маму, люби Родину!»
А вот они на даче под Приозерском, пришли на рыбалку на озеро. Взяли лодку, выехали на середину озера. Саша пытался раскрутить леску на удочке, а она запуталась. Сашка начал нервно дергать леску, а она еще больше скручивалась в клубок. Тогда отец взял клубок лески и сказал: «Хочешь достигнуть чего-то в жизни, имей терпение! Психам в нашей лодке нет места!» И спокойно раскрутил запутанный клубок на глазах у Саши. 
- Что предпочитаете? Апельсиновый, томатный сок, чай, кофе?  – вопрос стюардессы вернул Алекса из воспоминаний, и он не сразу ответил: «Пожалуйста, томатный.»
В тот день Павел Сергеевич, попросил Александра, чтобы их встреча осталась в тайне, и никто о ней не должен знать, даже мама. Он предложил через два дня еще раз встретиться с ним и обсудить дальнейшую перспективу, в связи с тем, что мама получила предложение о переезде в США.
Александр вначале удивился: «Откуда Вы знаете?»- потом понял нелепость своего вопроса.
- Саша, я вынужден был отслеживать твою судьбу последние три года. Ты очень похож на отца. Правда немного эмоциональный, видимо характер мамы проявился. Скажи, зачем ты решил проучить трех негодяев, которые обидели твою девушку? Тебе грозил реальный тюремный срок. Ты не удивился, что тебя отпустили из милиции на следующий день? Бокс для умных мужчин, а не для хулиганов!
- Павел Сергеевич, это не моя девушка, это однокурсница. К ней пристали на выходе из института и хотели посадить в машину… Ну, я и вписался!
- Вписался... У одного перелом от падения на асфальт и у двух черепно-мозговая… Ладно, дело прошлое… Александр, ты уже взрослый мужчина и должен понимать, что твой отец не оправдал бы применение силы против безоружных людей. Ты же кандидат в мастера спорта по боксу и еще имеешь первый разряд по шахматам. Если в тебе сочетаются такие качества, то в первую очередь ты должен научиться прогнозировать… Жду тебя, Александр, послезавтра вот по этому адресу в 17.00, - Павел Сергеевич написал адрес на бумажке и спросил: «Запомнил?»
- Да, - ответил Александр.
- По адресу тебя встретит мой человек. А сейчас водитель отвезет тебя туда, куда скажешь!
Павел Сергеевич обнял Александра на прощание, как родного человека, посмотрел в глаза и сказал: «Вылитый отец!»
Вторая встреча Павла Сергеевича и Саши состоялась по указанному адресу в присутствии еще одного сотрудника, который представился, как Михаил Васильевич. Он был молод, лет двадцати пяти-тридцати, с уже пробивавшейся сединой и с пристальным, вдумчивым взглядом.
Алекс вспоминал, все эти два дня не находил себе места, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями. Новая, открывшаяся биография его отца перевернула в нем многие прежние жизненные установки, которые в основном исходили от матери, которые часто заканчивались фразой- «не будь, как отец», и приобрели устойчивое осознание- «я горжусь своим отцом».  Саша съездил на могилу своего отца на Серафимовское кладбище. Теперь ему стали более понятны обстоятельства тех похорон: закрытый гроб, похороны за счет «Геологического управления» и присутствие только одного представителя этой организации, который после похорон и поминок вручил маме очень большую сумму денег по тем временам, и скромно сказал, что это от руководства и коллег, все собрали на похороны.
Саша постоял перед могильным крестом, коснулся фотографии отца, потом поцеловал крест, как делала его бабушка, и сказал: «Папа, я люблю тебя! Прости!»
На второй встрече с Сашей Павел Сергеевич обрисовал возможную перспективу переезда в США после заключения брака между его мамой и Джоном.  Михаил Васильевич все время очень внимательно наблюдал за Александром и молчал.
- Александр, между Джоном Моррисом и Верой Петровной, твоей мамой, возникли искренние чувства и их намерения серьезные, это ты должен понять и перетерпеть. Это жизнь. И, в связи с этим у меня есть к тебе предложение, не отказывайся от переезда в США. Ты молод, энергичен, умен, занимаешься спортом. Отлично владеешь английским и испанским. Чемпион института по боксу и шахматам. Как это в тебе сочетается?  Для тебя могут открыться большие перспективы в США. Твой будущий отчим, - при этих словах Саша расширил глаза от удивления и посмотрел по очереди на Павла Сергеевича, затем на Михаила Васильевича, - Твой будущий отчим, - продолжил Павел Сергеевич, - не простой сотрудник коммерческого отдела консульства США в Петербурге. Он штатный сотрудник ЦРУ, при чем из семьи, которая имеет давние связи с Пентагоном и разведкой США в нескольких поколениях. У нас с тобою серьезный, мужской разговор, и ты, конечно, можешь отказаться, при условии, что ты забудешь все, что я тебе скажу.
