Идя к цели 4 огонь горит 19

   Елена старалась не смотреть на Надю. Она установила телевизор и прикрепила бумагу, где было написано расписание, когда разрешается смотреть телевизор. Время просмотра телевизора не влияет ни на чьи отношения. И уж вовсе не важно смотреть его с 9 часов утра или с 10 утра и заканчивать просмотр в 9 часов вечера или в 10 часов вечера.


   Все эти воспоминания навеяли мысль, что может не телевизор надо выносить или вносить, а научить людей жить в обществе?

   А может уже и научить некому?

   А может, именно таким способом кому-то надо регулировать отношения между людьми в обществе? Ведь, кто-то же, всё время каплями подливал масло в огонь ненависти к старой тётке Наде.


   Сидя за чужим столом, ей не хотелось задерживаться, чтобы не мешать беседе, и она как-то слишком быстро съев свой обед, ушла, прихватив свой кусок мяса для кота.

   Надя шла по дорожке к месту кормления кота и баранов и слышала за собой шаги. Она не обернулась даже посмотреть, она знала, кто идёт за ней следом. Она лишь в который раз усмехнулась, вспомнив, как после сборища в красной комнате, за ней шли двое пятилетних деток - Гордей и Дима. Гордей всё время уговаривал Диму сказать Наде, что бабушка тупая...

   Это совместное их шествие продолжалось до самых ворот загородки, за которой жили бараны. Вот она подошла к воротам и маленький, пятилетний Дима, забежал вперёд и прокричал

- Бабушка тупая!

   Надя даже не посмотрела на маленьких, пятилетних деток. Ей лишь стало грустно от того, что нормальный пятилетний ребёнок Дима, сдался, под таким напором Гордея.



   Она открыла ворота и пошла к месту кормления кота, хотя кот приходил позже. Она оставила ему кусок мяса и тут увидела его. Он лежал на солнышке и посматривал на неё.

- О! Ты как знал, что еда будет сегодня рано. Я уезжаю и надеюсь тебя будут кормить...

   На её голос примчались бараны.

- О! Так, а для вас у меня ничего нет... надеюсь что и вас будут кормить... и может в конце-то концов для вас сделают хоть какой-то навес, чтобы вы не мерзли под холодными, зимними дождями...

   Надя печальным взглядом посмотрела на барана и двух овечек. Она помнит, как трудно они пережили прошлую зиму, когда обе овечки потеряли своих ягнят, от проливных дождей и холода, ведь им негде было даже укрыться и они провели всю зиму под открытым небом.


   С августа месяца, она стала беспокоиться о крыше для баранов и попросила Хорхе сделать это, а она сама заплатит за эту крышу из поддонов и пол из поддонов. Она посмотрела в Интернете стоимость поддона б/у всего 2 евро. 12 поддонов вполне достаточно для крыши и пола. Она всё рассчитала, посмотрела что и где есть, нашла склад не так далеко от центра беженцев, сходила, но склад был закрыт. Там, под стенами склада, она увидела поддоны и подумала, что всё укрытие, то есть и стены, можно сделать из поддонов.


   Время тянулось. Это был тот случай, когда она самостоятельно не может ничего сделать, так как нужна машина для перевозки поддонов.

   Время, драгоценное время уходило и ничего не делалось для баранов.



   Время полдник. У Нади уже всё собрано, и она отправляется в столовую. В столовой, Элизабет из Перу, зовёт её  за свой стол. Надя садится.

- А твоих сегодня не будет?

- Нет. Они в Оренсе и приедут только вечером. А ты мне так и написала свой адрес в селе.

- Элизабет, я его не знаю. У тебя же есть связь со мной через вайбер...

- Но я хотела знать ещё и твой адрес... А, знаешь, Клаудия меня всё время спрашивала - как ты можешь дружить с этой... с тобой... она говорит о тебе такое...

- Да, пусть говорит... я сегодня уезжаю... - Надя усмехнулась - Знаешь, где бы я ни была, обо мне всегда говорят слишком много... и никогда и нигде меня не забывают...


   Надя замолчала. Она вспомнила адвоката, имя которого она даже не знала. Он называл её истицей, а она его адвокатом - так они при первом их знакомстве договорились и их дружбе никто не мог помешать.

- Да ты просто уже легенда... это когда слышат о каком-то человеке, но не знают его, и начинают выдумывать всё, что кому придёт в голову...

