14. Дать надежду

ТТ ПОЧТМЕЙСТЕРА

ТОЛСТАЯ ТЕТРАДЬ. ПИСЬМА В НИКУДА

Тема № 14. ДАТЬ НАДЕЖДУ


ФАТАлист

Первый снег,               
              как первая любовь,               
                чист…













                Стр.??

                …чист,
                как белоснежная фата,
                лист


*    *    *
Снежинки кружатся и падают, и вот
по берегам на мелководье первый лёд.
И ивы примеряют шаль.
Снег приглушил осеннюю печаль.

И вот уже вокруг белым-бело,
река течёт вдаль, душу отвело...


Ещё до Рождества...

В провинциальном городке служил почтмейстер.
Да как у всех: друзья, работа, дом.
Случилось так, заезжий капельмейстер
увёл жену, произошёл надлом...

Он поначалу ей писал – не отвечала.
(Часть писем возвратилась в городок).
Тоска душевная так измотала,
что он без «беленькой» уже не мог...

Почтмейстеру всё стало безразлично:
он потерял друзей, работу, дом…
И опустился так до неприличья
(сломался хрупкий стержень в нём!).

И, как в участке пояснял свидетель,
в последний раз его он видел у костра, когда
с каликами почтмейстер пел... Был весел,
швырнув ту стопку писем в никуда...


Метаморфоза

Солнце улыбнулось: «Здравствуйте, поэт!»
Незабудкой я расцвёл: «Привет!»
(А накануне ж был отпет...)


Привет

ПРИГОВОРЁННОГО БОЖЬИМ СУДОМ
К ВЫСШЕЙ МЕРЕ ЯЗЫКОВОГО НАКАЗАНИЯ
САМОСОЖЖЕНИЮ
СЛОВОМ
ПОЛУЧИТЕ!!


 «Клаве (1)» про съёмщиц

*
– Эй, вздор съёмщицы: «Жена, туфля, шью х/б…» ГКЧП!
*
Вздор! Не шьют съёмщицы х/б... Эй, паж, флягу – ЧК!
*
Пой, съёмщиц шальных будя: «Взгрею ж эф» (тчк)
*
Чую ж, Фрэнк, съёмщицы взгляд... Пой, тешь, Бах!
1) в каждой разнобуквице – весь алфавит для проверки клавиатуры.


Покаяние

– Пригуби стакан вина, звонарь,
и веди по лестнице убогой,
да не причитай, как пономарь,
на Руси давно не ладят с Богом.

Отведи наверх, под купола,
где блуждают звёзды меж крестами,
и грустят в тиши колокола
с медными литыми языками.

Расскажи на божьих языках
про мои дороги и скитанья,
да в каких покаяться грехах,
не крещён – кто примет покаянье?

На вселенский выплесни простор
запоздалые признанья, сердца стоны.
Так, звонарь, какой же приговор
в колокольных грозных перезвонах?

– Грешник, чую, Бог велик, простит.
Преклони в смирении колени
перед той, что все ещё хранит
высохшую веточку сирени!..


И дарил!
(оборотень)

И лепо стихи я Оле той дарил!                Лира, Ди, Отелло, я и хит сопели...            


Поэтому

Поэтами не рождаются...
Потом умирают...
Поэтому в стихах теплится надежда!..


*     *     *
Разругавшись – уходи,
а с досады дверью хлопать –
не с руки – идут дожди,
с крыш домов смывая копоть.

Тротуары так блестят,
будто их натерли кошки
языками, как котят,
и слизали с блюдец крошки.

От обиды не впадай
в ступор аль чего похуже.
Лучше погляди, как чай
дождь заваривает в лужах.

Или, может, погоди,
дай дождю на счастье руки,
нагадает впереди
встречи, новые разлуки.


Вальс 1914 года               

В парке военный оркестр               
вразброд выверял гаммы…
Вальс заиграл, и ротмистр
пригласил даму.

Вместе со всеми кружится
пара, им вторят тени.
Нежное сердце томится
от пылких прикосновений.