Интерес Джона к вашей семье и твоей маме был вначале профессиональный, они знали, что твой отец не простой геолог. К сожалению, и в нашей работе есть промахи, один из предателей передал информацию с подробной биографией твоего отца. Дело в том, что в Пакистане отец возглавил очень серьезную операцию, по результату которой ЦРУ получило большую «пощечину», от которой они долго отходили. К сожалению, твой отец погиб.
Не случайно коммерческий отдел включил твою маму фактически в постоянный штат переводчиков, им нужны были детали, и они убедились, что мама не имеет отношения к деятельности твоего отца.
У нас с Михаилом Васильевичем к тебе предложение, чтобы ты поработал в интересах нашей Родины за рубежом. Вначале ты должен там просто идти по течению судьбы. Рекомендации Джона Морриса помогут тебе в жизни. Смело бери его фамилию. Допустим Алекс Моррис – это удачное для Америки твое новое имя. Учеба в университете, служба в Американской армии и прочие возможные направления. Как только закрепишься в США, мы дадим знать о себе. По нашим расчетам у тебя до отъезда есть примерно полгода. Этого времени будет достаточно, чтобы незаметно для твоих близких подготовить тебя для этой деятельности. Михаил Васильевич будет твоим непосредственным куратором. Можешь доверять ему как мне…
Алекса вернула из состояния воспоминаний небольшая болтанка самолета. То, что ему пришлось дважды менять внешний вид в Сантьяго и один раз в Анкаре, и два паспорта за последние сутки, чтобы оказаться на прямом маршруте в Москву, его не сильно беспокоило, все было продумано до мельчайших подробностей. Такая многоступенчатая сложность должна была убрать любые попытки отследить движение Алекса. Важно, чтобы никто не заметил его отсутствие в Чили. Операция готовилась больше месяца.  Алекс понимал, что если Центр пошел на такие риски, то его присутствие в Москве очень необходимо и определяется важностью информации, которую он должен получить лично, без подключения каналов, которые использовались обычно. «Что это за необходимость такая?»- рассуждал Алекс.
Алекс, являясь руководителем отдела ЦРУ по Азии и Латинской Америке, вынужден был спланировать свой недельный отпуск с супругой на подконтрольной территории так, чтобы на трое суток его место занял двойник. Если бы операция дала сбой, то рухнула бы вся многолетняя работа по внедрению на столько высокий уровень. Подвергалась риску и его жена Дина, которая вначале с пониманием отнеслась к новому заданию мужа, но, когда Дина узнала, что почти трое суток должна играть роль любимой жены с двойником Алекса, пришла в сильное возмущение, которое проявилось почти в часовом молчании. Алекс ее успокоил, поделившись деталями c Диной. После прилета в Сантьяго и размещения на вилле, планируется трехдневная экскурсия на остров Пасхи, вот на эти дни и планируется подмена меня двойником. «Вызывают в Израиль!»- мягко с улыбкой Алекс успокоил окончательно Дину.
С Диной он был женат уже 18 лет. Они любили друг друга очень сильно. Семейные отношения всегда могут быть слабым звеном в разведке, но в случае с Алексом и Диной действовала совсем другая закономерность. На столь высоком посту разведывательного управления должен быть человек с надежной репутацией и, конечно, женатый. Дина играла двойную роль: жены и помощника в разведке. При наличии жены, возможности по контактам, перепискам, покупкам, поездкам, по многим фактам, которые не мог себе позволить Алекс, значительно расширялись. В этом бытовом шуме, который может создавать красивая жена из богатой семьи с американскими корнями, легче было скрыть необходимый информационный поток.
Дина была уверена, что они с Алексом работают на Моссад. Она еще студенткой, завербованная российской разведкой в США, являясь еврейкой, с большим вдохновением отнеслась к новому заданию «Моссада».  И это задание было следующим: познакомиться, войти в близкий контакт и понравиться Алексу.  Центр не настаивал, он внедрял нового члена в команду Алекса, не раскрывая всех деталей перед Диной. Решение было за Алексом.
