География жизни. Глава 47. Санкт-Петербург

                - 1 -

        1992 год  Март

        Это было моё седьмое ( как у Синдбада ) и последнее посещение города
     на Неве. Только это был уже не Ленинград, а Санкт-Петербург, вновь сменивший
     своё название в 1991 году.
        Город Святого Петра!

        Задача командировки была ЯСНА как божий день - принять или скорее
     НЕ ПРИНЯТЬ нагревательную установку "ВНИИТВЧ" по закалке ведомой шестерни
     главной пары заднего моста автомобиля ГАЗ-3307.
        Институт, как и вся наша страна, переживал не лучшие времена, и про-
     существовав еще с десяток лет, рассыпался как КАРТОЧНЫЙ домик.
        А какие были разработки!
     Какие имена! Сам Вологдин и другие. Развивался, как наиболее успешное
     и процветающее учреждение в послевоенные годы, известное не только в СССР,
     но и во всем мире.

        Предварительно в Санкт-Петербург были отправлены образцы, вернее сами
     детали ведомой шестерни. Ящики сам отправлял и упаковывал, и теперь ведомые
     шестерни прибыли и ждали своего хозяина.

        Командировка оказалась веселой.
     С приключениями и воспринималась легко, тем более отчасти оттого, что
     отправлялись из ЗМГА мы вдвоем со старшим мастером участка 347-10 нашего
     термического цеха Конновым Владимиром Яковлевичем, моим тёзкой лет примерно
     моих, ровесником.
        Особо ничем не обременялись, тем более, что полномочий особых, чтобы
     что-то подписывать и закрывать договор, у нас не было. С тем и уехали.
        Но прелесть всей ситуации была в том, что вся ИНСТИТУТСКАЯ РАТЬ "ВНИИТВЧ"
     этого не знала.

        Вид у Владимира был внушительный - высокого роста под метр девяносто.
     Он, как отец трех детей, важно пыхтел и раздувал большие черные усы.
     Да и я в аккурат ему, одев квадратные очки, выглядел не менее представи-
     тельным, особо не выпячивая и не обнажая скромную свою должность технолога
     1-ой категории.
        Задача наша была опробовать закалочную установку на производственной
     базе института, закалить приготовленные детали, аккуратно разрезать их
     и привезти домой.

        В городе в эту пору, а время было весеннее - середина марта, снег на
     берегах Финского залива Балтийского моря почти растаял, и мы шли в
     направлении Шуваловского парка с Владимиром непринужденно болтая.

                - 2 -

        Путь в Шуваловский парк был мне знаком - дважды я бывал в этих местах.
     От развилки вправо идет дорога, бывшая ранее асфальтированная. Метров
     через 300 она делает крутой поворот почти под 90 градусов.
        Справа на самом повороте высокий глухой забор и большие железные          
     ворота - по слухам какая-то секретная воинская часть, расположившаяся в
     двух небольших зданиях еще со времен войны.
        После поворота - круто вниз и с левой стороны появляются три трехэтажных
     дома, построенных по заданию Вологдина для проживания сотрудников института.
     в одном из них общежитие, в котором мы с Владимиром жили во время команди-
     ровки.
        От парадной общежития до институтских корпусов 5-7 минут. Дальше от
     развилки на Парголовский поселок дорога круто лезет вверх на холм. Справа
     на высоком месте открывается большая поляна, окруженная высокими соснами,
     а под ними на самом верху старинная каменная полуразрушенная скамья Блока,
     которую в наши дни собираются восстановить.
        Но об этом я писал ранее.

                - 3 -

        Итак, поселились мы с Володькой в корпусе при институте, выполняющего
     роль гостиницы. Высокие крепкие потолки старой послевоенной застройки,
     просторная комната, две кровати, толстые стены.
        Очень удобно было жить и добираться до Шуваловского дворца ( см. фото ),
     в стенах которого и происходило всё наше действие.

        У нас было несколько дней, чтобы побродить по городу, по Гостиному
     двору, Невскому. Вике я купил краски в тюбиках для будущей изостудии,
     а себе брюки за 600 рублей.
        Выбрались к моим родственникам на улицу Шателена, посмотрели очередную
     серию "Богатые тоже плачут" под пиво и водку.
               
        Было у нас еще одно любопытное ПОРУЧЕНИЕ от заместителя начальника
     термического цеха по производству Бруснигина Николая Викторовича -
     навестить его племянника. Запомнилась эта встреча!
        Приехали к нему на работу.
     А работал он в часовой мастерской, в восточной части Санкт-Петербурга по
     Невско-Василеостровской линии метро. Вышли, отыскали улицу Бабушкина, нашли
     и встретили Серегу - так он просто назвался.
        Зашли с ним в закуток часовой мастерской, он быстро сбегал в ближайший
     магазин, принес батон колбасы и водку. Нам понравилось как он запросто
     большим разделочным ножом прямо в мастерской порубал этот ДВУХКИЛОГРАММОВЫЙ
     батон. С нами была еще его подруга из Министерства связи.
        Выпили, закусили. поговорили по душам, передали привет от дяди Коли.
     Серега выгреб нам на дорогу ВОРОХ отремонтированных часов.
        - Левый ненужный хлам! - прокомментировал он.
     Вот с этими подарками мы вернулись домой к Николаю Викторовичу.

