Глава семнадцатая

- Куда же Вы исчезли? Я уже начал переживать, не случилось ли чего, — воскликнул Давид, завидев входящего в калитку Глеба. - Пока вас не было, я позволил себе посмотреть ваши рисунки — надеюсь, вы не обидитесь на меня за то, что я сделал это в ваше отсутствие? Должен вам сказать, я в восторге, вы прирождённый художник, Глеб! Уверен, что никто лучше вас не сможет отреставрировать росписи в нашей церкви!

- Спасибо вам на добром слове, батюшка! Я сделаю всё, что смогу, и постараюсь не подвести вас. Простите, что я так внезапно исчез. В церкви я встретил маленького мальчика...

- Я видел, как Вы с ним разговаривали. Это Илья, внук Клавдии Петровны, нашей недавно почившей в Бозе прихожанки. Удивительный мальчик! Он постоянно приходит в церковь и так истово молится, что наши бабушки прозвали его Маленьким Ангелом.

- Он, наверное, растёт без отца?

- Три года назад его отца нашли мёртвым возле продуктового магазина — он умер от отравления этиловым спиртом. Воспитанием мальчика занималась Клавдия Петровна, а его мать, насколько мне известно, ведёт не совсем правильный образ жизни, и судьба сынишки её мало волнует. После смерти бабушки я обратился в органы опеки с просьбой проверить, в каких условиях живёт Илюша, и недавно мне пришёл ответ...

- И что они вам ответили?

- Написали, что никаких причин для беспокойства нет, ребёнок не голодает, одет, обут, и вообще, многие дети живут в гораздо худших условиях.

- Прекрасный ответ! Придраться не к чему! Я сам схожу к ним домой и посмотрю, как живёт Илья. Заодно и с его мамашей познакомлюсь.

- Вас так тронула судьба этого мальчика?

- Очень тронула! У нас с ним одинаковые судьбы. Моё детство было таким же безрадостным, и, если бы не моя бабушка, меня давно уже не было бы на свете. Я не хочу, чтобы Илья прошёл через то, через что после смерти бабушки довелось пройти мне. Не знаю, поймёте ли Вы меня, но за то короткое время, что мы с женой с ним общались, я успел к нему привязаться... Мне кажется, я даже полюбил его.

- Так ведь это замечательно! Неизвестно, как всё будет складываться в дальнейшем, но теперь у Илюши будет настоящий друг и защитник, а это дорогого стоит. Со своей стороны могу вам обещать, что тоже не останусь в стороне и всегда окажу вам любую посильную помощь.

- Спасибо вам большое! Говорить о чём-то конкретном пока рано, посмотрим, как будут развиваться события дальше.

- Хорошо, тогда давайте поговорим о предстоящей реставрации. Послезавтра приедет Герман Фишер, тот самый бизнесмен, который пожертвовал деньги на ремонт нашей церкви. Он просил составить список необходимых для работы материалов, чтобы то, чего нет у нас, он мог привезти из Германии.

- Для начала нужно установить крепкие, надёжные леса, ведь работать мне придётся на большой высоте...

- Об этом Герман подумал в первую очередь, ведь он владелец строительной фирмы; леса уже готовы, на днях их привезут и установят. Он имел в виду, какие вам понадобятся краски и инструменты.

- Какой он, однако, шустрый, этот Герман! - улыбнулся Глеб. - Мне нужно посоветоваться с Алесем Романовичем. Он очень талантливый реставратор, подскажет, какие лучше использовать краски, а я никогда не занимался реставрационными работами и имею об этом весьма смутное представление. Сегодня же, не откладывая, зайду к нему по дороге домой.

Прощаясь, собеседники крепко пожали друг другу руки и договорились встретиться завтра.

- Ну что, понравились Давиду твои рисунки? — с ходу поинтересовался Алесь, как только Глеб вошёл во двор.

- Сказал, что понравились.

- Я не сомневался, что они ему понравятся. Давид способен отличить подлинное произведение искусства от бездарной подделки. Значит, скоро ты приступишь к работе?

- Не так скоро, как хотелось бы, ведь для того, чтобы начать реставрацию, к ней нужно основательно подготовиться. Для начала нужно составить список всего, что мне понадобится для работы, причём сделать это нужно не откладывая, чтобы послезавтра я мог передать его Герману Фишеру. Я, собственно, и зашёл к вам для того, чтобы вы помогли мне...

- Список я составлю потом и завтра утром, по дороге в город, завезу тебе, так что не волнуйся. Сейчас мне просто некогда этим заниматься, мы с Мартой ждём очень дорогого гостя. С минуты на минуту приедет старый друг нашей семьи Генрих Леонардович Немировский, владелец знаменитой картинной галереи. Тебе, кстати, будет очень полезно с ним познакомиться. Это уникальный человек!

- Это тот самый Немировский, которого называют графом Монте-Кристо? О его несметных сокровищах ходят легенды. А ещё говорят, в молодости он был очень болен, и врачи сказали, что жить ему осталось всего несколько месяцев, а он в ответ рассмеялся им в лицо, разорвал свою медицинскую карточку и сказал: «Не дождётесь! Я буду жить до ста лет!».

- Да, это он. О нём много чего говорят, порой придумывают такие небылицы, что просто смешно. Уж не знаю, доживёт ли Генрих Леонардович до ста лет, но в свои восемьдесят семь он ещё полон сил и энергии и выглядит великолепно.