Их пути пересеклись в тренажерном зале «Кэпитал-хилл» в Вашингтоне. После первой «случайной встречи» и нескольких коротких разговоров на следующих занятиях по фитнессу, Алекс запросил у своего руководства в ЦРУ проверку Дины, сославшись на взаимные симпатии и возможность серьезных отношений. Эта была обычная процедура по утвержденной традиции американской разведки, которая подтвердила «чистую» биографию Дины.  Алексу дали добро. После этого Алекс подтвердил Центру, что выбор сделан.
В Дину невозможно было не влюбиться. Природа наградила ее стройной фигурой, красивым лицом с восточными раскосыми, черными глазами и оценивающим, непреступным взглядом, который мог поставить любого ловеласа-мужчину в тупик. Алекс и Дина, каждый в отдельности понимали, что их брак произошел по стечению скрытых обстоятельств, связанных с разведкой, но это был тот случай, когда российских специалистов, которые выполняли роль подбора будущей пары, можно было только благодарить.  Дина в ту первую встречу в тренажерном зале сильно удивилась, что Алекс фактически не обратил на нее внимание. После тренажерного зала Дина заглянула в боксерский зал и увидела, как Алекс работал с боксерской грушей. Он был старше ее на 10 лет, но в нем чувствовалась такая мощь и энергия, что она забыла о цели своего задания. Она увидела мужчину, словно с обложки популярных изданий. И первая ее фраза:
- Давно не видела работу профессионала. У Вас можно брать уроки -, встретила короткий пристальный взгляд и ответ Алекса между ударами:
- Вам лучше обратиться вначале к тренеру по пилатес.
- Хорошо, я так и сделаю. Действительно, «не называйтесь учителями» -, эту фразу Дина бросила, уходя из зала, но она была определяющей. Это был пароль, который Алекс ждал уже более месяца, по предупреждению Центра, что на него выведут девушку, к которой он должен присмотреться. Легенда о совместной работе на Моссад была положена в основу их отношений.
«Уважаемые дамы и господа! Наш самолет готов к посадке в аэропорту Шереметьево…!» - воспоминания Алекса прервал голос пилота.
Алекс наблюдал вечерние огни Москвы и был ошарашен их яркостью, множеством небоскребов и движением автомобилей по автострадам. Внизу был современный город, он прилетел в новую страну, в которой не был почти 30 лет. Последний раз он вместе с мамой прилетал на похороны свой бабушки Нади в Санкт-Петербург. За эти годы он получал много информации о России, но видеть все своими глазами и оценивать громадные изменения с высоты птичьего полета — это совсем другое. Он увидел современные пейзажи Москвы и всей округи, схожие с видами столичных и крупных городов, к которым привык по роду своей деятельности, часто перемещаясь по миру. Москву уже засыпало снегом и это придавало особою красоту и наводило на Алекса ностальгические воспоминания. Пилот объявил, что в Москве минус 4 градуса. «В Сантьяго сейчас около 20 градусов тепла»-, подумал Алекс
После посадки и выхода из самолета в аэропорт, в рамках плана операции перед Алексом появился мужчина в летной форме, за которым он проследовал. Они вошли в мужской туалет, далее дверь «Для персонала».  Человек в летной форме закрыл дверь и жестом показал, что Алекс должен пройти вниз. Алекс спустился по лестнице, открыл дверь и оказался на улице. Почти вплотную к двери стоял темный минивэн, дверь распахнулась, и рука изнутри пригласила сесть.
- Добрый вечер, Александр Геннадьевич! С прилетом! Вспомнили меня? Я -Михаил Васильевич!
- Добрый вечер, Михаил Васильевич! - Алекс узнал голос и во внешности были узнаваемые черты, тогда еще молодого Михаила Васильевича, но он решил подстраховаться.
- Прошу пароль.
- «В малом ты был верен, над многим тебя поставлю!» - именно эта фраза из Евангелия, была принята Павлом Сергеевичем и Михаилом Васильевичем, как главный пароль для будущих нестандартных случаев, о котором больше никто не знал.
- «Войди в радость господина твоего!» - продолжил Алекс- Как поживает Павел Сергеевич?
- К сожалению, он скончался пять лет назад.