                - 4 -

        На другой день свеженькие с утра мы отправились в Шуваловский институт
     имени Вологдина. Оглядели установку - их ДЕТИЩЕ. Понравились внушительные,
     сваренные колонны, напоминающие вековые сооружения дворцов Санкт-Петербурга
     типа Адмиралтейства.
        Чувствовалась фундаментальность разработки - металла и швеллеров
     не пожалели. Беда вышла лишь в другом - слабыми оказались насосы для подачи
     воды, стоявшие тут же в углу скромно и неброско.
        У нас в цехе старенькие установки обливались бурным потоком и омывали
     детали жгучей страстью. А тут как-то жалобно и невпечетляюще.

        Познакомились с разработчиками - ведущим инженером Иевлевым, его
     заместителем Бергером и Сметанниковым Юрой - техником, который бегал вокруг
     установки, все подключал и устраивал.
        Милейшие люди!
     Уверяли нас, что давления достаточно и всё будет тик-так!
        Не доставало только самого пресса, который параллельно разрабатывал
     саратовский завод тяжелых зуборезных станков, но у нас задача была только
     закалка ТВЧ, а не обеспечение минимальных деформаций.
        Несколько раз к нам спускался главный инженер "ВНИИТВЧ" Горячев
     Владимир Моисеевич. Он был взбудораженно веселый, лохматый и чему-то особо
     радовался.
        - Вещь! - говорил он - Мировой шедевр! Впервые в мире!
     Он потирал свои маленькие кулачки и завидев нас - молокососов-приемщиков,
     радовался еще больше.
        С этими же словами он пригласил нас вечером к себе на "Зеленую дачу".

                - 5 -

        Это было уже вечером.
     Прямо здесь же в черте Шуваловского парка располагалась его дача.
        Обыкновенный деревянный СРУБ, более примечателен очевидно не тем, что
     он из себя представлял - обыкновенную крестьянскую избу, а местом, где он
     располагался. Все-таки историческое место, граф Шувалов и всё такое!
        После самого дворца, где находилась их бухгалтерия, актовый зал  и
     столовая в отдельном пристрое - нас трудно было чем-то удивить.

        Состав приглашенных был тот же - Иевлев, Бергер, Сметанников Юра,
     выступающий в этот раз в роли разливающего. Милая жена главного инженера
     Татьяна, его мама - крохотное создание дореволюционной эпохи.
        Всё было по-простому и благородно. Начали с коньяка и виски.
     Владимир Моисеевич произносил тосты и речи во славу советской науки,
     о первооткрывателях в мире, о выдающемся изобретении века, о закалке в воде
     стали 55ПП и о будущем прессе.
        Потом были тосты за жену, за маму и за гостей.
     Слава богу, что не дошли до песен, но зато, когда кончились благородные
     напитки, хозяин достал ЕЩЁ и мы с Конновым, как люди простые и ко всему
     привыкшие, добавили в наше дегустирование с Юрой хорошую проверенную
     самогонку на клюкве.

                - 6 -

       Затемно добрались до гостиницы-общаги и близкое, казалось бы, семи-
    минутное расположение ее сравнилось с КРАСИВОЙ вечностью.
       Бухнулись в кровать и провалились до утра.

       Назавтра по свежему балтийскому ветру появились на пороге НПО "ВНИИТВЧ".
    Разрезал деталь нам вчерашний Юра на образцы, осторожно, соглашаясь с нашей
    подсказкой - не отпустить их при газовой резке.
       И собрались было домой.

       Какого же было удивление главного инженера Горячева, когда мы ничего 
    НЕ ПОДПИСАЛИ.
       - Не уполномочены мол!
    Надо было видеть его выражение лица и чуть отвисшую челюсть с откусанным
    подбородком. Представляю о чем он тогда подумал:
       - Зачем же я весь вечер ПОИЛ этих мерзавцев?
    Мы прикинулись дурачками, забрали образцы и в тот же вечер уехали.

                - 7 -

       Ночная поездка в купейном вагоне тоже удалась на славу!
    Получилось так, что это было как бы продолжение банкета.
       Такие же славные добрые попутчики попались нам. Это были ребята
    из Дзержинска, города расположенного недалеко от Нижнего - Николай и Игорь.
    Первоначально они представились брокерам-альпинистами, но выпив бутылку
    водки и не одну - они разговорились.
       Оказывается они были шоферы и ехали сопровождать купленную одним из
    питерских "шишек" Волгу с Автозавода. А так как мы были представители
    этого предприятия - это нас сблизило.
       Показывали пистолет Макарова, полную обойму, для нас с Вовой это было
    НОВО!

       Случился даже такой инцидент, что я потеряв голову плеснул стаканом воды
    в лицо одному из них - Игорю. Что-то мне не понравилось.
       Возникла пауза, после которой ПЕРЕГОНЩИК выдал неоднозначную вещь,
    видимо протрезвившись:
       - Ну ты молодец! Молодец! Не побоялся!
    Что на меня нашло? Видимо в то время я еще не читал книгу "Как управлять
    эмоциями".

       После уже дома мы с Конновым вспоминали эту поездку и эту историю,
    и Владимир вполне серьезно мне говорил:
       - Ну ты отчаянный! Он ведь мог запросто тебя пристрелить!

       Вот этим собственно и закончилось то последнее мое путешествие в город
    Санкт-Петербург. Больше меня судьба туда не забрасывала, но и этих семи
    поездок хватило мне на всю жизнь.
       Коннов потом еще долго работал со мной в термическом цехе начальником
    ПДС - производственно-диспетчерской службы, а потом пути наши с ним
    разошлись, да и Коннова не стало.

       А история осталась.

                1992 - 2026 гг.