Дом-порог на волжском спуске

Он не просто стоит — он припасён
Меж каменных тел на века.
Двухэтажный, из дерева, с голосом,
Как последняя в городе веха.
Днём растворится, как сон в забытьи,
Не найти его взгляду в упор.
Лишь зацепка — глубокие щели
На косяке у потёртых ворот**.
Но как только луна за бульваром
Опустится в волжскую седь,
Он явится весь — древесным жаром
И порталом в иное бытие.
Почернели доски от ненастий,
Ветхой кожей обвисла броня.
Первый этаж — то прясло.
Здесь скрипит под ногой половица
О той жизни, что канула в мало,
Словно в колодец, чья нету дна.
А на втором — тот свет, беспорочный,
Что сквозь трещины, сквозь гриву пыли
Пробивается, будто сорочий
Клик, зовущий из дальней дали.
И стои;т он — времён верхов;я,
Промежуток. Мосток через ров.
Кто войдёт — унесёт, понимая,
На ладони застывшую кровь —
Не свою, а земли этой с;льной,
Что в брёвнах гудит, как в жилах.
Чёрный дом — в своём сердце он белый,
Для нездешних, забытых гостей.
И когда захлебнётся рассветом,
Не останется щепки следа.
Только знак на асфальте, и это —
Указанье: «Входи сюда».