- Очень жаль! Это всех нас ждет! Прошу обрисовать план действий, тайминг и путь возврата, … если предполагается мой возврат! Как Вы понимаете, времени очень мало…
- А у Вас, Александр Геннадьевич, легкий акцент появился.
- Да, сам не ожидал.
- Встреча предстоит с Первым. Он все детали расскажет и обрисует. Как Вы понимаете, задание носит очень важный характер, поэтому Вы и здесь. Время под контролем. Сейчас Ваш двойник с Диной вылетают на о. Пасху из Сантьяго. Наши люди ведут их на всякий случай. Сейчас двигаемся. Через 15 минут пересаживаемся на вертолет. Примерно через час встреча с Первым.  Через четыре часа Самолет в Ереван. Оттуда в Сантьяго с двумя пересадками (в Риме и в Сан-Паулу). Время в пути около 20 часов. По прилету в Сантьяго у Вас должно быть время в запасе, «на всякий пожарный случай». К сожалению, более быстрый путь не предложим. Санкции. На месте уже поработаем с Вашим новым образом и гримом. Двигаемся?
- Да, двигаемся! - Алекс первый раз за время диалога с Михаилом Васильевичем улыбнулся, на фразу «на всякий пожарный случай». Это принципиально отличало подходы американской и российской разведки. Подобные фразы никогда не допускаются в лексиконе американцев. У них все должно быть все четко, конкретно без допущения ошибок и случайностей. Альтернативные действий у американцев, более четко прогнозируются. Алекс даже не стал переспрашивать о Первом, кого имел ввиду Михаил Васильевич, он догадался.
Шел снег. На выезде из Аэропорта образовалась пробка. Включенные спецсигналы на минивэне и на сопровождающем автомобиле с охраной плохо помогали для ускорения движения. Наконец через 40 минут они добрались до вертолетной площадки.
- Снег и метель усиливаются! Прогноз плохой, нелетный! - фраза летчика вызвала у Михаила Васильевича секундную оторопь, Алекс опять улыбнулся, подумав про себя: «Это Россия-матушка! Русская зима вносит коррективы».
- «Лететь надо», —почти прошептал Михаил Васильевич,
- Надо, значит надо! Взлетаем! Летим по приборам! – скомандовал командир.
За время военной службы после окончания военной академии США в Вест-Понте в 1997 г Алексу пришлось бывать в различных критичных ситуациях. Он участвовал в войне с Ираком и командовал разведывательной ротой в звании капитана уже в составе «Сил специального назначения» в 2003 году. Его боевой опыт, аналитический ум, безупречная служба и отличные рекомендации, знания иностранных языков, боевые награды не могли остаться незамеченными. И уже в 2006 году после окончания специального курса «Национального университета разведки США» полностью связал свою работу с ЦРУ.
Все это время до 2008 года (почти 15 лет) с момента переезда в США с ним никто не контактировал с российской стороны. Он понимал и ждал, что это произойдет. Именно на такой срок его ориентировали изначально. «Хорошее вино должно созреть»-, так говорил Павел Сергеевич Алексу перед отъездом в США.
И эта встреча состоялась в ближайшей от квартиры Алекса ветеринарной клинике в Вашингтоне, куда обратился Алекс со своей собакой – французским бульдогом для ежегодной вакцинации.  Перед визитом к врачу в своем почтовом ящике он обнаружил рекламный листочек с выделенным ручным маркером синим цветом в виде овала вокруг телефона доктора-ветеринара, и рядом стояли три красных креста, так же выделенные маркером. Это был секретный знак, о котором знали только в Центре.
Когда Алекс держал своего бульдога на руках, а ветеринар делал укол, то между успокоительных слов в адрес собаки, врач произнес туже фразу на английском: «В малом ты был верен, над многим тебя поставлю!», уходя от врача Алекс произнес: «Войди в радость господина твоего!». 
Сейчас Алекс летел в вертолете окруженным снежным вихрем, с полным ощущением, что он двигается в туннеле времени, без начала и конца. Вертолет кидало в стороны, но он был спокоен как никогда. Он большую часть жизнь «летал по приборам», если провести такую аналогию, в непрогнозируемой погодной ситуации.
- На месте. Снижаемся, — это Михаил Васильевич снял наушники, сообщил Алексу и перекрестился. Все время полета он только однажды спросил о самочувствии Алекса.
