Литературный дуб

Научно-философские наблюдения, изыскания, опыты и умозаключения
15

Стояло Дерево. Дерево стояло упорно и вертикально, как и положено стоять Дереву. Оно не было молодым — это факт установленный и неоспоримый. Оно было высоким, ветвистым и обладало густой зеленью, столь густой, что сквозь нее невозможно было усмотреть ровным счёта ничего, кроме самой зелени, которая, как известно, бывает зелёной. Можно сказать, дуб дубом. Совершенно верный дуб.
Вокруг сего, простите великодушно за выражение, дуба, на траве, у корней его, валялись перья. Вороньи перья. Или галчиные. Суть не меняется. Перья эти валялись не просто так, а с видом значительным, как будто участвовали в важном процессе. И что самое занятное — они продолжали падать. Сверху. Из гущины листвы. Падение перьев было разным. Одни перья, лёгкие и пушистые, отделялись от невидимого целого и планировали медленно, вращаясь, как падают сны или забытые мысли. Другие же, тяжёлые и решительные, неслись камнем вниз, будто спешили по неотложному делу или были вытолкнуты с силой, они втыкались в траву. Трава была зелёная. Это факт.
Падение перьев — явление само по себе занимательное, но, когда оно происходит непрерывно и без видимого источника, это уже переходит в разряд событий.
Что же происходило там, в гуще листвы, этой зелёной завесе непостижимости? Загадка! Глаз человеческий, даже прищурившись изо всех сил, был бессилен. Можно было строить предположения, ибо мозг человеческий любит строить предположения, особенно когда нечего видеть.
Версия первая, орнитологическая: Галка с Вороной не поделили Сыр. Известно, что галки и вороны весьма падки на сыр, а делиться им не любят. Этот факт зафиксировал Крылов И.А. Отсюда — драка. Драка — перья. Логично? Логично. Но где сыр? Сыр не наблюдался. Пробел в логике.
Версия вторая, зоологическая: Кот завтракал. Кот, существо хищное, любит завтракать птицами. Птицы при завтракании кота имеют обыкновение терять перья. Перья падают. Падали они и сейчас. Версия крепкая, как кот. Но почему завтрак столь затянулся? Почему не слышно предсмертных воплей птицы? И почему не слышно радостного мяуканья? Завтрак проходил подозрительно тихо. Вопросы.
Версия третья, литературно-историческая (и самая невероятная, а потому, возможно, наиболее верная): Там, в зелёных высях, меж ветвей корявых, восседают Александр Сергеевич Пушкин и Николай Васильевич Гоголь. И пишут. Пишут друг другу письма. Постоянно. Непрерывно. Почему именно там? Почему бы и нет? Дубы — места знаковые. Гуся под рукой нет, вот и пишут перьями, которые под руку попадутся, то вороньи, то галочьи. Судя по тишине вокруг, птицы не возражают против общипывания, раде классической литературы.
А.С. Пушкин пишет. Пишет быстро, легко, с изяществом необыкновенным. Строки льются, как вода из кувшина. Перо скользит по бумаге — шуршит, скрипит едва слышно. И быстро тупеет, ломается. Пушкин берёт новое. И снова пишет. Исписывает перья с устрашающей скоростью. Одно за другим. Птицу за птицей. Пустое перо — за борт! Тюх! Летит вниз, плавно, качаясь, как лист осенний или как лодка по Неве в ясный день.
Н.В. Гоголь пишет. Пишет с нажимом. С малоросской тоской и основательностью. Каждую буковку вдавливает в бумагу, будто на доске вырезает. Перо скрипит громко, протестует, гнётся под напором мысли и чернил. И — хруп! — ломается. Гоголь хмурится, берёт новое, ещё крепче нажимает. Сломанное перо — долой! Камнем вниз! Трах! В траву.
Вот они и летят, перья сии: одни — медленно, плавно, по-пушкински воздушно; другие — камнем, стремительно, по-гоголевски основательно. И падают. Падают на траву зелёную, у подножия дуба векового. Создают узор чёрный на зелёном. Узор литературный.
И происходит сие действие безостановочно. Шуршание, скрип, тихие возгласы («Чёрт возьми, опять!» — возможно, Гоголь; «Легче, Николай Васильевич, легче!» — возможно, Пушкин), и перья, перья, перья... Падают.
Казус. Казус чисто литературный. Перья, исписанные и переломанные, роняют классики с дерева. А дуб стоит. Стоит и молчит. Он же дуб. Ему ли вмешиваться в дела писательские и перьевые? Он просто предоставляет ветви. И густую зелень. Зелень, скрывающую всё. И птиц молчаливых. Терпеливых.
А перья продолжают падать. Падают.