   Надя усмехнулась - я его отстранила от своей жизни, когда я жила в Украине... почему?


   Надя допила кофе, поднялась.

- Я сейчас приду к тебе и помогу вынести вещи в машину...

- Ещё рано, Элизабет, Хорхе позовёт меня...

- Я буду во дворе и буду знать, когда Хорхе позовёт тебя...

   Надя кивнула.




   Вот и пришёл момент. Все вещи в машине. Хорхе делает фото на память. Мотор заведён. Машина плавно начала своё движение из территории центра. Слева проплывпет стена старого монастыря,  в котором после реконструкции разместился центр беженцев - справа палисадник. Машина повернула влево и... выезд из ворот центра для беженцев, теперь уже из разных стран мира.


   Вот, уже и она, оставляет это место, её рай. Это был реально рай для неё,  но ей пришлось познать в этом раю, так близко на себе, человеческую злобу, ненависть.

   И невольно она завершила мысль о своём рае тем, что в таком котле злобы и ненависти она ещё никогда не бывала.

   И, этот котёл, был создан людьми, которые передают свою злобу и ненависть по цепочке, от одного к другому и нет разрыва в этой цепочке.

   И никто не разорвал эту цепочку ненависти и злобы. Никто. А лишь к этой цепочке присоединились всё новые и новые звенья.

   И теперь, это была уже не цепочка, а цепь, которая их всех всязывала и которая грохотала по всей округе, будоража своим грохотом всё живое.


   Так и каким способом, туда, в ту грохочущую цепь зла, может проникнуть добро? Никак и никаким способом!


   Это как неразрывная цепочка ДНК, которую всё время те, кто называют себя учёными, пытаются изменить, встроив туда, в цепочку ДНК искусственные звенья, чтобы изменить вид человечества.


   И они, эти "учёные" будут делать попытки бесконечно, упорно добиваясь изменения человека, сделав его послушным... И лишь вопрос - быть послушным кому? Остаётся без ответа.


   Невозможно, искусственным способом внедрить добро в цепь зла. Ведь цепь зла будет без остановки продолжать своё дело в попытке превратить добро в себе подобное зло.





   Вот и прибыла машина в село А Пероха. Их встречает хозяин по имени Хорхе. Открывает замок на воротах. Сотрудник центра беженцев Хорхе выносит из машины вещи Нади, и они несут эти вещи в дом. Машина Хорхе уехала. Хозяин Хорхе подготовил дрова для печки-буржуйки.

- Ты знаешь, как надо топить печь?

- Знаю.

   Хозяин ушёл.


   Надя осталась одна. Она никуда не спешит, распаковывая свои мешки. По её просьбе, при подписании договора одну из кроватей перенесли в кухню, где стоит печь. Ещё в одной комнате есть печь, а остальные комнаты и ванная комнате без отопления.


   К вечеру, изо всех мест дома потянул холод в помещение. Входная дверь одинарная из пластика со стеклом, которое разбито и центр удара лишь заклеен скотчем, а лучи от удара расходятся по всему стеклу, создавая щели для проникновения воздуха снаружи и более никакой защиты от внешнего холода. Крыша из шифера в один накат. Стены только в кухне в один кирпич, а во всех остальных комнатах стены в пол кирпича. Холодный цементный пол покрытый плиткой.

- Ну, вот началось моё проживание в доме, который я сама себе не выбирала...


   За ночь, к утру этот летний домик остывал, установив постоянную утреннюю температуру 10-12 градусов Цельсия. Далее становилось ещё холоднее. Температура в ночные заморозки падала в комнате до 5 градусов Цельсия, но надо мыться и ехать в Оренсе на уроки испанского языка.


   Дров, выдаваемых хозяином, катастрофически не хватало, чтобы обогреть эту одну единственную комнату, потому что, как только прекращалась топиться печь, всё тепло улетучивплось сквозь стены, потолок и все щели... и всю ночь и до новой топки печи, температура 10-12 градусов Цельсия. В особо холодные ночи, утром температура от 5 до 8 градусов тепла.


   И Надя наполняет пластиковые бутылки горячей водой, укутывает их и раскладывает их во всех местах на кровати... на стульях... Это совершенно не прогревает комнату, но хотя бы создаёт иллюзию тепла.