Вертолет приземлился на расчищенную площадку в свете прожекторов и буквально через минуту лопасти были собраны с активной работой механиков, и вертолет на площадке был втянут невидимой силой в подземный ангар. Тепло, тишина и свет встретили Алекса в ангаре. Антураж ангара напоминал Алексу вид внутренней палубы американского авианосца.
Их встретил сотрудник в штатском: «Здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант!»
- Ого! Вы уже генерал? — Это почти шепотом сказал Алекс в адрес Михаила Васильевича, стоя у него за спиной.
- Встреча через полчаса. Какие пожелания у нашего гостя? – продолжил сотрудник в штатском, уже обращаясь к Алексу
- Можно принять душ и переодеться? - Алекс снял небольшой рюкзак с плеча, указав на него.
- Да, пожалуйста, следуйте за мною!
Михаил Васильевич жестом пригласил следовать за сотрудником в штатском.
Они прошли к лифту, поднялись, затем уже в коридоре прошли через рамки металлодетектора и был произведен осмотр вещей охраной. Через минуту Алекс с сопровождающими оказался в просторном, уютном номере с прекрасным видом за окном на близстоящие, подсвеченные фонарями, заснеженные ели, которые раскачивало метелью. К сожалению, видимость была ограниченна. Часы в номере показывали 22.15.
- Я зайду за Вами через тридцать минут. Если Вам будет удобно, можете надеть костюм, рубашку и все, что Вам необходимо найдете в шкафу.  – Показал рукою на шкаф человек в штатском
-Хорошо. Спасибо. Я посмотрю.
Как только сотрудник в штатском вышел, Михаил Васильевич приоткрыл дверь номера и сказал: «Маша заходи!» и обратившись уже к Алексу: «Это специалист по гриму, сейчас снимет Все лишнее!» Маша быстро обработала парик и брови Алекса, сняла их и он превратился из пожилого хиппи в нормального взрослого мужчину.
- После встречи Мария поработает над бородою и цветом волос, надо соответствовать паспортной внешности - сказал Михаил Васильевич и вышел из номера с Марией.
Алекс, понимая, что времени уже нет, быстро помылся, побрился и выбрал одежду в шкафу. Костюм и рубашка подошли идеально.
Через минуту раздался стук в дверь. Алекс вышел из номера и последовал за сотрудником. Вошли в большой зал, где уже ожидал Михаил Васильевич и показал жестом Алексу, чтобы присаживался. Сопровождающий сотрудник вышел.
Через минуту с противоположного входа в зал вошел Первый c тем же сотрудником, который сопровождал Алекса и с руководителем ФСБ.
Алекс внутри был готов к тому, что увидит Первого, именно его. Все риски проводимой операции по нелегальному оперативному прилету в Москву, уровень подготовки встречи и его личный уровень в ЦРУ, всё говорили об этом.
Алекс и Михаил Владимирович встали.
- Добрый вечер, Александр Геннадьевич, Михаил Владимирович!  Рад всех видеть. Присаживайтесь. Понимаю времени очень мало. Поэтому сразу к делу. Александр Геннадьевич два вопроса хотел бы с Вами обсудить, - начал Первый,
- Мы очень ценим Вашу работу! Нет тех слов, которые могли бы передать значение той информации, Ваших прогнозов и рекомендаций, которые мы получаем от Вас. Могу без всякого преувеличения сказать, что Вы вписали свое имя в ряд выдающихся российских разведчиков. Понимая важность и риски, с которыми Вы проводите свою работу во благо России, закрытым указом Президента России Вам присваивается звание Героя России. Позвольте Вам лично вручить звезду Героя России.
Все встали. Помощник подал коробочку с наградой. Первый прицепил орден на лацкан костюма Алекса. От усталости от перелетов и напряженной работы мысли, Алекс испытал смешанные и двойственные чувства, конечно, он не был готов к этому торжественному моменту. Многолетнее глубокое погружение в разведывательную работу в США дало естественный отпечаток на психике, что при любых обстоятельствах любой фактор, даже незначительный, не должен указывать на связь с Родиной.  Алекс получал трижды награды из рук президента США. И вот сейчас, когда его деятельность оценила Россия и он получает высшую награду из рук Первого, он проявил естественную сдержанность. Образовавшаяся в несколько секунд пауза, быстрая реакция Алекса и понимание протокольного порядка подобных мероприятий, подсказала, что нужно что-то сказать в ответ на слова Первого. Слова пришли сами:
-Благодарю за неожиданную награду и оценку моей деятельности. Мой отец гордился бы…!
