18. Фатальная беда. Анна

Вообще-то правильнее будет сказать "фетальная". Но в данной ситуации, что так что эдак. Только что не со мной она случилась, а с моей сестрой.

Какой сестрой, поди, задумаетесь вы? Вроде о таковой в нашем романе и слова нет? Есть. Помните отца моего Игоря и его молодую жену Роберту? Беременную. Девочкой, как выяснилось. Значит, понимаете, что это дитя — моя сестра? Раз муж будущей матери - мой родной папочка?

В общем, у малышки нашли серьёзную патологию. Я аккурат вещи собирала в больнице, когда позвонил Игорь. Мне-то врач уже доложил, что тревога оказалась ложной, и угрозы выкидыша нет. Домой собиралась. А у них беда приключилась...

Поехала туда. Послушала невеселый рассказ. В общем, предлагают Роберте фетальную операцию. То есть, внутриутробную. При том не факт, что эндоскопическую. Скорей всего, при помощи открытой хирургии. Иначе здоровье ребёнка под угрозой.

Я девушка впечатлительная. Тут же представила, как мою почти подружку, хоть и мачеху, режут, зашивают и все такое прочее прямо по беременному животу и задохнулась...

Заплаканная Роберта молчала. Растерянный отец с надеждой смотрел на меня. В общем, решила я пожить у них. И это было правильно. Бедной женщине со мной легче. К тому же, они такие растерянные оба были, что я оказалась ведущей. Поневоле...

Предстояло решить, где делать операцию. За границей или дома. При том, что тамошние доктора вроде руку лучше набили. Но и у нас догоняют...

Такие операции сейчас проводятся в Санкт-Петербурге, Москве, Томске, Екатеринбурге, Челябинске, Новосибирске и Иркутске. Начали собирать информацию. Ничего решить не могли...

В общем, я позвонила Элле. Через несколько дней она обо всем договорилась и мы отправили все медицинские документы в Израиль. Чтобы тамошние врачи изучили и дали знать, возьмутся ли. Как-то надежды питали на тех медиков. Практически советская школа, значит, наша...

Ожидание было тягучим и безрадостным. А сегодня утром я случайно увидела свою мамочку в кабинете у Игоря. Явно ссорились. Пошла туда, удивилась её явлению. Мало того, что им Евгением ещё почти неделю в санатории надобно отдыхать, так ещё и с Игорем они вообще не общаются. А тут даже ругаются...

Оказывается, Алла примчалась домой по наводке Эллы. Та все рассказала про меня, про Кирилла, про предстоящую операцию Роберты. И, самое главное, про то, что я живу у Игоря. То есть, нахожусь в постоянном стрессе. И потому ставлю под угрозу здоровье своей Полечки...

Вот мама и убеждала отца отправить меня домой. Чтобы их горе не было у меня перед глазами каждую минуту. С одной стороны, это правильно. Мне ж сейчас про себя некогда подумать. Я вся в делах чужого больного ребёнка. Это тяжело.

С другой, теперь уж мне от их проблем не уйти. Где бы я ни находилась, мысли не повернешь. Всё равно буду изнывать и переживать.

А с мачехой мы друг друга поддерживаем. И веселим, несмотря на ситуацию. Видимо, молодость и оптимизм помогают. Особенно Робертин. Она лёгкий человек. Приятный...

Короче, отправила маму домой. Обещала звонить и приезжать в гости...

Уже через неделю вернулась домой. Мои улетели в Израиль. Алла повеселела. Что ей Гекуба? Раз я с её драгоценной внучкой, хоть ещё и не рожденной, дома?

А я ходила понурая. Все ж тяжело не знать каждую минуту, как там близкие люди. Что у них, почему...

И вдруг Михаил позвонил. Тот врач, что мою беременность ведёт. Расспросил про самочувствие, поговорил о погоде, природе и прочих пустяках. Пригласил погулять...

Сказать, что я удивилась, значит, обмануть вас. Я была ошеломлена. Нет, в женских романах и мыльных операх всякое возможно. Но и эти жанры вряд ли предполагают, чтобы у доктора с его беременной пациенткой возникли некие отношения. Наверное, это нереально.

Однако на свидание я согласилась. Миша мне сразу понравился. Правда, девчонки в больнице говорили, что он женат. Не хотелось бы стать разлучницей...

Я поймала себя на том, что улыбаюсь. Совсем с ума сошла. Надо о родах думать, а я про кавалеров размечталась...