Без нас

   Луны обмылок, завёрнутый в измятую ветром салфетку облака. Притопил прозрачные свои, видимые едва края на мелководье небосвода, омывает его частой волной, освежает будто. По кальке неба, привычной рукой, враз начертаны созвездия, намечены грядущие, незаметные покуда, что проявятся в ночи. Ничего лишнего, - линии ровны и безупречны, эмаль неба без единого скола. Ещё минуту назад небосвод был чист, а вот поди ж ты, - уже украшен искусно, впаянные в его оправу бриллианты звёзд дождались быть замеченными, сияют теперь белозубо, улыбаются всякому на них взгляду.

   Пропустить мимо сердца эдакую славную минуту - душе во вред. Негоже манкировать чужими стараниями, ибо в ответ и собственные сгинут втуне, неявленными.

  Недаром и птицы замирают об эту пору вечерних зорь. Воцарившиеся над головою звёзды не мешают пению, но не обратить внимание на их зарождение понавдоль простора небосклона, - непозволительная роскошь бытия. Это ж как птенцу вылупиться из яйца на виду у всех. Сопереживание, соучастие тайне явления себя свету, - некий залог не остаться один на один с собой в минуты неизбежной скорби, что предстоит пережить на закате, а жизни или дня, - оно сродни.

  Звёздная пыль или песок дороги, - всё едино. Один скрипит мерно под поступью вечности, другой под ногой, да оба нашёптывают истины, коих расслышать повсегда недосуг. Хотя, так просто, без особых к тому усилий, - остановиться, прислушаться и поднять голову, дабы понять, что там делается, в вышине, без нас.