Первый перевел многозначительный, короткий взгляд на директора ФСБ, повернулся к Алексу и обнял его. Алекс заметил слезы в глазах у Первого.
- В продолжении этой части первого вопроса, Вам отдельно, Михаил Васильевич, детально представить информацию о всех льготах и преференциях, которые Вам полагаются. От себя скажу, что если Вы решите по окончании срока службы в США, вернуться на Родину, то Вы получаете полные гарантии по безопасности, бесплатную престижную недвижимость, медицинское обслуживание, полное материальное обеспечение и прочее. Перейдем ко второму вопросу. Михаил Васильевич доложит содержание задания. Михаил Васильевич коротко кашлянул и начал доклад.
- Александр Геннадьевич, Вам предлагается донести до руководства США по своим каналам секретную информацию о ближайших действиях Российской федерации по возврату замороженных российских активов и связанных с этим изменениями экономически-финансовой стратегии.  Это не дезинформация, а запись заседания Совета безопасности РФ. Запись не постановочная, а реальная, - Михаил Васильевич открыл папку и достал флешку с записью и продолжил,
- Главная цель этого задания, убедить руководство США, что Россия реально предпримет все планируемые и утвержденные мероприятия на данном заседании Совета безопасности.  Предпосылками для этих решений являются:
а) многолетние действия политических кругов США и Европы по сдерживанию экономического развития России;
б) отсутствие справедливых и равных условий для участия российских компаний в мировой экономике, введение санкций против России, отдельных компаний и граждан, замораживание активов;
в) прямое финансирование и поддержка боевых действий Украины против России и фактическое участие в войне;
г) обсуждение в высшем военном и политическом руководстве стран НАТО возможности применения тактического ядерного оружия против российских войск.
Требования России по их исполнению до конца февраля следующего года:
Первое. Открыть доступ ЦБ РФ, частным компаниям и лицам ко всем замороженным активам за рубежом любого уровня и в течении следующих двух лет обеспечить их беспрепятственные транзакции.
Второе. Снять любые санкции с российских компаний и их контрагентов в любой области бизнеса.
Третье. Россия отказывается от кабальных финансовых и экономических договоров, в т.ч. от свободной конвертации валют на биржах России.
Четвертое. Отказ западных стран от любой поддержки Украины.
Основные шаги:
Первое. По всем дипломатическим каналам обеспечить оперативное информирование США и стран Евросоюза о необходимости выполнить требования России.
Второе. В случае невыполнения требований России произвести предупредительные фугасные взрывы до окончания данного срока:
а) в Ирландском Море в районе о. Мэн;
б) в Северном море в близости к побережью Бельгии и Нидерландов;
в) на Атлантическом побережье США в близости к Нью-Йорку.
Цель предупредительных фугасных взрывов - создать за счет резонирующего и направленного действия от взрывов цунами малой мощности и подтвердить серьезность намерений России по достижению своих экономических целей.
Россия подчеркивает, что после нанесения прямого ущерба активам компании и ведения открытой войны против России, страна готова к любому исходу в достижении поставленных целей.
Запись, Александр Геннадьевич, реальная, включающая дискуссию членов совета безопасности и различные мнения по этим вопросам. Более скажу, что Совет безопасности утвердил возможность передачи записи через каналы ФСБ. Это осталось за форматом записи.
-  Да, это так, Александр Геннадьевич! И я это подтверждаю! – слова и уст Первого были спокойные и по его внутреннему сдержанному состоянию, Алекс наблюдал за ним во время доклада Михаила Васильевича, было понятно, что решение взвешенное и не эмоциональное. Он продолжил:
- Мы долго и терпеливо пытались договориться с руководством США и Евросоюза. Вопрос о разморозке наших активов, их возврат для нас конечно очень важный, но для нас принципиальный вопрос – убрать «дамоклов меч», который завис над Россией с начала 90-х. Нам выделили роль сырьевого придатка, и был заложен финансово-экспортный механизм через завышенный валютный курс и прочие валютные хитрости, когда наша экономика и государственный бюджет стали зависимыми от европейских стран и США и в первую очередь через доллар США и контролируемые транзакции. Не будем сейчас уходить в экономические «дебри», но наши цель очень простая - экономическая и финансовая независимость. Наши шаги в рамках БРИКС вызвали ярость в первую очередь у США.  США через экономические манипуляции и прямые военные угрозы оказывают на нас и членов БРИКС давление. Финансовые круги штатов, завязанные на ФРС и МВФ пытаются удержать свое мировое влияние. Они не остановятся ни перед чем, их может удержать только сила и осознание, что с нами необходимо вести партнерский диалог. Мы знаем, что их ближайшие планы связаны с применением тактического ядерного оружия на Украине, против наших войск. Мы делаем предупреждение и все наши ядерные силы приведены в боевую готовность. Как говорит наш начальник Генерального штаба: «Лучшая оборона — это наступление!» Мы хорошо понимаем, что мы на грани Третьей мировой войны и мы показываем свою силу, чтобы дать понять нашим оппонентам, разговоры заканчиваются, мы переходим к действиям. Прошу Вас, Александр Геннадьевич, используя Ваши связи личные и профессиональные, донести до руководства США серьезность наших намерений.