Земля из-под ног уходит
не от землетрясения –
смелые па выводят
ротмистр + вдохновение.

Повсюду запах сирени,
а где-то там, за горою,
от пуль укрываясь тенью,
дышит земля войною.

Война – не игра, «се ля ви».
До боли сжимаются руки;
это – к любви,
а слёзы, они – к разлуке.

И может в бою так статься,
он смерть свою повстречает –
свинцовая дура для вальса
партнёра найти не чает.

Завтра на фронт – под дула.
Бог даст, ещё возвратится
ротмистр и станцует –
не торопись проститься!


Точка отсчёта

Впереди – неизвестность.
Позади – прожитое.
В данный момент
твои губы –
точка  отсчёта.
(Вот. Новая точка.)
Так, миг за мигом,
тает время,
прибавляя воспоминанья...
По теории взрыва,
Вселенная, расширяясь,
сузится в точку.
Не время!


А в самом конце пиршества...   

Время доело последнюю конечность Пространства,
со всеми его измерениями в бесконечностях,
уснув на плече бессмертного Взрывника,
переваривая прожитое, вспоминая, вспоминая...
Взрывник пока не спешил будить Время,
перебирая оставшиеся струны Вселенной...
Значит, и у нас есть шанс свидеться!..


Такая

ОБВОРОЖИТЕЛЬНАЯ...
ЖИЛА
ВОРОЖИЛА
ЗАВОРОЖИЛА
ТАК ЗАВОРОЖИЛА
ЧТО...
ДА ВОТ
ЗАЖИЛО


Нечаянная встреча

Глаза всё те же, но едва улыбка...
С испугом обернулась: «Как? Ты здесь?..»
И понеслась с авоськами... А скрипка
играла в переходе полонез...

Минуту постояв с «Огинским»,
дал скрипачу трояк
и распрощался с Минском.


Аладдин

От волшебной лампы Аладдину   
не дождаться больше волшебства:
отпустил он на свободу джинна,
дервишам раздал средства
и припал к повозке Саладина,
как к траве опавшая листва...

Переход последний каравана.
Пролетела п; небу звезда.
Воины ждут отмашки от султана,
наготове рыцари креста.

А без духа лампы Аладдину
предначертано погибнуть на войне.
Он лежит в песках и кличет джинна,
только друг в далёкой стороне.

Но и джинну захотелось в лампу.
В ней – покойней, раб, он нелюдим.
Да идёт иной, играя в ямбы,
и стирает пыль с волшебной лампы
юный отрок, но не Аладдин.


Толи я?..
(оборотень)

А «нёс»… Сад... О, жди… А не до радуги, Сеня!       
                Я нёс игу дар Одена и Джо Дассена...


Он
(в перевёртышах)

– О тотеме?! То-то
у глыбы лгу,
юани пинаю!..


Шанхай. КВЖД

Гера, Инна –
героини!
Гера, Инна –
героина...
ДОбра силой
самураи
саму Раю
допросили...
Ноги жались,
но держались!..


Магазин
(анаграмма)

Зина – маг!             АКМ, мак...


3мей Горыны4

Мы ей горы...  (3-4)


И круты турки!
(в перевёртышах)

Ого, вот порот Кер, и директор оптового...


АО «Боа»

Аллы... Базар. Фраза была
началом... Смола. Чан...


Жена. Манеж...
(в перевёртышах)

Та – на канат.
Тело.  Полёт...
(Телу лет –
о-го-го!)
Лети, китель!
И «кура» – на руки!..


Прогулка уфолога

В то утро солнце разогнало тучи,
прервав почти трёхдневную капель,
в глаза взглянуло пристально, как дуче,
из головы выветривая хмель.

Он, еле оторвавшись от подушки,
мужчина тридцати неполных лет,
пошарил по столу: пустые кружки
и начатая пачка сигарет.

Одну он взял и закурил. Вздыхая,
взглянул на тумбу. Там стояли в ряд
порожние бутылки, поминая
вчерашний окорок, треску и сервелат.