Вскоре к дому подъехало такси, и из него вышел высокий мужчина с безупречной осанкой. На красивом лице аристократической лепки время не торопилось оставлять свои следы, и определить с первого взгляда возраст мужчины было невозможно. Слегка вьющиеся, спадающие на плечи неукротимой волной тёмно-русые волосы, в которых не было и намёка на седину, делали его похожим на героя рыцарского романа, что сразу вызвало у Глеба искренний восторг и восхищение.

Переживший две революции и две кровопролитные войны, Немировский так великолепно выглядел, что, глядя на него, можно было подумать, что все чудовищные исторические катаклизмы, оставившие в судьбах миллионов людей неизгладимый след, прошли мимо него. Однако на самом деле всё было далеко не так. На долю этого человека выпало так много суровых испытаний, что можно было только удивляться, откуда он брал силы, чтобы всё пережить и вынести.

Будучи ценителем и горячим почитателем Серебряного века, Генрих Леонардович в своей манере одеваться отдавал предпочтение стилю той далёкой эпохи. Одежду, сшитую по моде конца двадцатых годов в самых лучших ателье, он умел носить так, что она не казалась окружающим смешной и нелепой, а, напротив, выглядела модной и элегантной.

После тёплой встречи, во время которой все обменялись сердечными приветствиями и дружескими объятиями, Алесь познакомил Глеба с Немировским:

— Познакомьтесь, Генрих Леонардович, это Глеб Ольховский, о котором я вам рассказывал.

- Тот, которого ты сравнивал с Леонардо да Винчи? Рад познакомиться с вами, молодой человек, — пожимая Глебу руку, сказал Немировский.

Спустя минуту он уже с интересом рассматривал работы Глеба.

- Алесь рассказывал мне, что один из его учеников пишет потрясающие пейзажи, которые вполне могли бы соперничать с работами самых известных живописцев. Тогда я отнёсся к его словам довольно скептически, ведь я хорошо знаю Алеся, в своих оценках он не всегда бывает объективен, особенно когда речь идёт о его учениках, но вижу, что в случае с вами он был прав. Даже если судить о ваших способностях только по этим карандашным рисункам, могу сказать, что вы действительно невероятно талантливы. Нечто подобное мне доводилось видеть только в Лувре и музеях Флоренции. А теперь ответьте мне на один вопрос: почему в моей галерее до сих пор нет ни одной вашей картины?

- Я нигде не выставляю свои картины.

- Это почему же? Вы что, сознательно скрываете от людей свой талант и лишаете их возможности наслаждаться вашим искусством? Но ведь это преступление, дорогой мой! Бог дал вам талант не для того, чтобы вы так безответственно с ним обращались, а для того, чтобы с его помощью делали этот мир добрее и прекраснее. Или вы со мной не согласны?

- Я всегда просто рисовал, то есть делал то, без чего не мыслю своей жизни. Но, пожалуй, я соглашусь с вами. Если я могу сделать для этого мира что-то хорошее, я должен это сделать. Это мой долг.

- Вот и замечательно! А что касается долга, у нас у всех один долг — перед Всевышним. Если в меру своих сил мы будем исполнять его заповеди, то всё в нашей жизни будет складываться наилучшим образом. Однако мы отклонились от темы нашего разговора. Мне хочется поскорее увидеть ваши картины, и, если они мне понравятся, а я в этом ничуть не сомневаюсь, у меня будет к вам интересное предложение.

- Что вы имеете в виду?

- Поговорим об этом позже. Марта накрыла такой шикарный стол, что у меня уже слюнки текут.

После ужина Генрих Леонардович предложил Глебу прогуляться по усадьбе.

- Вы, наверное, торопитесь, Глеб? Я заметил, как вы несколько раз украдкой поглядывали на часы... Не буду томить вас ожиданием, и скажу о своём предложении прямо сейчас. Я уже не молод, сами видите, и сколько мне ещё осталось топтать эту грешную землю, одному Богу известно. Моя жена и сын погибли в концлагере, не дожив до освобождения всего несколько месяцев, никого из близких у меня на этом свете не осталось, и мне бы не хотелось, чтобы после моей смерти моя галерея досталась каким-нибудь мошенникам. Я хочу предложить вам стать моим помощником, с таким прицелом, чтобы потом, когда меня не станет, вы стали полноправным владельцем галереи.

- Но ведь вы меня совсем не знаете, Генрих Леонардович! - удивился Глеб.

Немировский пристально взглянул на Глеба, и в уголках его губ появилась едва заметная улыбка.

— И вы боитесь, что разочаруете меня и не оправдаете моих надежд? Не бойтесь, моя интуиция ещё ни разу меня не подводила. Я уверен, что вы именно тот человек, которого я давно ищу. Я прекрасно понимаю, что всё это свалилось на вас как снег на голову, поэтому не стану торопить вас с ответом. Подумайте пару дней и, если решите принять моё предложение, приезжайте в галерею, и мы обсудим с вами все вопросы. Вот моя визитка, возьмите.

- Спасибо вам, Генрих Леонардович, я в любом случае непременно приеду!

После разговора с Немировским Глеб простился с Алесем и Мартой и, выйдя на улицу, быстрым шагом направился к дому. Пройдя метров двести, он увидел идущую ему навстречу Галину.

- Я думала, в церкви сегодня всенощная...

- Не сердись, родная! Мне нужно было зайти к Алесю Романовичу, а там... В общем, у меня хорошие новости, сейчас я всё тебе расскажу.