Как Вы оцениваете эту возможность?
Алекс внимательно слушал Первого, и за каждым его словом всплывали сотни информационных фактов, подтверждающих его правоту. Алекс знал это по своей многолетней военной службе и работе в ЦРУ. Его еще раз поразила спокойствие и решительность Первого, с которыми он подтвердил и детализировал короткий доклад Михаила Васильевича. Алекс сделал небольшую паузу и начал отвечать, так же четко разложив «все по полочкам», как привык делать это в ЦРУ:
- Еще раз благодарю Вас за доверие! Понимая важность целей и малое время для их реализации, пока высказываю свое предварительное мнение. В процессе сегодняшнего вечера с Михаилом Васильевичем при движении в сторону аэропорта уточним некоторые детали операции.
Первое. Информация будет доведена быстро, и важно, чтобы были обнаружены подтверждающие факты особой активности российских военно-морских сил в указанных квадратах.
Второе. Важны условия и мотивы передачи информации. Я сейчас отдыхаю (мой двойник) со своей супругой на о. Пасхе. Предлагаю, чтобы там создалась видимость передачи информации от заметного человека из посольства России в Чили. С Михаилом Васильевичем обсудим все детали. Основной мотив- несогласие одного из заметных членов Совета безопасности с принятыми решениями, надеюсь на записи есть такие сигналы или намеки.
Третье. Выбранные места для нанесения взрывов, как я понимаю, связаны с высокой концентрацией оптико-волоконных кабелей, обеспечивающих интернет-связь между континентами. При удачном эффекте предполагаю, что может пострадать обмен в первую очередь финансовой информацией и транзакциями на сотни миллиардов долларов. Места выбранные очень перспективные. При одновременном взрыве может произойти синергический эффект, усиливающий финансовые убытки в несколько раз. «Великое начинается с малого».
Четвертое. Предлагаю назвать операцию «Дамоклов меч», но только он зависает на тонком конском волосе уже над нашими оппонентами.
После этих слов Алекса Первый еще раз посмотрел на директора ФСБ и Михаила Васильевича с легкой улыбкой, которая выражала однозначное одобрение всего сказанного Алексом,
- Хорошо, Александр Геннадьевич, так и сделаем! Вам удачного возвращения и Божьей помощи!
Первый встал и все за ним. Он подошел к Алексу, пожал руку ему и Михаилу Васильевичу и вышел из зала.
Обратный путь был более спокойным, метель прекратилась. Было достаточно времени, чтобы обсудить с Михаилом Васильевичем все детали операции «Дамоклов меч». Алекс начал привыкать к красивой черной бороде и армянскому паспорту.
- Михаил Васильевич, у меня по-армянски только несколько фраз. За три с половиной часа не успею выучить язык, - пошутил Алекс.
- Александр Геннадьевич, по легенде Вы из краснодарских армян. Там они в основном появились после турецкого геноцида и сейчас только процентов 30% сохранили язык. В Ереване Вы уже станете 100%-м англичанином и так до Сантьяго c двумя пересадками. Наши люди будут вести Вас до Сантьяго. Так, на всякий пожарный случай.
Алекс снова улыбнулся. Около вертолётной площадки ожидало такси. Алекс пожал руку Михаилу Васильевичу, и они попрощались. Алекс сел в такси и превратился в обычного пассажира, спешащего в Шереметьево на самолет. Алекс еще раз нащупал флешку с полученной записью в боковом кармане куртки.  Он успел ее прослушать. Алекс обернулся, увидел в заднее стекло стоящего рядом с вертолетом Михаила Васильевича, который перекрестил уезжающее такси.