Кряхтя, он встал, оделся. Машинально
поправив галстук, подошёл к трюмо
и посмотрелся в зеркало. Печально
паук свисал, подглядывал в окно.

Ругнувшись, он привел себя в порядок
и вышел Из дому. Играючи, лучи
с задором поджигали лужи рядом
с обочиной, канавы и ручьи.

И, обходя препятствия по дугам,
он чертыхнулся, вспомнив про жену,
которая уехала в Крым с другом,
оставив ключ, записку, ветчину...

Приблизившись к ларьку (где пили пиво),
он обернулся и увидел ту,
которая походкою игривой
плыла по солнцем осиянному мосту.

Оцепенев под взглядом незнакомки,
мужчина вздрогнул, прибавляя шаг,
пошел навстречу ей, споткнулся у колонки,
по луже прокатился на руках.

Заметил, приподнявшись, отряхаясь,
как призрак лез в оконное стекло;
беззубая старуха ухмылялась –
и в этом путь к разгадке НЛО...


«Заводи ИЛ!»

заводь ила
заводила


Грабим!
(разнобуквица, 29)

– Банк – Эльф. Музей – Чёрт. Я ж – сип... Выход?!  Юг!!


Гужевой транспорт
(в перевёртышах)

Троп сна, рта транспорт
как
увижу – живу!
«Но, конь!» –
как
дед
летел!


ГИБДД

И летели
с ПДД ДПС


Кати так

– Катим?! Итак...
Алла так и катала
«катал»… А так
им и
надо! Дань
тащат...


Тут ходили...

Икра. Ларьки.
Икра... Доп. подарки...


Свято место...

Пала коммунистическая идеология,
пришла – божественная...


Крещение планиды

«...Январь-Малевич ту планиду
в прорубь окунул,
вьюгами обдул,
по христианской вере
и крестил...»
 (Архимандрит Кирилл)


*    *    *
Нам многого познать не суждено,
пусть и не мал путь от рождения до гроба,
но главное – как пройдена дорога...
Как жили мы тут: праведно? грешно?..
Внутри себя услышьте голос Бога!


Рассвет

Летучая мышь
и не мышь и не птица
ночь
дикая кошка
не кошка не львица
утро
бесшумно крадётся
коварен прыжок –
рас с/ц вело
ночь
укрылась в пещере
а утро
утро мурлычет стихами...


Вы – Яхтой...
(разнобуквиша, 33)

КПЗ, ГДР – чушью съёмщиц эф... Ты – блажен Яхвой!


Вдохновение

1
Равняясь на западные ветра,
не тру гортань я лихим «ура!»,
в Азии туча – почти чадра
для лика светила.
Навскидку – раскалён на треть,
как славянин, презираю смерть,
опираясь двумя о твердь,
что меня взрастила.
2
Я – дитя города... Старый дом
своё отстоял, был снесён.
Что горевать о нём? –
В новом-то – краше!
Вот они: улицы, «коробки»,
парки, скверики у реки,
стела на площади плюс ларьки –
полная чаша!..
3             
С детства я пленник синих озёр,
всё оттого, что не нюхал гор,
то не предкам в укор –
так карта легла...
С гладью воды я почти на «ты»
(Экзюпери, ас, тебе кранты!),
да я ТТ – предпочту цветы,
попсе – скрип весла!..
4
Дайте же, дайте воздушный шар,
сражусь с ветрами, как дон Икар!
К солнцу поближе – смуглей загар,
истина ближе...
Выше деревьев, горбатых гор,
за облака – даёшь фурор,
пока кипит кровь и есть напор,
ниспосланный свыше!


Гимн радуге

Мир полон красок, господа,
долой же серый цвет!
Порой несбыточна мечта –
унынию места нет!
 
Да будет радуги дуга!
Да будет божий свет!
Да будут счастливы тогда
и нищий, и поэт!

Триумф у красок впереди.
Поэт, твоя строка,
поверь, разбудит вновь дожди,
и расцветёт дуга!